Eruvin 79b — Talmud Bavli — Tractate Eruvin

וְתֶבֶן שִׁבְעָה וּמַשֶּׁהוּ, דְּכׇל פָּחוֹת מִשְּׁלֹשָׁה כְּלָבוּד דָּמֵי.

and the hay in the house is slightly more than seven handbreadths high it is considered a full-fledged partition that reaches the ceiling, as objects separated by any gap of less than three handbreadths are considered joined, based on the principle of lavud.

и сено в доме чуть выше семи тефах, оно считается полноценной перегородкой, доходящей до потолка, поскольку объекты, разделённые промежутком менее трёх тефах, считаются соединёнными на основании принципа лавуд.

בִּשְׁלָמָא לְאַבָּיֵי, הַיְינוּ דְּקָתָנֵי ״מֵעֲשָׂרָה״, אֶלָּא לְרַב הוּנָא בְּרֵיהּ דְּרַב יְהוֹשֻׁעַ מַאי ״מֵעֲשָׂרָה״?

The Gemara comments. Granted, according to the opinion of Abaye, that is why the baraita teaches: If the height of the haystack was reduced to less than ten handbreadths. However, according to Rav Huna, son of Rav Yehoshua, what is the meaning of: Less than ten? Even at the outset it was never as high as ten handbreadths.

Гмара комментирует: Допустим, согласно мнению Абая, поэтому барайта учит: Если высота стога уменьшилась до менее чем десяти тефах. Однако согласно мнению Рава Хуны, сына Рава Йехошуа, что значит: менее десяти? Ведь изначально оно никогда не было высотой десять тефах.

מִתּוֹרַת עֲשָׂרָה.

The Gemara answers: It means that it was reduced to less than the law of ten handbreadths. As long as the hay is slightly more than seven handbreadths high, it is regarded as ten handbreadths high, in accordance with the principle of lavud. Once its height is reduced to less than seven handbreadths, the halakha of a partition ten handbreadths high is no longer in effect.

Гмара отвечает: Это значит, что высота уменьшилась до менее чем законных десяти тефах. Пока сено чуть выше семи тефах, оно считается десятью тефах согласно принципу лавуд. Как только высота уменьшается до менее семи тефах, галаха о перегородке высотой десять тефах перестаёт действовать.

שְׁנֵיהֶן אֲסוּרִין. שְׁמַע מִינַּהּ דָּיוֹרִין הַבָּאִין בְּשַׁבָּת אֲסוּרִין?

The same baraita taught that if the height of the hay was reduced to less than ten handbreadths, it is prohibited to carry in both. The Gemara comments: Should we learn from this that residents who arrive on Shabbat prohibit the other residents from carrying? At the onset of Shabbat, both sets of residents were permitted to use the hay and the house, but once the hay was reduced on Shabbat it is as though new residents had been added to each of the courtyards, and it is prohibited for all of them to carry. Why not say that since at the beginning of Shabbat it was permitted to carry in the domain, they are permitted to do so for its duration?

Та же самая барайта учит, что если высота сена уменьшилась до менее чем десяти тефахов, то запрещено нести в обоих дворах. Гмара комментирует: следует ли из этого учить, что жители, прибывшие в Шаббат, запрещают другим жителям нести? В начале Шаббата обоим группам жителей было разрешено пользоваться сеном и домом, но как только сено уменьшилось в Шаббат, это как будто к каждому двору добавились новые жители, и всем им запрещено нести. Почему не сказать, что раз в начале Шаббата было разрешено нести в пределах резшут, то разрешено делать это и на протяжении всего Шаббата?

דִּלְמָא דְּאִימְּעַט מֵאֶתְמוֹל.

The Gemara rejects this contention: Perhaps the baraita is referring to a case where the hay was already reduced on the previous day, before Shabbat began. In that case, it was never permitted to carry at all.

Гмара отвергает это утверждение: возможно, барайта говорит о случае, когда сено уже уменьшилось накануне, до начала Шаббата. В таком случае никогда не было разрешено нести вообще.

כֵּיצַד הוּא עוֹשֶׂה? נוֹעֵל אֶת בֵּיתוֹ וּמְבַטֵּל רְשׁוּתוֹ. תַּרְתֵּי?! הָכִי קָאָמַר: אוֹ נוֹעֵל אֶת בֵּיתוֹ אוֹ מְבַטֵּל אֶת רְשׁוּתוֹ.

