Chagigah 11b — Chagigah

לְבִתּוֹ מֵאֲנוּסָתוֹ, דְּלָא כְּתִיבָא.

with regard to his daughter born from the woman he raped, which is not written explicitly in the Torah. It is forbidden for this man to have sexual relations with this daughter, despite the fact that she is not the daughter of his wife, as he did not marry her mother.

в отношении его дочери, рождённой от женщины, которую он изнасиловал, — что не написано в Торе явно. Этому человеку запрещено вступать в половые отношения с этой дочерью, несмотря на то что она не дочь его жены, поскольку он не женился на её матери.

דְּאָמַר רָבָא, אֲמַר לִי רַבִּי יִצְחָק בַּר אַבְדִּימִי: אָתְיָא ״הֵנָּה״ ״הֵנָּה״.

As Rava said: Rabbi Yitzḥak bar Avdimi said to me that this halakha is derived by means of a verbal analogy between the term they [hena], an unusual form of this word, written in one context, and the same term, they, written elsewhere. As it is written: “The nakedness of a woman and her daughter…you shall not take…they [hena] are near kinswomen; it is lewdness” (Leviticus 18:17). And it is written: “The nakedness of your son’s daughter, or of your daughter’s daughter, even their nakedness you shall not uncover; for they [hena] are your own nakedness” (Leviticus 18:10). This indicates that every daughter, even from the rape of a woman who is not one’s wife, is forbidden, just like one’s daughter from his wife.

Как сказал Рава: Рабби Ицхак бар Авдими сказал мне, что эта Галаха выводится посредством словесной аналогии между словом «они» [hena] — необычной формой этого слова, написанной в одном месте, — и тем же словом «они», написанным в другом месте. Как написано: «Наготы женщины и её дочери… не бери… они [hena] — близкие родственницы; это разврат» (Левит 18:17). И написано: «Наготы дочери твоего сына или дочери твоей дочери — и их наготы не открывай; ибо они [hena] — твоя собственная нагота» (Левит 18:10). Это указывает, что всякая дочь, даже от изнасилования женщины, которая не является чьей-либо женой, запрещена — так же, как дочь от своей жены.

אָתְיָא ״זִימָּה״ ״זִימָּה״.

Furthermore, the punishment for this transgression is derived from a verbal analogy between: “It is lewdness [zima]” (Leviticus 18:17), which is written with regard to a woman and her daughter, and the same term “lewdness” that appears elsewhere, as it is stated: “And if a man take with his wife also her mother, it is lewdness [zima]: They shall be burnt with fire, both he and they” (Leviticus 20:14).

Кроме того, наказание за это преступление выводится из словесной аналогии между: «это разврат [zima]» (Левит 18:17), что написано относительно женщины и её дочери, — и тем же словом «разврат», встречающимся в другом месте, как сказано: «И если возьмёт человек вместе с женой также её мать — это разврат [zima]: да будут сожжены огнём, и он, и они» (Левит 20:14).

הֵן הֵן גּוּפֵי תוֹרָה. הָנֵי — אִין, הָנָךְ לָא? אֶלָּא אֵימָא: הֵן וְהֵן גּוּפֵי תוֹרָה.

§ The mishna taught: These [hen hen] are the essential parts of the Torah. The Gemara asks: These, the topics mentioned in the mishna, which are not written explicitly but for which there is ample basis in the Torah, yes, they are the essential parts of Torah, whereas those other categories listed in the mishna that are written explicitly, no, they are not essential? Rather, one must say that both these and those [hen vehen] are the essential parts of the Torah. Every part of the Torah is essential, whether or not it is written explicitly.

§ Мишна учила: Эти [hen hen] — основные части Торы. Гмара спрашивает: эти — темы, упомянутые в Мишне, которые не написаны явно, но для которых есть обильное основание в Торе, — да, они основные части Торы, а те другие категории, перечисленные в Мишне, которые написаны явно, — нет, они не основные? Скорее, следует сказать, что и эти, и те [hen vehen] — основные части Торы. Всякая часть Торы — основная, написана ли она явно или нет.

הֲדַרַן עֲלָךְ הַכֹּל חַיָּיבִין

We shall return to you, [chapter of] "All of obligated..."

