Eruvin 62a — Talmud Bavli — Tractate Eruvin

גְּמָ׳ יָתֵיב אַבָּיֵי בַּר אָבִין וְרַב חִינָּנָא בַּר אָבִין, וְיָתֵיב אַבָּיֵי גַּבַּיְיהוּ, וְיָתְבִי וְקָאָמְרִי: בִּשְׁלָמָא רַבִּי מֵאִיר קָסָבַר דִּירַת גּוֹי שְׁמָהּ דִּירָה, וְלָא שְׁנָא חַד וְלָא שְׁנָא תְּרֵי.

GEMARA: Abaye bar Avin and Rav Ḥinana bar Avin were sitting, and Abaye was sitting beside them, and they sat and said: Granted, the opinion of Rabbi Meir, the author of the unattributed mishna, is clear, as he holds that the residence of a gentile is considered a significant residence. In other words, the gentile living in the courtyard is considered a resident who has a share in the courtyard. Since he cannot join in an eiruv with the Jew, he renders it prohibited for the Jew to carry from his house to the courtyard or from the courtyard to his house. Consequently, the case of one Jew living in the courtyard is no different from the case of two Jews living there. In both cases, the gentile renders it prohibited for carrying.

ГМАРА: Абая бар Авин и Рав Хинана бар Авин сидели, и Абая сидел рядом с ними, и они сказали: Допустим, мнение Рабби Меира, автора анонимной Мишны, ясно, так как он считает, что жилище гоя считается значительным жилищем. Иными словами, гой, живущий во дворе, считается жителем, имеющим долю во дворе. Поскольку он не может участвовать в эйруве с евреем, он делает запрещённым для еврея переносить от дома во двор или из двора в дом. Следовательно, случай с одним евреем, живущим во дворе, не отличается от случая с двумя евреями. В обоих случаях гой делает перенос запрещённым.

אֶלָּא רַבִּי אֱלִיעֶזֶר בֶּן יַעֲקֹב מַאי קָסָבַר? אִי קָסָבַר דִּירַת גּוֹי שְׁמָהּ דִּירָה — אֲפִילּוּ חַד נָמֵי נִיתְּסַר! וְאִי לָא שְׁמָהּ דִּירָה — אֲפִילּוּ תְּרֵי נָמֵי לָא נִיתְּסַר!

But Rabbi Eliezer ben Ya’akov, what does he hold? If you say he holds that the residence of a gentile is considered a significant residence, he should prohibit carrying even when there is only one Jew living in the courtyard. And if it is not considered a significant residence, he should not prohibit carrying even when there are two Jews living there.

Но что же думает Рабби Элиэзер бен Яаков? Если вы скажете, что он считает жилище гоя значительным жилищем, он должен запретить перенос даже когда там живёт только один еврей. А если оно не считается значительным жилищем, он не должен запрещать перенос даже когда там живут два еврея.

אֲמַר לְהוּ אַבָּיֵי: וְסָבַר רַבִּי מֵאִיר דִּירַת גּוֹי שְׁמָהּ דִּירָה? וְהָתַנְיָא: חֲצֵירוֹ שֶׁל נׇכְרִי — הֲרֵי הוּא כְּדִיר שֶׁל בְּהֵמָה.

Abaye said to them: Your basic premise is based on a faulty assumption. Does Rabbi Meir actually hold that the residence of a gentile is considered a significant residence? Wasn’t it taught in the Tosefta: The courtyard of a gentile is like the pen of an animal, i.e., just as an animal pen does not render it prohibited to carry in a courtyard, so too, the gentile’s residence in itself does not impose restrictions on a Jew.

Абая сказал им: Ваша исходная предпосылка основана на ошибочном предположении. Действительно ли Рабби Меир считает жилище гоя значительным жилищем? Разве не было сказано в Тосефте: Двор гоя подобен загону для животных, то есть так же, как загон для животных не делает перенос запрещённым во дворе, так и жилище гоя само по себе не накладывает ограничений на еврея.

