Eruvin 88b — Talmud Bavli — Tractate Eruvin

פָּחוֹת מֵאַרְבַּע — שׁוֹפְכָן. אִי דַּעֲבִיד עוּקָה — שְׁרֵי, אִי לָא — אָסוּר.

But if the courtyard is less than four cubits by four cubits in area, one simply pours the water out, as the place is not fit for sprinkling. Therefore, if one fashioned a pit, it is permitted to pour out water; but if not, it is prohibited to do so, as one certainly intends for the water to flow outside.

Но если двор меньше четырех на четыре амы, человек просто выливает воду, так как место непригодно для распыления. Поэтому, если вырыта яма, разрешается выливать воду; если нет — запрещено, поскольку человек определённо намеревается, чтобы вода вытекла наружу.

רַבִּי זֵירָא אָמַר: אַרְבַּע אַמּוֹת — תָּיְימִי, פָּחוֹת מֵאַרְבַּע אַמּוֹת — לָא תָּיְימִי.

Rabbi Zeira offered a different reason and said: In a courtyard of four cubits by four cubits, the water is likely to be absorbed into the ground. If it is less than four cubits in size, the water will not be absorbed but will flow out.

Рабби Зейра предложил другую причину и сказал: В дворе четыре на четыре амы вода, вероятно, впитается в землю. Если же двор меньше четырех ам, вода не впитается, а потечет наружу.

מַאי בֵּינַיְיהוּ? אָמַר אַבָּיֵי: אֲרִיךְ וְקַטִּין אִיכָּא בֵּינַיְיהוּ.

The Gemara asks: What is the practical difference between these two explanations? Abaye said: There is a difference between them with regard to a long and narrow courtyard. As the area of this courtyard is also sixteen square cubits, it likewise absorbs the water. Rabbi Zeira would therefore rule that it does not require a pit. However, as this courtyard is not in need of sprinkling, it requires a pit according to Rabba.

ГМАРА спрашивает: В чем практическая разница между этими двумя объяснениями? Абая сказал: Между ними есть разница в отношении длинного и узкого двора. Поскольку площадь этого двора также составляет шестнадцать квадратных ам, он также впитывает воду. Поэтому Рабби Зейра постановит, что яма не требуется. Однако, поскольку этот двор не нуждается в опрыскивании, согласно Рабба он требует яму.

תְּנַן: חָצֵר וְאַכְסַדְרָה מִצְטָרְפִין לְאַרְבַּע אַמּוֹת. בִּשְׁלָמָא לְרַבִּי זֵירָא נִיחָא, אֶלָּא לְרַבָּה קַשְׁיָא!

We learned in the mishna: A courtyard and a portico combine for the requisite four cubits, permitted the pouring of water into a courtyard that lacks a pit. The Gemara asks: Granted, according to the opinion of Rabbi Zeira, this works out well, as the total area is large enough to absorb the water. However, according to Rabba it is difficult, for when the courtyard is joined with the portico it is no longer in the shape of a square, and it is therefore unfit for sprinkling.

Мы учили в МИШНЕ: Двор и портик вместе составляют необходимые четыре амы, разрешается лить воду во двор, в котором нет ямы. ГМАРА спрашивает: Допустим, по мнению Рабби Зейры это хорошо работает, так как общая площадь достаточно велика, чтобы впитать воду. Однако по мнению Рабба это трудно, потому что когда двор соединяется с портиком, он уже не имеет форму квадрата и поэтому непригоден для опрыскивания.

תַּרְגְּמָא רַבִּי זֵירָא אַלִּיבָּא דְרַבָּה בְּאַכְסַדְרָה מְהַלֶּכֶת עַל פְּנֵי כָּל הֶחָצֵר כּוּלָּהּ.

Rabbi Zeira explained the mishna in accordance with the opinion of Rabba, by saying that it is referring to a portico that extends along the entire courtyard, so that it adds to its width alone. Consequently, the courtyard and the portico together form a square of four by four cubits, an area that is fit for sprinkling.