Мы вернёмся к тебе, [глава] «Все обязанные…»

אֵין דּוֹרְשִׁין בָּעֲרָיוֹת בִּשְׁלֹשָׁה, וְלֹא בְּמַעֲשֵׂה בְרֵאשִׁית בִּשְׁנַיִם, וְלֹא בַּמֶּרְכָּבָה בְּיָחִיד, אֶלָּא אִם כֵּן הָיָה חָכָם וּמֵבִין מִדַּעְתּוֹ.

MISHNA: One may not expound the topic of forbidden sexual relations before three or more individuals; nor may one expound the act of Creation and the secrets of the beginning of the world before two or more individuals; nor may one expound by oneself the Design of the Divine Chariot, a mystical teaching with regard to the ways God conducts the world, unless he is wise and understands most matters on his own.

МИШНА: Нельзя излагать тему запрещённых половых связей перед тремя и более людьми; и нельзя излагать деяние Творения и тайны начала мира перед двумя и более людьми; и нельзя излагать в одиночку Устройство Божественной Колесницы — мистическое учение о путях, которыми Г-сподь управляет миром, — если только он не мудр и не понимает большинство вещей сам по себе.

כׇּל הַמִּסְתַּכֵּל בְּאַרְבָּעָה דְּבָרִים, רָתוּי לוֹ כְּאִילּוּ לֹא בָּא לָעוֹלָם: מָה לְמַעְלָה, מָה לְמַטָּה, מָה לְפָנִים, וּמָה לְאָחוֹר. וְכׇל שֶׁלֹּא חָס עַל כְּבוֹד קוֹנוֹ, רָתוּי לוֹ שֶׁלֹּא בָּא לָעוֹלָם.

The mishna continues in the same vein: Whoever looks at four matters, it would have been better for him had he never entered the world: Anyone who reflects upon what is above the firmament and what is below the earth, what was before Creation, and what will be after the end of the world. And anyone who has no concern for the honor of his Maker, who inquires into and deals with matters not permitted to him, deserves to have never come to the world.

Мишна продолжает в том же духе: Кто смотрит на четыре вещи — лучше бы ему было, если бы он никогда не вошёл в мир: всякий, кто размышляет о том, что над твердью и что под землёй, что было до Творения и что будет после конца мира. И всякий, кто не заботится о чести своего Создателя, кто расспрашивает и занимается вещами, которые ему не дозволены, заслуживает того, чтобы никогда не прийти в мир.

גְּמָ׳ אָמְרַתְּ בְּרֵישָׁא: וְלֹא בַּמֶּרְכָּבָה בְּיָחִיד, וַהֲדַר אָמְרַתְּ: אֶלָּא אִם כֵּן הָיָה חָכָם וּמֵבִין מִדַּעְתּוֹ!

GEMARA: The Gemara poses a question: You said in the first clause of the mishna: Nor may one expound the Design of the Divine Chariot by oneself, which indicates that the topic may not be learned at all, and yet you subsequently said: Unless he is wise and understands most things on his own, which indicates that an individual is permitted to study the Design of the Divine Chariot.

ГМАРА: Гмара задаёт вопрос: ты сказал в первой части Мишны: и нельзя излагать Устройство Божественной Колесницы в одиночку, — что указывает, будто эту тему вообще нельзя изучать; а затем ты сказал: если только он не мудр и не понимает большинство вещей сам по себе, — что указывает, что отдельному человеку разрешено изучать Устройство Божественной Колесницы.

הָכִי קָאָמַר: אֵין דּוֹרְשִׁין בָּעֲרָיוֹת לִשְׁלֹשָׁה, וְלֹא בְּמַעֲשֵׂה בְרֵאשִׁית לִשְׁנַיִם, וְלֹא בַּמֶּרְכָּבָה לַיָּחִיד, אֶלָּא אִם כֵּן הָיָה חָכָם וּמֵבִין מִדַּעְתּוֹ.

The Gemara explains: This is what the mishna is saying: One may not expound the topic of forbidden sexual relations before three students, nor the act of Creation before two, nor may one teach the Divine Chariot to one, unless that student was wise and understands on his own.