אֶלָּא: דְּכוּלֵּי עָלְמָא דִּירַת גּוֹי לֹא שְׁמָהּ דִּירָה, וְהָכָא בִּגְזֵירָה שֶׁמָּא יִלְמַד מִמַּעֲשָׂיו קָא מִיפַּלְגִי.

Rather, this explanation must be rejected, and the dispute in the mishna should be understood differently: Everyone agrees that the residence of gentile is not considered a significant residence, and here they disagree about a decree that was issued lest the Jew learn from the gentile’s ways. The disagreement is with regard to whether this decree is applicable only when there are two Jews living in the courtyard, or even when there is only one Jew living there.

Скорее, это объяснение должно быть отвергнуто, и спор в Мишне следует понимать иначе: Все согласны, что жилище гоя не считается значительным жилищем, и здесь они расходятся в отношении указа, изданного, чтобы еврей не учился у гоя его обычаям. Разногласие касается того, применяется ли этот указ только тогда, когда во дворе живут два еврея, или даже когда там живёт только один еврей.

רַבִּי אֱלִיעֶזֶר בֶּן יַעֲקֹב סָבַר: כֵּיוָן דְּגוֹי חָשׁוּד אַשְּׁפִיכוּת דָּמִים, תְּרֵי דִּשְׁכִיחִי דְּדָיְירִי — גְּזַרוּ בְּהוּ, חַד לָא שְׁכִיחַ — לָא גְּזַרוּ בֵּיהּ רַבָּנַן.

The disagreement should be understood as follows: Rabbi Eliezer ben Ya’akov holds that since a gentile is suspected of bloodshed, it is unusual for a single Jew to share a courtyard with a gentile. However, it is not unusual for two or more Jews to do so, as they will protect each other. Therefore, in the case of two Jews, who commonly live together with a gentile in the same courtyard, the Sages issued a decree to the effect that the gentile renders it prohibited for them to carry. This would cause great inconvenience to Jews living with gentiles and would thereby motivate the Jews to distance themselves from gentiles. In this manner, the Sages sought to prevent the Jews from learning from the gentiles’ ways. However, in the case of one Jew, for whom it is not common to live together with a gentile in the same courtyard, the Sages did not issue a decree that the gentile renders it prohibited for him to carry, as the Sages do not issue decrees for uncommon situations.

Разногласие следует понимать так: Рабби Элиэзер бен Яаков считает, что поскольку гой подозревается в кровопролитье, необычно, чтобы один еврей жил во дворе с гоем. Однако для двух и более евреев это не необычно, так как они будут защищать друг друга. Поэтому в случае двух евреев, которые обычно живут вместе с гоем в одном дворе, мудрецы издали указ, что гой делает перенос запрещённым. Это доставит большие неудобства евреям, живущим с гоями, и побудит евреев держаться подальше от гоев. Таким образом, мудрецы стремились предотвратить, чтобы евреи перенимали обычаи гоев. Однако в случае одного еврея, для которого нехарактерно жить с гоем в одном дворе, мудрецы не издали указ, что гой делает перенос запрещённым, так как мудрецы не издают указов для необычных ситуаций.

וְרַבִּי מֵאִיר סָבַר: זִמְנִין דְּמִקְּרֵי וְדָיֵיר. וַאֲמַרוּ רַבָּנַן: אֵין עֵירוּב מוֹעִיל בִּמְקוֹם גּוֹי, וְאֵין בִּיטּוּל רְשׁוּת מוֹעִיל בִּמְקוֹם גּוֹי, עַד שֶׁיַּשְׂכִּיר. וְגוֹי לָא מוֹגַר.