Рабби Зейра объяснил МИШНУ согласно мнению Рабба, сказав, что речь идет о портике, который тянется вдоль всего двора, так что он увеличивает только его ширину. Следовательно, двор и портик вместе образуют квадрат четыре на четыре амы, площадь которого пригодна для опрыскивания.

תָּא שְׁמַע: חָצֵר שֶׁאֵין בָּהּ אַרְבַּע אַמּוֹת עַל אַרְבַּע אַמּוֹת — אֵין שׁוֹפְכִין לְתוֹכָהּ מַיִם בַּשַּׁבָּת. בִּשְׁלָמָא לְרַבָּה נִיחָא, אֶלָּא לְרַבִּי זֵירָא קַשְׁיָא!

The Gemara suggests: Come and hear a baraita that can decide this dispute. With regard to a courtyard that is not four cubits by four cubits in area, one may not pour water into it on Shabbat. The Gemara assumes that the baraita, which teaches that one may pour water only into a courtyard that it is four by four cubits, is precise in its wording. Granted, according to Rabba, this works out well, as he maintains that it is prohibited to pour water into a long and narrow courtyard. However, according to Rabbi Zeira, who maintains that the critical factor is the area of the courtyard, this is difficult.

ГМАРА предлагает: Слушайте барейту, которая может разрешить этот спор. Что касается двора, площадь которого не четыре на четыре амы, нельзя лить в него воду в Шаббат. ГМАРА предполагает, что барейта, которая учит, что можно лить воду только в двор размером четыре на четыре амы, точна в своих словах. Допустим, по мнению Рабба это хорошо, так как он утверждает, что лить воду в длинный и узкий двор запрещено. Однако по мнению Рабби Зейры, который считает, что решающим фактором является площадь двора, это вызывает затруднение.

אָמַר לָךְ רַבִּי זֵירָא: הָא מַנִּי רַבָּנַן הִיא, וּמַתְנִיתִין רַבִּי אֱלִיעֶזֶר בֶּן יַעֲקֹב הִיא.

The Gemara answers that Rabbi Zeira can say to you: In accordance with whose opinion is this baraita? It is in accordance with the opinion of the Rabbis at the end of the mishna, who maintain that the area of the courtyard is of no importance, whereas our unattributed mishna is in accordance with the opinion of Rabbi Eliezer ben Ya’akov, according to whom the area is the decisive factor.

ГМАРА отвечает, что Рабби Зейра может сказать вам: Согласно чьему мнению эта барейта? Она согласно мнению раввинов в конце МИШНЫ, которые утверждают, что площадь двора не имеет значения, тогда как наша безымянная МИШНА согласно мнению Рабби Элиэзера бен Яакова, который считает, что площадь является решающим фактором.

וּמַאי דּוּחְקֵיהּ דְּרַבִּי זֵירָא לְאוֹקֹמַהּ לְמַתְנִיתִין כְּרַבִּי אֱלִיעֶזֶר בֶּן יַעֲקֹב? אָמַר רָבָא: מַתְנִיתִין קְשִׁיתֵיהּ, מַאי אִירְיָא דְּתָנֵי ״חָצֵר שֶׁהִיא פְּחוּתָה״, לִיתְנֵי: ״חָצֵר שֶׁאֵין בָּהּ אַרְבַּע אַמּוֹת עַל אַרְבַּע אַמּוֹת״!

The Gemara asks: And what forced Rabbi Zeira to establish the mishna in accordance with the opinion of Rabbi Eliezer ben Ya’akov? Rava said: The mishna was difficult for him. Why did the tanna specifically teach his ruling with respect to a courtyard that is less than four cubits, from which it can be inferred that if it has an area of four by four cubits it is permitted to pour water, even if it is not square in shape? Let the mishna teach: A courtyard that is not four cubits by four cubits, i.e., one that is not square shaped, even if it includes an area of sixteen square cubits.