Гмара объясняет: вот что говорит Мишна: нельзя излагать тему запрещённых половых связей перед тремя учениками, ни деяние Творения — перед двумя, и нельзя учить Божественной Колеснице одного, если только тот ученик не был мудр и не понимал сам по себе.

אֵין דּוֹרְשִׁין בָּעֲרָיוֹת בִּשְׁלֹשָׁה. מַאי טַעְמָא? אִילֵּימָא מִשּׁוּם דִּכְתִיב: ״אִישׁ אִישׁ אֶל כׇּל שְׁאֵר בְּשָׂרוֹ״. ״אִישׁ אִישׁ״ — תְּרֵי, ״שְׁאֵר בְּשָׂרוֹ״ — חַד, וְאָמַר רַחֲמָנָא: ״לֹא תִקְרְבוּ לְגַלּוֹת עֶרְוָה״.

§ The Gemara continues to clarify the mishna, which reads: One may not expound the topic of forbidden sexual relations before three individuals. What is the reason for this? If we say it is because it is written: “None of you [ish, ish] shall approach any near of kin to uncover their nakedness” (Leviticus 18:6). Ish, ish, literally means: Man, man. It is understood as an allusion to the number of students permitted to study the topic. This is as it is explained immediately: “Man, man” equals two; “any near of kin to him” is one; and the Merciful One states: “You shall not approach to uncover their nakedness,” which indicates that one may not expound the halakhot of forbidden sexual relations in the presence of three individuals.

§ Гмара продолжает разъяснять Мишну, где сказано: нельзя излагать тему запрещённых половых связей перед тремя людьми. Какова причина этого? Если мы скажем, что потому, что написано: «Никто из вас [ish, ish] не приближайся ни к кому из близких родственников, чтобы открыть наготу» (Левит 18:6). Ish, ish буквально означает: «муж, муж». Это понимается как намёк на число учеников, которым разрешено изучать эту тему. Как это сразу объясняется: «муж, муж» — это два; «к кому-либо из близких родственников его» — это один; а Милосердный говорит: «не приближайтесь, чтобы открыть их наготу», — что указывает, что нельзя излагать Галахот о запрещённых половых связях в присутствии трёх людей.

אֶלָּא מֵעַתָּה, דִּכְתִיב: ״אִישׁ אִישׁ כִּי יְקַלֵּל אֱלֹהָיו״, ״אִישׁ אִישׁ אֲשֶׁר יִתֵּן מִזַּרְעוֹ לַמּוֹלֶךְ״, הָכִי נָמֵי?

They ask: If that is so, then what of this verse: “Any man [ish, ish] who curses his God” (Leviticus 24:15), or “Any man [ish, ish] who gives of his seed to the Molekh” (Leviticus 20:2), which is a form of idol worship? In both cases the double expression implies the number two. So too there, will you say that it is prohibited to teach these halakhot before two individuals?

Они спрашивают: если так, то как быть с этим стихом: «Всякий человек [ish, ish], который проклянёт своего Бога» (Левит 24:15), или: «Всякий человек [ish, ish], который даст из своего семени Молеху» (Левит 20:2), что является видом идолопоклонства? В обоих случаях двойное выражение подразумевает число два. Так и там — скажешь ли ты, что запрещено учить этим Галахотам перед двумя людьми?

אֶלָּא הָנְהוּ — מִיבְּעֵי לֵיהּ לְרַבּוֹת אֶת הַגּוֹיִם, שֶׁמּוּזְהָרִין עַל בִּרְכַּת הַשֵּׁם וְעַל עֲבוֹדָה זָרָה כְּיִשְׂרָאֵל.

The Gemara answers: Rather, those instances of the double expression: Man, man, are required for him, the tanna, in order to include gentiles, who are commanded with regard to blessing, a euphemism for cursing, God, and with regard to idol worship just as Jews are commanded.

Гмара отвечает: скорее, те случаи двойного выражения «муж, муж» нужны ему, танне, чтобы включить неевреев, которые заповеданы относительно «благословения» — эвфемизма для проклятия — Бога, и относительно идолопоклонства, так же как заповеданы евреи.

הַאי נָמֵי מִיבְּעֵי לֵיהּ לְרַבּוֹת אֶת הַגּוֹיִם שֶׁמּוּזְהָרִין עַל הָעֲרָיוֹת כְּיִשְׂרָאֵל.