On the other hand, Rabbi Meir holds that sometimes it happens that a single Jew lives together with a gentile in the same courtyard, and hence it is appropriate to issue the decree in such a case as well. Therefore, the Sages said: An eiruv is not effective in a place where a gentile is living, nor is the renunciation of rights to a courtyard in favor of the other residents effective in a place where a gentile is living. Therefore, carrying is prohibited in a courtyard in which a gentile resides, unless the gentile rents out his property to one of the Jews for the purpose of an eiruv regardless of the number of Jews living there. And as a gentile would not be willing to rent out his property for this purpose, the living conditions will become too strained, prompting the Jew to move.

С другой стороны, Рабби Меир считает, что иногда случается, что один еврей живёт вместе с гоем в одном дворе, и поэтому уместно издать указ и в таком случае. Поэтому мудрецы сказали: Эйрув не действует там, где живёт гой, и отказ от прав на двор в пользу других жителей не действует там, где живёт гой. Следовательно, перенос запрещён во дворе, где живёт гой, если только гой не сдаёт свою собственность одному из евреев для целей эйрува, независимо от количества живущих там евреев. А поскольку гой не захочет сдавать свою собственность для этой цели, условия жизни станут слишком напряжёнными, что побудит еврея переехать.

מַאי טַעְמָא? אִילֵּימָא מִשּׁוּם דְּסָבַר: דִּלְמָא אָתֵי לְאַחְזוֹקֵי בִּרְשׁוּתוֹ, הָנִיחָא לְמַאן דְּאָמַר: שְׂכִירוּת בְּרִיאָה בָּעִינַן.

The Gemara poses a question: What is the reason that a gentile will not rent out his property for the purpose of an eiruv? If you say it is because the gentile thinks that perhaps they will later come to take possession of his property based on this rental, this works out well according to the one who said that we require a full-fledged rental, i.e., that rental for the purpose of an eiruv must be proper and valid according to all the halakhot of renting.

Гмара задаёт вопрос: Какова причина, что гой не сдаст свою собственность для целей эйрува? Если вы скажете, что гой думает, что, возможно, позже они придут и заберут его собственность на основании этой аренды, это хорошо согласуется с тем, кто сказал, что требуется полноценная аренда, то есть аренда для целей эйрува должна быть правильной и действительной согласно всем галахическим законам аренды.

אֶלָּא לְמַאן דְּאָמַר: שְׂכִירוּת רְעוּעָה בָּעִינַן, מַאי אִיכָּא לְמֵימַר? דְּאִתְּמַר, רַב חִסְדָּא אָמַר: שְׂכִירוּת בְּרִיאָה. וְרַב שֵׁשֶׁת אָמַר: שְׂכִירוּת רְעוּעָה.

However, according to the one who said that we require only a flawed, symbolic rental, i.e., all that is needed is a token gesture that has the appearance of renting, what is there to say? The gentile would understand that it is not a real rental, and therefore he would not be wary of renting out his residence. As it was stated that the amora’im disputed this issue as follows: Rav Ḥisda said that we require a full-fledged rental, and Rav Sheshet said: A flawed, symbolic rental is sufficient.

Однако согласно тому, кто сказал, что требуется только дефектная, символическая аренда, то есть достаточно лишь формального жеста, имеющего вид аренды, что тогда сказать? Гой поймёт, что это не настоящая аренда, и поэтому не будет опасаться сдавать своё жилище. Как было сказано, амораим спорили по этому вопросу так: Рав Хисда сказал, что требуется полноценная аренда, а Рав Шешет сказал: Дефектная, символическая аренда достаточна.

מַאי רְעוּעָה, מַאי בְּרִיאָה? אִילֵּימָא: בְּרִיאָה — בִּפְרוּטָה, רְעוּעָה — פָּחוֹת מִשָּׁוֶה פְּרוּטָה. מִי אִיכָּא לְמַאן דְּאָמַר מִגּוֹי בְּפָחוֹת מִשָּׁוֶה פְּרוּטָה לָא? וְהָא שָׁלַח רַבִּי יִצְחָק בְּרַבִּי יַעֲקֹב בַּר גִּיּוֹרֵי מִשְּׁמֵיהּ דְּרַבִּי יוֹחָנָן: הֲווֹ יוֹדְעִין שֶׁשּׂוֹכְרִין מִן הַגּוֹי אֲפִילּוּ בְּפָחוֹת מִשָּׁוֶה פְּרוּטָה.