ГМАРА спрашивает: И что заставило Рабби Зейру установить МИШНУ согласно мнению Рабби Элиэзера бен Яакова? Рава сказал: МИШНА была для него трудной. Почему Тана специально учит свое постановление относительно двора, площадь которого меньше четырех ам, из чего можно заключить, что если площадь четыре на четыре амы, разрешается лить воду, даже если он не квадратной формы? Пусть МИШНА учит: Двор, который не четыре на четыре амы, то есть не квадратной формы, даже если включает площадь шестнадцать квадратных ам.

אֶלָּא לָאו שְׁמַע מִינַּהּ, דְּרַבִּי אֱלִיעֶזֶר בֶּן יַעֲקֹב הִיא. שְׁמַע מִינַּהּ.

Rather, shouldn’t one conclude from this argument that the unattributed section of the mishna is in accordance with the opinion of Rabbi Eliezer ben Ya’akov? The Gemara summarizes: Indeed, conclude from this that it is so.

Разве не следует из этого аргумента, что безымянная часть МИШНЫ согласно мнению Рабби Элиэзера бен Яакова? ГМАРА резюмирует: Действительно, заключайте из этого, что так и есть.

וְהָא מִדְּסֵיפָא רַבִּי אֱלִיעֶזֶר בֶּן יַעֲקֹב, רֵישָׁא לָאו רַבִּי אֱלִיעֶזֶר בֶּן יַעֲקֹב!

The Gemara raises a difficulty with this conclusion: But from the fact that a latter clause of the mishna explicitly cites the opinion of Rabbi Eliezer ben Ya’akov, it can be inferred that the first clause does not represent the opinion of Rabbi Eliezer ben Ya’akov.

ГМАРА поднимает затруднение с этим выводом: Но из того, что последняя часть МИШНЫ явно цитирует мнение Рабби Элиэзера бен Яакова, можно заключить, что первая часть не представляет мнение Рабби Элиэзера бен Яакова.

כּוּלַּהּ רַבִּי אֱלִיעֶזֶר בֶּן יַעֲקֹב הִיא, וְחַסּוֹרֵי מִיחַסְּרָא, וְהָכִי קָתָנֵי: חָצֵר שֶׁהִיא פְּחוּתָה מֵאַרְבַּע אַמּוֹת — אֵין שׁוֹפְכִין לְתוֹכָהּ מַיִם בְּשַׁבָּת, הָא אַרְבַּע אַמּוֹת — שׁוֹפְכִין, שֶׁרַבִּי אֱלִיעֶזֶר בֶּן יַעֲקֹב אוֹמֵר: בִּיב הַקָּמוּר אַרְבַּע אַמּוֹת בִּרְשׁוּת הָרַבִּים — שׁוֹפְכִין לְתוֹכוֹ מַיִם בַּשַּׁבָּת.

The Gemara rejects this argument: In fact, the entire mishna is in accordance with the opinion of Rabbi Eliezer ben Ya’akov, and as for its problematic style, the mishna is incomplete and it teaches the following: With regard to a courtyard that is less than four cubits in area, one may not pour waste water into it on Shabbat. Consequently, if it is four cubits in area, one may pour water into it, as Rabbi Eliezer ben Ya’akov says: If the first four cubits of a drainage ditch were arched over in the public domain, one may pour waste water into it on Shabbat.

ГМАРА отвергает этот довод: На самом деле вся МИШНА согласно мнению Рабби Элиэзера бен Яакова, а что касается ее проблемного стиля, МИШНА неполна и учит следующее: Что касается двора, площадь которого меньше четырех ам, нельзя лить в него сточные воды в Шаббат. Следовательно, если площадь четыре амы, можно лить воду, как говорит Рабби Элиэзер бен Яаков: Если первые четыре амы водосточного канала были перекрыты в общественном месте, можно лить в него сточные воды в Шаббат.

רַבִּי אֱלִיעֶזֶר בֶּן יַעֲקֹב אוֹמֵר: בִּיב הַקָּמוּר.

We learned in the mishna that Rabbi Eliezer ben Ya’akov says: If the first four cubits of a drainage ditch were arched over in the public domain, it is permitted to pour waste water into it on Shabbat. However, the Rabbis say: One may pour water only upon the roof, from which it will spill into the drain of its own accord.

