Pesachim 44b — Talmud Bavli — Tractate Pesachim

לִיתֵּן טַעַם כְּעִיקָּר. שֶׁאִם שָׁרָה עֲנָבִים בְּמַיִם, וְיֵשׁ בָּהֶן טַעַם יַיִן — חַיָּיב.

comes to establish the principle that the legal status of the taste of a forbidden food is like that of its substance. This term teaches that any food that absorbs the taste of a prohibited item assumes the status of this prohibited item itself. As, in a case where one soaked grapes in water and the water has the taste of wine, a nazirite is liable for drinking this mixture, as it assumes the status of wine.

приходит установить правило, что правовой статус вкуса запрещённой пищи таков же, как у самого её вещества. Это слово учит, что всякая пища, впитавшая вкус запрещённого предмета, принимает статус самого этого запрещённого предмета. Ибо в случае, когда человек вымочил виноград в воде и вода имеет вкус вина, назир подлежит наказанию за питьё этой смеси, ибо она принимает статус вина.

מִכָּאן אַתָּה דָּן לְכׇל הַתּוֹרָה כּוּלָּהּ: וּמָה נָזִיר שֶׁאֵין אִיסּוּרוֹ אִיסּוּר עוֹלָם, וְאֵין אִיסּוּרוֹ אִיסּוּר הֲנָאָה, וְיֵשׁ הֶיתֵּר לְאִיסּוּרוֹ — עָשָׂה בּוֹ טַעַם כְּעִיקָּר, כִּלְאַיִם, שֶׁאִיסּוּרוֹ אִיסּוּר עוֹלָם, וְאִיסּוּרוֹ אִיסּוּר הֲנָאָה, וְאֵין הֶיתֵּר לְאִיסּוּרוֹ — אֵינוֹ דִּין שֶׁיַּעֲשֶׂה טַעַם כְּעִיקָּר?

From here you derive the halakha with regard to the entire Torah; in all cases, the legal status of the taste of a forbidden food is like that of its substance. The Gemara elaborates. Just as with regard to a nazirite, whose prohibition against eating grapes is not an eternal prohibition, as he will be permitted to eat grapes once his period of naziriteship is over, and furthermore, his prohibition is not a prohibition against deriving benefit from wine, and there is dissolution for his prohibition against eating grape products by requesting a Sage to release him from his vow, nevertheless, in his case, the Torah rendered the legal status of the taste of food forbidden to him like that of its substance; with regard to a forbidden mixture of diverse kinds, whose prohibition is an eternal prohibition [issuro issur olam] and whose prohibition is a prohibition against deriving benefit, and there is no dissolution for its prohibition, is it not right that the Torah should render the legal status of the taste of its forbidden food like that of its substance?

Отсюда ты выводишь галаху для всей Торы: во всех случаях правовой статус вкуса запрещённой пищи таков же, как у самого её вещества. Гмара разъясняет. Если уж у назира, чей запрет на виноград не вечен, ибо ему будет разрешено есть виноград по окончании срока назирута, и притом его запрет не является запретом извлекать пользу от вина, и его запрет на виноградные продукты может быть отменён обращением к мудрецу с просьбой освободить от обета, — и всё же в его случае Тора приравняла правовой статус вкуса запрещённой ему пищи к статусу самого вещества; то относительно запрещённой смеси килаим, чей запрет — вечный запрет [исуро исур олам], чей запрет является запретом извлекать пользу и для которого нет отмены, — разве не подобает, чтобы Тора приравняла правовой статус вкуса его запрещённой пищи к статусу самого вещества?

וְהוּא הַדִּין לְעׇרְלָה בִּשְׁתַּיִם!

And the same is true of fruit that grows on a tree during the first three years after it was planted [orla], on two of three counts: Although the prohibition of orla is not an eternal prohibition, as one may eat the fruit of this tree after three years have passed, it is prohibited to derive benefit from orla, and this prohibition cannot be dissolved, as the fruits that grow during the first three years remain prohibited. Therefore, based on the same a fortiori inference, the principle: The legal status of its taste is like that of its substance, should apply in this case as well. Similarly, all other prohibitions in the Torah are more severe than the case of a nazirite in one of these aspects, and therefore this principle is universal. In any case, this entire derivation presents a difficulty for Rabbi Yoḥanan, who derives a different halakha from the term: Soaked.

