Eruvin 73a — Talmud Bavli — Tractate Eruvin

מְקוֹם פִּיתָּא, וּשְׁמוּאֵל אָמַר: מְקוֹם לִינָה.

The place where he eats his bread, and Shmuel said: His place of sleep.

Место, где он ест свой хлеб, а Шмуэль сказал: Его место сна.

מֵיתִיבִי: הָרוֹעִים, וְהַקַּיָּיצִין וְהַבּוּרְגָּנִין וְשׁוֹמְרֵי פֵירוֹת, בִּזְמַן שֶׁדַּרְכָּן לָלִין בָּעִיר — הֲרֵי הֵן כְּאַנְשֵׁי הָעִיר. בִּזְמַן שֶׁדַּרְכָּן לָלִין בַּשָּׂדֶה — יֵשׁ לָהֶם אַלְפַּיִם לְכׇל רוּחַ!

The Gemara raises an objection to Rav’s opinion from a baraita: With regard to shepherds; fig watchmen, who guard figs spread out in the field; guardsmen who sit in small guardhouses; and produce watchmen; when they customarily sleep in the city in addition to eating there, they are like the residents of the city with regard to their Shabbat limit, even though they were in the field when Shabbat began. However, when they customarily sleep in the field, even though they eat in the town, they have only two thousand cubits in each direction from the places where they sleep. This seems to contradict the opinion of Rav, who maintains that a person’s place of dwelling is determined by where he eats, not by where he sleeps.

Гмара приводит возражение против мнения Рава из барайты: Что касается пастухов; смотрителей инжира, которые охраняют инжир, разложенный в поле; сторожей, сидящих в маленьких сторожках; и смотрителей урожая; когда они обычно спят в городе, кроме того, что едят там, они считаются как жители города в отношении границ Шаббата, даже если они были в поле, когда начался Шаббат. Однако, когда они обычно спят в поле, хотя и едят в городе, у них есть только две тысячи локтей во всех направлениях от мест, где они спят. Это, кажется, противоречит мнению Рава, который утверждает, что место проживания человека определяется по месту его еды, а не по месту сна.

הָתָם אֲנַן סָהֲדִי דְּאִי מַמְטוּ לְהוּ רִיפְתָּא הָתָם, טְפֵי נִיחָא לְהוּ.

The Gemara answers: There, in the case of the people in the field, we are witnesses, i.e., it is clearly evident, that if people would bring them bread there, to the place where they sleep, it would be more convenient for them. Fundamentally, however, a person’s dwelling place is determined by where he eats, rather than where he sleeps.

Гмара отвечает: Там, в случае людей в поле, мы свидетели, то есть ясно видно, что если бы люди приносили им хлеб туда, туда, где они спят, им было бы удобнее. Однако в основе своей место проживания человека определяется по месту его еды, а не по месту сна.

אָמַר רַב יוֹסֵף: לָא שְׁמִיעַ לִי הָא שְׁמַעְתָּא. אֲמַר לֵיהּ אַבָּיֵי: אַתְּ אֲמַרְתְּ נִיהֲלַן, וְאַהָא אֲמַרְתְּ נִיהֲלַן: הָאַחִין שֶׁהָיוּ אוֹכְלִין עַל שֻׁלְחַן אֲבִיהֶן, וִישֵׁנִים בְּבָתֵּיהֶן — צְרִיכִין עֵירוּב לְכׇל אֶחָד וְאֶחָד. וְאָמְרִינַן לָךְ: שְׁמַע מִינַּהּ מְקוֹם לִינָה גּוֹרֵם. וַאֲמַרְתְּ לַן עֲלַהּ, אָמַר רַב יְהוּדָה אָמַר רַב: בִּמְקַבְּלֵי פְרָס שָׁנוּ.