Мы учили в МИШНЕ, что Рабби Элиэзер бен Яаков говорит: Если первые четыре амы водосточного канала были перекрыты в общественном месте, разрешается лить в него сточные воды в Шаббат. Однако раввины говорят: Можно лить воду только на крышу, с которой она сама стекает в водосток.

מַתְנִיתִין דְּלָא כַּחֲנַנְיָא. דְּתַנְיָא, חֲנַנְיָא אוֹמֵר: אֲפִילּוּ גַּג מֵאָה אַמָּה — לֹא יִשְׁפּוֹךְ, לְפִי שֶׁאֵין הַגָּג עָשׂוּי לִבְלוֹעַ, אֶלָּא לְקַלֵּחַ.

The Gemara comments: The mishna was not taught in accordance with the opinion of Ḥananya. For it was taught in a baraita that Ḥananya says: Even with regard to a roof one hundred cubits in area, one may not pour water onto it, because a roof is not apt to absorb the water. Rather, it causes it to run off. Consequently, pouring water onto this roof is equivalent to pouring it directly outside.

ГМАРА комментирует: МИШНА не была учена согласно мнению Ханании. Ибо в барейте учено, что Ханания говорит: Даже относительно крыши площадью сто ам, нельзя лить на нее воду, потому что крыша не впитывает воду, а вызывает ее стекание. Следовательно, лить воду на эту крышу равноценно литью прямо наружу.

תָּנָא: בַּמֶּה דְּבָרִים אֲמוּרִים — בִּימוֹת הַחַמָּה, אֲבָל בִּימוֹת הַגְּשָׁמִים — שׁוֹפֵךְ וְשׁוֹנֶה וְאֵינוֹ נִמְנָע. מַאי טַעְמָא? אָמַר רָבָא: אָדָם רוֹצֶה שֶׁיִּבָּלְעוּ מַיִם בִּמְקוֹמָן.

A tanna taught: In what case is this statement, that a pit is required, said? In the summer, but in the rainy season, one may pour and repeat, and he need not hold back. What is the reason? Rava said: A person is equally willing for the water to be absorbed on the spot, i.e., as there is abundant water in the courtyard during the rainy season, it will remain muddy in any case, and he therefore does not care whether the added waste water remains in the courtyard or if it flows out.

Тана учил: В каком случае говорится, что требуется яма? Летом, а в дождливый сезон можно лить и повторять, и не нужно сдерживаться. Какова причина? Рава сказал: Человек одинаково желает, чтобы вода впитывалась на месте, то есть поскольку во дворе в дождливый сезон много воды, он в любом случае останется грязным, и ему поэтому безразлично, останется ли добавленная сточная вода во дворе или вытечет.

אֲמַר לֵיהּ אַבָּיֵי: וַהֲרֵי שׁוֹפְכִין, דְּאָדָם רוֹצֶה שֶׁיִּבָּלְעוּ, וְקָתָנֵי ״לֹא יִשְׁפּוֹךְ״!

Abaye said to him: With regard to waste water poured into a drainage ditch, that a person wants it to be absorbed in the ditch itself, rather than flow out, and yet the mishna teaches that one may not pour water into the ditch.

Абая сказал ему: Что касается сточной воды, ливаемой в водосточный канал, человек хочет, чтобы она впитывалась именно в канале, а не вытекала, и все же МИШНА учит, что нельзя лить воду в канал.

אֲמַר לֵיהּ: הָתָם לְמַאי נֵיחוּשׁ לַהּ, אִי מִשּׁוּם קִלְקוּל חֲצֵירוֹ — הָא מִיקַּלְקְלָא וְקָיְימָא. וְאִי מִשּׁוּם גְּזֵירָה שֶׁמָּא יֹאמְרוּ ״צִנּוֹרוֹ שֶׁל פְּלוֹנִי מְקַלֵּחַ מַיִם״ — סְתָם צִנּוֹרוֹת מְקַלְּחִים הֵם.