И то же верно относительно плодов, растущих на дереве в первые три года после посадки [орла], — по двум признакам из трёх: хотя запрет орлы не вечен, ибо плоды этого дерева можно есть по прошествии трёх лет, от орлы запрещено извлекать пользу, и этот запрет не может быть отменён, ибо плоды, выросшие в первые три года, остаются запрещёнными. Поэтому, на основании того же каль ва-хомер, правило «вкус приравнен к самому веществу» должно применяться и в этом случае. Подобным образом все прочие запреты Торы строже случая назира по одному из этих признаков, и потому это правило всеобщее. Как бы то ни было, весь этот вывод представляет затруднение для рабби Йоханана, который выводит из слова «вымоченное» иную галаху.

הָא מַנִּי רַבָּנַן הִיא, וְרַבִּי יוֹחָנָן דְּאָמַר כְּרַבִּי עֲקִיבָא.

The Gemara answers: In accordance with whose opinion is the previously cited derivation? It is in accordance with the opinion of the Rabbis, who derive this halakha from the term: Soaked. However, Rabbi Yoḥanan, who said that a permitted substance joins together with a prohibited substance, holds in accordance with the opinion of Rabbi Akiva.

Гмара отвечает: в соответствии с чьим мнением приведён вышеупомянутый вывод? В соответствии с мнением мудрецов, которые выводят эту галаху из слова «вымоченное». Однако рабби Йоханан, сказавший, что разрешённое вещество соединяется с запрещённым, держится мнения рабби Акивы.

הֵי רַבִּי עֲקִיבָא? אִילֵימָא רַבִּי עֲקִיבָא דְּמַתְנִיתִין, דִּתְנַן: רַבִּי עֲקִיבָא אוֹמֵר: נָזִיר שֶׁשָּׁרָה פִּתּוֹ בְּיַיִן, וְיֵשׁ בּוֹ לְצָרֵף כְּדֵי כְּזַיִת — חַיָּיב, וּמִמַּאי דְּמִפַּת וּמִיַּיִן? דִּילְמָא מִיַּיִן לְחוֹדֵיהּ?

The Gemara asks: To which statement of Rabbi Akiva is the Gemara referring? If you say it is referring to the opinion of Rabbi Akiva in the following mishna, as we learned: Rabbi Akiva says, with regard to a nazirite who soaked his bread in wine, and the bread and the wine contain enough to join together to constitute an olive-bulk, that he is liable; from where do we know that Rabbi Akiva means an amount of an olive-bulk taken from the bread and the wine together? Perhaps he meant that the measure is calculated from the wine alone?

Гмара спрашивает: о каком высказывании рабби Акивы идёт речь? Если ты скажешь, что речь о мнении рабби Акивы в следующей мишне, как мы учили: рабби Акива говорит о назире, который обмакнул свой хлеб в вино, и в хлебе с вином вместе достаточно, чтобы соединиться в казаит, — что он подлежит наказанию; то откуда мы знаем, что рабби Акива имеет в виду казаит, взятый из хлеба и вина вместе? Быть может, он имел в виду, что мера отсчитывается от одного лишь вина?

וְכִי תֵּימָא: מִיַּיִן לְחוֹדֵיהּ מַאי לְמֵימְרָא? הָא קָא מַשְׁמַע לַן דְּאַף עַל גַּב דְּתַעֲרוֹבֶת.

The Gemara asks: And lest you say that if this amount is from the wine alone, what purpose is there to state this halakha, this statement comes to teach us that even though the prohibited item is in a mixture, one is nonetheless liable for consuming it. Since this mishna can be explained as referring to an olive-bulk from wine alone, it cannot be cited as proof for Rabbi Akiva’s opinion with regard to the combination of a permitted substance with a prohibited substance.

Гмара спрашивает: а если ты скажешь, что если это количество — от одного лишь вина, то какой смысл вообще излагать эту галаху, — то ответ таков: это высказывание приходит научить нас, что даже если запрещённый предмет находится в смеси, человек всё равно подлежит наказанию за его поедание. Поскольку эту мишну можно объяснить как говорящую о казаите из одного лишь вина, её нельзя приводить как доказательство мнения рабби Акивы о соединении разрешённого вещества с запрещённым.

אֶלָּא רַבִּי עֲקִיבָא דְּבָרַיְיתָא. דְּתַנְיָא, רַבִּי עֲקִיבָא אוֹמֵר: נָזִיר שֶׁשָּׁרָה פִּתּוֹ בְּיַיִן, וְאָכַל כְּזַיִת מִפַּת וּמִיַּיִן — חַיָּיב.

