ליקוטי אמרים 5

וּלְתוֹסֶפֶת בֵּיאוּר, בַּאֵר הֵיטֵב לְשׁוֹן ״תְּפִיסָא״ שֶׁאָמַר אֵלִיָּהוּ: ״לֵית מַחֲשָׁבָה תְּפִיסָא בָךְ כוּ׳״.

Let us explain further and fully elucidate the expression tefisa (apprehension) in the words of Elijah, “No thought can apprehend You.”1 Tikkunei Zohar, Introduction 17a.

Для ещё большего разъяснения рассмотрим подробно выражение «тфиса» (постижение) в словах Элияу: «Никакая мысль не постигает Тебя».

הִנֵּה, כָּל שֵׂכֶל כְּשֶׁמַּשְׂכִּיל וּמַשִּׂיג בְּשִׂכְלוֹ אֵיזֶה מוּשְׂכָּל, הֲרֵי הַשֵּׂכֶל תּוֹפֵס אֶת הַמּוּשְׂכָּל וּמַקִּיפוֹ בְּשִׂכְלוֹ, וְהַמּוּשְׂכָּל נִתְפָּס וּמוּקָּף וּמְלוּבָּשׁ בְּתוֹךְ הַשֵּׂכֶל שֶׁהִשִּׂיגוֹ וְהִשְׂכִּילוֹ.

Now, when an intellect conceives and comprehends a concept with its intellectual faculties, this intellect grasps the concept and encompasses it. This concept is [in turn] grasped, enveloped, and enclothed within that intellect which conceived and comprehended it.

Всякий разум, когда он постигает и познаёт своим разумением какой-либо предмет, — разум охватывает этот предмет и окружает его. И предмет оказывается охваченным, окружённым и облечённым в разум, который его постиг и познал.

וְגַם הַשֵּׂכֶל מְלוּבָּשׁ בַּמּוּשְׂכָּל בְּשָׁעָה שֶׁמַּשִּׂיגוֹ וְתוֹפְסוֹ בְּשִׂכְלוֹ. דֶּרֶךְ מָשָׁל: כְּשֶׁאָדָם מֵבִין וּמַשִּׂיג אֵיזוֹ הֲלָכָה בְּמִשְׁנָה אוֹ בִּגְמָרָא לַאֲשׁוּרָהּ עַל בּוּרְיָהּ הֲרֵי שִׂכְלוֹ תּוֹפֵס וּמַקִּיף אוֹתָהּ, וְגַם שִׂכְלוֹ מְלוּבָּשׁ בָּהּ בְּאוֹתָהּ שָׁעָה.

The mind, for its part, is also clothed in the concept at the time it comprehends and grasps it with the intellect.2 This point is demonstrated by the fact that when the mind is preoccupied with one thing, it cannot at the same time engage in another. For example, when a person understands and comprehends, fully and clearly, any halachah in the Mishnah or Gemara, his intellect grasps and encompasses it and, at the same time, is clothed in it.

И также разум облекается в постигаемый предмет в то время, когда постигает и охватывает его. Например: когда человек понимает и постигает какой-либо закон в Мишне или Гмаре, как он есть, во всей его ясности — его разум охватывает и окружает этот закон, и также разум его облечён в него в это время.

וְהִנֵּה, הֲלָכָה זוֹ, הִיא חָכְמָתוֹ וּרְצוֹנוֹ שֶׁל הַקָּדוֹשׁ־בָּרוּךְ־הוּא, שֶׁעָלָה בִּרְצוֹנוֹ, שֶׁכְּשֶׁיִּטְעוֹן רְאוּבֵן כָּךְ וְכָךְ דֶּרֶךְ מָשָׁל וְשִׁמְעוֹן כָּךְ וְכָךְ – יִהְיֶה הַפְּסַק בֵּינֵיהֶם כָּךְ וְכָךְ.

Consequently, as the particular halachah is the wisdom and will of G–d, for it was His will that when, for example, Reuben pleads in one way and Simeon in another, the verdict as between them shall be thus and thus;

Этот закон есть мудрость и воля Святого, благословен Он: ибо по воле Его установлено, что когда Реувен предъявит такие-то требования, а Шимон — такие-то, решение между ними будет таким-то.

