talmud-beitzah:3b

רָבִינָא אָמַר: לְעוֹלָם לָא תֵּיפוֹךְ, וְרַבִּי יְהוּדָה לְדִבְרֵיהֶם דְּרַבָּנַן קָאָמַר לְהוּ:

With regard to the contradiction presented by Rabbi Yoḥanan, which led him to suggest that the opinions should be reversed, Ravina said that this is not the only possible resolution: Actually, do not reverse the opinions. Rather, in the case of the two Festival days, one could claim that Rabbi Yehuda spoke to them in accordance with the statement of the Rabbis, rather than presenting his own opinion.

Относительно противоречия, приведённого рабби Йохананом, которое привело его к предложению поменять мнения местами, Равина сказал, что это не единственно возможное разрешение: на самом деле не меняй мнения местами. Напротив, в случае двух праздничных дней можно утверждать, что рабби Йеуда говорил с ними согласно высказыванию мудрецов, а не излагал своё собственное мнение.

לְדִידִי אֲפִילּוּ בָּרִאשׁוֹן נָמֵי שַׁרְיָא, דְּאוּכְלָא דְאִפְּרַת הוּא. אֶלָּא לְדִידְכוּ — אוֹדוֹ לִי מִיהַת דְּבַשֵּׁנִי שַׁרְיָא, דִּשְׁתֵּי קְדוּשּׁוֹת הֵן. וְאָמְרִי לֵיהּ רַבָּנַן: לָא, קְדוּשָּׁה אַחַת הִיא.

If so, Rabbi Yehuda’s statement should be understood as follows: In my opinion, even on the first Festival day, the egg is also permitted, as it is food that was separated. However, according to your opinion, which is that you prohibit liquid that comes from food, at least agree with me that it is permitted on the second day, as they are two sanctities. The first and second days of Rosh HaShana are not one unit, but two separate entities. Therefore, it is possible that the first day is sacred, while the second is a weekday. Consequently, an item prohibited on the first day might be permitted on the second. And the Rabbis said to him: No, the two days are one sanctity, i.e., they are viewed as a single continuous unit. The uncertainty applies equally to both of them.

Если так, высказывание рабби Йеуды следует понимать так: по моему мнению, яйцо дозволено и в первый день праздника, ибо это пища, которая отделилась. Однако по вашему мнению, согласно которому вы запрещаете жидкость, вышедшую из пищи, — согласитесь со мною хотя бы в том, что оно дозволено во второй день, ибо это две святости. Первый и второй дни Рош а-Шана — не одно целое, а две отдельные сущности. Поэтому возможно, что первый день свят, а второй — будний. Следовательно, предмет, запрещённый в первый день, может быть дозволен во второй. А мудрецы сказали ему: нет, эти два дня — одна святость, то есть они рассматриваются как единое непрерывное целое. Сомнение относится к обоим равным образом.

רָבִינָא בְּרֵיהּ דְּרַב עוּלָּא אָמַר: הָכָא בְּתַרְנְגוֹלֶת הָעוֹמֶדֶת לְגַדֵּל בֵּיצִים, וְרַבִּי יְהוּדָה לְטַעְמֵיהּ, דְּאִית לֵיהּ מוּקְצֶה.

Ravina, son of Rav Ulla, said: There is an alternative resolution to the contradiction raised by Rabbi Yoḥanan. Here, in the case of the egg laid on a Festival, Rabbi Yehuda prohibited eating the egg since it is not from a chicken designated for food, whose legal status is that of food. Rather, the case refers to a chicken designated for laying eggs, and Rabbi Yehuda conforms to his standard line of reasoning, as he holds that there is a prohibition of muktze. Since the egg is produced by something muktze, it is certainly muktze itself, which means that the halakha of food that was separated is inapplicable to this case.

