דף 44
Niddah 44a
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
וְנוֹחֵל וּמַנְחִיל, וְהַהוֹרְגוֹ חַיָּיב, וַהֲרֵי הוּא לְאָבִיו וּלְאִמּוֹ וּלְכׇל קְרוֹבָיו כְּחָתָן שָׁלֵם.
and he inherits the estate of his mother if she died on the day of his birth; and if he dies, he bequeaths that inheritance to his paternal brothers; and one who kills him is liable for his murder, as it is written: “And he that smites any man mortally shall be put to death” (Leviticus 24:17), i.e., any man, including a child who is one day old; and if he dies, his status in relation to his father and to his mother and to all his relatives, in terms of the halakhot of mourning, is like that of a full-fledged groom [keḥatan shalem], whose death is deeply mourned.
и он наследует имущество своей матери, если она умерла в день его рождения; и если он умирает, он передаёт это наследство своим братьям по отцу; и тот, кто убьёт его, подлежит ответственности за убийство, как сказано: «И кто поразит всякого человека смертельно — будет предан смерти» (Левит 24:17), то есть «всякого человека», включая ребёнка однодневного; и если он умирает, его статус по отношению к отцу, к матери и ко всем его родственникам, в отношении галахот траура, — как у полноценного жениха [keḥatan shalem], чью смерть глубоко оплакивают.
גְּמָ' מְנָהָנֵי מִילֵּי? דְּתָנוּ רַבָּנַן: ״אִשָּׁה״ — אֵין לִי אֶלָּא אִשָּׁה, בַּת יוֹם אֶחָד לְנִדָּה מִנַּיִן? תַּלְמוּד לוֹמַר: ״וְאִשָּׁה״.
GEMARA: The Gemara asks: From where is this matter, that the halakhot of menstruation apply even to a one-day-old baby girl, derived? As the Sages taught in a baraita: The verse states: “And if a woman has an issue, and her issue in her flesh is blood, she shall be in her impurity seven days” (Leviticus 15:19). When the verse states “a woman,” I have derived only that the halakhot of menstruation apply to an adult woman. From where do I derive that the impurity of a menstruating woman also applies to a one-day-old baby? The verse states: “And a woman,” to include even a baby girl.
ГМАРА: Гмара спрашивает: откуда выводится это положение — что галахот менструации применимы даже к девочке-младенцу однодневной? Как учили Мудрецы в Барайта: стих говорит: «И если у женщины будет истечение, и её истечение в её плоти — кровь, семь дней будет она в своей нечистоте» (Левит 15:19). Когда стих говорит «женщина», я вывел лишь, что галахот Нидда относятся к взрослой женщине. Откуда я вывожу, что нечистота Нидда относится также к младенцу однодневному? Стих говорит: «И женщина», чтобы включить даже девочку-младенца.
בַּת עֲשָׂרָה יָמִים לְזִיבָה — מְנָא הָנֵי מִילֵּי? דְּתָנוּ רַבָּנַן: ״אִשָּׁה״ — אֵין לִי אֶלָּא אִשָּׁה, בַּת עֲשָׂרָה יָמִים לְזִיבָה מִנַּיִן? תַּלְמוּד לוֹמַר: ״וְאִשָּׁה״.
The mishna further teaches that a baby girl who is ten days old who experiences an emission of blood for three consecutive days after the conclusion of the seven days fit for menstruation, becomes impure with the impurity of ziva. Again, the Gemara asks: From where are these matters derived? As the Sages taught in a baraita: The verse states: “And if a woman has an issue of her blood many days not in the time of her menstruation…she shall be as in the days of her menstruation: She is impure” (Leviticus 15:25). When the verse states “a woman,” I have derived only that the halakhot of a zava apply to an adult woman. From where do I derive that the impurity of ziva also applies to a ten-day-old baby? The verse states: “And a woman,” to include even a baby girl.
Мишна далее учит, что девочка-младенец десяти дней, у которой произошло выделение крови три дня подряд после завершения семи дней, пригодных для менструации, становится нечистой нечистотой зивы. И снова Гмара спрашивает: откуда выводятся эти положения? Как учили Мудрецы в Барайта: стих говорит: «И если у женщины будет истечение — кровь её — многие дни не во время её менструации… будет она как в дни своей менструации: нечиста она» (Левит 15:25). Когда стих говорит «женщина», я вывел лишь, что галахот Завы относятся к взрослой женщине. Откуда я вывожу, что нечистота зивы относится также к младенцу десяти дней? Стих говорит: «И женщина», чтобы включить даже девочку-младенца.