Rav Yosef said: I have not heard this halakha stated by Rav. An illness had caused Rav Yosef to forget his studies. His student, Abaye, said to him: You yourself said it to us, and it was with regard to this that you said it to us: With regard to brothers who were eating at their father’s table and sleeping in their own houses in the same courtyard, a separate contribution to the eiruv is required for each and every one of them. And we said to you: Can one learn from here that a person’s place of sleep determines the location of his Shabbat residence? And you said to us in this regard that Rav Yehuda said that Rav said: They taught this mishna with regard to brothers who receive a portion from their father and are therefore considered as though they eat at his table, whereas in actual fact they eat their meals in their own homes.

Рав Йосеф сказал: Я не слышал этой галахи от Рава. Болезнь заставила Рава Йосефа забыть свои учения. Его ученик, Абая, сказал ему: Ты сам сказал это нам, и именно по этому поводу ты это нам сказал: Что касается братьев, которые ели за столом отца и спали в своих домах в одном дворе, требуется отдельный вклад в эйрув для каждого из них. И мы сказали тебе: Можно ли отсюда понять, что место сна человека определяет местонахождение его Шаббатского проживания? И ты сказал нам в этом отношении, что Рав Йехуда сказал, что Рав сказал: Они учили эту мишну в отношении братьев, которые получают долю от отца и поэтому считаются как будто едят за его столом, хотя на самом деле они едят свои трапезы в своих домах.

תָּנוּ רַבָּנַן: מִי שֶׁיֵּשׁ לוֹ חָמֵשׁ נָשִׁים מְקַבְּלוֹת פְּרָס מִבַּעֲלֵיהֶן, וַחֲמִשָּׁה עֲבָדִים מְקַבְּלִין פְּרָס מֵרַבֵּיהֶן — רַבִּי יְהוּדָה בֶּן בְּתִירָה מַתִּיר בַּנָּשִׁים, וְאוֹסֵר בָּעֲבָדִים.

The Sages taught in a baraita: With regard to one who has five wives who receive a portion from their husband while each living in her own quarters in the courtyard, and five slaves who receive a portion from their master while living in their own lodgings in the courtyard, Rabbi Yehuda ben Beteira permits in the case of the wives, i.e., they do not each have to contribute separately to the eiruv, as they are all considered to be residing with their husband. And he prohibits in the case of the slaves, meaning that he holds that as they live in separate houses, each is considered as residing on his own.

Мудрецы учили в барайте: Что касается того, у кого есть пять жен, которые получают долю от мужа, каждая живет в своих покоях во дворе, и пяти рабов, которые получают долю от своего хозяина, живя в своих жилищах во дворе, Рабби Йехуда бен Бетейра разрешает в случае жен, то есть им не нужно вносить отдельный вклад в эйрув, так как все они считаются проживающими с мужем. А он запрещает в случае рабов, то есть он считает, что поскольку они живут в отдельных домах, каждый считается проживающим отдельно.

רַבִּי יְהוּדָה בֶּן בָּבָא מַתִּיר בָּעֲבָדִים, וְאוֹסֵר בַּנָּשִׁים.

Rabbi Yehuda ben Bava permits in the case of the slaves, as a slave necessarily follows his master, and he prohibits in the case of the wives, as each woman is significant in her own right, and is not totally dependent on her husband.

Рабби Йехуда бен Бава разрешает в случае рабов, поскольку раб обязательно следует за своим хозяином, и запрещает в случае жен, так как каждая женщина значительна сама по себе и не полностью зависит от мужа.

אָמַר רַב: מַאי טַעְמָא דְּרַבִּי יְהוּדָה בֶּן בָּבָא, דִּכְתִיב: ״וְדָנִיֵּאל בִּתְרַע מַלְכָּא״.

Rav said: What is the rationale for the opinion of Rabbi Yehuda ben Bava? As it is written: “But Daniel was in the gate of the king” (Daniel 2:49). The verse refers to Daniel’s function rather than to an actual location, indicating that wherever Daniel went, it was as though he was in the king’s gate. The same applies to any slave vis-à-vis his master.