The Gemara states: Rather, Rabbi Yoḥanan holds in accordance with the opinion of Rabbi Akiva in the baraita, as it was taught in a baraita that Rabbi Akiva says: A nazirite who soaked his bread in wine and ate an olive-bulk of the mixture from the bread and the wine is liable. This baraita indicates that according to Rabbi Akiva, a permitted substance joins together with a prohibited substance.

Гмара говорит: скорее, рабби Йоханан держится мнения рабби Акивы из барайты, как учили в барайте, что рабби Акива говорит: назир, который обмакнул свой хлеб в вино и съел казаит этой смеси из хлеба и вина, подлежит наказанию. Эта барайта указывает, что, по рабби Акиве, разрешённое вещество соединяется с запрещённым.

וְרַבִּי עֲקִיבָא טַעַם כְּעִיקָּר מְנָא לֵיהּ? יָלֵיף מִבָּשָׂר בְּחָלָב: לָאו טַעְמָא בְּעָלְמָא הוּא, וְאָסוּר? הָכָא נָמֵי לָא שְׁנָא.

The Gemara asks: And Rabbi Akiva, from where does he derive the principle: The legal status of the taste is like that of the substance itself? The Gemara answers: He derives this principle from the prohibition of meat cooked in milk. In that case, there is merely the taste of the milk absorbed by the meat, and the mixture is nonetheless forbidden. Here, too, in the case of other prohibitions, it is no different, and the same principle applies.

Гмара спрашивает: а рабби Акива — откуда он выводит правило, что правовой статус вкуса таков же, как у самого вещества? Гмара отвечает: он выводит это правило из запрета мяса, сваренного в молоке. В этом случае в мясе есть лишь впитавшийся вкус молока, и всё же смесь запрещена. И здесь, в случае прочих запретов, нет никакой разницы, и применяется то же правило.

וְרַבָּנַן? מִבָּשָׂר בְּחָלָב לָא גָּמְרִינַן, דְּחִידּוּשׁ הוּא.

The Gemara asks: And the Rabbis, why don’t they derive this principle from meat cooked in milk? The Gemara answers: The Rabbis claim that from meat in milk we do not derive other prohibitions, as that prohibition is a novelty.

Гмара спрашивает: а мудрецы — почему они не выводят это правило из мяса, сваренного в молоке? Гмара отвечает: мудрецы утверждают, что из мяса в молоке мы не выводим прочих запретов, ибо этот запрет — новшество.

וּמַאי חִידּוּשׁ? אִילֵּימָא דְּהַאי לְחוֹדֵיהּ וְהַאי לְחוֹדֵיהּ — שְׁרֵי, וּבַהֲדֵי הֲדָדֵי — אָסוּר, כִּלְאַיִם נָמֵי: הַאי לְחוֹדֵיהּ וְהַאי לְחוֹדֵיהּ — שְׁרֵי, וּבַהֲדָדִי — אָסוּר.

The Gemara asks: And what is the novelty in that prohibition? If you say that it is unique in that this meat alone and that milk alone are each permitted, and yet together they are forbidden, that characteristic is not unique to meat cooked in milk. In the case of prohibited mixtures of diverse kinds too, this element alone and that element alone are each permitted, and yet together they are prohibited.

Гмара спрашивает: а в чём новшество этого запрета? Если ты скажешь, что он своеобразен тем, что это мясо само по себе и это молоко само по себе разрешены, а вместе они запрещены, — то этот признак не только у мяса, сваренного в молоке. В случае запрещённых смесей килаим тоже: эта составляющая сама по себе и та составляющая сама по себе разрешены, а вместе они запрещены.

אֶלָּא: דְּאִי תָּרוּ לֵיהּ כּוּלֵּי יוֹמָא בַּחֲלָבָא — שְׁרֵי, בַּשֵּׁיל לֵיהּ בַּשּׁוֹלֵי — אָסוּר.

The Gemara answers: Rather, the novelty is that if one soaks meat in milk all day, it is permitted by Torah law, despite the fact that the meat certainly absorbed some taste of the milk, whereas if one cooked the meat in milk even for a short time, the mixture is prohibited by Torah law.

