Chagigah 6a — Chagigah

עַד הָכָא, מַאן אַתְיֵיהּ?

Who brought him to here, all the way to Jerusalem? If the father could bring his child to Jerusalem, why can’t he bring him to the Temple Mount?

Кто привел его сюда, до самого Иерусалима? Если отец мог привести своего ребенка в Иерусалим, почему он не может привести его на Храмовую гору?

אֲמַר לֵיהּ אַבָּיֵי: עַד הָכָא דְּמִיחַיְּיבָא אִימֵּיהּ בְּשִׂמְחָה — אַיְיתִיתֵיהּ אִימֵּיהּ. מִכָּאן וְאֵילָךְ, אִם יָכוֹל לַעֲלוֹת וְלֶאֱחוֹז בְּיָדוֹ שֶׁל אָבִיו מִירוּשָׁלַיִם לְהַר הַבַּיִת — חַיָּיב, וְאִי לָא — פָּטוּר.

Abaye said to him: With regard to the way to here, as his mother is also obligated in rejoicing on the Festival, his mother brought him when she herself ascended to the capital. From this point forward, if he is able to ascend and hold his father’s hand from Jerusalem to the Temple Mount, he is obligated, and if not, he is exempt.

Абайе сказал ему: что касается пути сюда, поскольку его мать также обязана в Симха в праздник, его мать привела его, когда сама поднялась в столицу. Отсюда и далее: если он способен подняться и держать руку своего отца от Иерусалима до Храмовой горы, он обязан, а если нет — освобожден.

הֵשִׁיב רַבִּי תַּחַת בֵּית הִלֵּל: לְדִבְרֵי בֵּית שַׁמַּאי, ״וְחַנָּה לֹא עָלָתָה כִּי אָמְרָה לְאִישָׁהּ עַד יִגָּמֵל הַנַּעַר וַהֲבִיאוֹתִיו״ — וְהָא שְׁמוּאֵל, דְּיָכוֹל לִרְכּוֹב עַל כְּתֵיפוֹ שֶׁל אָבִיו הֲוָה.

It is taught in a baraita that Rabbi Yehuda HaNasi responded in place of Beit Hillel, that according to the statement of Beit Shammai that a child who is unable to ride on his father’s shoulders is not obligated in the mitzva of appearance, they must explain a verse that deals with Hanna, Samuel’s mother: “But Hanna did not ascend, for she said to her husband: Until the child is weaned, when I will bring him” (I Samuel 1:22). But Samuel was able to ride on his father’s shoulders. The age of weaning is twenty-four months, before which Samuel was already old enough to ride on his father’s shoulders, and yet he was not ready to ascend to the Tabernacle. This shows that only a child who is able to walk on his own is obligated in the mitzva of appearance.

В Барайта учат, что Рабби Йеуда га-Наси ответил от имени Бейт Гилель, что согласно утверждению Бейт Шамай, что ребенок, который не способен ехать на плечах своего отца, не обязан в заповеди Рэия, им нужно объяснить стих, который говорит о Ханне, матери Шмуэля: «Но Ханна не поднялась, ибо сказала мужу своему: пока дитя не будет отнято от груди, тогда я приведу его» (I Шмуэль 1:22). Но Шмуэль был способен ехать на плечах своего отца. Возраст отнятия от груди — двадцать четыре месяца; еще до этого Шмуэль уже был достаточно взрослым, чтобы ехать на плечах своего отца, и все же он не был готов подняться к Скинии. Это показывает, что только ребенок, который способен идти сам, обязан в заповеди Рэия.

אֲמַר לֵיהּ אֲבוּהּ: וּלְטַעְמָיךְ, תִּיקְשֵׁי לָךְ, חַנָּה גּוּפַהּ מִי לָא מִיחַיְּיבָא בְּשִׂמְחָה? אֶלָּא חַנָּה, מְפַנְּקוּתָא יַתִּירְתָּא חַזְיָיא בֵּיהּ בִּשְׁמוּאֵל, וְחַשָּׁא בֵּיהּ בִּשְׁמוּאֵל לְחוּלְשָׁא דְאוֹרְחָא.