תִּינוֹק בֶּן יוֹם אֶחָד כּוּ׳. מְנָא הָנֵי מִילֵּי? דְּתָנוּ רַבָּנַן: ״אִישׁ אִישׁ״ — מָה תַּלְמוּד לוֹמַר ״אִישׁ אִישׁ״? לְרַבּוֹת בֶּן יוֹם אֶחָד שֶׁמְּטַמֵּא בְּזִיבָה, דִּבְרֵי רַבִּי יְהוּדָה.
The mishna further teaches that a baby boy, even one who is one day old, can become impure with the impurity of ziva. Once again, the Gemara asks: From where are these matters derived? As the Sages taught in a baraita: The verse states with regard to a zav: “When any man has an issue out of his flesh, his issue is impure” (Leviticus 15:2). It would have been enough for the verse to state “a man.” Why must the verse state “any man”? It is in order to include even a one-day-old baby boy who has such a discharge, to teach that he becomes impure with the impurity of ziva. This is the statement of Rabbi Yehuda.
Мишна далее учит, что мальчик-младенец, даже однодневный, может стать нечистым нечистотой зивы. И вновь Гмара спрашивает: откуда выводятся эти положения? Как учили Мудрецы в Барайта: относительно Зава стих говорит: «Когда у какого-либо мужчины будет истечение из его плоти — его истечение нечисто» (Левит 15:2). Достаточно было бы стиху сказать «мужчина». Зачем же стих говорит «какой-либо мужчина»? Чтобы включить даже мальчика-младенца однодневного, у которого есть такое выделение, — учить, что он становится нечистым нечистотой зивы. Это — мнение Рабби Йехуды.
רַבִּי יִשְׁמָעֵאל בְּנוֹ שֶׁל רַבִּי יוֹחָנָן בֶּן בְּרוֹקָא אוֹמֵר: אֵינוֹ צָרִיךְ, הֲרֵי הוּא אוֹמֵר: ״וְהַזָּב אֶת זוֹבוֹ לַזָּכָר וְלַנְּקֵבָה״, ״לַזָּכָר״ — כֹּל שֶׁהוּא, בֵּין גָּדוֹל בֵּין קָטָן, ״לַנְּקֵבָה״ — כֹּל שֶׁהִיא, בֵּין גְּדוֹלָה בֵּין קְטַנָּה. אִם כֵּן מָה תַּלְמוּד לוֹמַר ״אִישׁ אִישׁ״? דִּבְּרָה תוֹרָה כִלְשׁוֹן בְּנֵי אָדָם.
Rabbi Yishmael, son of Rabbi Yoḥanan ben Beroka, says that this derivation is not necessary, as the verse states: “And of those who have an issue, whether it be a male or a female” (Leviticus 15:33). The phrase “whether it be a male” includes anyone who is a male, whether he is an adult or whether he is a minor; “or a female” includes anyone who is a female, whether she is an adult or whether she is a minor. If so, why must the earlier verse state “any man”? The Torah spoke in the language of people, i.e., this emphasis is not unusual and therefore one should not derive a halakha from the superfluous word.
Рабби Йишмаэль, сын Рабби Йоханана бен Брока, говорит, что этот вывод не необходим, поскольку стих говорит: «И от имеющих истечение — будь то мужчина или женщина» (Левит 15:33). Выражение «будь то мужчина» включает всякого, кто мужчина, — взрослого или малолетнего; «или женщина» включает всякую, кто женщина, — взрослую или малолетнюю. Если так, зачем же в предыдущем стихе сказано «какой-либо мужчина»? Тора говорила языком людей, то есть такое усиление не необычно, и потому не следует выводить галаху из лишнего слова.
וּמִטַּמֵּא בִּנְגָעִים. דִּכְתִיב: ״אָדָם כִּי יִהְיֶה בְעוֹר בְּשָׂרוֹ״ — ״אָדָם״, כֹּל שֶׁהוּ.