Рав сказал: Какова причина мнения Рабби Йехуды бен Бавы? Как написано: «Но Даниил был у ворот царя» (Даниил 2:49). Стих относится к функции Даниила, а не к фактическому месту, указывая, что куда бы ни пошел Даниил, это было как будто он у ворот царя. То же самое относится к любому рабу по отношению к его хозяину.

פְּשִׁיטָא, בֵּן אֵצֶל אָבִיו, כְּדַאֲמַרַן. אִשָּׁה אֵצֶל בַּעְלָהּ וְעֶבֶד אֵצֶל רַבּוֹ, פְּלוּגְתָּא דְּרַבִּי יְהוּדָה בֶּן בְּתִירָה וְרַבִּי יְהוּדָה בֶּן בָּבָא. תַּלְמִיד אֵצֶל רַבּוֹ, מַאי?

The Gemara proceeds to clarify various aspects of this issue, starting with a summary of what has already been stated. The halakha is obvious in the case of a son with his father, as we stated it above the mishna. A wife with her husband and a slave with his master are subject to the dispute between Rabbi Yehuda ben Beteira and Rabbi Yehuda ben Bava. With regard to a student who lives with his master in the same courtyard and receives his sustenance from him, what is his status with regard to eiruv?

Гмара продолжает уточнять различные аспекты этого вопроса, начиная с резюме уже сказанного. Галаха очевидна в случае сына с отцом, как мы сказали выше в мишне. Жена с мужем и раб с хозяином подлежат спору между Рабби Йехудой бен Бетейра и Рабби Йехудой бен Бавой. Что касается ученика, который живет с хозяином в одном дворе и получает от него пропитание, каков его статус в отношении эйрува?

תָּא שְׁמַע, דְּרַב בֵּי רַבִּי חִיָּיא אָמַר: אֵין אָנוּ צְרִיכִין לְעָרֵב, שֶׁהֲרֵי אָנוּ סוֹמְכִין עַל שׁוּלְחָנוֹ שֶׁל רַבִּי חִיָּיא. וְרַבִּי חִיָּיא בֵּי רַבִּי אָמַר: אֵין אָנוּ צְרִיכִין לְעָרֵב, שֶׁהֲרֵי אָנוּ סוֹמְכִין עַל שׁוּלְחָנוֹ שֶׁל רַבִּי.

Come and hear a resolution to this question: As Rav, when he was in the school of Rabbi Ḥiyya, said: We do not need to establish an eiruv, as we are dependent upon the table of Rabbi Ḥiyya. And similarly, Rabbi Ḥiyya himself, when he was in the school of Rabbi Yehuda HaNasi, said: We do not need to establish an eiruv, as we are dependent upon the table of Rabbi Yehuda HaNasi.

Приходи и слушай разрешение этого вопроса: Как сказал Рав, когда он был в школе Рабби Хии: Нам не нужно устанавливать эйрув, так как мы зависим от стола Рабби Хии. И подобным образом сам Рабби Хия, когда он был в школе Рабби Йехуды а-Наси, сказал: Нам не нужно устанавливать эйрув, так как мы зависим от стола Рабби Йехуды а-Наси.

בְּעָא מִינֵּיהּ אַבָּיֵי מֵרַבָּה: חֲמִשָּׁה שֶׁגָּבוּ אֶת עֵירוּבָן, כְּשֶׁמּוֹלִיכִין אֶת עֵירוּבָן לְמָקוֹם אַחֵר, עֵירוּב אֶחָד לְכוּלָּן, אוֹ צְרִיכִין עֵירוּב לְכׇל אֶחָד וְאֶחָד? אֲמַר לֵיהּ: עֵירוּב אֶחָד לְכוּלָּן.