Равина, сын рава Улы, сказал: есть иное разрешение противоречия, приведённого рабби Йохананом. Здесь, в случае с яйцом, снесённым в йом тов, рабби Йеуда запретил есть яйцо, поскольку оно не от курицы, предназначенной для еды, чей правовой статус есть статус пищи. Напротив, речь идёт о курице, предназначенной для несения яиц, и рабби Йеуда следует здесь своей обычной линии рассуждения, ибо он считает, что запрет мукце существует. А раз яйцо произведено предметом, который есть мукце, оно и само, несомненно, мукце, а значит, закон о пище, которая отделилась, к этому случаю неприменим.

מֵיתִיבִי: אֶחָד בֵּיצָה שֶׁנּוֹלְדָה בְּשַׁבָּת וְאֶחָד בֵּיצָה שֶׁנּוֹלְדָה בְּיוֹם טוֹב — אֵין מְטַלְטְלִין אוֹתָהּ, לֹא לְכַסּוֹת בָּהּ אֶת הַכְּלִי, וְלֹא לִסְמוֹךְ בָּהּ כַּרְעֵי הַמִּטָּה.

§ The Gemara raises an objection from a baraita, which clarifies the issue differently: Both an egg that was laid on Shabbat and an egg that was laid on a Festival are considered to be muktze, and therefore in both cases, one may not move the egg, neither for the sake of food nor for any other purpose: Not to cover a vessel with it, nor to support the legs of a bed with it.

§ Гмара возражает из барайты, которая разъясняет этот вопрос иначе: и яйцо, снесённое в шабат, и яйцо, снесённое в йом тов, считаются мукце, и потому в обоих случаях яйцо нельзя перемещать — ни ради еды, ни для какой-либо иной цели: ни чтобы накрыть им сосуд, ни чтобы подпереть им ножки кровати.

אֲבָל כּוֹפֶה עָלֶיהָ אֶת הַכְּלִי בִּשְׁבִיל שֶׁלֹּא תִּשָּׁבֵר. וּסְפֵיקָא אֲסוּרָה, וְאִם נִתְעָרְבָה בְּאֶלֶף — כּוּלָּן אֲסוּרוֹת.

However, if one wishes, he may cover the egg with a vessel, without handling the egg itself, so that it does not break from being accidentally trodden upon. Although it is prohibited to move the egg itself, it is nevertheless permitted to move a vessel for its sake. And even if there is uncertainty with regard to whether this egg was laid on a Festival, it is prohibited to move it. And, furthermore, if it became intermingled with a thousand permitted eggs, they are all prohibited.

Однако если человек желает, он может накрыть это яйцо сосудом, не трогая самого яйца, чтобы оно не разбилось от того, что на него нечаянно наступят. Хотя перемещать само яйцо запрещено, тем не менее дозволено перемещать сосуд ради него. И даже если есть сомнение, было ли это яйцо снесено в йом тов, перемещать его запрещено. И более того, если оно смешалось с тысячей дозволенных яиц, все они запрещены.

בִּשְׁלָמָא לְרַבָּה, דְּאָמַר מִשּׁוּם הֲכָנָה, הָוֵי סְפֵיקָא דְאוֹרָיְיתָא — וְכׇל סְפֵיקָא דְאוֹרָיְיתָא לְחוּמְרָא.

The Gemara notes: Granted, according to the opinion of Rabba, who said that an egg is prohibited due to the lack of preparation, this case involves an uncertainty with regard to the legal status of an item prohibited by Torah law; and in any case of an uncertainty with regard to the legal status of an item prohibited by Torah law, the ruling is stringent. Therefore, the egg is prohibited even if there is uncertainty whether it was laid on a Festival.

Гмара замечает: допустим, по мнению Рабы, который сказал, что яйцо запрещено из-за отсутствия подготовки, — этот случай представляет собою сомнение относительно правового статуса предмета, запрещённого по закону Торы; а во всяком сомнении относительно статуса предмета, запрещённого по закону Торы, постановление строгое. Поэтому яйцо запрещено, даже если есть сомнение, было ли оно снесено в йом тов.