The mishna teaches: And a one-day-old baby becomes impure with the impurity of leprous marks. The Gemara explains that this is derived from that which is written with regard to leprous marks: “When a person shall have in the skin of his flesh” (Leviticus 13:2). This serves to include anyone who is a person, irrespective of age.
Мишна учит: и однодневный младенец становится нечистым нечистотой проказных поражений. Гмара объясняет, что это выводится из того, что написано о проказных поражениях: «Когда у человека будет на коже его плоти…» (Левит 13:2). Это включает всякого, кто называется человеком, независимо от возраста.
וּמְטַמֵּא בִּטְמֵא מֵת. דִּכְתִיב: ״וְעַל הַנְּפָשׁוֹת אֲשֶׁר הָיוּ שָׁם״ — נֶפֶשׁ כֹּל דְּהוּ.
The mishna further teaches: And a one-day-old baby becomes impure with impurity imparted by a corpse. The Gemara explains that this is derived from that which is written in the context of purification from impurity imparted by a corpse: “And a pure person shall take hyssop, and dip it in the water, and sprinkle it upon the tent, and upon all the vessels, and upon the people that were there” (Numbers 19:18). This apparently superfluous mention of “people” serves to include anyone who is a person, irrespective of age.
Мишна далее учит: и однодневный младенец становится нечистым нечистотой, передаваемой от мертвеца. Гмара объясняет, что это выводится из того, что написано в контексте очищения от нечистоты мертвеца: «И возьмёт человек чистый иссоп, и обмакнёт в воду, и окропит шатёр, и все сосуды, и людей, которые были там» (Числа 19:18). Это, по-видимому, избыточное упоминание «людей» служит включить всякого, кто называется человеком, независимо от возраста.
וְזוֹקֵק לְיִבּוּם. דִּכְתִיב: ״כִּי יֵשְׁבוּ אַחִים יַחְדָּו״ — אַחִים שֶׁהָיָה לָהֶם יְשִׁיבָה אַחַת בָּעוֹלָם.
The mishna also teaches: And a one-day-old baby creates a levirate bond requiring the widow of his childless brother to enter into levirate marriage with him. The Gemara explains that this is derived from that which is written: “If brothers dwell together and one of them dies, and he has no child, the wife of the dead man shall not be married outside of the family to one not of his kin. Her brother-in-law will have intercourse with her and take her to him to be his wife, and consummate the levirate marriage” (Deuteronomy 25:5). This verse is referring to brothers who had one dwelling in the world, i.e., who were alive at the same time, which includes a baby who was born the day his brother died.
Мишна также учит: и однодневный младенец устанавливает обязанность йиббума, так что вдова его бездетного брата должна вступить с ним в левиратный брак. Гмара объясняет, что это выводится из того, что написано: «Если братья живут вместе, и умрёт один из них, и нет у него ребёнка, жена умершего не выйдет наружу, чужому человеку; её деверь войдёт к ней и возьмёт её себе в жёны, и совершит йиббум» (Второзаконие 25:5). Этот стих говорит о братьях, которые имели одно пребывание в мире, то есть были живы в одно и то же время; это включает младенца, родившегося в день смерти своего брата.
וּפוֹטֵר מִן הַיִּבּוּם. ״וּבֵן אֵין לוֹ״ אָמַר רַחֲמָנָא, וְהָא אִית לֵיהּ.
The mishna teaches: And a one-day-old baby exempts his widowed mother from the obligation of levirate marriage. The Gemara explains the derivation: The Merciful One states: “And one of them dies, and he has no child” (Deuteronomy 25:5), and this late husband has a child, albeit one who is one day old.
Мишна учит: и однодневный младенец освобождает свою овдовевшую мать от обязанности йиббума. Гмара объясняет вывод: Милосердный говорит: «и умрёт один из них, и нет у него ребёнка» (Второзаконие 25:5), а у этого умершего мужа есть ребёнок — пусть даже однодневный.
וּמַאֲכִיל בִּתְרוּמָה. דִּכְתִיב: ״וִילִיד בֵּיתוֹ הֵם יֹאכְלוּ בְלַחְמוֹ״, קְרִי בֵיהּ: ״יַאֲכִילוּ בְּלַחְמוֹ״.