Abaye raised a dilemma before Rabba: With regard to five people who live in the same courtyard and collected their eiruv, when they take their eiruv elsewhere in order to merge their courtyard with a different one, is one contribution to the eiruv sufficient for all of them, or do they need a separate contribution to the eiruv for each and every one of them? Rabba said to him: One contribution to the eiruv suffices for all of them.

Абая поставил дилемму перед Раббой: Что касается пяти человек, которые живут в одном дворе и собрали свой эйрув, когда они берут свой эйрув в другое место, чтобы объединить свой двор с другим, достаточно ли одного вклада в эйрув для всех, или нужен отдельный вклад для каждого из них? Рабба сказал ему: Один вклад в эйрув достаточен для всех.

וְהָא אַחִין, דְּכִי גָּבוּ דָּמוּ, וְקָתָנֵי: צְרִיכִין עֵירוּב לְכׇל אֶחָד וְאֶחָד! הָכָא בְּמַאי עָסְקִינַן — כְּגוֹן דְּאִיכָּא דָּיוֹרִין בַּהֲדַיְיהוּ. דְּמִגּוֹ דְּהָנֵי אָסְרִי, הָנֵי נָמֵי אָסְרִי.

Abaye asked: But in the case of brothers, who are comparable to people who collected their eiruv, the mishna nonetheless teaches: They require a separate eiruv for each and every one of them. Rabba responded: With what are we dealing here? We are dealing with a case where there are other residents, in addition to the father and his sons, living with them. In that case, since these additional residents render carrying in the same courtyard prohibited unless they join in an eiruv, those brothers also render it prohibited for one another to carry in the other courtyard unless each of them contributes to the eiruv.

Абая спросил: Но в случае братьев, которые сравнимы с людьми, собравшими эйрув, мишна тем не менее учит: Им требуется отдельный эйрув для каждого из них. Рабба ответил: С чем мы здесь имеем дело? Мы имеем дело со случаем, когда с ними живут другие жители, кроме отца и его сыновей. В этом случае, поскольку эти дополнительные жители делают перенос в том же дворе запрещенным, если они не присоединятся к эйруву, эти братья также делают перенос запрещенным друг для друга в другом дворе, если каждый из них не внесет вклад в эйрув.

הָכִי נָמֵי מִסְתַּבְּרָא, דְּקָתָנֵי: אֵימָתַי? בִּזְמַן שֶׁמּוֹלִיכִין אֶת עֵירוּבָן בְּמָקוֹם אַחֵר, אֲבָל אִם הָיָה עֵירוּבָן בָּא אֶצְלָם, אוֹ שֶׁאֵין דָּיוֹרִין עִמָּהֶן בֶּחָצֵר — אֵין צְרִיכִין לְעָרֵב, שְׁמַע מִינַּהּ.

The Gemara comments: So too, it is reasonable to understand, as the mishna teaches: When do they state this halakha? When they bring their eiruv elsewhere in the courtyard. But if their eiruv was coming to them, or if there are no other residents with them in the courtyard, they do not need to establish an eiruv, as they are considered like a single individual living in a courtyard. Learn from this that the preceding ruling refers to a situation where they shared the courtyard with other residents.

Гмара комментирует: Так же разумно понять, как учит мишна: Когда они заявляют эту галаху? Когда они приносят свой эйрув в другое место во дворе. Но если их эйрув приходит к ним, или если в дворе нет других жителей, им не нужно устанавливать эйрув, так как они считаются как один человек, живущий во дворе. Учись из этого, что предыдущее постановление относится к ситуации, когда они делили двор с другими жителями.

בְּעָא מִינֵּיהּ רַב חִיָּיא בַּר אָבִין מֵרַב שֵׁשֶׁת: בְּנֵי בֵי רַב, דְּאָכְלִי נַהֲמָא בְּבָאגָא, וְאָתוּ וּבָיְיתִי בְּבֵי רַב, כִּי מָשְׁחִינַן לְהוּ תְּחוּמָא, מִבֵּי רַב מָשְׁחִינַן לְהוּ אוֹ מִבָּאגָא מָשְׁחִינַן לְהוּ? אֲמַר לֵיהּ: מָשְׁחִינַן מִבֵּי רַב.