אֶלָּא לְרַב יוֹסֵף וּלְרַבִּי יִצְחָק, דְּאָמְרִי מִשּׁוּם גְּזֵרָה, סְפֵיקָא דְרַבָּנַן הִיא — וְכׇל סְפֵיקָא דְרַבָּנַן לְקוּלָּא!

However, according to the opinions of Rav Yosef and Rabbi Yitzḥak, who say that an egg is prohibited due to a decree, this case involves an uncertainty with regard to the legal status of an item prohibited by rabbinic law, and in any case of an uncertainty with regard to the legal status of an item prohibited by rabbinic law, the ruling is lenient.

Однако по мнениям рава Йосефа и рабби Ицхака, которые говорят, что яйцо запрещено по гзере, этот случай представляет собою сомнение относительно правового статуса предмета, запрещённого постановлением мудрецов, а во всяком сомнении относительно статуса предмета, запрещённого постановлением мудрецов, постановление снисходительное.

(אֲמַר לֵיהּ:) סֵיפָא אֲתָאן לִסְפֵק טְרֵפָה.

The Gemara answers: In the latter clause of the baraita, we have arrived at a different case. The case does not involve the prohibition of an egg laid on a Festival; the case involves an egg laid by a chicken with regard to which there is uncertainty whether it is an animal with a condition that will cause it to die within twelve months [tereifa], which is prohibited by Torah law. The uncertainty with regard to the legal status of the chicken is relevant to the egg.

Гмара отвечает: в последней части барайты мы перешли к иному случаю. Речь здесь не о запрете яйца, снесённого в йом тов; речь о яйце, снесённом курицей, относительно которой есть сомнение, не является ли она животным с изъяном, от которого оно умрёт в течение двенадцати месяцев [трефа], что запрещено по закону Торы. Сомнение относительно правового статуса курицы имеет значение и для яйца.

אִי הָכִי, אֵימָא סֵיפָא: נִתְעָרְבָה בְּאֶלֶף — כּוּלָּן אֲסוּרוֹת. אִי אָמְרַתְּ בִּשְׁלָמָא סָפֵק יוֹם טוֹב סָפֵק חוֹל, הָוֵי דָּבָר שֶׁיֵּשׁ לוֹ מַתִּירִין, וְכׇל דָּבָר שֶׁיֵּשׁ לוֹ מַתִּירִין — אֲפִילּוּ בְּאֶלֶף לֹא בָּטֵיל.

The Gemara raises a difficulty with this response: If so, say the latter clause of that same baraita: If it became intermingled with a thousand other eggs, they are all prohibited. Granted, if you say that there is uncertainty whether the egg was laid on a Festival and uncertainty whether it was laid on a weekday, then it is an object whose prohibition is temporary, as the egg will be permitted on the following day, and the principle is: Any object whose prohibition is temporary is not nullified, even by a thousand permitted items. Since its prohibition will lapse on its own, there is no need to make use of the option of nullification.

Гмара выдвигает трудность против этого ответа: если так, взгляни на последнюю часть той же барайты: если оно смешалось с тысячей других яиц, все они запрещены. Допустим, если ты скажешь, что есть сомнение, снесено ли яйцо в йом тов или снесено в будний день, то это предмет, чей запрет временный, ибо на следующий день яйцо будет дозволено, а правило гласит: всякий предмет, чей запрет временный, не аннулируется даже тысячей дозволенных предметов. Поскольку его запрет и сам собою отпадёт, нет нужды прибегать к возможности аннулирования.

אֶלָּא אִי אָמְרַתְּ סְפֵק טְרֵפָה, דָּבָר שֶׁאֵין לוֹ מַתִּירִין הִיא, וְתִבְטַל בְּרוּבָּא!

However, if you say that the egg referred to in the baraita is an uncertain tereifa, it is an object whose prohibition is not temporary, as there is no way to permit the prohibition of tereifa, and it should therefore be nullified by a simple majority.

Однако если ты скажешь, что яйцо, о котором говорит барайта, — это яйцо от курицы, о которой есть сомнение, не трефа ли она, то это предмет, чей запрет не временный, ибо запрет трефы снять невозможно, и потому оно должно аннулироваться простым большинством.