The mishna teaches: And a one-day-old baby enables his mother, an Israelite woman who is no longer married to his father, a priest, to continue to partake of teruma. The Gemara explains that this is as it is written, with regard to those who are entitled to partake of teruma on account of a priest: “And those who are born in his house, they may eat [yokhelu] of his bread” (Leviticus 22:11). Read into the verse: Those who are born in his house enable others to eat [ya’akhilu] of his bread, i.e., on account of her son the priest, the Israelite mother may continue to partake of teruma even after the death of his father.
Мишна учит: и однодневный младенец позволяет своей матери — женщине Исраэль, которая больше не состоит в браке с его отцом, Коэном, — продолжать есть труму. Гмара объясняет, что это как написано относительно тех, кто имеет право есть труму благодаря Коэну: «и рождённые в доме его — они могут есть [yokhelu] хлеб его» (Левит 22:11). Прочти в стихе: рождённые в доме его дают возможность другим есть [ya’akhilu] хлеб его, то есть благодаря её сыну-Коэну мать-Исраэль может продолжать есть труму даже после смерти его отца.
וּפוֹסֵל מִן הַתְּרוּמָה. ״וְזֶרַע אֵין לָהּ״ אָמַר רַחֲמָנָא — וְהָא אִית לַהּ.
§ The mishna also teaches: And a one-day-old baby disqualifies his mother, the daughter of a priest who is no longer married to his father, an Israelite man, from continuing to partake of teruma. The Gemara explains that the reason is that the Merciful One states: “But if a priest’s daughter becomes a widow, or divorced, and has no child, and is returned to her father’s house, as in her youth, she may eat of her father’s bread” (Leviticus 22:13), and this daughter of a priest has a child.
§ Мишна также учит: и однодневный младенец лишает права свою мать — дочь Коэна, которая больше не состоит в браке с его отцом, мужчиной Исраэль, — продолжать есть труму. Гмара объясняет, что причина в том, что Милосердный говорит: «А если дочь Коэна станет вдовой или разведённой, и ребёнка у неё нет, и возвратится в дом отца своего, как в юности своей, — может есть хлеб отца своего» (Левит 22:13), а у этой дочери Коэна есть ребёнок.
מַאי אִירְיָא זֶרַע? אֲפִילּוּ עוּבָּר נָמֵי! דִּכְתִיב ״כִּנְעוּרֶיהָ״ — פְּרָט לִמְעוּבֶּרֶת.
The Gemara asks: Why state specifically that she has a child? Even if she has a fetus in her womb from an Israelite man, the same halakha applies, as it is written: “As in her youth,” which excludes a pregnant woman, since her pregnancy has changed her physical state from that of her youth.
Гмара спрашивает: почему сказано именно, что у неё есть ребёнок? Даже если у неё в утробе есть плод от мужчины Исраэль, та же галаха применяется, как написано: «как в юности своей», что исключает беременную женщину, поскольку её беременность изменила её телесное состояние по сравнению с состоянием её юности.
וּצְרִיכִי, דְּאִי כְּתַב רַחֲמָנָא ״וְזֶרַע אֵין לָהּ״, מִשּׁוּם דְּמֵעִיקָּרָא חַד גּוּפָא וְהַשְׁתָּא תְּרֵי גּוּפֵי, אֲבָל הָכָא — דְּמֵעִיקָּרָא חַד גּוּפָא וְהַשְׁתָּא חַד גּוּפָא — אֵימָא תֵּיכוֹל, כְּתַב רַחֲמָנָא ״כִּנְעוּרֶיהָ״.
The Gemara answers that both derivations are necessary. As, if the Merciful One had written only: “And has no child,” I would say that the reason the daughter of a priest who has a child from an Israelite man may no longer partake of teruma is due to the fact that at the outset, before she married, she was one body, and now she has developed into two bodies, herself and her child. But here, in a case when she is merely pregnant, when at the outset she was one body and now she remains one body, one might say that she should be permitted to partake of teruma. Therefore, the Merciful One writes: “As in her youth.”
Гмара отвечает, что оба вывода необходимы. Ибо если бы Милосердный написал только: «и ребёнка у неё нет», я бы сказал, что причина, по которой дочь Коэна, имеющая ребёнка от мужчины Исраэль, больше не может есть труму, в том, что вначале, до брака, она была одним телом, а теперь стала двумя телами — она сама и её ребёнок. Но здесь, в случае, когда она лишь беременна, когда вначале она была одним телом и теперь остаётся одним телом, можно было бы сказать, что ей следует разрешить есть труму. Поэтому Милосердный написал: «как в юности своей».