The Gemara addresses a similar issue with regard to a joining of Shabbat boundaries: Rav Ḥiyya bar Avin raised a dilemma before Rav Sheshet: With regard to students in their master’s house who eat their bread in their houses in the field [baga] and then come and sleep in their master’s house, when we measure their Shabbat limit for them, do we measure it for them from their master’s house, where they sleep, or do we measure it for them from the field, where they eat? He said to him: We measure it from their master’s house.

Гмара рассматривает аналогичный вопрос относительно объединения границ Шаббата: Рав Хия бар Авин поставил дилемму перед Равом Шешетом: Что касается учеников в доме их хозяина, которые едят хлеб в своих домах в поле (бага), а затем приходят и спят в доме хозяина, когда мы измеряем для них границы Шаббата, измеряем ли мы их от дома хозяина, где они спят, или от поля, где они едят? Он сказал ему: Мы измеряем от дома хозяина.

וַהֲרֵי נוֹתֵן אֶת עֵירוּבוֹ בְּתוֹךְ אַלְפַּיִם אַמָּה, וְאָתֵי וּבָיֵית בְּבֵיתֵיהּ, דְּמָשְׁחִינַן לֵיהּ תְּחוּמָא מֵעֵירוּבֵיהּ!

Rav Ḥiyya bar Avin asked: But in the case of one who deposits his eiruv, which establishes the location of his meal, within two thousand cubits, and then goes back and sleeps in his house, we measure his Shabbat limit from his eiruv. This implies that the determining factor is where he eats, rather than where he sleeps.

Рав Хийя бар Авин спросил: Но в случае, когда человек кладёт свой эйрув, который определяет место его трапезы, в пределах двух тысяч локтей, а затем возвращается и спит в своём доме, мы измеряем его предел Шаббата от его эйрува. Это подразумевает, что решающим фактором является место, где он ест, а не где он спит.

בְּהָהוּא — אֲנַן סָהֲדִי, וּבְהָדָא — אֲנַן סָהֲדִי. בְּהָהוּא אֲנַן סָהֲדִי — דְּאִי מִיתְּדַר לֵיהּ הָתָם נִיחָא לֵיהּ, וּבַהֲדָא אֲנַן סָהֲדִי — דְּאִי מַיְיתוּ לְהוּ רִיפְתָּא לְבֵי רַב, נִיחָא לְהוּ טְפֵי.

The Gemara answers: In that case we are witnesses, and in this case we are witnesses, i.e., in both cases the person’s intentions regarding his place of residence are clearly evident. In that case, where the person deposits his eiruv, we are witnesses that if he could reside there, at the site of his eiruv, it would be better for him, i.e., if he could spend the night there he would do so, since he wishes to continue from that place onward on the following day. And in this case of the students in their master’s house, we are witnesses that if people would bring them bread in their master’s house, enabling them to eat there, it would be better for them. Consequently, it is considered their place of residence.

Гмара отвечает: В этом случае мы свидетели, и в этом случае мы свидетели, то есть в обоих случаях намерения человека относительно места проживания явно очевидны. В том случае, где человек кладёт свой эйрув, мы свидетели того, что если бы он мог проживать там, на месте своего эйрува, это было бы для него лучше, то есть если бы он мог провести там ночь, он бы так сделал, поскольку желает продолжить путь оттуда на следующий день. А в этом случае учеников в доме их учителя мы свидетели того, что если бы люди приносили им хлеб в доме учителя, позволяя им есть там, это было бы для них лучше. Следовательно, это считается их местом проживания.

