Tiferet Yisrael

О различиях между первыми заповедями в главе Итро (Шмот 20:2-14) и заповедями в главе Ваэтханан в Мишне Тора (Дварим 5:6-18). Когда мы рассматриваем заповеди в главе Итро и заповеди в Мишне Тора, мы находим между ними различия. Вот эти различия: в первых заповедях, в речении «Да не будет у тебя» (Шмот 20:3), написано (ст. 4) «и всякого образа» (ве-холь тмуна); в последних заповедях (Дварим 5:8) — «всякого образа» (коль тмуна) [без «вав»]. В первых написано (Шмот 20:5) «на сыновей, на третье и на четвёртое [поколение]»; в последних заповедях (Дварим 5:9) — «на сыновей и на третье [поколение]». В первых написано (Шмот 20:6) «и хранящим заповеди Мои» (мицвотай); в последних (Дварим 5:10) — «и хранящим заповеди Его» (мицвотав). В речении «Помни»: в первых (Шмот 20:8) — «Помни (захор) день субботний, чтобы святить его»; во вторых заповедях (Дварим 5:12) — «Храни» (шамор). В первых заповедях не написано «вол твой и осёл твой»; в последних написано (Дварим 5:14) «вол твой и осёл твой». В первых написано «и скот твой» (увехемтеха); в последних — «и весь скот твой» (ве-холь бехемтеха). В первых не написано «чтобы отдохнул»; в последних написано «чтобы отдохнул». В первых дано обоснование соблюдения Шабата (Шмот 20:11): «Ибо шесть дней творил Господь и т.д.»; в последних дано обоснование (Дварим 5:15): «И помни, что рабом ты был в земле Египетской». В речении «Чти»: в первых не написано «как повелел тебе Господь, Бог твой»; в последних написано (Дварим 5:16) «как повелел тебе Господь, Бог твой». В первых не написано «и дабы было тебе хорошо»; в последних написано «и дабы было тебе хорошо». Таковы различия между пятью первыми заповедями в главе Итро и пятью первыми заповедями в Мишне Тора.

И когда мы рассмотрим слова мудрецов по этому поводу, [увидим, что] они сказали в трактате Швуот (20б): «"Помни" и "храни" были произнесены одним речением — то, что уста не могут произнести, а ухо способно услышать». И вот, это трудно: если эти два слова были произнесены одновременно, всё же следует спросить — почему в первых заповедях написано «помни», а во вторых — «храни», а не наоборот: в первых «храни», а в последних «помни»? И ещё, что скажем о прочих различиях, которые мы упомянули? Если скажем, что тот же закон и то же правило применимы и к остальным различиям, — почему [мудрецы] упомянули «помни» и «храни» в частности и не упомянули все остальные [различия], чтобы сказать, что они тоже были произнесены одним речением? И ещё, как можно сказать, что все эти вещи были произнесены одним речением? Ибо это уместно сказать о различиях вроде «помни» и «храни». Но о том, что написано в Мишне Тора и вовсе не написано в первых заповедях, — какое отношение имеет здесь выражение «произнесены одним речением»?

Однако возражение Ибн Эзры в главе Итро (Шмот 20:1) против слов мудрецов (Швуот 20б), что подобное невозможно по природе — произнести два слова одновременно. Ведь невозможно произнести слово «захор» (помни), не произнеся сначала «заин» перед «каф», а «каф» перед «реш». И тем более невозможно произнести два слова разного значения одновременно. А если скажут, что слова Святого, благословен Он, — чудо и диво, то возникает затруднение: как можно услышать два слова одновременно, ведь нужно, чтобы первая буква вошла в ухо прежде, а потом вторая; и невозможно, чтобы два слова вошли в ухо одновременно. Таковы слова Ибн Эзры, и он добавил ещё подобные доводы, «собрал ветер в пригоршни свои» (по Мишлей 30:4), «и есть говорящий — как удары меча» (Мишлей 12:18). А сам [Ибн Эзра] объяснил, что «шамор» (храни) — то же, что «захор» (помни): «помни» означает, чтобы он не забыл, какой день недели нужно освящать; и так же «храни день субботний, чтобы святить его» (Дварим 5:12) — чтобы он хранил день Шабата, чтобы не забыть освящать его. Но, как намекнул Рамбан, благословенна его память, об Ибн Эзре, — он не знал основ, которые известны мудрецам. Они сказали (Эрувин 96а): «Везде, где сказано "остерегайся", "чтобы не" и "не" — это не что иное, как запретительная заповедь». Поэтому «храни день субботний, чтобы святить его» — несомненно запрет (лав), тогда как «помни день субботний» — несомненно повелительная заповедь (асэ). И тем более здесь это ясно доказывается из самого Писания, ибо в первых [заповедях] дано обоснование (Шмот 20:11) «Ибо шесть дней творил Господь и т.д.», а во вторых заповедях дано обоснование (Дварим 5:15) «И помни, что рабом ты был в земле Египетской». Всё это показывает, что есть различие между «помни» и «храни», как будет разъяснено.