וְאִי כְּתַב רַחֲמָנָא ״כִּנְעוּרֶיהָ״, מִשּׁוּם דְּמֵעִיקָּרָא גּוּפָא סְרִיקָא וְהַשְׁתָּא גּוּפָא מַלְיָא, אֲבָל הָכָא — דְּמֵעִיקָּרָא גּוּפָא סְרִיקָא וְהַשְׁתָּא גּוּפָא סְרִיקָא, אֵימָא תֵּיכוֹל — צְרִיכָא.
And by contrast, if the Merciful One had written only: “As in her youth,” I would say that the reason that the daughter of a priest who is pregnant from an Israelite man may no longer partake of teruma is due to the fact that at the outset she had an empty body and now she has a full body, and consequently she is not returning to her father’s household in her initial state. But here, after she has given birth, where at the outset she had an empty body and now she still has an empty body, one might say that she should be permitted to partake of teruma. Therefore, the Merciful One writes: “And has no child.” Therefore, both derivations are necessary.
А по противоположности: если бы Милосердный написал только: «Как в её юности», я бы сказал, что причина, по которой дочь коэна, беременная от мужчины-Исраэля, больше не может есть труму, состоит в том, что сначала у неё было «пустое тело», а теперь у неё «полное тело», и, следовательно, она не возвращается в дом отца в своём первоначальном состоянии. Но здесь, после того как она родила, когда сначала у неё было «пустое тело» и теперь у неё всё ещё «пустое тело», можно было бы сказать, что ей следует разрешить есть труму. Поэтому Милосердный пишет: «И нет у неё ребёнка». Следовательно, оба вывода необходимы.
קְרָאֵי אִתָּרוּץ, אֶלָּא מַתְנִיתִין מַאי אִרְיָא ״בֶּן יוֹם אֶחָד״? אֲפִילּוּ עוּבָּר נָמֵי! אָמַר רַב שֵׁשֶׁת: הָכָא בְמַאי עָסְקִינַן? בְּכֹהֵן שֶׁיֵּשׁ לוֹ שְׁתֵּי נָשִׁים, אַחַת גְּרוּשָׁה וְאַחַת שֶׁאֵינָהּ גְּרוּשָׁה, וְיֵשׁ לוֹ בָּנִים מִשֶּׁאֵינָהּ גְּרוּשָׁה, וְיֵשׁ לוֹ בֶּן יוֹם אֶחָד מִן הַגְּרוּשָׁה.
The Gemara asks: The need for both verses has been resolved, but the mishna remains difficult: What is the reason the mishna is referring specifically to a baby who is one day old, when, as stated above, the same halakha applies even to a fetus? Rav Sheshet said: Here we are dealing with a priest who has two wives: One who is a divorcée, as she was previously divorced from another man, and who was therefore married to this priest in violation of halakha, and one who is not a divorcée. And he has sons from the wife who is not a divorcée, and he has a baby boy who is one day old from the wife who is a divorcée. This son is disqualified from the priesthood and may not partake of teruma.
Гмара спрашивает: необходимость обоих стихов разъяснена, но Мишна всё ещё вызывает затруднение: почему Мишна говорит именно о младенце в возрасте одного дня, если, как сказано выше, та же галаха относится даже к плоду? Рав Шешет сказал: здесь мы имеем дело с коэном, у которого две жены: одна — разведённая, то есть ранее была разведена с другим мужчиной, и потому этот коэн женился на ней вопреки Галахе, и одна — не разведённая. И у него есть сыновья от жены, которая не разведённая, и у него есть мальчик-младенец в возрасте одного дня от жены, которая разведённая. Этот сын дисквалифицирован для священства и не может есть труму.
דְּפוֹסֵל בְּעַבְדֵי אָבִיו מִלֶּאֱכוֹל בִּתְרוּמָה, וּלְאַפּוֹקֵי מִדְּרַבִּי יוֹסֵי, דְּאָמַר: עוּבָּר נָמֵי פּוֹסֵל, קָא מַשְׁמַע לַן: בֶּן יוֹם אֶחָד — אִין, עוּבָּר — לָא.