Rava said to him: There, during the rainy season, there is no reason to prohibit the practice, for with regard to what need we be concerned? If you say he wants the water to flow out into the public domain because he is concerned about spoiling and sullying his courtyard, it is already spoiled by the rainwater. And if you say it should be prohibited due to a decree lest people say that so-and-so’s gutter is flowing with water on Shabbat, which might lead them to think he is watering his garden or violating some other prohibition, and they might act likewise even in the summer, this is not a relevant concern. As gutters ordinarily flow with water in the rainy season, people do not entertain this suspicion.

Рава сказал ему: Там, в дождливый сезон, нет причины запрещать эту практику, ибо о чем нам беспокоиться? Если ты скажешь, что он хочет, чтобы вода вытекала в общественное место, потому что боится испортить и загрязнить свой двор, он уже испорчен дождевой водой. А если скажешь, что это должно быть запрещено из-за указа, чтобы люди не подумали, что у такого-то течет водосток в Шаббат, что может привести к мысли, что он поливает сад или нарушает другой запрет, и они могут поступать так же летом, это не актуально. Поскольку водостоки обычно текут водой в дождливый сезон, люди не подозревают этого.

אָמַר רַב נַחְמָן: בִּימוֹת הַגְּשָׁמִים, עוּקָה מַחֲזִיק סָאתַיִם — נוֹתְנִין לוֹ סָאתַיִם, מַחֲזִיק סְאָה — נוֹתְנִין לוֹ סְאָה. בִּימוֹת הַחַמָּה, מַחֲזִיק סָאתַיִם — נוֹתְנִין לוֹ סָאתַיִם, סְאָה — אֵין נוֹתְנִין לוֹ כָּל עִיקָּר.

Rav Naḥman said: In the rainy season, with regard to a pit that holds two se’a, we grant him permission to pour two se’a of water into it. If it holds only one se’a, we grant him one se’a. However, in the summer, if the pit has a capacity of two se’a, we grant him two se’a; if it holds only one se’a, we do not grant him permission to pour any water at all.

Рав Нахман сказал: В дождливый сезон относительно ямы, вмещающей две сеа, мы разрешаем лить в нее две сеа воды. Если она вмещает только одну сеа, разрешаем одну сеа. Однако летом, если яма вмещает две сеа, разрешаем две сеа; если только одну сеа, не разрешаем лить воду вовсе.

בִּימוֹת הַחַמָּה נָמֵי, מַחֲזִיק סְאָה נִיתֵּיב לֵיהּ סְאָה! גְּזֵרָה דִּלְמָא אָתֵי לִיתֵּן לֵיהּ סָאתַיִם. אִי הָכִי בִּימוֹת הַגְּשָׁמִים נָמֵי לִיגְזוֹר!

The Gemara raises a difficulty: In the hot season as well, if the pit holds one se’a, let us grant him one se’a, for if he pours only this amount of water, it will not flow out into the public domain. The Gemara answers: This is prohibited due to a decree lest he come to put two se’a into it. The Gemara asks: If so, in the rainy season let us also apply the same preventive measure.

ГМАРА поднимает затруднение: В жаркий сезон тоже, если яма вмещает сеа, допустим ему один сеа, ибо если он нальёт только такое количество воды, она не вытечет в решут. ГМАРА отвечает: Это запрещено из-за гиюра, чтобы он не пришёл и не налил два сеа. ГМАРА спрашивает: Если так, то в сезон дождей применим ту же превентивную меру.

הָתָם מַאי נֵיחוּשׁ לַהּ? אִי מִשּׁוּם קִילְקוּל — הָא מִיקַּלְקְלָא וְקָיְימָא. אִי מִשּׁוּם גְּזֵירָה ״שֶׁמָּא יֹאמְרוּ צִנּוֹרוֹ שֶׁל פְּלוֹנִי מְקַלֵּחַ מַיִם״ — סְתָם צִנּוֹרוֹת מְקַלְּחִין הֵן.

The Gemara answers: There, in the rainy season, there is no reason to prohibit the practice, for if one pours more water into a pit than it can take, about what need we be concerned? If you say he wants the waste water to flow out into the public domain because he is concerned about spoiling his courtyard, it is already spoiled by the rainwater. If you say it should be prohibited due to a decree lest people say that so-and-so’s gutter is flowing with water on Shabbat, gutters ordinarily gush with water in the rainy season, as stated above.