The baraita continues: How, then, does the resident of one of the courtyards act if he seeks to permit use of the other courtyard to its resident? He locks his house and renounces his right to carry in the courtyard in favor of the other person. The Gemara is surprised by this ruling: Does he require these two steps? One should suffice. The Gemara answers: This is what the tanna of the baraita is saying: Either he locks his house or he renounces his right to the courtyard.

Барайта продолжает: как же поступает житель одного из дворов, если он хочет разрешить использование другого двора его жителю? Он запирает свой дом и отказывается от права нести во дворе в пользу другого человека. Гмара удивляется этому постановлению: нужны ли ему оба этих шага? Должен был бы хватить одного. Гмара отвечает: именно это говорит тана барайты: либо он запирает дом, либо отказывается от права на двор.

וְאִיבָּעֵית אֵימָא: לְעוֹלָם תַּרְתֵּי, כֵּיוָן דְּדָשׁ בֵּיהּ — אָתֵי לְטַלְטוֹלֵי.

And if you wish, say a different explanation instead. Actually, both actions are required in this case, even though one of them would ordinarily suffice. The reason is: Since he is accustomed to using the courtyard, he will come to carry. Consequently, the Sages were stringent with a person in this position and obligated him to implement an additional change so that he will not forget and come to carry when it is prohibited.

А если хотите, скажите другое объяснение. На самом деле в этом случае требуются оба действия, хотя обычно одного было бы достаточно. Причина в том, что поскольку он привык пользоваться двором, он придет нести. Следовательно, мудрецы были строги с человеком в таком положении и обязали его совершить дополнительное действие, чтобы он не забыл и не пришел нести, когда это запрещено.

הוּא אָסוּר וַחֲבֵירוֹ מוּתָּר. פְּשִׁיטָא? לָא צְרִיכָא, דַּהֲדַר אִידַּךְ וּבַטֵּיל לֵיהּ לְחַבְרֵיהּ, וְהָא קָא מַשְׁמַע לַן: דְּאֵין מְבַטְּלִין וְחוֹזְרִין וּמְבַטְּלִין.

It was taught in the baraita: If one locks his house and renounces his rights to the courtyard, it is prohibited for him to carry, and it is permitted for the other person to carry. The Gemara raises a difficulty: Isn’t this obvious? Why was it necessary to state this halakha? The Gemara answers: It was necessary only in a case where the other person then renounced his right in favor of the first person. And the baraita teaches us that one may not renounce his rights in favor of the other, and then have the latter renounce his own rights in favor of the former.

В барайте учено: если кто-то запирает свой дом и отказывается от прав на двор, ему запрещено нести, а другому человеку разрешено нести. Гмара поднимает затруднение: разве это не очевидно? Зачем было нужно излагать эту галаху? Гмара отвечает: это было необходимо только в случае, когда другой человек затем отказывается от своего права в пользу первого. И барайта учит, что нельзя отказываться от своих прав в пользу другого, а затем чтобы тот отказался от своих прав в пользу первого.

וְכֵן אַתָּה אוֹמֵר בְּגוֹב שֶׁל תֶּבֶן שֶׁבֵּין שְׁנֵי תְּחוּמֵי שַׁבָּת. פְּשִׁיטָא! לָא צְרִיכָא לְרַבִּי עֲקִיבָא דְּאָמַר: תְּחוּמִין דְּאוֹרָיְיתָא, מַהוּ דְּתֵימָא: לִיגְזוֹר דִּלְמָא אָתֵי לְאִיחַלּוֹפֵי, קָא מַשְׁמַע לַן.

It was further taught in the baraita: And you can say likewise with regard to a pit of hay that is situated between two Shabbat limits. The inhabitants of each area may feed their animals from the common hay. The Gemara raises a difficulty: Isn’t this obvious? The same principle that is in effect with regard to a haystack between courtyards should apply here as well. The Gemara answers: It was necessary to state this halakha only according to the opinion of Rabbi Akiva, who said that the principle of Shabbat boundaries is by Torah law. Lest you say that let us issue a decree and prohibit it, lest people come to exchange objects from one boundary to another, which would violate a Torah prohibition; therefore, the baraita teaches us that no distinction is made between the cases, and no decree of this kind is issued.

