דף 43
Gittin 42a
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
בְּעֶבֶד שֶׁל שְׁנֵי שׁוּתָּפִין, וְדִבְרֵי הַכֹּל.
The mishna is referring to a slave belonging to two partners, and in that case everyone agrees that each one of them can emancipate his portion of the slave. Consequently, there could be a half-slave half-freeman even according to Rav Yosef’s understanding of the opinion of the Rabbis.
Мишна говорит о рабе, принадлежащем двум компаньонам, и в этом случае все согласны, что каждый из них может освободить свою долю в рабе. Следовательно, наполовину раб, наполовину свободный мог бы существовать даже согласно пониманию рава Йосефа мнения мудрецов.
אָמַר רַבָּה: מַחֲלוֹקֶת – בְּשֶׁשִּׁיחְרֵר חֶצְיוֹ וְהִנִּיחַ חֶצְיוֹ; אֲבָל שִׁיחְרֵר חֶצְיוֹ, וּמָכַר חֶצְיוֹ אוֹ נָתַן בְּמַתָּנָה חֶצְיוֹ, כֵּיוָן דְּקָנָפֵיק מִינֵּיהּ כּוּלֵּיהּ – דִּבְרֵי הַכֹּל קָנָה.
§ The Gemara discusses another dispute with regard to one who emancipates half of his slave. Rabba said: The dispute between Rabbi Yehuda HaNasi and the Rabbis concerning whether the slave can be half-emancipated applies only when the master freed half of him and left the other half of him unaffected. However, if he freed half of him and sold the other half of him, or gave the other half of him as a gift to someone else, then, since the slave left him entirely, as the original master no longer owns any portion of the slave, everyone agrees that the slave has acquired half of his freedom.
§ Гмара обсуждает другой спор относительно того, кто освобождает половину своего раба. Раба сказал: спор между рабби Йеудой а-Наси и мудрецами о том, может ли раб быть освобождён наполовину, относится только к случаю, когда господин освободил половину его, а другую половину оставил без изменений. Однако если он освободил половину его, а другую половину продал или отдал в подарок кому-то другому, то, поскольку раб полностью вышел из-под его власти — ведь прежний господин больше не владеет никакой долей в рабе, — все согласны, что раб приобрёл половину своей свободы.
אֲמַר לֵיהּ אַבָּיֵי: וּבְכוּלּוֹ – לָא פְּלִיגִי?! וְהָתָנֵי חֲדָא: הַכּוֹתֵב נְכָסָיו לִשְׁנֵי עֲבָדָיו – קָנוּ וּמְשַׁחְרְרִין זֶה אֶת זֶה. וְתַנְיָא אִידַּךְ, הָאוֹמֵר: ״כׇּל נְכָסַי נְתוּנִין לִפְלוֹנִי וּפְלוֹנִי עֲבָדַיי״ – אַף עַצְמָם לֹא קָנוּ.
Abaye said to him: And do they not disagree with regard to a case where he is released entirely? But it is taught in one baraita: In the case of one who writes his property to his two slaves, i.e., gives it to them via a document, they acquired the property and they free each other, because each one has ownership over half of the other slave. And it was taught in another baraita that in the case of one who says: All of my property is given to so-and-so and so-and-so my slaves, they did not acquire even themselves, and all the more so they did not acquire the property. Seemingly, the two baraitot contradict each other.
Абайе сказал ему: а разве они не расходятся в случае, когда он вышел из-под власти господина полностью? Ведь учили в одной барайте: в случае с тем, кто отписывает своё имущество двум своим рабам, то есть передаёт его им посредством документа, они приобрели имущество и освобождают друг друга, потому что каждый из них владеет половиной другого раба. А в другой барайте учили, что в случае с тем, кто говорит: «Всё моё имущество отдано такому-то и такому-то, моим рабам», — они не приобрели даже самих себя, и тем более не приобрели имущества. По видимости, эти две барайты противоречат друг другу.
מַאי, לָאו הָא רַבִּי, וְהָא רַבָּנַן?!
Abaye continues his question: What, is it not that the way to reconcile the baraitot is to say that this, the first baraita, is in accordance with the opinion of Rabbi Yehuda HaNasi, that emancipation can take effect with regard to half a slave? And that, the second baraita, is in accordance with the opinion of the Rabbis, who maintain that even when the master retains no hold on the slave, a slave cannot be partially released?
Абайе продолжает свой вопрос: разве не так, что способ согласовать эти барайты состоит в том, чтобы сказать, что эта, первая барайта, соответствует мнению рабби Йеуды а-Наси, что освобождение может вступить в силу относительно половины раба? А та, вторая барайта, соответствует мнению мудрецов, которые полагают, что даже когда господин не сохраняет за собой никакой власти над рабом, раб не может быть освобождён частично?