וְכִי תֵּימָא בֵּיצָה חֲשׁוּבָה וְלֹא בָּטְלָה, הָנִיחָא לְמַאן דְּאָמַר: כׇּל שֶׁדַּרְכּוֹ לִימָּנוֹת שָׁנִינוּ.

The Gemara adds: And if you say that an egg is significant and is not nullified, as nullification applies only to items that have no intrinsic significance, while a significant object cannot be nullified, that works out well according to the one who said that we learned: Any item whose manner is also to be counted, i.e., that is sometimes sold by unit, rather than by weight or volume, is considered significant. An egg falls into that category, as it is sometimes sold by unit.

Гмара добавляет: а если ты скажешь, что яйцо значимо и не аннулируется, ибо аннулирование применимо лишь к предметам, не имеющим самостоятельной значимости, тогда как значимый предмет аннулироваться не может, — это хорошо согласуется с тем, кто сказал, что мы учили: всякий предмет, который принято также считать поштучно, то есть который иногда продаётся счётом, а не по весу или объёму, считается значимым. Яйцо относится к этому разряду, ибо иногда продаётся поштучно.

אֶלָּא לְמַאן דְּאָמַר: אֶת שֶׁדַּרְכּוֹ לִימָּנוֹת שָׁנִינוּ, מַאי אִיכָּא לְמֵימַר!

However, according to the one who said that we learned: That item whose manner is exclusively to be counted, i.e., that is always sold by unit, is considered significant, what can be said? Although eggs are often sold by unit, they are also often sold by weight or volume.

Однако по мнению того, кто сказал, что мы учили: значимым считается лишь тот предмет, который принято считать исключительно поштучно, то есть который всегда продаётся счётом, — что тут можно сказать? Ведь хотя яйца часто продаются поштучно, их часто продают и по весу или объёму.

דִּתְנַן: מִי שֶׁהָיוּ לוֹ חֲבִילֵי תִּלְתָּן שֶׁל כִּלְאֵי הַכֶּרֶם — יִדְלְקוּ. נִתְעָרְבוּ בַּאֲחֵרוֹת, וַאֲחֵרוֹת בַּאֲחֵרוֹת — כּוּלָּן יִדָּלְקוּ, דִּבְרֵי רַבִּי מֵאִיר. וַחֲכָמִים אוֹמְרִים: יַעֲלוּ בְּאַחַת וּמָאתַיִם.

The Gemara cites the mishna where the dispute cited above appears. As we learned (Orla 3:6–7): With regard to one who had bundles of clover, a type of legume, that were diverse kinds of food crops that grew in a vineyard, from which it is prohibited to derive benefit, those bundles must be burned. If the bundles were intermingled with others, and those others were intermingled with others, they must all be burned. This is the statement of Rabbi Meir. And the Rabbis say: They may be nullified by one part in two hundred similar parts. When the prohibited portion is less than one-half of one percent of the permitted portion, the prohibition is nullified.

Гмара приводит мишну, в которой встречается упомянутый выше спор. Как мы учили (Орла 3:6–7): относительно того, у кого были снопы клевера — вида бобовых, — представлявшие собою килаим, разнородные съедобные посевы, выросшие в винограднике, от которых запрещено извлекать пользу, — эти снопы надлежит сжечь. Если эти снопы смешались с другими, а те другие смешались с ещё другими, все они подлежат сожжению. Таково мнение рабби Меира. А мудрецы говорят: они аннулируются в соотношении одна часть к двумстам подобных частей. Когда запрещённая доля составляет менее половины процента от дозволенной, запрет аннулируется.