Гмара отвечает: скорее, новшество в том, что если человек вымачивает мясо в молоке целый день, оно разрешено по закону Торы, несмотря на то что мясо наверняка впитало какой-то вкус молока, — тогда как если он сварил мясо в молоке даже на короткое время, смесь запрещена по закону Торы.

וְרַבִּי עֲקִיבָא נָמֵי, בָּשָׂר בְּחָלָב וַדַּאי חִידּוּשׁ הוּא?

The Gemara asks: And Rabbi Akiva too certainly agrees that the halakha of meat in milk is a novelty. How can he derive a general principle from this case?

Гмара спрашивает: но ведь и рабби Акива наверняка согласен, что галаха о мясе в молоке — новшество. Как же он может выводить из этого случая общее правило?

אֶלָּא יָלֵיף מִגִּיעוּלֵי גוֹיִם: גִּיעוּלֵי גוֹיִם, לָאו טַעְמָא בְּעָלְמָא הוּא, וְאָסוּר? הָכָא נָמֵי לָא שְׁנָא.

Rather, he derives the principle: The legal status of the taste is like that of the substance itself from the required purging of the vessels of gentiles. In the section of the Torah that deals with the spoils of Midian (Numbers 31:21–24), it states that a vessel used by a gentile to cook food must be purged through fire and purified before it may be used by a Jew. Isn’t the purging of vessels of gentiles necessary only to cleanse them from the mere taste that was absorbed through the process of cooking? Even so, these vessels are prohibited if this cleansing was not performed. Here, too, it is no different; the same reasoning applies in all cases.

Скорее, он выводит правило «вкус приравнен к самому веществу» из требования выжигать сосуды неевреев. В разделе Торы, говорящем о добыче из Мидьяна (Бемидбар 31:21–24), сказано, что сосуд, в котором нееврей варил пищу, должен быть выжжен огнём и очищен, прежде чем им сможет пользоваться еврей. Разве выжигание сосудов неевреев нужно не только для того, чтобы очистить их от одного лишь вкуса, впитавшегося при варке? И всё же эти сосуды запрещены, если такое очищение не было произведено. И здесь нет никакой разницы; то же рассуждение применимо во всех случаях.

וְרַבָּנַן, גִּיעוּלֵי גוֹיִם נָמֵי חִידּוּשׁ הוּא. דְּהָא כׇּל נוֹתֵן טַעַם לִפְגָם — מוּתָּר, דְּגָמְרִינַן מִנְּבֵילָה — וְהָכָא אָסוּר.

The Gemara comments: And the Rabbis do not derive this principle from this source, as they maintain that the halakha of purging vessels of gentiles is also a novelty. What is the novelty of this halakha? As in general, anything that contributes taste that renders the food tainted is permitted. If the taste added by the prohibited food does not enhance the permitted food, then as a rule it does not render the permitted substance prohibited. As we derive this principle from the halakha that an unslaughtered animal carcass that is unfit for consumption is not classified as a prohibited animal carcass and is not prohibited. However, here, with regard to the halakha of purging vessels of gentiles, the Torah states that even if they contribute taste that renders the food tainted they are prohibited. If twenty-four hours have passed since food was cooked in a pot, the assumption is that it will contribute a negative taste to any foods cooked in the pot subsequently. Nevertheless, vessels taken from gentiles remain prohibited until they are purged, even though the taste they contribute taints the food.

Гмара замечает: а мудрецы не выводят это правило из этого источника, ибо они держатся того, что галаха о выжигании сосудов неевреев тоже новшество. В чём новшество этой галахи? В том, что вообще всё, что придаёт вкус, портящий пищу, разрешено. Если вкус, добавленный запрещённой пищей, не улучшает разрешённую пищу, то по общему правилу он не делает разрешённое вещество запрещённым. Ибо мы выводим это правило из галахи, что падаль, непригодная в пищу, не относится к разряду запрещённой падали и не запрещена. Однако здесь, в галахе о выжигании сосудов неевреев, Тора говорит, что они запрещены, даже если придают вкус, портящий пищу. Если с момента варки пищи в горшке прошли сутки, предполагается, что он придаст дурной вкус всякой пище, которую сварят в нём впоследствии. Тем не менее сосуды, взятые у неевреев, остаются запрещёнными, пока их не выжгут, хотя вкус, который они придают, портит пищу.