לָא, אִידִי וְאִידִי רַבָּנַן; הָא דְּאָמַר כּוּלּוֹ, הָא דְּאָמַר חֲצִי חֲצִי.
The Gemara offers a different reconciliation: No, both this and that baraita are in accordance with the opinion of the Rabbis. This first baraita is discussing a case where one said that he is giving all of his property to each one of the slaves. Since he gave everything to both of them, they each acquire the property, including each other, emancipate each other, and divide the property between them. That second baraita is discussing a case where one said that he is giving half of his property to one slave and half of it to the other, so neither is fully emancipated.
Гмара предлагает другое согласование: нет, и та и другая барайта соответствуют мнению мудрецов. Эта первая барайта говорит о случае, когда господин сказал, что отдаёт всё своё имущество каждому из рабов. Поскольку он отдал всё им обоим, каждый из них приобретает имущество, включая друг друга, они освобождают друг друга и делят имущество между собой. Та вторая барайта говорит о случае, когда он сказал, что отдаёт половину своего имущества одному рабу и половину — другому, так что ни один не освобождён полностью.
וְהָא מִדְּקָתָנֵי סֵיפָא: וְאִם אָמַר חֲצִי חֲצִי – לֹא קָנוּ, מִכְּלָל דְּרֵישָׁא דְּאָמַר כּוּלּוֹ! פָּרוֹשֵׁי קָא מְפָרֵשׁ – אַף עַצְמָן לֹא קָנוּ, כֵּיצַד? כְּגוֹן דְּאָמַר חֲצִי חֲצִי.
The Gemara challenges this explanation: But from the fact that the latter clause of the second baraita teaches: But if he said that he is giving half of his property to one slave and half of it to the other, they did not acquire the property, it may be inferred that the first clause is discussing a case where he said that he is giving all of his property to each one of them, and yet they do not acquire the property. The Gemara answers: There are not two separate cases in the baraita. Rather, the second clause is explaining the first clause of the baraita, as follows: They did not acquire even themselves. How so? For example, this is the halakha in a case where the master said that he is giving half of his property to one slave and half of it to the other.
Гмара оспаривает это объяснение: но из того, что в последней части второй барайты учат: а если он сказал, что отдаёт половину своего имущества одному рабу и половину — другому, они не приобрели имущества, — можно заключить, что первая часть говорит о случае, когда он сказал, что отдаёт всё своё имущество каждому из них, и тем не менее они не приобретают имущества. Гмара отвечает: в барайте нет двух отдельных случаев. Напротив, вторая часть объясняет первую часть барайты, а именно: они не приобрели даже самих себя. Каким образом? Например, такова галаха в случае, когда господин сказал, что отдаёт половину своего имущества одному рабу и половину — другому.
הָכִי נָמֵי מִסְתַּבְּרָא, דְּאִי סָלְקָא דַעְתָּךְ רֵישָׁא דְּאָמַר כּוּלּוֹ – הַשְׁתָּא אָמַר כּוּלּוֹ לֹא קָנוּ, אָמַר חֲצִי חֲצִי מִיבַּעְיָא?!
The Gemara comments: So too, it is reasonable to say this, for if it enters your mind to say that the first clause of the baraita is discussing a case where he said that he gives all of his property to his slaves, and yet they do not acquire it, then the latter clause is unnecessary. Now that the mishna taught that if one said that he gives all of the property to his two slaves, then each slave did not acquire himself, is it necessary to state in the second clause that this is true when one gives half of his property to one slave and half of it to the other?
Гмара замечает: так и разумно сказать, ибо если тебе придёт на ум сказать, что первая часть барайты говорит о случае, когда он сказал, что отдаёт всё своё имущество своим рабам, и тем не менее они его не приобретают, то последняя часть излишня. Раз мишна уже научила, что если кто-то сказал, что отдаёт всё имущество двум своим рабам, то каждый раб не приобрёл себя, — нужно ли говорить во второй части, что это верно, когда отдают половину имущества одному рабу и половину — другому?
אִי מִשּׁוּם הָא לָא אִירְיָא – תְּנָא סֵיפָא לְגַלּוֹיֵי רֵישָׁא, שֶׁלֹּא תֹּאמַר: רֵישָׁא דְּאָמַר חֲצִי חֲצִי, אֲבָל אָמַר כּוּלּוֹ קָנוּ; תְּנָא סֵיפָא דְּאָמַר חֲצִי חֲצִי, מִכְּלָל דְּרֵישָׁא דְּאָמַר כּוּלּוֹ – וַאֲפִילּוּ הָכִי לֹא קָנוּ.