Rabbi Yehuda HaNasi’s father said to him: According to your reasoning, ask about Hanna herself: Wasn’t she obligated in rejoicing? Why didn’t she travel to the Tabernacle to fulfill a mitzva in which she herself was obligated? Rather, Hanna saw in Samuel the need for extra pampering, and she was concerned about Samuel lest he experience weakness from the journey. Since she was unable to bring him, she herself did not come.

Отец Рабби Йеуды га-Наси сказал ему: согласно твоему рассуждению, спроси о самой Ханне: разве она не была обязана в Симха? Почему же она не поехала к Скинии, чтобы исполнить заповедь, в которой она сама обязана? Скорее, Ханна видела в Шмуэле нужду в дополнительной заботе, и она беспокоилась о Шмуэле, как бы он не ослаб от дороги. Поскольку она не могла привести его, она сама не пришла.

בָּעֵי רַבִּי שִׁמְעוֹן: קָטָן חִיגֵּר לְדִבְרֵי בֵּית שַׁמַּאי, וְסוֹמֵא לְדִבְרֵי שְׁנֵיהֶם, מַהוּ?

Rabbi Shimon raises a dilemma: With regard to a minor who is lame and yet he is able to ascend on his father’s shoulders, according to the statement of Beit Shammai, and likewise a minor who is blind but is able to hold his father’s hand and ascend, according to the statements of both Beit Shammai and Beit Hillel, what is the halakha? Are these children obligated in the mitzva of appearance?

Рабби Шимон ставит дилемму: что касается несовершеннолетнего, который хром, но способен подняться, сидя на плечах своего отца, — согласно мнению Бейт Шамая, — и также несовершеннолетнего, который слеп, но способен держаться за руку своего отца и подняться, — согласно мнениям и Бейт Шамая, и Бейт Гиллеля, — какова Галаха? Обязаны ли эти дети в заповеди Рэия?

הֵיכִי דָמֵי? אִילֵּימָא בְּחִיגֵּר שֶׁאֵינוֹ יָכוֹל לְהִתְפַּשֵּׁט, וְסוֹמֵא שֶׁאֵינוֹ יָכוֹל לְהִתְפַּתֵּחַ? הַשְׁתָּא גָּדוֹל — פָּטוּר, קָטָן — מִיבַּעְיָא?! לָא צְרִיכָא: בְּחִיגֵּר שֶׁיָּכוֹל לְהִתְפַּשֵּׁט, וְסוֹמֵא שֶׁיָּכוֹל לְהִתְפַּתֵּחַ, מַאי?

The Gemara inquires: What are the circumstances of this case? If we say that it is referring to a lame minor who cannot be healed, and a blind child who cannot develop sight, what is the dilemma? Now, if an adult in this state is exempt, is it necessary to ask about a minor? Since this minor will never be obligated in the mitzva, even when he is an adult, there is no need to train him in its performance. The Gemara explains: No; it is necessary to ask with regard to a lame minor who can be healed and a blind minor who can develop sight. What is the halakha? Since the minor might eventually be obligated, is it necessary to train him at this point?

Гмара спрашивает: каковы обстоятельства этого случая? Если скажем, что речь идет о хромом несовершеннолетнем, которого нельзя исцелить, и о слепом ребенке, который не может обрести зрение, в чем дилемма? Ведь если взрослый в таком состоянии освобожден, нужно ли спрашивать о несовершеннолетнем? Поскольку этот несовершеннолетний никогда не будет обязан в заповеди, даже когда станет взрослым, нет нужды приучать его к ее исполнению. Гмара объясняет: нет; необходимо спросить о хромом несовершеннолетнем, которого можно исцелить, и о слепом несовершеннолетнем, который может обрести зрение. Какова Галаха? Поскольку несовершеннолетний может в итоге стать обязанным, нужно ли приучать его уже сейчас?