Далее в барайте учено: и так можно сказать относительно ямы с сеном, расположенной между двумя шаббатными пределами. Жители каждой области могут кормить своих животных из общего сена. Гмара поднимает затруднение: разве это не очевидно? Тот же принцип, что действует в отношении стога сена между дворами, должен применяться и здесь. Гмара отвечает: это галаха была необходима только согласно мнению Рабби Акивы, который сказал, что принцип шаббатных границ — по закону Торы. Чтобы не подумать, что мы можем издать запрет, чтобы не допустить обмена предметами из одного предела в другой, что было бы нарушением закона Торы; поэтому барайта учит, что между случаями не делают различия и такой запрет не издается.

מַתְנִי׳ כֵּיצַד מִשְׁתַּתְּפִין בְּמָבוֹי? מַנִּיחַ אֶת הֶחָבִית, וְאוֹמֵר: הֲרֵי זוֹ לְכׇל בְּנֵי מָבוֹי, וּמְזַכֶּה לָהֶן עַל יְדֵי בְּנוֹ וּבִתּוֹ הַגְּדוֹלִים, וְעַל יְדֵי עַבְדּוֹ וְשִׁפְחָתוֹ הָעִבְרִים, וְעַל יְדֵי אִשְׁתּוֹ.

MISHNA: How does one merge the courtyards that open into the alleyway, if a person wishes to act on behalf of all the residents of the alleyway? He places a barrel filled with his own food and says: This is for all the residents of the alleyway. For this gift to be acquired by the others, someone must accept it on their behalf, and the tanna therefore teaches that he may confer possession to them even by means of his adult son or daughter, and likewise by means of his Hebrew slave or maidservant, whom he does not own, and by means of his wife. These people may acquire the eiruv on behalf of all the residents of the alleyway.

МИШНА: Как объединяют дворы, выходящие в переулок, если человек хочет действовать от имени всех жителей переулка? Он ставит бочку с собственной едой и говорит: это для всех жителей переулка. Чтобы этот дар был приобретен другими, кто-то должен принять его от их имени, и тана учит, что он может передать владение им даже через своего взрослого сына или дочь, и также через своего еврейского раба или рабыню, которых он не владеет, и через свою жену. Эти люди могут приобрести эйрув от имени всех жителей переулка.

אֲבָל אֵינוֹ מְזַכֶּה לֹא עַל יְדֵי בְּנוֹ וּבִתּוֹ הַקְּטַנִּים, וְלֹא עַל יְדֵי עַבְדּוֹ וְשִׁפְחָתוֹ הַכְּנַעֲנִים, מִפְּנֵי שֶׁיָּדָן כְּיָדוֹ.

However, he may not confer possession by means of his minor son or daughter, nor by means of his Canaanite slave or maidservant, because they cannot effect acquisition, as ownership of objects that come into their possession is as if those objects came into his possession. Consequently, the master or father cannot confer possession to the slave or minor respectively on behalf of others as their acquisition is ineffective and the object remains in his own possession.

Однако он не может передать владение через своего несовершеннолетнего сына или дочь, или через своего ханаанского раба или рабыню, потому что они не могут совершать приобретение, так как владение вещами, которые попадают к ним, считается как будто эти вещи попали к нему. Следовательно, хозяин или отец не может передать владение рабу или несовершеннолетнему соответственно от имени других, так как их приобретение неэффективно и вещь остается в его владении.

גְּמָ׳ אָמַר רַב יְהוּדָה: חָבִית שֶׁל שִׁיתּוּפֵי מְבוֹאוֹת צָרִיךְ לְהַגְבִּיהַּ מִן הַקַּרְקַע טֶפַח.

GEMARA: Rav Yehuda said: With regard to a barrel for the merging of alleyways, the one acquiring it on behalf of the alleyway’s residents must raise it a handbreadth from the ground, as he must perform a valid act of acquisition on their behalf.

ГМАРА: Рав Йехуда сказал: относительно бочки для объединения переулков, тот, кто приобретает ее от имени жителей переулка, должен поднять ее на тефах от земли, так как он должен совершить действительный акт приобретения от их имени.

אָמַר רָבָא: הָנֵי תַּרְתֵּי מִילֵּי, סָבֵי דְפוּמְבְּדִיתָא אַמְרִינְהוּ: חֲדָא — הָא. אִידַּךְ — הַמְקַדֵּשׁ, אִם טָעַם מְלֹא לוּגְמָיו — יָצָא, וְאִם לָאו — לֹא יָצָא.