But if so, this mention of “man, man” in the case of forbidden relations is also required for him to include gentiles, who are commanded with regard to forbidden sexual relations, as Jews are.

Но если так, то это упоминание «муж, муж» в случае запрещённых связей также необходимо ему, чтобы включить в это неевреев, которым заповедано относительно запрещённых половых связей, как и евреям.

אֶלָּא, מִדִּכְתִיב: ״וּשְׁמַרְתֶּם אֶת מִשְׁמַרְתִּי״, ״וּשְׁמַרְתֶּם״ — תְּרֵי, ״מִשְׁמַרְתִּי״ — חַד, וְאָמַר רַחֲמָנָא: ״לְבִלְתִּי עֲשׂוֹת מֵחֻקּוֹת הַתּוֹעֵבוֹת״.

Rather, the Gemara rejects the previous explanation, and suggests that the prohibition against teaching three is derived from the following verse stated with regard to forbidden sexual relations: “And you shall observe My charge” (Leviticus 18:30), which is explained as follows: “And you shall observe [ushmartem],” in the plural, indicates at least two; “My charge” is one; and the Merciful One states at the conclusion of this verse: “That you do not perform any of these abominable customs” (Leviticus 18:30), indicating that this topic may not be taught to three.

Скорее, Гмара отвергает предыдущее объяснение и предлагает, что запрет обучать троих выводится из следующего стиха, сказанного относительно запрещённых половых связей: «И соблюдайте Мою стражу» (Левит 18:30), что объясняется так: «и соблюдайте [ушмартем]», во множественном числе, указывает как минимум на двоих; «Мою стражу» — это один; и Милосердный говорит в заключение этого стиха: «чтобы не совершали вы ни одного из этих мерзких обычаев» (Левит 18:30), указывая, что эту тему нельзя преподавать троим.

אֶלָּא מֵעַתָּה דִּכְתִיב: ״וּשְׁמַרְתֶּם אֶת הַשַּׁבָּת״, ״וּשְׁמַרְתֶּם אֶת הַמַּצּוֹת״, ״וּשְׁמַרְתֶּם אֵת מִשְׁמֶרֶת הַקֹּדֶשׁ״, הָכִי נָמֵי?

The Gemara asks: However, if that is so, then what of that which is written: “And you shall observe the Shabbat” (Exodus 31:14), and “And you shall observe the festival of matzot” (Exodus 12:17), and “And you shall observe the charge of the sacred things” (Numbers 18:5); so too, will you say that none of these subjects may be taught to three?

Гмара спрашивает: Однако если так, то как быть с тем, что написано: «И соблюдайте Шаббат» (Исход 31:14), и «И соблюдайте праздник мацот» (Исход 12:17), и «И соблюдайте стражу святынь» (Числа 18:5); так же ли скажешь, что ни одну из этих тем нельзя преподавать троим?

אֶלָּא אָמַר רַב אָשֵׁי: מַאי אֵין דּוֹרְשִׁין בָּעֲרָיוֹת בִּשְׁלֹשָׁה — אֵין דּוֹרְשִׁין בְּסִתְרֵי עֲרָיוֹת בִּשְׁלֹשָׁה.

Rather, Rav Ashi said: These scriptural allusions are all unacceptable. What is the meaning of: One may not expound the topic of forbidden sexual relations before three? It means: One may not expound the concealed laws of forbidden sexual relations before three. The prohibition against teaching before three applies to halakhot of forbidden sexual relations that are not explicitly stated in the Torah but are derived by expounding the verses or through analogy.

Скорее, Рав Аши сказал: Все эти намёки Писания неприемлемы. Каков смысл: Нельзя излагать тему запрещённых половых связей перед тремя? Это означает: Нельзя излагать скрытые законы запрещённых половых связей перед тремя. Запрет обучать перед тремя относится к галахот запрещённых половых связей, которые не изложены явно в Торе, но выводятся посредством толкования стихов или через аналогию.