וְאַף אִם לֹא הָיָה וְלֹא יִהְיֶה הַדָּבָר הַזֶּה לְעוֹלָם, לָבֹא לְמִשְׁפָּט עַל טְעָנוֹת וּתְבִיעוֹת אֵלּוּ, מִכָּל מָקוֹם, מֵאַחַר שֶׁכָּךְ עָלָה בִּרְצוֹנוֹ וְחָכְמָתוֹ שֶׁל הַקָּדוֹשׁ־בָּרוּךְ־הוּא, שֶׁאִם יִטְעוֹן זֶה כָּךְ וְזֶה כָּךְ, יִהְיֶה הַפְּסַק כָּךְ, הֲרֵי כְּשֶׁאָדָם יוֹדֵעַ וּמַשִּׂיג בְּשִׂכְלוֹ פְּסַק זֶה כַּהֲלָכָה הָעֲרוּכָה בְּמִשְׁנָה אוֹ גְּמָרָא אוֹ פּוֹסְקִים, הֲרֵי זֶה מַשִּׂיג וְתוֹפֵס וּמַקִּיף בְּשִׂכְלוֹ רְצוֹנוֹ וְחָכְמָתוֹ שֶׁל הַקָּדוֹשׁ־בָּרוּךְ־הוּא, דְּלֵית מַחֲשָׁבָה תְּפִיסָא בֵּיהּ וְלֹא בִּרְצוֹנוֹ וְחָכְמָתוֹ, כִּי אִם בְּהִתְלַבְּשׁוּתָם בַּהֲלָכוֹת הָעֲרוּכוֹת לְפָנֵינוּ, וְגַם שִׂכְלוֹ מְלוּבָּשׁ בָּהֶם.

and even should such a litigation never have occurred, nor would it ever present itself for judgment in connection with such disputes and claims, nevertheless, since it has been the will and wisdom of the Holy One, blessed is He, that in the event of a person pleading this way and the other [litigant] pleading that way, the verdict shall be such and such—now therefore, when a person knows and comprehends with his intellect such a verdict in accordance with the law as it is set out in the Mishnah, Gemara, or Poskim (Codes), he has thus comprehended, grasped, and encompassed with his intellect the will and wisdom of the Holy One, blessed is He, Whom no thought can grasp, nor His will and wisdom, except when they are clothed in the laws that have been set out for us. [Simultaneously] the intellect is also clothed in them [the Divine will and wisdom].

И даже если такое дело никогда не возникало и не возникнет — чтобы судить по этим искам и требованиям, — тем не менее, поскольку так было решено волей и мудростью Святого, благословен Он, что если один будет утверждать так, а другой так, решение будет таким, — то когда человек знает и постигает своим разумом это решение, как изложено в Мишне, Гмаре или у законодателей, он тем самым постигает, охватывает и окружает своим разумом волю и мудрость Святого, благословен Он, Которого никакая мысль не постигает — ни Его, ни Его волю и мудрость, — кроме как через их облачение в законы, изложенные перед нами. И также его разум облечён в них.

וְהוּא יִחוּד נִפְלָא שֶׁאֵין יִחוּד כָּמוֹהוּ וְלֹא כְּעֶרְכּוֹ נִמְצָא כְּלָל בְּגַשְׁמִיּוּת, לִהְיוֹת לַאֲחָדִים וּמְיוּחָדִים מַמָּשׁ מִכָּל צַד וּפִנָּה.

This is a wonderful union, like which there is none other and which has no parallel anywhere in the material world, whereby complete oneness and unity, from every side and angle, could be attained.

Это дивное единение, подобного которому нет и ничто не сравнится с ним в материальном мире, — стать поистине едиными и слитными со всех сторон и во всех отношениях.

וְזֹאת מַעֲלָה יְתֵרָה גְּדוֹלָה וְנִפְלָאָה לְאֵין קֵץ אֲשֶׁר בְּמִצְוַת יְדִיעַת הַתּוֹרָה וְהַשָּׂגָתָהּ עַל כָּל הַמִּצְוֹת מַעֲשִׂיּוֹת, וַאֲפִילוּ עַל מִצְוֹת הַתְּלוּיוֹת בְּדִבּוּר, וַאֲפִילוּ עַל מִצְוַת תַּלְמוּד תּוֹרָה שֶׁבְּדִבּוּר.

Hence the special superiority, infinitely great and wonderful, that is in the commandment of knowing the Torah and comprehending it, over all the commandments involving action, and even those relating to speech, and even the commandment to study the Torah,3 As distinct from knowledge of the Torah. which is fulfilled through speech.

В этом состоит великое и бесконечно удивительное превосходство заповеди познания и постижения Торы над всеми заповедями действия и даже над заповедями, связанными с речью, и даже над заповедью изучения Торы, исполняемой речью.