שֶׁהָיָה רַבִּי מֵאִיר אוֹמֵר: אֶת שֶׁדַּרְכּוֹ לִמָּנוֹת — מְקַדֵּשׁ; וַחֲכָמִים אוֹמְרִים: אֵינוֹ מְקַדֵּשׁ אֶלָּא שִׁשָּׁה דְּבָרִים בִּלְבַד; רַבִּי עֲקִיבָא אוֹמֵר: שִׁבְעָה. וְאֵלּוּ הֵן: אֱגוֹזֵי פֶּרֶךְ, וְרִמּוֹנֵי בָּאדָן, וְחָבִיּוֹת סְתוּמוֹת, וְחִלְפֵי תְרָדִין, וְקִלְחֵי כְרוּב, וְדַלַּעַת יְוָנִית. רַבִּי עֲקִיבָא מוֹסִיף אַף כִּכָּרוֹת שֶׁל בַּעַל הַבַּיִת.

The mishna continues: Rabbi Meir says that they must all be burned, as Rabbi Meir would say: That whose manner is exclusively to be counted, is considered significant and cannot be nullified. Therefore, it renders the entire mixture forbidden, and it must be burned. And the Rabbis say: Only six items are sufficiently significant to render the entire mixture forbidden. Rabbi Akiva says: There are seven. And they are: High-quality nuts from Perekh, and pomegranates from Badan, and sealed barrels of wine, and branches of spinach, and cabbage stalks, and Greek pumpkin. Rabbi Akiva adds: Even loaves of a homeowner.

Мишна продолжает: рабби Меир говорит, что все они подлежат сожжению, ибо рабби Меир говорил: то, что принято считать исключительно поштучно, считается значимым и не аннулируется. Поэтому оно делает запрещённой всю смесь, и её надлежит сжечь. А мудрецы говорят: лишь шесть предметов достаточно значимы, чтобы сделать запрещённой всю смесь. Рабби Акива говорит: их семь. И вот они: отборные орехи из Переха, и гранаты из Бадана, и запечатанные бочки вина, и стебли шпината, и кочерыжки капусты, и греческая тыква. Рабби Акива добавляет: также хлебы домохозяина.

הָרָאוּי לְעׇרְלָה — עׇרְלָה. הָרָאוּי לְכִלְאֵי הַכֶּרֶם — כִּלְאֵי הַכֶּרֶם. וְאִתְּמַר עֲלַהּ, רַבִּי יוֹחָנָן אָמַר: אֶת שֶׁדַּרְכּוֹ לִמָּנוֹת שָׁנִינוּ. וְרַבִּי שִׁמְעוֹן בֶּן לָקִישׁ אָמַר: כׇּל שֶׁדַּרְכּוֹ לִמָּנוֹת שָׁנִינוּ.

Different prohibitions apply to these seven items. That which is fit to be forbidden due to orla, fruit that grows during the first three years after a tree is planted, is forbidden due to orla. That which is fit to be forbidden due to diverse kinds of food crops that grew in a vineyard is forbidden due to diverse kinds in a vineyard (Avoda Zara 74a). And it was stated about the wording of this mishna that there is an amoraic dispute. Rabbi Yoḥanan said that we learned: Only that whose manner is exclusively to be counted is significant and cannot be nullified, and it is therefore prohibited by Rabbi Meir. And Rabbi Shimon ben Lakish said that we learned: Any item whose manner is also to be counted, is significant and cannot be nullified.

К этим семи предметам применимы разные запреты. То из них, что может быть запрещено по причине орла — плодов, выросших в первые три года после посадки дерева, — запрещено по причине орла. То, что может быть запрещено по причине килаим, разнородных съедобных посевов, выросших в винограднике, запрещено по причине килаим в винограднике (Авода зара 74а). И относительно формулировки этой мишны был высказан спор амораим. Рабби Йоханан сказал, что мы учили: лишь то, что принято считать исключительно поштучно, значимо и не аннулируется, и потому запрещено по рабби Меиру. А рабби Шимон бен Лакиш сказал, что мы учили: всякий предмет, который принято также считать поштучно, значим и не аннулируется.

הָנִיחָא לְרַבִּי שִׁמְעוֹן בֶּן לָקִישׁ, אֶלָּא לְרַבִּי יוֹחָנָן — מַאי אִיכָּא לְמֵימַר?