אָמַר אַבָּיֵי: כֹּל הֵיכָא דְּגָדוֹל מִיחַיַּיב מִדְּאוֹרָיְיתָא — קָטָן נָמֵי מְחַנְּכִינַן לֵיהּ מִדְּרַבָּנַן, כֹּל הֵיכָא דְּגָדוֹל פָּטוּר מִדְּאוֹרָיְיתָא — מִדְּרַבָּנַן קָטָן נָמֵי פָּטוּר.

Abaye said: Anywhere that an adult is obligated by Torah law, one must also train a minor in that state of health by rabbinic law. Anywhere that an adult is exempt by Torah law, a minor in that same state is also exempt by rabbinic law. Since in this current condition an adult would be exempt, there is no obligation to train this minor either, despite the fact that he might become obligated in the future.

Абая сказал: везде, где взрослый обязан по закону Торы, следует также приучать несовершеннолетнего в таком состоянии здоровья по постановлению мудрецов. Везде, где взрослый освобожден по закону Торы, несовершеннолетний в том же состоянии также освобожден по постановлению мудрецов. Поскольку в нынешнем состоянии взрослый был бы освобожден, нет обязанности приучать и этого несовершеннолетнего, несмотря на то что в будущем он может стать обязанным.

בֵּית שַׁמַּאי אוֹמְרִים: הָרְאִיָּיה שְׁתֵּי כֶּסֶף כּוּ׳.

§ The mishna taught that Beit Shammai say: The burnt-offering of appearance, brought by a pilgrim when he appears at the Temple on a Festival, must be worth at least two silver coins, and the Festival peace-offering must be worth at least one silver ma’a coin. And Beit Hillel say: The burnt-offering of appearance must be worth at least one silver ma’a and the Festival peace-offering at least two silver coins.

§ Мишна учила, что Бейт Шамай говорят: Ола Рэия, приносимая паломником, когда он является в Бейт га-Микдаш в праздник, должна стоить не менее двух серебряных монет, а праздничный Шламим должен стоить не менее одной серебряной маа. А Бейт Гиллель говорят: Ола Рэия должна стоить не менее одной серебряной маа, а праздничный Шламим — не менее двух серебряных монет.

תָּנוּ רַבָּנַן, בֵּית שַׁמַּאי אוֹמְרִים: הָרְאִיָּיה שְׁתֵּי כֶּסֶף, וְהַחֲגִיגָה מָעָה כֶּסֶף. שֶׁהָרְאִיָּיה עוֹלָה כּוּלָּהּ לַגָּבוֹהַּ, מַה שֶּׁאֵין כֵּן בַּחֲגִיגָה, וְעוֹד: מָצִינוּ בָּעֲצֶרֶת שֶׁרִיבָּה בָּהֶן הַכָּתוּב בְּעוֹלוֹת יוֹתֵר מִבִּשְׁלָמִים.

The Sages taught in a baraita that Beit Shammai say: The burnt-offering of appearance must be worth two silver coins, and the Festival peace-offering need be worth only one silver ma’a. The reason the burnt-offering must be worth more is that the burnt-offering of appearance goes up entirely to God, which is not so with regard to the Festival peace-offering, as parts of a peace-offering are eaten by its owner while other portions are consumed by the priests. And furthermore, another reason for this difference is that we find with regard to the festival of Assembly, i.e., Shavuot, that the verse includes more burnt-offerings than peace-offerings. The sacrificial requirement consists of one bull, two rams, and seven sheep as burnt-offerings, but only two sheep for peace-offerings.

Мудрецы учили в Барайта, что Бейт Шамай говорят: Ола Рэия должна стоить две серебряные монеты, а праздничный Шламим достаточно, чтобы стоил одну серебряную маа. Причина, по которой Ола должна стоить больше, в том, что Ола Рэия целиком восходит к Г-споду, чего нет в отношении праздничного Шламим, поскольку части Шламим съедаются его владельцем, а другие части потребляются коэнами. И кроме того, еще одна причина этого различия в том, что мы находим относительно праздника Собрания, то есть Шавуот, что стих включает больше Ола, чем Шламим. Требование жертвоприношений состоит из одного быка, двух баранов и семи овец как Ола, но лишь из двух овец как Шламим.

