talmud-beitzah:6a

אָמַר רָבָא: מֵת בְּיוֹם טוֹב רִאשׁוֹן — יִתְעַסְּקוּ בּוֹ עֲמָמִים. מֵת בְּיוֹם טוֹב שֵׁנִי — יִתְעַסְּקוּ בּוֹ יִשְׂרָאֵל, וַאֲפִילּוּ בִּשְׁנֵי יָמִים טוֹבִים שֶׁל רֹאשׁ הַשָּׁנָה. מַה שֶּׁאֵין כֵּן בְּבֵיצָה.

§ Rava said: If one died on the first day of a Festival, gentiles should attend to his burial. If he died on the second day of a Festival, Jews should attend to his burial. And even with regard to the two Festival days of Rosh HaShana, the halakha is that the legal status of the two days is like that of the two days of the Festivals; however, that is not so with regard to an egg that was laid on the first day of Rosh HaShana, as it remains prohibited on the second day.

§ Рава сказал: если человек умер в первый день праздника, его погребением должны заниматься неевреи. Если он умер во второй день праздника, его погребением занимаются евреи. И даже относительно двух праздничных дней Рош а-Шана галаха такова, что правовой статус этих двух дней подобен статусу двух дней прочих праздников; однако это не так в отношении яйца, снесённого в первый день Рош а-Шана, — оно остаётся запрещённым во второй день.

נְהַרְדָּעֵי אָמְרִי: אַף בְּבֵיצָה. דְּמָה דַּעְתָּיךְ, דִּלְמָא מְעַבְּרִי לֵיהּ לֶאֱלוּל, הָא אָמַר רַב חִינָּנָא בַּר כָּהֲנָא אָמַר רַב: מִימוֹת עֶזְרָא וְאֵילָךְ לֹא מָצִינוּ אֱלוּל מְעוּבָּר.

The Sages of Neharde’a say: Even with regard to an egg, Rosh HaShana is no different from other Festivals, as an egg laid on the first day is permitted on the second. As what do you think i.e., what is your concern; perhaps witnesses will fail to arrive, and the court will proclaim the month of Elul full, i.e., thirty days long, and begin counting the year only from the following day? In that case, both days are kept as sacred ab initio. Didn’t Rav Ḥinnana bar Kahana say that Rav already said in this regard: From the days of Ezra and onward we have not found that the month of Elul was full, as the Sages employed various methods to ensure that there would be no need to add a thirtieth day. Consequently, Rosh HaShana would always occur on the thirtieth day after the beginning of Elul.

Мудрецы Неардеи говорят: и в отношении яйца Рош а-Шана ничем не отличается от прочих праздников, ибо яйцо, снесённое в первый день, дозволено во второй. Ибо что ты думаешь, то есть в чём твоё опасение? Быть может, свидетели не придут, и суд объявит месяц Элуль полным, то есть в тридцать дней, и начнёт отсчёт года лишь со следующего дня? В таком случае оба дня соблюдают как святые лехатхила. Но ведь рав Хинана бар Каана сказал, что рав уже сказал об этом: со дней Эзры и далее мы не находим, чтобы месяц Элуль был полным, ибо мудрецы применяли разные способы, дабы не было нужды добавлять тридцатый день. Следовательно, Рош а-Шана всегда приходился на тридцатый день от начала Элуля.

אָמַר מָר זוּטְרָא: לָא אֲמַרַן, אֶלָּא דְּאִשְׁתַּהִי. אֲבָל לָא אִשְׁתַּהִי — מַשְׁהִינַן לֵיהּ.

Mar Zutra said: We said that Jews should attend to the dead on the second day of Rosh HaShana only when the burial of the corpse has already been delayed and for some reason the burial was not on the day that he died. In that case, the body might begin to decay, and the dignity of the dead is at stake. However, if the burial has not been delayed, and there is no concern for the dignity of the corpse, its burial may not be attended to on the Festival; rather, we delay it until the Festival has ended.

Мар Зутра сказал: мы говорили, что евреям следует заниматься погребением умершего во второй день Рош а-Шана лишь тогда, когда захоронение тела уже было отложено и по какой-то причине погребение не состоялось в день смерти. В таком случае тело может начать разлагаться, и под угрозой оказывается достоинство умершего. Но если погребение не откладывалось и нет опасения за достоинство тела, то заниматься им в йом тов нельзя; напротив, откладываем погребение до окончания праздника.