The Gemara answers: If it is due to that reason, there is no conclusive argument. One could say that the tanna taught the latter clause to shed light on the first clause, so that you do not say: The first clause is discussing only a case where one said that he gives half of his property to one slave and half to the other, but if one said that he gives all of it to both of them, then they did acquire the property. Therefore, the tanna taught the latter clause, where it explicitly discusses a case where he said that he gives half to one and half to the other, and by inference it is clear that the first clause must be discussing a case where he said that he gives all of it to both of them, and even so they did not acquire the property.
Гмара отвечает: если дело в этом доводе, то он не окончателен. Можно сказать, что тана привёл последнюю часть, чтобы пролить свет на первую часть, дабы ты не сказал: первая часть говорит только о случае, когда кто-то сказал, что отдаёт половину своего имущества одному рабу и половину — другому, но если он сказал, что отдаёт всё им обоим, то они имущество приобрели. Поэтому тана привёл последнюю часть, где прямо говорится о случае, когда он сказал, что отдаёт половину одному и половину другому, — и отсюда ясно, что первая часть непременно говорит о случае, когда он сказал, что отдаёт всё им обоим, и всё же они не приобрели имущества.
וְאִיבָּעֵית אֵימָא, לָא קַשְׁיָא: כָּאן בִּשְׁטָר אֶחָד, כָּאן בִּשְׁנֵי שְׁטָרוֹת.
And if you wish, say instead that it is not difficult. It is possible to reconcile the two baraitot differently: Here, in the second baraita, where they did not acquire the property, this is a case where the master wrote everything in one document. The reason the slaves do not acquire themselves is that it is not possible to emancipate two slaves with one document. There, in the first baraita, which rules that they did acquire the property, the case is one where the master wrote the transfer of property in two documents.
А если хочешь, скажи иначе: нет затруднения. Две барайты можно согласовать по-другому: здесь, во второй барайте, где они не приобрели имущества, речь идёт о случае, когда господин написал всё в одном документе. Причина, по которой рабы не приобретают самих себя, в том, что невозможно освободить двух рабов одним документом. Там, в первой барайте, где постановляют, что они приобрели имущество, речь идёт о случае, когда господин написал передачу имущества в двух документах.
בִּשְׁטָר אֶחָד, מַאי אִירְיָא חֲצִי חֲצִי? אֲפִילּוּ אָמַר כּוּלּוֹ נָמֵי לֹא קָנוּ! הָכִי נָמֵי קָאָמַר: אַף עַצְמָן לֹא קָנוּ, בַּמֶּה דְּבָרִים אֲמוּרִים – בִּשְׁטָר אֶחָד, אֲבָל בִּשְׁנֵי שְׁטָרוֹת – קָנוּ; וְאִם אָמַר חֲצִי חֲצִי – אַף בִּשְׁנֵי שְׁטָרוֹת נָמֵי לָא קָנוּ.
The Gemara asks: If the second baraita is referring to a case where he wrote everything in one document, why specifically mention that the slaves do not acquire themselves when he gave half to one and half to the other? Even if he said all of it as well, they did not acquire the property, as was taught explicitly in the beginning of the baraita. The Gemara answers: That is also what the tanna is saying: They did not acquire even themselves. In what case is this statement said? In a case where the master wrote everything in one document. But if he wrote it in two documents, they acquired the property. And if the master said that he gives half to one and half to the other, then even if he wrote it in two documents they also did not acquire the property.
Гмара спрашивает: если вторая барайта говорит о случае, когда он написал всё в одном документе, зачем особо упоминать, что рабы не приобретают самих себя, когда он отдал половину одному и половину другому? Ведь даже если он сказал «всё», они тоже не приобрели имущества, как прямо учили в начале барайты. Гмара отвечает: именно это тана и говорит: они не приобрели даже самих себя. В каком случае сказано это? В случае, когда господин написал всё в одном документе. Но если он написал это в двух документах, они приобрели имущество. А если господин сказал, что отдаёт половину одному и половину другому, то даже если он написал это в двух документах, они тоже не приобрели имущества.
וְאִיבָּעֵית אֵימָא: לָא קַשְׁיָא – כָּאן בְּבַת אַחַת, כָּאן בְּזֶה אַחַר זֶה.
And if you wish, say instead that it is not difficult, and it is possible to reconcile the two baraitot differently: Here, the first baraita, where they did acquire the property, is referring to a case where he gave them the documents simultaneously. There, the second baraita, where they did not acquire, the property is referring to a case where he gave them the documents sequentially.