מַאי טַעְמָא — סְבָרָא הוּא. בֵּי תְרֵי כִּי יָתְבִי קַמֵּי רַבַּיְיהוּ, חַד שָׁקֵיל וְטָרֵי בַּהֲדֵי רַבֵּיהּ, וְאִידַּךְ מַצְלֵי אוּדְנֵיהּ לִגְמָרָא. תְּלָתָא, חַד שָׁקֵיל וְטָרֵי בַּהֲדֵי רַבֵּיהּ, וְהָנָךְ תְּרֵי שָׁקְלוּ וְטָרוּ בַּהֲדֵי הֲדָדֵי, וְלָא יָדְעִי מַאי קָאָמַר רַבַּיְיהוּ, וְאָתוּ לְמִישְׁרֵי אִיסּוּרָא בָּעֲרָיוֹת.

What is the reason? It is due not to a biblical allusion, but rather it is based on logical reasoning: When two students sit before their teacher, one of them is typically involved in a discussion of halakha with his teacher, while the other lends his ear to listen to the teaching. However, if there are three students, one of them is involved in a discussion with his teacher while the other two are engaged in a discussion with one another, and they do not know what their teacher is saying, and may come to render permitted a forbidden relation by following their own reasoning rather than the explanation provided by their teacher.

Какова причина? Она не из намёка Писания, а основана на логическом рассуждении: Когда два ученика сидят перед своим учителем, один из них обычно участвует в обсуждении Галахи со своим учителем, а другой прислушивается, чтобы услышать учение. Однако если учеников трое, один из них участвует в обсуждении со своим учителем, а двое других заняты обсуждением друг с другом, и они не знают, что говорит их учитель, и могут прийти к тому, чтобы разрешить запрещённую связь, следуя собственным рассуждениям, а не объяснению, данному их учителем.

אִי הָכִי, כׇּל הַתּוֹרָה נָמֵי!

The Gemara raises a difficulty: If so, the entire Torah should likewise be taught only to two individuals, to prevent similar errors.

Гмара возражает: Если так, то и всю Тору следует преподавать лишь двум людям, чтобы предотвратить подобные ошибки.

עֲרָיוֹת שָׁאנֵי, דְּאָמַר מָר: גָּזֵל וַעֲרָיוֹת — נַפְשׁוֹ [שֶׁל אָדָם] מְחַמְּדָתָן וּמִתְאַוָּה לָהֶם.

The Gemara answers: The halakha of forbidden sexual relations is different, for the Master said: Robbery and forbidden sexual relations are sins that one’s soul covets and lusts after. Therefore, we are concerned that one who has not properly studied these matters with his teacher will rule leniently for himself.

Гмара отвечает: Галаха о запрещённых половых связях отличается, ибо Учитель сказал: Грабёж и запрещённые половые связи — это грехи, которых душа вожделеет и к которым стремится. Поэтому мы опасаемся, что тот, кто не изучил должным образом эти вопросы у своего учителя, вынесет для себя облегчающее решение.

אִי הָכִי, גָּזֵל נָמֵי? עֲרָיוֹת, בֵּין בְּפָנָיו בֵּין שֶׁלֹּא בְּפָנָיו נְפִישׁ יִצְרֵיהּ. גָּזֵל, בְּפָנָיו — נְפִישׁ יִצְרֵיהּ, שֶׁלֹּא בְּפָנָיו — לָא נְפִישׁ יִצְרֵיהּ.

The Gemara asks: If so, robbery should also not be taught to more than two, for this very reason. The Gemara responds: There is a difference between the lust for forbidden sexual relations and the lust for robbery. In the case of those with whom relations are forbidden, his evil inclination is strong whether or not the objects of desire are before him. With regard to robbery, however, if the object presents a direct temptation before him his inclination is strong, but when it is not before him his inclination is not strong, and we are therefore less concerned.

Гмара спрашивает: Если так, то и грабёж не следует преподавать более чем двум — по этой самой причине. Гмара отвечает: Есть различие между вожделением к запрещённым половым связям и вожделением к грабежу. В случае тех, с кем связь запрещена, его дурное побуждение сильно — есть ли предмет желания перед ним или нет. Что же касается грабежа, то если предмет представляет перед ним прямое искушение, его побуждение сильно, но когда он не перед ним, его побуждение не сильно, и потому мы меньше опасаемся.