רַב אָשֵׁי אָמַר: אַף עַל גַּב דְּלָא אִשְׁתַּהִי, נָמֵי לָא מַשְׁהִינַן לֵיהּ. מַאי טַעְמָא, יוֹם טוֹב שֵׁנִי לְגַבֵּי מֵת — כְּחוֹל שַׁוְּיוּהּ רַבָּנַן, אֲפִילּוּ לְמֵיגַז לֵיהּ גְּלִימָא, וּלְמֵיגַז לֵיהּ אָסָא.

Rav Ashi said: Even though the burial was not delayed, but it is the day that he died, we still do not delay the burial. What is the reason for this? With regard to the dead, the Sages equated the legal status of the second Festival day with that of a weekday. This is true to such an extent that on a Festival it is permitted even to cut material to fashion a cloak for the deceased. And similarly, it is permitted to cut myrtles for the deceased, to be placed on the bier in their honor.

Рав Аши сказал: даже если погребение не откладывалось, но это день смерти, мы всё равно не откладываем погребение. В чём причина этого? В том, что касается умершего, мудрецы приравняли галахический статус второго дня праздника к статусу будня. И это верно настолько, что в йом тов дозволено даже кроить ткань, чтобы изготовить саван для умершего. И точно так же дозволено срезать мирты для умершего, чтобы возложить их на носилки в его честь.

אָמַר רָבִינָא: וְהָאִידָּנָא דְּאִיכָּא חַבָּרֵי — חָיְישִׁינַן.

Ravina said: And nowadays, when there are ḥabarei, this practice must be adjusted. The ḥabarei were Persian priests who made false accusations against Jews in Babylonia. They cited the fact that Jews were burying their dead on the second Festival day as proof that the day was not holy, and they forced them to work on that day. Since we are concerned about this possibility, we do not bury the dead on the second day.

Равина сказал: а ныне, когда есть хабарей, этот обычай следует изменить. Хабарей — это персидские жрецы, которые возводили ложные обвинения на евреев Вавилонии. Они ссылались на то, что евреи хоронят своих мертвецов во второй день праздника, как на доказательство того, что день этот не свят, и принуждали их работать в этот день. Поскольку мы опасаемся такой возможности, мы не хороним умерших во второй день.

רָבִינָא הֲוָה יָתֵיב קַמֵּיהּ דְּרַב (אַסִּי) בִּשְׁנֵי יָמִים טוֹבִים שֶׁל רֹאשׁ הַשָּׁנָה, חַזְיֵיהּ דַּהֲוָה עֲצִיב, אֲמַר לֵיהּ: אַמַּאי עֲצִיב מָר? אֲמַר לֵיהּ: דְּלָא אוֹתִיבִי עֵירוּבֵי תַּבְשִׁילִין.

The Gemara relates: Ravina sat before Rav Ashi on the two Festival days of Rosh HaShana, which occurred that year on Thursday and Friday. Ravina observed that Rav Ashi was sad. He said to him: Why is the Master sad? He said to him: Because I did not prepare a joining of cooked foods, and therefore I cannot prepare food or light a candle on Rosh HaShana for the upcoming Shabbat. When a Festival immediately precedes Shabbat, a joining of cooked foods is prepared before the Festival with ready-to-eat food. It is kept until Shabbat, symbolically indicating that any food prepared on the Festival for Shabbat is merely a continuation of that initial preparation.

Гмара рассказывает: Равина сидел перед равом Аши в два праздничных дня Рош а-Шана, которые в тот год пришлись на четверг и пятницу. Равина заметил, что рав Аши печален. Он сказал ему: почему учитель печален? Тот ответил ему: потому что я не приготовил эрув тавшилин (соединение приготовленных блюд), и потому не могу в Рош а-Шана готовить пищу или зажигать свечу на предстоящий шабат. Когда праздник непосредственно предшествует шабату, перед праздником готовят эрув тавшилин из готовой к употреблению пищи. Его сохраняют до шабата, что символически указывает, что всякая пища, приготовленная в йом тов для шабата, есть лишь продолжение того начального приготовления.

אֲמַר לֵיהּ: וְלוֹתֵיב מָר הָאִידָּנָא? מִי לָא אָמַר רָבָא: מַנִּיחַ אָדָם עֵירוּבֵי תַבְשִׁילִין מִיּוֹם טוֹב לַחֲבֵירוֹ, וּמַתְנֶה!