Rava said: The elders of Pumbedita, Rav Yehuda and his students, stated these two matters. One was this mentioned above with regard to lifting the barrel; and the other was: With regard to one who recites kiddush over wine on Shabbat or a Festival, if he tasted a mouthful of wine, he fulfilled his obligation; however, if he did not taste a mouthful, he did not fulfill his obligation.

Рава сказал: старейшины Пумбедиты, Рав Йехуда и его ученики, изложили два положения. Одно — упомянутое выше относительно поднятия бочки; другое — относительно того, кто произносит киддуш над вином в Шаббат или праздник: если он попробовал глоток вина, он выполнил обязанность; если не попробовал глоток, не выполнил.

אָמַר רַב חֲבִיבָא: הָא נָמֵי סָבֵי דְפוּמְבְּדִיתָא אַמְרִינְהוּ, דְּאָמַר רַב יְהוּדָה אָמַר שְׁמוּאֵל: עוֹשִׂין מְדוּרָה לַחַיָּה בְּשַׁבָּת.

Rav Ḥaviva said: In addition to the aforementioned pair of teachings, the elders of Pumbedita stated this too, as Rav Yehuda said that Shmuel said: One builds a fire for a woman in childbirth on Shabbat.

Рав Хавива сказал: в дополнение к вышеуказанным двум учениям старейшины Пумбедиты также сказали следующее, как сказал Рав Йехуда, что Шмуэль сказал: в Шаббат разжигают огонь для женщины в родах.

סְבוּר מִינָּה: לְחַיָּה — אִין, לְחוֹלֶה — לָא. בִּימוֹת הַגְּשָׁמִים — אִין, בִּימוֹת הַחַמָּה — לָא.

The Gemara comments that the Sages thought to infer from here: For a woman in childbirth, yes, one builds a fire, due to her highly precarious state; for a sick person, no, one does not build a fire. Likewise, in the rainy season, when the danger of catching cold is ever present, yes, one builds a fire; in the summer, no, one may not.

Гмара комментирует, что мудрецы подумали вывести отсюда: для женщины в родах — да, разжигают огонь из-за ее крайне тяжелого состояния; для больного — нет, не разжигают. Аналогично, в сезон дождей, когда опасность простуды постоянна — да, разжигают; летом — нет, нельзя.

אִיתְּמַר, אָמַר רַב חִיָּיא בַּר אָבִין אָמַר שְׁמוּאֵל: הִקִּיז דָּם וְנִצְטַנֵּן — עוֹשִׂין לוֹ מְדוּרָה בְּשַׁבָּת, וַאֲפִילּוּ בִּתְקוּפַת תַּמּוּז.

The Gemara adds that which was stated: Rav Ḥiyya bar Avin said that Shmuel said: With regard to one who let blood and caught cold, one builds a fire for him on Shabbat, even during the season of Tammuz, i.e., the summer. Clearly, Rav Yehuda’s ruling is limited neither to a woman in childbirth nor to the rainy season.

Гмара добавляет сказанное: Рав Хийя бар Авин сказал, что Шмуэль сказал: относительно того, кто пустил кровь и простудился, для него разжигают огонь в Шаббат, даже в сезон Таммуза, то есть летом. Очевидно, постановление Рава Йехуды не ограничивается ни женщиной в родах, ни сезоном дождей.

אָמַר אַמֵּימָר: הָא נָמֵי סָבֵי דְפוּמְבְּדִיתָא אַמְרִינְהוּ, דְּאִיתְּמַר: אֵיזוֹ הִיא אֲשֵׁירָה סְתָם?

Ameimar said: This too was stated by the elders of Pumbedita, as it was stated that the amora’im disagreed with regard to which tree is presumed to be a tree designated for idolatry [asheira], even though no one actually saw it worshipped.

Амеимар сказал: это также было сказано старейшинами Пумбедиты, так как было сказано, что амораим расходились во мнении, какое дерево считается деревом, предназначенным для идолопоклонства (ашейра), хотя никто не видел, чтобы его поклонялись.

אָמַר רַב: כׇּל שֶׁכּוֹמָרִין שׁוֹמְרִין אוֹתָהּ

Rav said: It is any tree that idolatrous priests guard.

Рав сказал: это любое дерево, которое охраняют идолопоклонные коэны.

Group None

Display Settings

Bookmarks