כִּי עַל יְדֵי כָּל הַמִּצְוֹת שֶׁבְּדִבּוּר וּמַעֲשֶׂה, הַקָּדוֹשׁ־בָּרוּךְ־הוּא מַלְבִּישׁ אֶת הַנֶּפֶשׁ, וּמַקִּיפָהּ אוֹר ה׳ מֵרֹאשָׁהּ וְעַד רַגְלָהּ, וּבִידִיעַת הַתּוֹרָה, מִלְּבַד שֶׁהַשֵּׂכֶל מְלוּבָּשׁ בְּחָכְמַת ה׳, הִנֵּה גַּם חָכְמַת ה׳ בְּקִרְבּוֹ – מַה שֶּׁהַשֵּׂכֶל מַשִּׂיג וְתוֹפֵס וּמַקִּיף בְּשִׂכְלוֹ מַה שֶּׁאֶפְשָׁר לוֹ לִתְפּוֹס וּלְהַשִּׂיג מִידִיעַת הַתּוֹרָה, אִישׁ כְּפִי שִׂכְלוֹ וְכֹחַ יְדִיעָתוֹ וְהַשָּׂגָתוֹ בִּפְשַׁט־רֶמֶז־דְּרוּשׁ־סוֹד.

For, through all the commandments involving speech or action, the Holy One, blessed is He, clothes the soul and envelops it from head to foot with the Divine light. However, with regard to knowledge of the Torah, apart from the fact that the intellect is clothed in Divine wisdom, this Divine wisdom is also contained in it, to the extent that his intellect comprehends, grasps, and encompasses, as much as it is able so to do, of the knowledge of the Torah, every man according to his intellect, his knowledgeable capacity, and his comprehension in Pardes.4 Set ch. 4, note 4.

Ибо через все заповеди речи и действия Святой, благословен Он, облекает душу, и свет Всевышнего окружает её с головы до ног. Но при познании Торы, помимо того что разум облечён в мудрость Всевышнего, также и мудрость Всевышнего — внутри него, ибо разум постигает, охватывает и окружает своим разумением то, что может охватить и постичь из знания Торы, каждый по своему разумению и силе своего знания и постижения в пшат, ремез, друш и сод.

וּלְפִי שֶׁבִּידִיעַת הַתּוֹרָה, הַתּוֹרָה מְלוּבֶּשֶׁת בְּנֶפֶשׁ הָאָדָם וְשִׂכְלוֹ וּמוּקֶּפֶת בְּתוֹכָם, לָכֵן נִקְרֵאת בְּשֵׁם ״לֶחֶם״ וּ״מְזוֹן הַנֶּפֶשׁ״.

Since, in the case of knowledge of the Torah, the Torah is clothed in the soul and intellect of a person and is absorbed in them, it is called “bread” and “food” of the soul.

И поскольку при познании Торы Тора облекается в душу человека и его разум и окружена ими, она называется «хлебом» и «пищей души».

כִּי כְּמוֹ שֶׁהַלֶּחֶם הַגַּשְׁמִי זָן אֶת הַגּוּף כְּשֶׁמַּכְנִיסוֹ בְּתוֹכוֹ וְקִרְבּוֹ מַמָּשׁ, וְנֶהְפָּךְ שָׁם לִהְיוֹת דָּם וּבָשָׂר כִּבְשָׂרוֹ, וַאֲזַי יִחְיֶה וְיִתְקַיֵּם, כָּךְ בִּידִיעַת הַתּוֹרָה וְהַשָּׂגָתָהּ בְּנֶפֶשׁ הָאָדָם שֶׁלּוֹמְדָהּ הֵיטֵב בְּעִיּוּן שִׂכְלוֹ עַד שֶׁנִּתְפֶּסֶת בְּשִׂכְלוֹ וּמִתְאַחֶדֶת עִמּוֹ וְהָיוּ לַאֲחָדִים – נַעֲשָׂה מָזוֹן לַנֶּפֶשׁ וְחַיִּים בְּקִרְבָּהּ, מֵחַיֵּי הַחַיִּים אֵין־סוֹף בָּרוּךְ־הוּא הַמְלוּבָּשׁ בְּחָכְמָתוֹ וְתוֹרָתוֹ שֶׁבְּקִרְבָּהּ.

For just as physical bread nourishes the body as it is absorbed internally, in his very inner self, where it is transformed into blood and flesh of his flesh, whereby he lives and exists—so, too, it is with the knowledge of the Torah and its comprehension by the soul of the person who studies it well, with a concentration of his intellect, until the Torah is absorbed by his intellect and is united with it, and they become one. This becomes nourishment for the soul and its inner life from the Giver of life, the En Sof, blessed is He, Who is clothed in His wisdom and in His Torah that are [absorbed] in it [the soul].

Ибо как материальный хлеб питает тело, когда человек вводит его внутрь себя и он превращается там в кровь и плоть от его плоти, и тогда он живёт и существует, — так и при познании Торы и её постижении в душе человека, который изучает её усердно, с углублением своего разума, пока она не усвоена его разумом и не соединится с ним, и они станут едины, — она становится пищей для души и жизнью в ней от Жизни жизней, Эйн Соф, благословен Он, облечённого в мудрость Свою и Тору Свою, которые внутри неё.