וְרַבִּי עֲקִיבָא כִּדְרַב חִיָּיא בְּרֵיהּ דְּרַב הוּנָא, דְּאָמַר: לֹא אָסְרָה תּוֹרָה אֶלָּא בִּקְדֵירָה בַּת יוֹמָא, הִלְכָּךְ לָאו נוֹתֵן טַעַם לִפְגָם הוּא.

The Gemara asks: And how does Rabbi Akiva, who derives this principle from the required purging of the vessels of gentiles, respond to the previous claim? The Gemara explains: He holds in accordance with the opinion subsequently cited in the name of Rav Ḥiyya, son of Rav Huna, who said: The Torah prohibited unpurged vessels of gentiles only in the case of a pot that was used on that day. Therefore, it is not a case where the pot contributes taste that renders the food tainted.

Гмара спрашивает: а как рабби Акива, выводящий это правило из требования выжигать сосуды неевреев, отвечает на предыдущий довод? Гмара объясняет: он держится мнения, приводимого далее от имени рава Хии, сына рава Уны, который сказал: Тора запретила невыжженные сосуды неевреев только в случае горшка, которым пользовались в тот же день. Поэтому это не случай, когда горшок придаёт вкус, портящий пищу.

וְרַבָּנַן? קְדֵירָה בַּת יוֹמָא נָמֵי, לָא אֶפְשָׁר דְּלָא פָּגְמָה פּוּרְתָּא.

The Gemara asks: And what do the Rabbis say about deriving the halakha from a pot used on that day? The Gemara answers: In their opinion, even in the case of a pot used on that day, it is impossible that the vessel does not slightly taint the food absorbed in the vessel. Consequently, the halakha of purging vessels of gentiles is indeed a novel case from which principles cannot be derived.

Гмара спрашивает: а что говорят мудрецы о выведении галахи из горшка, которым пользовались в тот же день? Гмара отвечает: по их мнению, даже в случае горшка, которым пользовались в тот же день, невозможно, чтобы сосуд не портил слегка вкус впитавшейся в него пищи. Следовательно, галаха о выжигании сосудов неевреев действительно является новшеством, из которого правил выводить нельзя.

אֲמַר לֵיהּ רַב אַחָא בְּרֵיהּ דְּרַב אַוְיָא לְרַב אָשֵׁי: מִדְּרַבָּנַן נִשְׁמַע לְרַבִּי עֲקִיבָא, מִי לָא אָמְרִי רַבָּנַן ״מִשְׁרַת״ לִיתֵּן טַעַם כְּעִיקָּר, מִכָּאן אַתָּה דָּן לְכׇל אִיסּוּרִין שֶׁבַּתּוֹרָה. לְרַבִּי עֲקִיבָא נָמֵי — ״מִשְׁרַת״ לְהֶיתֵּר מִצְטָרֵף לְאִיסּוּר, מִכָּאן אַתָּה דָּן לְכׇל אִיסּוּרִין שֶׁבַּתּוֹרָה כּוּלָּהּ!

Rav Aḥa, son of Rav Avya, said to Rav Ashi: From the opinion of the Rabbis, let us learn the correct interpretation of the opinion of Rabbi Akiva. Don’t the Rabbis say that the term soaked teaches that the principle that the legal status of taste is like that of substance applies not only to a nazirite, but that from here you derive the halakha with regard to all prohibitions of the Torah? According to Rabbi Akiva as well, the term soaked teaches that the permitted substance joins together with the prohibited substance with regard to a nazirite, and from here you derive the halakha with regard to all prohibitions of the Torah. This explanation is contrary to the opinion of Rabbi Yoḥanan, who applies this principle only to a nazirite.

Рав Аха, сын рава Авьи, сказал раву Аши: из мнения мудрецов давай выучим правильное истолкование мнения рабби Акивы. Разве не говорят мудрецы, что слово «вымоченное» учит: правило «вкус приравнен к самому веществу» применяется не только к назиру, но отсюда ты выводишь галаху для всех запретов Торы? Так и по рабби Акиве: слово «вымоченное» учит, что разрешённое вещество соединяется с запрещённым в случае назира, а отсюда ты выводишь галаху для всех запретов Торы. Это объяснение противоречит мнению рабби Йоханана, который применяет это правило только к назиру.

אֲמַר לֵיהּ:

Rav Ashi said to him: This cannot serve as a proof,

Сказал ему рав Аши: это не может служить доказательством

דף 44

Display Settings

Bookmarks