וּבֵית הִלֵּל אוֹמְרִים: הָרְאִיָּיה מָעָה כֶּסֶף וַחֲגִיגָה שְׁתֵּי כֶסֶף. שֶׁחֲגִיגָה יֶשְׁנָהּ לִפְנֵי הַדִּיבּוּר, מַה שֶּׁאֵין כֵּן בִּרְאִיָּיה. וְעוֹד: מָצִינוּ בַּנְּשִׂיאִים שֶׁרִיבָּה בָּהֶן הַכָּתוּב בִּשְׁלָמִים יוֹתֵר מִבְּעוֹלוֹת.

And Beit Hillel say: The burnt-offering of appearance must be worth one silver ma’a and the Festival peace-offering must be worth two silver coins. The reason for this difference is that the Festival peace-offering existed before the speech of God, i.e., before the giving of the Torah on Mount Sinai, which is not so with regard to the mitzva of appearance. And furthermore, another reason is that we find with regard to the offerings of the princes during the dedication of the Tabernacle that the verse includes more peace-offerings than burnt-offerings. Each prince brought one cow, a ram, and a sheep as burnt-offerings, but two cows, two rams, five goats, and five sheep as peace-offerings.

А Бейт Гиллель говорят: Ола Рэия должна стоить одну серебряную маа, а праздничный Шламим должен стоить две серебряные монеты. Причина этого различия в том, что праздничный Шламим существовал до речи Г-спода, то есть до дарования Торы на горе Синай, чего нет в отношении заповеди Рэия. И кроме того, еще одна причина в том, что мы находим относительно приношений князей при освящении Мишкана, что стих включает больше Шламим, чем Ола. Каждый князь приносил одну корову, барана и овцу как Ола, но две коровы, двух баранов, пять козлов и пять овец как Шламим.

וּבֵית הִלֵּל, מַאי טַעְמָא לָא אָמְרִי כְּבֵית שַׁמַּאי? דְּקָא אָמְרַתְּ: רְאִיָּיה עֲדִיפָא — דְּעוֹלָה כּוּלָּהּ לַגָּבוֹהַּ, אַדְּרַבָּה: חֲגִיגָה עֲדִיפָא — דְּאִית בָּהּ שְׁתֵּי אֲכִילוֹת. וּדְקָא אָמְרַתְּ: נֵילַף מֵעֲצֶרֶת — דָּנִין קׇרְבַּן יָחִיד מִקׇּרְבַּן יָחִיד, וְאֵין דָּנִין קׇרְבַּן יָחִיד מִקׇּרְבַּן צִבּוּר.

The Gemara asks: And Beit Hillel, what is the reason that they do not say in accordance with the opinion of Beit Shammai? Beit Hillel would respond to both claims of Beit Shammai. With regard to that which you said, that the burnt-offering of appearance is superior because it goes up entirely to God, on the contrary, the Festival peace-offering is superior, as it has two consumptions, by God on the altar and by people. And with regard to that which you said that we derive this halakha from the festival of Assembly, i.e., Shavuot, one could argue instead that one should derive the halakhot of the offering of an individual from another offering of an individual, i.e., the princes; and one does not derive the halakhot of the offering of an individual from the communal offering of Shavuot.

Гмара спрашивает: а Бейт Гиллель — какова причина, что они не говорят согласно мнению Бейт Шамая? Бейт Гиллель ответили бы на оба довода Бейт Шамая. Относительно того, что вы сказали, что Ола Рэия превосходнее, поскольку целиком восходит к Г-споду, напротив, праздничный Шламим превосходнее, ибо у него два «потребления»: Г-сподом на жертвеннике и людьми. А относительно того, что вы сказали, что выводим эту Галаху из праздника Собрания, то есть Шавуот, можно возразить, что, напротив, следует выводить законы приношения частного лица из другого приношения частного лица, то есть из приношений князей; и не выводят законы приношения частного лица из общественного приношения Шавуот.