וְזֶהוּ שֶׁכָּתוּב: ״וְתוֹרָתְךָ בְּתוֹךְ מֵעָי״, וּכְמוֹ שֶׁכָּתוּב בְּ״עֵץ חַיִּים״ שַׁעַר מ״ד פֶּרֶק ג׳, שֶׁלְּבוּשֵׁי הַנְּשָׁמוֹת בְּגַן עֵדֶן הֵן הַמִּצְוֹת, וְהַתּוֹרָה הִיא הַמָּזוֹן לַנְּשָׁמוֹת שֶׁעָסְקוּ בָּעוֹלָם הַזֶּה בַּתּוֹרָה לִשְׁמָהּ, וּכְמוֹ שֶׁכָּתוּב בַּזֹּהַר וַיַּקְהֵל דַּף ר״י.

This is the meaning of the verse, “And Your Torah is in my innards.”5 Psalms 40:9. It is also stated in Etz Chaim, Portal 44, ch. 3, that the “garments” of the soul in Gan Eden are the commandments while the Torah is the “food” for the souls which, during life on earth, had occupied themselves in the study of the Torah for its own sake. It is [similarly] written in the Zohar.6 II:210a ff.

Об этом сказано: «И Тора Твоя во внутренностях моих». И как написано в Эц Хаим, врата 44, глава 3, одеяния душ в Ган Эдене — это заповеди, а Тора — пища для душ, которые в этом мире занимались Торой ради неё самой, как написано в Зоаре, глава Ваякгель, лист 210.

וְ״לִשְׁמָהּ״, הַיְינוּ כְּדֵי לְקַשֵּׁר נַפְשׁוֹ לַה׳ עַל יְדֵי הַשָּׂגַת הַתּוֹרָה, אִישׁ כְּפִי שִׂכְלוֹ, כְּמוֹ שֶׁכָּתוּב בִּ״פְרִי עֵץ חַיִּים״.

As for the meaning of “for its own sake,”7 See below, chs. 39, 40, and 41, for a further elaboration. We have here a departure from the conventional concepts of lishemah and shelo lishemah. it is [study with the intent] to attach one’s soul to G–d through the comprehension of the Torah, each one according to his intellect, as explained in Pri Etz Chaim.

«Ради неё самой» означает — ради того, чтобы связать свою душу со Всевышним через постижение Торы, каждый по своему разумению, как разъясняется в При Эц Хаим.

[וְהַמָּזוֹן הִיא בְּחִינַת אוֹר פְּנִימִי, וְהַלְּבוּשִׁים בְּחִינַת מַקִּיפִים. וְלָכֵן אָמְרוּ רַבּוֹתֵינוּ־זִכְרוֹנָם־לִבְרָכָה, שֶׁתַּלְמוּד תּוֹרָה שָׁקוּל כְּנֶגֶד כָּל הַמִּצְוֹת, לְפִי שֶׁהַמִּצְוֹת הֵן לְבוּשִׁים לְבַד, וְהַתּוֹרָה הִיא מָזוֹן וְגַם לְבוּשׁ לַנֶּפֶשׁ הַמַּשְׂכֶּלֶת, שֶׁמִּתְלַבֵּשׁ בָּהּ בְּעִיּוּנָהּ וְלִמּוּדָהּ, וְכָל שֶׁכֵּן כְּשֶׁמּוֹצִיא בְּפִיו בְּדִבּוּר, שֶׁהֶבֶל הַדִּבּוּר נַעֲשֶׂה בְּחִינַת אוֹר מַקִּיף, כְּמוֹ שֶׁכָּתוּב בִּ״פְרִי עֵץ חַיִּים״]:

[The “food” [of the soul] is in the nature of “inner light,” while the “garments” are in the nature of “encompassing light.” Therefore our Rabbis, of blessed memory, have said, “The study of the Torah is equivalent to them all.”8 Mishnah, Peah 1:1. For the commandments are but “garments” whereas the Torah is both “food” as well as “garment”9 The “food” would correspond to the knowledge absorbed and “digested”; the “garment”—to that knowledge which is not thoroughly assimilated and remains external as it were, yet retaining the quality of the Divine precept, like all other religious acts which are conceived as “garments” of the soul. for the rational soul, in which a person is clothed during learning and concentration. All the more so when a person also articulates, by word of mouth; for the breath emitted in speaking [the words of the Torah] becomes something in the nature of an “encompassing light,” as is explained in Pri Etz Chaim.]

[Пища — это категория внутреннего света, а одеяния — категория окружающего света. Поэтому наши мудрецы, благословенна их память, сказали, что изучение Торы равноценно всем заповедям. Ибо заповеди — лишь одеяния, тогда как Тора является и пищей, и одеянием для мыслящей души, которая облекается в неё при углублённом изучении. И тем более когда человек произносит слова Торы устами, ибо дыхание речи становится категорией окружающего света, как разъясняется в При Эц Хаим.]

ליקוטי אמרים

Display Settings

Bookmarks