ГМАРА отвечает: Там, в сезон дождей, нет причины запрещать эту практику, ибо если кто нальёт в яму больше воды, чем она может вместить, о чём нам беспокоиться? Если скажешь, что он хочет, чтобы сточные воды вытекли в решут, потому что боится испортить свой двор, то двор уже испорчен дождевой водой. Если скажешь, что запрет из-за гиюра, чтобы люди не говорили, что у такого-то желоб течёт вода в Шаббат, то желоба обычно текут водой в сезон дождей, как сказано выше.

אָמַר אַבָּיֵי: הִילְכָּךְ, אֲפִילּוּ כּוֹר וַאֲפִילּוּ כּוֹרַיִים.

Abaye said: Therefore, in accordance with this reasoning, one can pour even a kor and even two kor of waste water into a small pit. As all gutters flow with water in the rainy season, there is no cause for any concern.

Абая сказал: Поэтому, согласно этому рассуждению, можно налить даже кор, даже два кор сточных вод в маленькую яму. Поскольку все желоба текут водой в сезон дождей, нет причины для беспокойства.

וְכֵן שְׁתֵּי דְיוֹטָאוֹת זוֹ כְּנֶגֶד זוֹ. אָמַר רָבָא: אֲפִילּוּ עֵירְבוּ.

We learned in the mishna: And likewise, with regard to two upper stories, one opposite the other in the same courtyard, the residents of the one who dug a pit in the courtyard may pour water into it, while the residents of the other one who did not dig a pit in the courtyard are prohibited from doing so. Rava said: This halakha applies even if the residents of the two upper stories established an eiruv together.

Мы учили в МИШНЕ: И так же, относительно двух верхних этажей, расположенных друг напротив друга во дворе, жители того, кто выкопал яму во дворе, могут наливать в неё воду, а жители другого, кто яму не копал, запрещено. Рава сказал: Эта ГАЛАХА действует даже если жители двух верхних этажей установили совместный Эйрув.

אֲמַר (לֵיהּ) אַבָּיֵי: מַאי טַעְמָא? אִילֵּימָא מִשּׁוּם נְפִישָׁא דְמַיָּא, וְהָתַנְיָא: אַחַת לִי עוּקָה, וְאַחַת לִי גִּיסְטְרָא בְּרֵיכָה וַעֲרֵיבָה, אַף עַל פִּי שֶׁנִּתְמַלְּאוּ מַיִם מֵעֶרֶב שַׁבָּת — שׁוֹפְכִין לְתוֹכָן מַיִם בַּשַּׁבָּת!

Abaye said to him: What is the reason for this ruling? If you say it is due to the increase in the amount of water, as two upper stories pour out more water than one, wasn’t it taught in a baraita: The same halakha applies to a pit, and the same applies to a cracked earthenware vessel used as a receptacle for water, or a small pond, or a basin: Even though they were already filled with water on Shabbat eve, one may pour water into them on Shabbat. It is evident from here that as long as the pit is the requisite size, there is no concern about the amount of water that will flow out from it.

Абая сказал ему: Какова причина этого постановления? Если скажешь, что из-за увеличения количества воды, так как два верхних этажа выливают больше воды, чем один, разве не учили в БАРАЙТЕ: Та же ГАЛАХА относится к яме, и то же к треснувшему глиняному сосуду, используемому как ёмкость для воды, или маленькому пруду, или бассейну: хотя они были уже наполнены водой накануне Шаббата, можно наливать в них воду в Шаббат. Отсюда ясно, что пока яма нужного размера, нет опасения по поводу количества воды, которая вытечет из неё.

אֶלָּא, אִי אִיתְּמַר, הָכִי אִיתְּמַר: אָמַר רָבָא

Rather, if it was stated it was stated as follows. Rava said:

Скорее, если это было сказано, то было сказано следующим образом. Рава сказал:

Group None

Display Settings

Bookmarks