А если хочешь, скажи иначе: нет затруднения, и две барайты можно согласовать по-другому: здесь, в первой барайте, где они приобрели имущество, речь идёт о случае, когда он вручил им документы одновременно. Там, во второй барайте, где они не приобрели, речь идёт о случае, когда он вручил им документы последовательно.
בִּשְׁלָמָא בָּתְרָא לָא קָנֵי, דְּהָא קָנֵי לֵיהּ קַמָּא; אֶלָּא קַמָּא, לִיקְנֵי נַפְשֵׁיהּ וְלִקְנְיֵיהּ לְחַבְרֵיהּ! אֶלָּא מְחַוַּורְתָּא כִּדְשַׁנִּינַן מֵעִיקָּרָא.
The Gemara questions this explanation: Granted, if the master gave the documents sequentially, the last slave did not acquire, for the first slave had already acquired him, as the second slave was among the possessions transferred via the first document. However, the first slave should acquire himself and should also acquire the other slave, as he was given all of the property in one document. Due to this objection, the Gemara concludes: Rather, it is clear as we initially answered, and in any case it is referring to when he gave both documents simultaneously.
Гмара оспаривает это объяснение: допустим, если господин вручил документы последовательно, последний раб не приобрёл, ибо первый раб уже приобрёл его — ведь второй раб был среди имущества, переданного посредством первого документа. Однако первый раб должен был бы приобрести себя, а также приобрести другого раба, поскольку ему было отдано всё имущество одним документом. Из-за этого возражения Гмара заключает: скорее, ясно, что верно так, как мы ответили изначально, и в любом случае речь идёт о том, что он вручил оба документа одновременно.
רַב אָשֵׁי אָמַר: שָׁאנֵי הָתָם, דְּקָא קָרֵי לְהוּ ״עֲבָדַיי״. אֲמַר לֵיהּ רַפְרָם לְרַב אָשֵׁי: וְדִלְמָא ״עֲבָדַיי״ – שֶׁהָיוּ כְּבָר!
Rav Ashi said: The contradiction between the baraitot can be resolved by noting that it is different there, in the second baraita, because the master calls them: My slaves. By writing: All of my property is given to so-and-so and so-and-so my slaves, he indicates that he does not intend to free them. Rafram said to Rav Ashi: But perhaps when he says: My slaves, he is referring to those who were his slaves in the past.
Рав Аши сказал: противоречие между барайтами можно разрешить, заметив, что там, во второй барайте, иначе, потому что господин называет их: «мои рабы». Написав: «Всё моё имущество отдано такому-то и такому-то, моим рабам», — он указывает, что не намерен их освобождать. Рафрам сказал раву Аши: но, быть может, говоря «мои рабы», он имеет в виду тех, кто был его рабами в прошлом.
מִי לָא תְּנַן: הַכּוֹתֵב כׇּל נְכָסָיו לְעַבְדּוֹ – יָצָא לְחֵירוּת; שִׁיֵּיר קַרְקַע כָּל שֶׁהוּא – לֹא יָצָא לְחֵירוּת. רַבִּי שִׁמְעוֹן אוֹמֵר: לְעוֹלָם הוּא בֶּן חוֹרִין, עַד שֶׁיֹּאמַר: ״כׇּל נְכָסַי נְתוּנִין לִפְלוֹנִי עַבְדִּי, חוּץ מֵאֶחָד מֵרִבּוֹא שֶׁבָּהֶן״.
Rafram attempts to prove that the expression my slaves can be used in this manner. Didn’t we learn in a mishna (Pe’a 3:8): In the case of one who writes all of his property to his slave, i.e., gives it to him via a document, the slave has been emancipated. But if he reserved for himself even any amount of land, then he has not been emancipated. Rabbi Shimon says: Actually, the slave is a freeman until the master says the following: All of my property is given to so-and-so my slave except for one ten-thousandth of it, as in that case it is possible that the master meant to include the slave in the portion that he is not giving.
Рафрам пытается доказать, что выражение «мои рабы» может употребляться таким образом. Разве не учили мы в мишне (Пеа 3:8): в случае с тем, кто отписывает всё своё имущество своему рабу, то есть отдаёт его ему посредством документа, раб освобождён. Но если он оставил себе хотя бы какое-нибудь количество земли, то он не освобождён. Рабби Шимон говорит: по сути раб свободен, пока господин не скажет так: «Всё моё имущество отдано такому-то, моему рабу, кроме одной десятитысячной его части», — ибо в таком случае возможно, что господин имел в виду включить раба в ту долю, которую он не отдаёт.
