דף 98

то есть Шоэль сказал хозяину: Относительно одной из коров, на которые ты предъявляешь требование, — этого вообще не было, поскольку я никогда не брал у тебя ту корову. А что касается коров, которых я взял и которые умерли, то относительно одной — да, я признаю, что умерла корова, которая была как при Шоэль; но относительно другой умершей коровы я не знаю, умерла ли корова, которая была как при Сохер, и тогда корова, что ещё жива, — это та, что была как при Шоэль, или же умерла корова, которая была как при Шоэль, и тогда корова, что ещё жива, — это та, что была как при Сохер. Поскольку хранитель признаёт часть иска и отрицает другую часть иска, он обязан принести клятву, чтобы быть освобождённым от остальной части иска. Так как он признаёт, что не знает, что произошло, он не может принести такую клятву. Галаха такова: поскольку он не может принести клятву, он должен заплатить за всех трёх коров.

§ Мишна учит: Хранитель одну корову арендовал, а другую взял как Шоэль. Этот хозяин говорит с уверенностью: Умерла корова, взятая как Шоэль. А этот Сохер говорит с уверенностью: Умерла корова, взятая в аренду. В этом случае Сохер приносит клятву, что умерла арендованная корова, и затем он освобождён.

Гмара спрашивает: Но почему он должен приносить клятву? То, что хозяин предъявил к нему как требование, он вообще не признал, а то, что хранитель признал, хозяин не предъявлял к нему как требование. Чтобы быть обязанным принести клятву, хранитель должен признать часть фактического требования хозяина. Улла сказал: Мишна говорит о случае, когда хозяин обязал хранителя принести ещё одну клятву посредством «распространения» клятвы, которую он уже обязал его принести.

Гмара поясняет: Например, это случай, когда хозяин сказал ему: Поклянись мне, во всяком случае, что корова умерла естественной смертью, а не в результате твоей небрежности. Хозяин имеет право требовать такую клятву. И поскольку хранителя заставляют принести клятву, что корова умерла естественной смертью, эту клятву можно распространить так, что его можно также обязать принести клятву, что умерла именно корова, взятая в аренду.

Мишна заключает: Если этот говорит: Я не знаю, что произошло, и тот говорит: Я не знаю, что произошло, то они делят спорную сумму. Хранитель обязан заплатить лишь половину стоимости коровы. Гмара спрашивает: В соответствии с чьим мнением это? Это в соответствии с мнением Сумахоса, который говорит: Когда есть имущество с неопределённой принадлежностью, стороны делят его поровну между собой.

§ Рабби Абба бар Мемель ставит дилемму: Если человек взял корову как Шоэль вместе с тем, что он взял как Шоэль услуги её хозяина, а затем, до возвращения коровы, он арендовал корову у хозяина без того, чтобы взять как Шоэль услуги её хозяина, какова Галаха?

[1] Говорим ли мы: заимствование само по себе и аренда сама по себе, т.е. это две независимые сделки, и потому хранитель несёт ответственность за любой несчастный случай, который произойдёт в период аренды, поскольку в это время услуги владельца не были им заимствованы? Или, быть может, последующая аренда связана с предшествующим заимствованием и является его продолжением. Можно сказать, что аренда связана с заимствованием, потому что Сохер (арендатор) отвечает за кражу и потерю, как и Шоэль (заёмщик). Возможно, ответственность, возникающая при аренде, которая непосредственно следует за периодом заимствования, является «пониженной» формой ответственности, принятой в начале периода заимствования. Если так, то в данном случае, поскольку хранитель не нёс никакой ответственности в период заимствования, так как корова была одолжена, когда владелец предоставлял свои услуги заёмщику, хранитель не будет нести ответственности и в период аренды.

[2] Если ты скажешь, что в таком случае последующая аренда связана с предшествующим заимствованием и является его продолжением, то в обратном случае, когда некто арендовал корову вместе с заимствованием услуг её владельца, а затем, до возвращения коровы, он одолжил её у владельца без заимствования услуг её владельца, какова Галаха?

[3] Говорим ли мы, что последующее заимствование, несомненно, не связано с предшествующей арендой и не является её продолжением, поскольку Шоэль (заёмщик) принимает на себя более высокий уровень ответственности, чем Сохер (арендатор)? Или, быть может, поскольку последующее заимствование частично связано с предшествующей арендой, так как заёмщик отвечает за кражу и потерю так же, как арендатор, это рассматривается как полностью связанное с ней и как её продолжение. Следовательно, освобождение, действующее при пользовании предметом вместе с услугами его владельца, применяется и к последующему заимствованию.

[4] Если ты скажешь: в таком случае мы не говорим, что раз последующее заимствование частично связано с предшествующей арендой, то оно считается как будто полностью связано с ней и является её продолжением, тогда в случае, когда некто одолжил корову вместе с заимствованием услуг её владельца, а затем, до возвращения коровы, он арендовал её у владельца без заимствования услуг её владельца, а затем по окончании периода аренды он снова одолжил её без услуг владельца, какова Галаха?

[5] Говорим ли мы, что второй период заимствования возвращается «на своё исходное место», т.е. является ли третий период, в который он одолжил корову, по сути продолжением первого периода? Или, быть может, период аренды служит прерыванием между двумя периодами заимствования, так что третий период не может рассматриваться как продолжение первого?

[6] Подобным образом, в другом случае: некто арендовал корову вместе с заимствованием услуг её владельца. А затем, до возвращения коровы, он одолжил её у владельца без заимствования услуг её владельца. А затем, по окончании периода заимствования, он снова арендовал её, без заимствования услуг владельца. Какова Галаха? Говорим ли мы, что второй период аренды возвращает её «на своё исходное место», т.е. является ли второй период по сути продолжением первого периода? Или, быть может, период заимствования служит прерыванием между двумя периодами аренды, так что третий период не может рассматриваться как продолжение первого периода.

[7] Гмара заключает: эти затруднения останутся неразрешёнными.

[8] МИШНА: В случае того, кто одолжил корову, и заимодавец послал её заёмщику рукой своего сына, или рукой своего раба, или рукой своего агента, или рукой сына заёмщика, или рукой его раба, или рукой агента заёмщика; и она умерла в пути, заёмщик освобождён, потому что период заимствования начинается только когда корова достигает его владения.

[9] Заёмщик сказал заимодавцу: Пошли мне её рукой моего сына, или рукой моего раба, или рукой моего агента, или рукой твоего сына, или рукой твоего раба, или рукой твоего агента. Или, в случае, когда заимодавец прямо сказал заёмщику: Я посылаю её тебе рукой моего сына, или рукой моего раба, или рукой моего агента, или рукой твоего сына, или рукой твоего раба, или рукой твоего агента; и заёмщик сказал ему: Пошли, как ты сказал, и он затем послал её, и она умерла в пути, тогда заёмщик обязан уплатить заимодавцу стоимость его коровы. Поскольку заёмщик согласился, чтобы корову доставляли ему рукой другого, он несёт ответственность с момента, когда корова была передана во владение этого лица.

[10] И также такова Галаха во время, когда заёмщик возвращает её заимодавцу. Заёмщик освобождается от ответственности только когда корова передана самому заимодавцу или тому, относительно кого заимодавец согласился, что он доставит её ему.