Ravina said to him: And let the Master prepare a joining of cooked foods now, on the first day of Rosh HaShana, a Thursday. Didn’t Rava say: A person may prepare a joining of cooked foods from one Festival day of the Diaspora to another, by stipulating the following condition: If today is a weekday and tomorrow is holy, this shall be my joining of cooked foods, by means of which I may prepare food tomorrow for Shabbat; if today is holy and tomorrow a weekday, it is permitted to prepare food tomorrow as it is on any regular weekday, and a joining of cooked foods is not needed.

Равина сказал ему: так пусть учитель приготовит эрув тавшилин сейчас, в первый день Рош а-Шана, в четверг. Разве не сказал Рава: человек может приготовить эрув тавшилин в один из двух праздничных дней диаспоры для другого, оговорив следующее условие: если сегодня будень, а завтра свято — пусть это будет моим эрув тавшилин, посредством которого я смогу завтра готовить пищу на шабат; если же сегодня свято, а завтра будень — то готовить завтра дозволено, как в любой обычный будний день, и эрув тавшилин не нужен.

אֲמַר לֵיהּ: אֵימַר דְּאָמַר רָבָא בִּשְׁנֵי יָמִים טוֹבִים שֶׁל גָּלִיּוֹת. בִּשְׁנֵי יָמִים טוֹבִים שֶׁל רֹאשׁ הַשָּׁנָה מִי אָמַר?

Rav Ashi said to him: You can say that Rava stated this halakha with regard to the regular two Festival days of the Diaspora; but did he actually say so with regard to the two Festival days of Rosh HaShana? The two days of Rosh HaShana are considered one long day, and they are both equally holy.

Рав Аши сказал ему: ты можешь сказать, что Рава изрёк эту галаху относительно обычных двух праздничных дней диаспоры; но разве он сказал так о двух днях Рош а-Шана? Два дня Рош а-Шана считаются одним долгим днём, и оба они святы в равной мере.

וְהָא אָמְרִי נְהַרְדָּעֵי: אַף בֵּיצָה מוּתֶּרֶת. אֲמַר לֵיהּ רַב מָרְדֳּכַי: בְּפֵירוּשׁ אֲמַר לִי מָר דְּלָא סָבַר לְהָא דִּנְהַרְדָּעֵי.

Ravina replied: Didn’t the Sages of Neharde’a say that even an egg is permitted on the two days of Rosh HaShana, which are treated exactly the same as other Festival days in the Diaspora? The same ruling should apply to a joining of cooked foods. Rav Mordekhai said to Ravina: This does not resolve Rav Ashi’s difficulty, as the Master, Rav Ashi, explicitly said to me that he does not hold in accordance with this opinion of the Sages of Neharde’a. Rather, he maintains that Rosh HaShana differs from other Festivals, and in this case there is no way to make up for failure to prepare a joining of cooked foods.

Равина ответил: разве не сказали мудрецы Неардеи, что даже яйцо дозволено в два дня Рош а-Шана, к которым относятся в точности так же, как к прочим праздничным дням в диаспоре? То же правило должно относиться и к эрув тавшилин. Рав Мордехай сказал Равине: это не разрешает затруднения рава Аши, ибо учитель, рав Аши, прямо сказал мне, что он не держится этого мнения мудрецов Неардеи. Напротив, он полагает, что Рош а-Шана отличается от прочих праздников, и в этом случае нет способа восполнить упущение — то, что эрув тавшилин не был приготовлен.

אִתְּמַר: אֶפְרוֹחַ שֶׁנּוֹלַד בְּיוֹם טוֹב, רַב אָמַר: אָסוּר. וּשְׁמוּאֵל, וְאִיתֵּימָא רַבִּי יוֹחָנָן אָמַר: מוּתָּר. רַב אָמַר: אָסוּר — מוּקְצֶה הוּא. וּשְׁמוּאֵל, וְאִיתֵּימָא רַבִּי יוֹחָנָן אָמַר: מוּתָּר — הוֹאִיל וּמַתִּיר עַצְמוֹ בִּשְׁחִיטָה.

§ It was stated that amora’im disputed the following case: With regard to a chick that hatched on a Festival, Rav said: It is prohibited. And Shmuel, and some say Rabbi Yoḥanan, said: It is permitted. The Gemara explains the reasoning for their respective opinions. Rav said: It is prohibited because it is muktze. And Shmuel, and some say Rabbi Yoḥanan said: It is permitted, since it itself is rendered permitted through slaughter. The slaughter of the chicken, which renders it fit to be eaten, is made possible by its hatching. Consequently, hatching likewise removes the prohibition of muktze.