Rav Sheshet continues: The mishna is teaching that this baby disqualifies his father’s Canaanite slaves from partaking of teruma again. Since this child is entitled to a portion of his father’s inheritance, which includes his slaves, they may no longer partake of teruma due to his presence in the world. And the mishna teaches this to exclude the opinion of Rabbi Yosei, who said that a fetus also disqualifies his father’s slaves from partaking of teruma. For this reason, the tanna of the mishna teaches us that with regard to a one-day-old baby boy, yes, he disqualifies his father’s slaves from partaking of teruma, but a fetus does not.
Рав Шешет продолжает: Мишна учит, что этот младенец снова лишает кнаанейских рабов своего отца права есть труму. Поскольку этот ребёнок имеет право на долю в наследстве отца, которое включает его рабов, они больше не могут есть труму из‑за его присутствия в мире. И Мишна учит это, чтобы исключить мнение Рабби Йосеи, который сказал, что и плод лишает рабов отца права есть труму. Поэтому тана Мишны учит нас: относительно мальчика-младенца в возрасте одного дня — да, он лишает рабов отца права есть труму, но плод — нет.
נוֹחֵל וּמַנְחִיל. נוֹחֵל, מִמַּאן? מֵאָבִיו. וּמַנְחִיל, לְמַאן? לְאָחִיו מֵאָבִיו. אִי בָּעֵי מֵאֲבוּהּ (לֵירְתֵי) [לֵירְתוּ], וְאִי בָּעֵי מִינֵּיהּ (לֵירְתֵי) [לֵירְתוּ]!
§ The mishna teaches that this baby inherits and he bequeaths. The Gemara asks: From whom does he inherit? It must be from his father. And to whom does he bequeath? Presumably, he bequeaths to his paternal brother, in a case where the baby inherited his father’s property and then died on the same day, as maternal half-brothers do not inherit from each other. The Gemara raises a difficulty with regard to this interpretation: What is the novelty of the halakha that the brother of this one-day-old baby inherits from him? After all, if the surviving brother wants, let him inherit from his father, and if he wants, let him inherit from the one-day-old baby. Either way, he receives his late father’s property.
§ Мишна учит, что этот младенец наследует и завещает. Гмара спрашивает: у кого он наследует? Должно быть, у своего отца. А кому он завещает? Предположительно, он завещает своему брату по отцу — в случае, когда младенец унаследовал имущество отца, а затем умер в тот же день, ведь единокровные братья по матери не наследуют друг у друга. Гмара затрудняется в отношении этого толкования: в чём новизна галахи, что брат этого младенца в возрасте одного дня наследует у него? Ведь если оставшийся в живых брат хочет — пусть наследует у отца, а если хочет — пусть наследует у младенца в возрасте одного дня; в любом случае он получает имущество своего покойного отца.
אָמַר רַב שֵׁשֶׁת: נוֹחֵל בְּנִכְסֵי הָאֵם לְהַנְחִיל לְאֶחָיו מִן הָאָב. וְדַוְקָא בֶּן יוֹם אֶחָד, אֲבָל עוּבָּר — לָא. מַאי טַעְמָא? דְּהוּא מָיֵית בְּרֵישָׁא, וְאֵין הַבֵּן יוֹרֵשׁ אֶת אִמּוֹ
Rav Sheshet said: The mishna is teaching that a one-day-old baby inherits his mother’s property if she died on the day he was born, so that he is able to bequeath it, even if he dies after a day, to his heirs who are not the mother’s heirs, e.g., a paternal half-brother. And in such a case it is specifically when he is at least one day old that he inherits from his mother and bequeaths the property to his paternal half-brothers, but a fetus, whose mother died before he emerged, does not inherit from his mother. What is the reason for this? The reason is that presumably the fetus died first, before its mother died, and there is a halakha that a son does not inherit from his mother
Рав Шешет сказал: Мишна учит, что младенец в возрасте одного дня наследует имущество своей матери, если она умерла в день, когда он родился, так что он способен завещать его — даже если он умрёт спустя день — своим наследникам, которые не являются наследниками матери, например единокровному брату по отцу. И в таком случае именно когда ему по меньшей мере один день, он наследует у матери и завещает имущество своим единокровным братьям по отцу; но плод, чья мать умерла прежде, чем он вышел, не наследует у своей матери. В чём причина этого? Причина в том, что предполагается, что плод умер первым — до смерти матери, — и есть галаха, что сын не наследует у своей матери