וּבֵית שַׁמַּאי, מַאי טַעְמָא לָא אָמְרִי כְּבֵית הִלֵּל? דְּקָאָמְרַתְּ: חֲגִיגָה עֲדִיפָא — דְּיֶשְׁנָהּ לִפְנֵי הַדִּיבּוּר, רְאִיָּיה נָמֵי יֶשְׁנָהּ לִפְנֵי הַדִּיבּוּר.

The Gemara asks the reverse question: And what is the reason that Beit Shammai do not say in accordance with the opinion of Beit Hillel? Beit Shammai would respond to the arguments of Beit Hillel: With regard to that which you said, that the Festival peace-offering is superior, as it existed before the speech of God, the burnt-offering of appearance also existed before the speech. According to the opinion of Beit Shammai, the Jewish people sacrificed burnt-offerings at Mount Sinai before the giving of the Torah.

Гмара задает обратный вопрос: а какова причина, что Бейт Шамай не говорят согласно мнению Бейт Гиллеля? Бейт Шамай ответили бы на доводы Бейт Гиллеля: относительно того, что вы сказали, что праздничный Шламим превосходнее, поскольку существовал до речи Г-спода, — Ола Рэия также существовала до речи. По мнению Бейт Шамая, сыны Израиля приносили Ола на горе Синай до дарования Торы.

וּדְקָאָמְרַתְּ: נֵילַף מִנְּשִׂיאִים — דָּנִין דָּבָר הַנּוֹהֵג לְדוֹרוֹת מִדָּבָר הַנּוֹהֵג לְדוֹרוֹת, וְאֵין דָּנִין דָּבָר הַנּוֹהֵג לְדוֹרוֹת מִדָּבָר שֶׁאֵינוֹ נוֹהֵג לְדוֹרוֹת.

And with regard to that which you said, that one derives the halakhot of these offerings from the offerings of the princes, one could argue that one derives the halakhot of a matter that is performed in all generations, i.e., the value of the different Festival offerings, from another matter that is performed in all generations, i.e., the offerings brought on Shavuot. However, one does not derive the halakhot of a matter that is performed in all generations from a matter that is not performed in all generations, as the offerings of the princes was a specific mitzva for the Tabernacle in the wilderness.

А относительно того, что вы сказали, что выводят законы этих приношений из приношений князей, можно возразить, что выводят законы вещи, которая совершается во всех поколениях, то есть стоимость различных праздничных приношений, из другой вещи, которая совершается во всех поколениях, то есть из приношений, приносимых в Шавуот. Однако не выводят законы вещи, которая совершается во всех поколениях, из вещи, которая не совершается во всех поколениях, поскольку приношения князей были особой заповедью для Мишкана в пустыне.

וּבֵית הִלֵּל, מַאי שְׁנָא חֲגִיגָה דְּיֶשְׁנָהּ לִפְנֵי הַדִּיבּוּר, דִּכְתִיב: ״וַיִּזְבְּחוּ זְבָחִים שְׁלָמִים״, רְאִיָּיה נָמֵי, הָכְתִיב: ״וַיַּעֲלוּ עוֹלוֹת״!

The Gemara asks: And according to the opinion of Beit Hillel, what is different about the Festival peace-offering, that it existed before the speech of God, as it is written: “And they sacrificed peace-offerings of bulls to the Lord” (Exodus 24:5)? The burnt-offering of appearance is also mentioned, as isn’t it written in the same verse: “And they sacrificed burnt-offerings”?

Гмара спрашивает: а по мнению Бейт Гиллеля, чем отличается праздничный Шламим, что он существовал до речи Г-спода, как написано: «И принесли в жертву быков — жертвы Шламим Г-споду» (Исход 24:5)? Ола Рэия тоже упомянута, ведь не написано ли в том же стихе: «и принесли Ола»?