Having mentioned this dispute, the Gemara now clarifies its particulars: What is a flawed rental, and what is a full-fledged one? If you say that a full-fledged rental refers to a case where one gives another person a peruta as rent, whereas in a flawed rental he provides him with less than the value of a peruta, this poses a difficulty. Is there anyone who said that renting from a gentile for less than the value of a peruta is not valid? Didn’t Rabbi Yitzḥak, son of Rabbi Ya’akov bar Giyorei, send in the name of Rabbi Yoḥanan: You should know that one may rent from a gentile even for less than the value of a peruta?

Упомянув этот спор, Гмара теперь уточняет детали: Что такое дефектная аренда, а что полноценная? Если вы скажете, что полноценная аренда — это когда один даёт другому перуту в качестве аренды, а дефектная — когда он даёт меньше стоимости перуты, это вызывает затруднение. Есть ли кто-то, кто сказал, что аренда у гоя за сумму меньше стоимости перуты недействительна? Разве не передал Рабби Ицхак, сын Рабби Яакова бар Гиорей, от имени Рабби Йоханана: Знай, что можно арендовать у гоя даже за сумму меньше стоимости перуты?

וְאָמַר רַבִּי חִיָּיא בַּר אַבָּא אָמַר רַבִּי יוֹחָנָן: בֶּן נֹחַ נֶהֱרָג עַל פָּחוֹת מִשָּׁוֶה פְּרוּטָה, וְלֹא נִיתָּן לְהִשָּׁבוֹן.

And Rabbi Ḥiyya bar Abba said that Rabbi Yoḥanan said: A Noahide, i.e., a gentile who stole is executed for his crime, according to the laws applying to Noahides, even if he stole less than the value of a peruta. A Noahide is particular about his property and unwilling to waive his rights to it, even if it is of minimal value; therefore, the prohibition against stealing applies to items of any value whatsoever. And in the case of Noahides, the stolen item is not returnable, as the possibility of rectification by returning a stolen object was granted only to Jews. The principle that less than the value of a peruta is not considered money applies to Jews alone. With regard to gentiles, it has monetary value, and therefore one may rent from a gentile with this amount.

А Рабби Хия бар Абба сказал, что Рабби Йоханан сказал: Ноахид, то есть гой, который украл, казнён за своё преступление согласно законам, применимым к ноахидам, даже если он украл меньше стоимости перуты. Ноахид особенно бережёт свою собственность и не желает отказываться от своих прав на неё, даже если это минимальная сумма; поэтому запрет на кражу распространяется на предметы любой стоимости. И в случае ноахидов украденный предмет не возвращается, так как возможность исправления путём возврата украденного была дана только евреям. Принцип, что сумма меньше стоимости перуты не считается деньгами, относится только к евреям. Что касается гоев, это имеет денежную ценность, и поэтому можно арендовать у гоя за такую сумму.

אֶלָּא: בְּרִיאָה — בְּמוּהְרְקֵי וָאבוּרְגָנֵי, רְעוּעָה — בְּלָא מוּהְרְקֵי וָאבוּרְגָנֵי. הָנִיחָא לְמַאן דְּאָמַר: שְׂכִירוּת בְּרִיאָה בָּעִינַן.

Rather, the distinction between a full-fledged rental and a flawed rental should be explained as follows: A full-fledged rental refers to one that is confirmed by legal documents [moharkei] and guaranteed by officials [aburganei]; and a flawed rental means one that is not confirmed by legal documents and guaranteed by officials, an agreement that is unenforceable in court. Based on this explanation, the Gemara reiterates what was stated earlier with regard to the gentile’s concern about renting: This works out well according to the one who said that we require a full-fledged rental, as it is clear why the gentile would refuse to rent out his property.