§ Было сказано, что амораим спорили о следующем случае: о цыплёнке, вылупившемся в йом тов, Рав сказал: он запрещён. А Шмуэль, а некоторые говорят — рабби Йоханан, сказал: он дозволен. Гмара разъясняет основания их мнений. Рав сказал: он запрещён, потому что он мукце. А Шмуэль, а некоторые говорят — рабби Йоханан, сказал: он дозволен, поскольку сам он становится дозволенным через шхиту. Шхита цыплёнка, делающая его пригодным в пищу, становится возможной благодаря его вылуплению. Следовательно, вылупление точно так же снимает запрет мукце.

אָמְרִי לֵיהּ רַב כָּהֲנָא וְרַב אַסִּי לְרַב: וְכִי מָה בֵּין זֶה לְעֵגֶל שֶׁנּוֹלַד בְּיוֹם טוֹב? אֲמַר לְהוּ: הוֹאִיל וּמוּכָן אַגַּב אִמּוֹ בִּשְׁחִיטָה.

Rav Kahana and Rav Asi said to Rav: And what is the difference between this case and that of a calf born on a Festival, since you agree that a calf may be slaughtered on that day? He said to them: There is a difference. Since a calf inside its mother is considered prepared on account of its mother, by slaughter, the halakha is as follows: If a cow is slaughtered, the calf inside its womb is also permitted. Therefore, that calf never had the status of muktze, whereas the chick was considered muktze before it hatched.

Рав Каана и рав Аси сказали Раву: а чем отличается этот случай от случая с телёнком, родившимся в йом тов, ведь ты согласен, что телёнка можно резать в тот же день? Он сказал им: разница есть. Поскольку телёнок внутри матери считается подготовленным благодаря матери, посредством шхиты, галаха такова: если корову зарезали, то и телёнок в её утробе дозволен. Поэтому такой телёнок никогда не имел статуса мукце, тогда как цыплёнок считался мукце до того, как вылупился.

וּמָה בֵּין זֶה לְעֵגֶל שֶׁנּוֹלַד מִן הַטְּרֵפָה! שְׁתֵיק רַב.

Rav Kahana and Rav Ashi further challenged Rav: And what is the difference between this case and that of a tereifa? If the mother has a condition that will cause it to die within twelve months, neither it nor the calf inside it may be eaten. Nevertheless, after it is born the calf may be slaughtered on a Festival and it is permitted. Rav was silent and did not offer an answer, as though he did not know how to respond to the question.

Рав Каана и рав Аши далее возразили Раву: а чем отличается этот случай от случая с трефой? Если у матери есть изъян, от которого она умрёт в течение двенадцати месяцев, то ни её саму, ни телёнка в её утробе есть нельзя. И тем не менее после того, как телёнок родился, его можно резать в йом тов, и он дозволен. Рав промолчал и не дал ответа, как будто не знал, что ответить на этот вопрос.

אֲמַר רַבָּה וְאִיתֵּימָא רַב יוֹסֵף: מַאי טַעְמָא שְׁתֵיק רַב? לֵימָא לְהוּ: הוֹאִיל וּמוּכָן אַגַּב אִמּוֹ לִכְלָבִים!

Rabba said, and some say it was Rav Yosef: What is the reason that Rav was silent? Let him say to them: Even a calf born to a tereifa mother is not considered fully muktze, since it is prepared on account of its mother to be fed to dogs. On a Festival, it is permitted to slaughter a tereifa and give it to dogs as food, and therefore the calf is not fully muktze even before it is born. By contrast, a chick in its shell is not intended as food for dogs, and therefore a chick that hatched on a Festival was unfit for use when the Festival began. Consequently, it was considered muktze and it is now nolad, an object that came into being on Shabbat or a Festival, and it is therefore prohibited.

Раба сказал, а некоторые говорят — рав Йосеф: в чём причина того, что Рав промолчал? Пусть бы он сказал им: даже телёнок, рождённый от матери-трефы, не считается полностью мукце, поскольку он подготовлен благодаря матери — на корм собакам. В йом тов дозволено зарезать трефу и отдать её собакам в пищу, и потому телёнок не является полностью мукце даже до своего рождения. Напротив, цыплёнок в скорлупе не предназначен в пищу собакам, и потому цыплёнок, вылупившийся в йом тов, был непригоден к использованию, когда праздник наступил. Следовательно, он считался мукце, а теперь он нолад — нечто возникшее в шабат или в йом тов, — и потому он запрещён.

אֲמַר לֵיהּ אַבָּיֵי:

Abaye said to him:

Абайе сказал ему:

דף 6

Display Settings

Bookmarks