Returning to the matter of the egg, the Gemara reprises its question: This works out well according to the opinion of Rabbi Shimon ben Lakish, but according to Rabbi Yoḥanan, what can be said? Since an egg is not sold exclusively by unit, it is not significant. Therefore, the egg of a tereifa should be nullified by a simple majority.

Возвращаясь к делу о яйце, Гмара вновь ставит свой вопрос: это хорошо согласуется с мнением рабби Шимона бен Лакиша, но по рабби Йоханану что тут можно сказать? Раз яйцо продаётся не исключительно поштучно, оно не значимо. А значит, яйцо трефы должно было бы аннулироваться простым большинством.

אָמַר רַב פָּפָּא: הַאי תַּנָּא — תַּנָּא דְּלִיטְרָא קְצִיעוֹת הוּא, דְּאָמַר: כׇּל דָּבָר שֶׁבְּמִנְיָן, אֲפִילּוּ בִּדְרַבָּנַן לֹא בָּטֵיל, וְכׇל שֶׁכֵּן בִּדְאוֹרָיְיתָא.

Rav Pappa said: According to Rabbi Yoḥanan, this tanna, who said that an egg cannot be nullified, is the tanna of the halakha concerning a litra of dried figs, who, based on his statement, said: Any item that is counted, even if it is prohibited by rabbinic law, cannot be nullified, and all the more so items prohibited by Torah law, e.g., the egg of a tereifa.

Рав Папа сказал: по рабби Йоханану, тот тана, который сказал, что яйцо не аннулируется, — это тана галахи о литре сушёных инжиров, который, судя по его высказыванию, сказал: всякий предмет, который считают поштучно, даже если он запрещён постановлением мудрецов, не аннулируется, — и тем более предметы, запрещённые по закону Торы, как, например, яйцо трефы.

דִּתְנַן: לִיטְרָא קְצִיעוֹת שֶׁדְּרָסָהּ עַל פִּי עִגּוּל, וְאֵינוֹ יוֹדֵעַ בְּאֵיזֶה עִגּוּל דְּרָסָהּ, עַל פִּי חָבִית, וְאֵינוֹ יוֹדֵעַ בְּאֵיזוֹ חָבִית דְּרָסָהּ, עַל פִּי כַּוֶּרֶת, וְאֵינוֹ יוֹדֵעַ בְּאֵיזוֹ כַּוֶּרֶת דְּרָסָהּ. רַבִּי מֵאִיר אוֹמֵר, רַבִּי אֱלִיעֶזֶר

As we learned in a mishna: With regard to a litra of dried figs, whose stems were removed, and were dried and pressed in different vessels and shaped into circles, the obligation to tithe fruits is by rabbinic law. If one forgot to tithe the figs, and later remembered that he placed the figs into a barrel, and during the process of producing a circle he pressed the figs onto the mouth of one of the circular vessels in which the circles are formed, and does not know into which circular vessel he pressed it; or, if he recalls that he pressed it on the mouth of a barrel, but does not know in which barrel he pressed it, or if he recalls that he pressed it on the mouth of a straw receptacle, but does not know in which receptacle he pressed it, Rabbi Meir says that in all these cases there is a dispute between the tanna’im of the previous generation: Rabbi Eliezer

Как мы учили в мишне: относительно литры сушёных инжиров, у которых удалили черенки, а сами их высушили и спрессовали в разных сосудах, придав им вид кругов, — обязанность отделять от плодов десятины здесь по закону мудрецов. Если человек забыл отделить от этих инжиров десятины, а после вспомнил, что положил инжиры в бочку, и в ходе изготовления круга прижал инжиры к устью одного из круглых сосудов, в которых формуют круги, но не знает, в какой именно круглый сосуд он их прижал; или же он помнит, что прижал их к устью бочки, но не знает, в какой именно бочке; или помнит, что прижал их к устью соломенного вместилища, но не знает, в каком именно вместилище, — рабби Меир говорит, что во всех этих случаях есть спор между танаим предыдущего поколения: рабби Элиэзер

דף 3

Display Settings

Bookmarks