״וְלֹא בְּמַעֲשֵׂה בְרֵאשִׁית בִּשְׁנַיִם״. מְנָא הָנֵי מִילֵּי? דְּתָנוּ רַבָּנַן: ״כִּי שְׁאַל נָא לְיָמִים רִאשׁוֹנִים״ — יָחִיד שׁוֹאֵל, וְאֵין שְׁנַיִם שׁוֹאֲלִין.

§ It is taught in the mishna: “Nor the act of Creation before two.” The Gemara poses a question: From where are these matters derived? The Gemara explains: As the Sages taught that the verse states: “For ask now of the days past, which were before you” (Deuteronomy 4:32); since this verse is stated in the singular, it teaches that an individual may ask questions with regard to Creation, i.e., “the days past,” but two may not ask, which indicates that one may teach such matters to only one student.

§ В Мишне учили: «И не о Деянии Творения — перед двумя». Гмара задаёт вопрос: Откуда выводятся эти положения? Гмара объясняет: Как учили Мудрецы, что стих говорит: «Ибо спроси ныне о днях прежних, которые были прежде тебя» (Второзаконие 4:32); поскольку этот стих сказан в единственном числе, он учит, что один человек может задавать вопросы относительно Творения, то есть «дней прежних», но двое не могут спрашивать, что указывает: можно преподавать такие вещи лишь одному ученику.

יָכוֹל יִשְׁאַל אָדָם קוֹדֶם שֶׁנִּבְרָא הָעוֹלָם, תַּלְמוּד לוֹמַר: ״לְמִן הַיּוֹם אֲשֶׁר בָּרָא אֱלֹהִים אָדָם עַל הָאָרֶץ״.

One might have thought that a person may ask questions with regard to matters preceding the creation of the world. Therefore, the continuation of the verse states: “Since the day that God created man upon the earth,” but not earlier.

Можно было бы подумать, что человеку дозволено задавать вопросы о том, что предшествовало сотворению мира. Поэтому продолжение стиха говорит: «со дня, когда Бог сотворил человека на земле», — но не ранее.

יָכוֹל לֹא יִשְׁאַל אָדָם מִשֵּׁשֶׁת יְמֵי בְרֵאשִׁית, תַּלְמוּד לוֹמַר: ״לְיָמִים רִאשׁוֹנִים אֲשֶׁר הָיוּ לְפָנֶיךָ״.

One might have thought that a person may not ask questions with regard to matters that occurred during the six days of Creation before the creation of man. Therefore, the verse states: “For ask now of the days past, which were before you,” indicating that one may inquire about the days preceding the creation of man.

Можно было бы подумать, что человеку нельзя задавать вопросы о том, что происходило в шесть дней Творения до сотворения человека. Поэтому стих говорит: «Ибо спроси ныне о днях прежних, которые были прежде тебя», указывая, что можно спрашивать о днях, предшествовавших сотворению человека.

יָכוֹל יִשְׁאַל אָדָם מָה לְמַעְלָה וּמָה לְמַטָּה מָה לְפָנִים וּמָה לְאָחוֹר — תַּלְמוּד לוֹמַר: ״וּלְמִקְצֵה הַשָּׁמַיִם וְעַד קְצֵה הַשָּׁמָיִם״, מִלְּמִקְצֵה הַשָּׁמַיִם וְעַד קְצֵה הַשָּׁמָיִם — אַתָּה שׁוֹאֵל, וְאֵין אַתָּה שׁוֹאֵל מָה לְמַעְלָה מָה לְמַטָּה, מָה לְפָנִים מָה לְאָחוֹר.

One might have thought that a person may ask questions with regard to what is above, what is below, what was before, and what is after the world. Therefore, the same verse states: “From one end of the heavens to the other” (Deuteronomy 4:32), which is explained as follows: With regard to that which is from one end of the heavens to the other, within the boundaries of the world, you may ask, but you may not ask what is above, what is below, what was before, or what is after.

Можно было бы подумать, что человеку дозволено задавать вопросы о том, что наверху, что внизу, что было прежде и что будет после мира. Поэтому тот же стих говорит: «от одного края небес до другого» (Второзаконие 4:32), что объясняется так: о том, что от одного края небес до другого, в пределах мира, ты можешь спрашивать, но ты не можешь спрашивать о том, что наверху, что внизу, что было прежде или что будет после.

דף 11

Display Settings

Bookmarks