Скорее, различие между полноценной и дефектной арендой следует объяснить так: полноценная аренда — это та, которая подтверждена юридическими документами (мохарке) и гарантирована официальными лицами (абурганей); а дефектная аренда — это та, которая не подтверждена юридическими документами и гарантией официальных лиц, соглашение, не имеющее силы в суде. Исходя из этого объяснения, Гмара повторяет ранее сказанное относительно опасений гоя сдавать: это хорошо согласуется с тем, кто сказал, что требуется полноценная аренда, так как понятно, почему гой откажется сдавать свою собственность.

אֶלָּא לְמַאן דְּאָמַר: שְׂכִירוּת רְעוּעָה בָּעִינַן, מַאי אִיכָּא לְמֵימַר? אֲפִילּוּ הָכִי חָשֵׁישׁ גּוֹי לִכְשָׁפִים, וְלָא מוֹגַר.

But according to the one who said that we require only a flawed rental, what is there to say in this regard? Why shouldn’t the gentile want to rent out his residence? The Gemara answers: Even so, the gentile is concerned about witchcraft, i.e., that the procedure is used to cast a spell on him, and therefore he does not rent out his residence.

Но согласно тому, кто сказал, что требуется только дефектная аренда, что тогда сказать? Почему гой не захочет сдавать своё жилище? Гмара отвечает: Даже так, гой опасается колдовства, то есть что процедура используется для наложения на него заклинания, и поэтому он не сдаёт своё жилище.

גּוּפָא: חֲצֵירוֹ שֶׁל גּוֹי הֲרֵי הוּא כְּדִיר שֶׁל בְּהֵמָה, וּמוּתָּר לְהַכְנִיס וּלְהוֹצִיא מִן חָצֵר לַבָּתִּים וּמִן בָּתִּים לֶחָצֵר.

The Gemara examines the ruling in the Tosefta cited in the previous discussion. Returning to the matter itself: The courtyard of a gentile is like the pen of an animal, and it is permitted to carry in and carry out from the courtyard to the houses and from the houses to the courtyard, as the halakhot of eiruvin do not apply to the residences of gentiles.

Гмара исследует постановление из Тосефты, приведённой в предыдущем обсуждении. Возвращаясь к самому вопросу: двор гоя подобен загону для животных, и разрешено переносить предметы внутрь и наружу из двора в дома и из домов во двор, поскольку галахот эйрувин не применимы к жилищам гоев.

וְאִם יֵשׁ שָׁם יִשְׂרָאֵל אֶחָד — אוֹסֵר, דִּבְרֵי רַבִּי מֵאִיר.

But if there is one Jew living there in the same courtyard as the gentile, the gentile renders it prohibited for the Jew to carry from his house to the courtyard or vice versa. The Jew may carry there only if he rents the gentile’s property for the duration of Shabbat. This is the statement of Rabbi Meir.

Но если в том же дворе с гоем живёт один еврей, то гой делает запрещённым для еврея переносить из своего дома во двор или обратно. Еврей может переносить там только если он арендует имущество гоя на время Шаббата. Это мнение Рабби Меира.

רַבִּי אֱלִיעֶזֶר בֶּן יַעֲקֹב אוֹמֵר: לְעוֹלָם אֵינוֹ אוֹסֵר עַד שֶׁיְּהוּ שְׁנֵי יִשְׂרְאֵלִים אוֹסְרִים זֶה עַל זֶה.

Rabbi Eliezer ben Ya’akov says: Actually, the gentile does not render it prohibited for the Jew to carry unless there are two Jews living in the same courtyard who themselves would prohibit one another from carrying if there were no eiruv, and the presence of the gentile renders the eiruv ineffective.

Рабби Элиэзер бен Яаков говорит: на самом деле гой не делает запрещённым для еврея переносить, если только в том же дворе не живут два еврея, которые сами запретили бы друг другу переносить без эйрува, и присутствие гоя делает эйрув недействительным.

Group None

Display Settings

Bookmarks