בָּעֵי רָמֵי בַּר חָמָא מֵרַב חִסְדָּא: אָב וּבְנוֹ, הָרַב וְתַלְמִידוֹ, כְּרַבִּים דָּמוּ אוֹ כִּיחִידִים דָּמוּ? צְרִיכִין עֵירוּב, אוֹ אֵין צְרִיכִין עֵירוּב? מָבוֹי שֶׁלָּהֶן נִיתָּר בְּלֶחִי וְקוֹרָה, אוֹ אֵין נִיתָּר בְּלֶחִי וְקוֹרָה?

Rami bar Ḥama raised a dilemma before Rav Ḥisda: With regard to a father and his son, or a master and his student, are they considered as many people or as individuals? The practical import of the question is as follows: If they lived together in a courtyard that was within another courtyard, are they considered as many people, who require an eiruv in order to render it permitted to carry in the outer courtyard, or do they not require an eiruv, as they are treated as an individual, who does not render carrying in the outer courtyard prohibited? Is their alleyway rendered permitted for carrying through a side post and a cross beam, like one that has multiple residents, or is it not rendered permitted for carrying through a side post and a cross beam?

Рами бар Хама поставил дилемму перед Рав Хисдой: Что касается отца и сына, или учителя и ученика, считаются ли они многими людьми или как отдельные лица? Практическое значение вопроса таково: если они жили вместе во дворе, который находится внутри другого двора, считаются ли они многими людьми, которым требуется эйрув, чтобы разрешить переносить во внешнем дворе, или им не требуется эйрув, так как они рассматриваются как одно лицо, для которого перенос во внешнем дворе не запрещён? Разрешается ли их переулок для переноски через боковой столб и поперечную балку, как у двора с множеством жителей, или нет?

אֲמַר לֵיהּ, תְּנֵיתוּהָ: אָב וּבְנוֹ, הָרַב וְתַלְמִידוֹ, בִּזְמַן שֶׁאֵין עִמָּהֶן דָּיוֹרִין הֲרֵי הֵן כִּיחִידִים, וְאֵין צְרִיכִין לְעָרֵב, וּמָבוֹי שֶׁלָּהֶן נִיתָּר בְּלֶחִי וְקוֹרָה.

Rav Ḥisda said to him: You have already learned this in the following baraita: With regard to a father and his son or a master and his student, when there are no other residents with them, they are considered like individuals, and they do not need to establish an eiruv, and their alleyway becomes permitted for carrying through a side post and a cross beam without a merging of alleyways.

Рав Хисда ответил ему: Ты уже изучал это в следующей барайте: Что касается отца и сына или учителя и ученика, когда с ними нет других жителей, они считаются как отдельные лица, и им не нужно устанавливать эйрув, и их переулок становится разрешённым для переноски через боковой столб и поперечную балку без слияния переулков.

מַתְנִי׳ חָמֵשׁ חֲצֵירוֹת פְּתוּחוֹת זוֹ לָזוֹ וּפְתוּחוֹת לְמָבוֹי, עֵירְבוּ בַּחֲצֵירוֹת וְלֹא נִשְׁתַּתְּפוּ בַּמָּבוֹי — מוּתָּרִין בַּחֲצֵירוֹת וַאֲסוּרִין בְּמָבוֹי.

MISHNA: If five courtyards open into one another and also open into an alleyway, the following distinctions apply: If the residents of the courtyard established an eiruv in the courtyards and did not merge the courtyards that open into the alleyway, they are permitted to carry in the courtyards and they are prohibited to carry in the alleyway. The eiruv they established cannot also serve as a merging of the courtyards that open into the alleyway.

МИШНА: Если пять дворов открываются друг в друга и также открываются в переулок, применяются следующие различия: Если жители двора установили эйрув во дворах и не слили дворы, открывающиеся в переулок, им разрешено переносить во дворах, а в переулке запрещено. Эйрув, который они установили, не может служить также слиянием дворов, открывающихся в переулок.

Group None

Display Settings

Bookmarks