טַעְמָא דְּאָמַר [״חוּץ מֵאֶחָד מֵרִבּוֹא שֶׁבָּהֶן״], הָא לָא אָמַר הָכִי – קָנֵי; אַמַּאי? וְהָא ״עֶבֶד״ קָא קָרֵי לֵיהּ! אֶלָּא ״עַבְדִּי״ שֶׁהָיָה כְּבָר, הָכָא נָמֵי ״עֲבָדַיי״ שֶׁהָיוּ כְּבָר.
Rafram continues his proof: The reason the slave is not emancipated is specifically because the master said: Except for one ten-thousandth of it. But if he did not say this, then the slave acquires the property. Rafram asks: According to your reasoning, why does he acquire the property? Didn’t he call him a slave? Rather, it must be that when he called him: My slave, he meant that he was his slave in the past. Here also, when he said: My slaves, he meant: Those who were my slaves in the past. Therefore, Rav Ashi’s attempt to resolve the contradiction between the baraitot cannot be accepted.
Рафрам продолжает своё доказательство: раб не освобождается именно потому, что господин сказал: «кроме одной десятитысячной его части». Но если бы он этого не сказал, то раб приобретает имущество. Рафрам спрашивает: по твоему рассуждению, почему он приобретает имущество? Разве господин не назвал его рабом? Скорее, непременно так: когда он назвал его «мой раб», он имел в виду, что тот был его рабом в прошлом. И здесь также, когда он сказал «мои рабы», он имел в виду: «те, кто был моими рабами в прошлом». Поэтому попытка рава Аши разрешить противоречие между барайтами не может быть принята.
נְגָחוֹ שׁוֹר; יוֹם שֶׁל רַבּוֹ – לְרַבּוֹ, יוֹם שֶׁל עַצְמוֹ – לְעַצְמוֹ. אֶלָּא מֵעַתָּה – יוֹם שֶׁל רַבּוֹ יִשָּׂא שִׁפְחָה, יוֹם שֶׁל עַצְמוֹ יִשָּׂא בַּת חוֹרִין! אִיסּוּרָא לָא קָאָמְרִינַן.
§ If a half-slave half-freeman, who works for himself and his master on alternating days, was gored by an ox and damaged, then, if he was gored on the day of his master, the reimbursement for the damage caused is paid to his master. If it was on his own day, it is paid to the slave himself. The Gemara asks: However, if that is so, if he is viewed as entering and leaving a state of slavery each day, then on the day of his master he should be able to marry a maidservant and on his own day he should be able to marry a free woman. However, the mishna states that he cannot marry anyone. The Gemara answers: We are not saying that he is viewed as entering and leaving a state of slavery each day with regard to prohibitions.
§ Если наполовину раб, наполовину свободный, который работает на себя и на своего господина через день, был забодан быком и получил увечье, то, если он был забодан в день своего господина, возмещение за причинённый ущерб выплачивается его господину. Если же это было в его собственный день, оно выплачивается самому рабу. Гмара спрашивает: но если так — если считать, что он каждый день входит в состояние рабства и выходит из него, — то в день своего господина он должен был бы иметь право жениться на шифхе, а в свой собственный день — жениться на свободной женщине. Однако мишна утверждает, что он не может жениться ни на ком. Гмара отвечает: мы не говорим, что он считается входящим в состояние рабства и выходящим из него каждый день в отношении запретов.
תָּא שְׁמַע: הֵמִית מִי שֶׁחֶצְיוֹ עֶבֶד וְחֶצְיוֹ בֶּן חוֹרִין – נוֹתֵן חֲצִי קְנָס לְרַבּוֹ,
Come and hear a proof with regard to this issue: When a Canaanite slave is killed by an ox, in addition to the ox being put to death, the owner of the ox pays a fixed penalty of thirty shekels to the slave’s owner. If a freeman is killed by an ox, in addition to the ox being put to death, the freeman’s value is paid to his heirs. If an ox killed a half-slave half-freeman, then the owner of the ox gives half of a penalty, i.e., fifteen shekels, to his master
Приди и услышь доказательство относительно этого вопроса: когда эвед кнаани убит быком, помимо того что бык предаётся смерти, хозяин быка платит установленный штраф в тридцать шекелей хозяину раба. Если быком убит свободный человек, то помимо того что бык предаётся смерти, стоимость свободного человека выплачивается его наследникам. Если бык убил того, кто наполовину раб, наполовину свободный, то хозяин быка отдаёт половину штрафа, то есть пятнадцать шекелей, его господину,