קָסָבְרִי בֵּית הִלֵּל: עוֹלָה שֶׁהִקְרִיבוּ יִשְׂרָאֵל בַּמִּדְבָּר — עוֹלַת תָּמִיד הֲוַאי. וּבֵית שַׁמַּאי סָבְרִי: עוֹלָה שֶׁהִקְרִיבוּ יִשְׂרָאֵל בַּמִּדְבָּר — עוֹלַת רְאִיָּיה הֲוַאי.

The Gemara responds: Beit Hillel hold that the burnt-offering that the Jewish people sacrificed in the desert at Mount Sinai was the daily burnt-offering, which is a communal offering, as there were no individual burnt-offerings before the giving of the Torah. And Beit Shammai hold that the burnt-offering that the Jewish people sacrificed in the desert at Mount Sinai was a burnt-offering of appearance, which is an individual offering.

Гмара отвечает: Бейт Гиллель считают, что Ола, которую сыны Израиля принесли в пустыне у горы Синай, была постоянной Ола, которая является общественным приношением, поскольку до дарования Торы не было Ола частного лица. А Бейт Шамай считают, что Ола, которую сыны Израиля принесли в пустыне у горы Синай, была Ола Рэия, которая является приношением частного лица.

אָמַר אַבָּיֵי: בֵּית שַׁמַּאי, וְרַבִּי אֶלְעָזָר, וְרַבִּי יִשְׁמָעֵאל, כּוּלְּהוּ סְבִירָא לְהוּ: עוֹלָה שֶׁהִקְרִיבוּ יִשְׂרָאֵל בַּמִּדְבָּר — עוֹלַת רְאִיָּיה הֲוַאי. וּבֵית הִלֵּל, וְרַבִּי עֲקִיבָא, וְרַבִּי יוֹסֵי הַגְּלִילִי, כּוּלְּהוּ סְבִירָא לְהוּ: עוֹלָה שֶׁהִקְרִיבוּ יִשְׂרָאֵל בַּמִּדְבָּר — עוֹלַת תָּמִיד הֲוַאי.

Abaye said: Beit Shammai, Rabbi Elazar, and Rabbi Yishmael all hold that the burnt-offering that the Jewish people sacrificed in the desert at Mount Sinai was a burnt-offering of appearance. And Beit Hillel, Rabbi Akiva, and Rabbi Yosei HaGelili all hold that the burnt-offering that the Jewish people sacrificed in the desert at Mount Sinai was a daily burnt-offering, not an individual offering.

Абая сказал: Бейт Шамай, Рабби Элазар и Рабби Йишмаэль — все считают, что Ола, которую сыны Израиля принесли в пустыне у горы Синай, была Ола Рэия. А Бейт Гиллель, Рабби Акива и Рабби Йосей га-Глили — все считают, что Ола, которую сыны Израиля принесли в пустыне у горы Синай, была постоянной Ола, а не приношением частного лица.

בֵּית שַׁמַּאי — הָא דַּאֲמַרַן. רַבִּי יִשְׁמָעֵאל — דְּתַנְיָא, רַבִּי יִשְׁמָעֵאל אוֹמֵר: כְּלָלוֹת נֶאֶמְרוּ בְּסִינַי,

The Gemara explains the source for each opinion. Beit Shammai is that which we said. Rabbi Yishmael, as it is taught in a baraita that Rabbi Yishmael says: General statements were said at Sinai, i.e., Moses received general mitzvot at Sinai, including the Ten Commandments.

Гмара объясняет источник для каждого мнения. Бейт Шамай — это то, что мы сказали. Рабби Йишмаэль — как учат в Барайта, что Рабби Йишмаэль говорит: общие положения были сказаны на Синае, то есть Моше получил на Синае общие заповеди, включая Десять речений.

דף 6

Display Settings

Bookmarks