А что до его [Ибн Эзры] возражения — как такое возможно, как ясно из его слов, — ведь сами мудрецы, благословенна их память, сказали (Швуот 20б): «То, что невозможно устам произнести и уху услышать». Этим они хотели сказать, что это не был материальный голос и не материальное слышание, а голос духовный. И если так, то какой вопрос может быть здесь, раз они сами сказали именно это? И ещё, что ему пришло на ум — неужели слова, которые произнёс Господь, благословен Он, подобны речи людей? Ведь это совершенно не так. Ибо Моше слышал речение, а весь Израиль не слышал. Разве это по законам природы — когда исходит один голос, один слышит, а другой не слышит? И Писание говорит (Дварим 4:33): «Слышал ли народ голос Бога живого, говорящего [из огня], и остался жив». И если так, какое здесь затруднение?

И прежде чем мы приступим к разъяснению этого, тебе следует знать различие между Мишне Тора (Второзаконием), в которой содержатся также вторые заповеди (Дварим 5:6-18), и остальной Торой. В трактате Мегила, в последней главе (31а): «Не прерывают [чтение] проклятий». И сказал Абайе (Мегила 31б): «Это сказано лишь о проклятиях в книге Ваикра (Торат Коаним), но проклятия в Мишне Тора можно прерывать, и в этом нет ничего [предосудительного]. По какой причине? Те произнесены устами Святого, благословен Он, и сказаны во множественном числе. А эти Моше сказал от себя, и сказаны в единственном числе». Конец [цитаты].

И не имеется в виду, упаси Боже, что Моше говорил что-либо от себя — даже одну букву. Речь лишь о различии между Мишне Тора и остальной Торой. Ибо в Торе, которую дал Господь, благословен Он, Израилю, есть два аспекта: первый аспект — со стороны Господа, благословен Он, Который является Дающим Тору; второй аспект — со стороны Израиля, принимающих Тору. И если бы один давал другому нечто, и они были бы равны по ступени, здесь был бы лишь один аспект, ибо оба равны по достоинству. Но когда Господь, благословен Он, Который превыше всего, дал Тору Израилю, находящемуся на земле, невозможно, чтобы здесь не было особого аспекта со стороны Дающего и другого аспекта со стороны принимающего.

Поэтому во всей Торе, за исключением Мишне Тора, которая является последней из пяти книг, подобает присутствие аспекта со стороны Дающего. Ибо принимающий принимает в конце, когда Дающий завершил изречение Своих слов, и тогда принимающий принимает. Поэтому она называется «Мишне Тора» (Повторение Торы) — как если бы это была особая вещь, представляющая аспект принимающего. И аспект со стороны принимающего выражен в Мишне Тора, как написано (Дварим 1:5): «Начал Моше разъяснять эту Тору», ибо принимающий нуждается в большем разъяснении и объяснении. И в этом различие между Торой и Мишне Тора.

Поэтому всякое речение, сказанное в Торе, — хотя Моше произносил его — тем не менее было так, как если бы Господь, благословен Он, говорил. Ибо вся Тора — то, что повелел и заповедал Господь, благословен Он, и Господь, благословен Он, вкладывал речение в его уста. Как написано о Десяти заповедях (Шмот 19:19): «Моше говорил, а Бог отвечал ему голосом». И так было с каждым речением, которое произносил Моше, — Господь, благословен Он, вкладывал речение в его уста. Но Мишне Тора — Моше говорил от себя, подобно посланнику, которому пославший дал поручение. И в этом смысл сказанного мудрецами (Мегила 31б): «Проклятия в Мишне Тора — Моше сказал их от себя». То есть Господь, благословен Он, не вкладывал речение в его уста, ибо Мишне Тора предназначена лишь для принятия Торы, а принятие происходит через того, кто близок к принимающему, ибо принимающий — главное в Мишне Тора. Поэтому это было через Моше, учителя нашего, мир ему, который близок к принимающему. В итоге: Господь, благословен Он, дал Тору, а Израиль принимал её. И принятие — в конце, и это Мишне Тора, которая в конце. Поэтому речение [в ней] соответствует тому, что подобает принимающему, ибо принимающий там — главное, то есть Мишне Тора приходит добавить (Хулин 63б), разъяснить больше, как подобает принимающему. И это великий принцип. И этим разрешаются все различия и изменения, которые есть в последних заповедях.

И ещё знай, что Тора — это завет (брит) между Господом, благословен Он, и Израилем, принимающим завет. И завет связывает заключающего завет и принимающего завет воедино. А всякая вещь, которая связывает двоих воедино, с одной стороны близка к одному, а с другой стороны — к другому. Поэтому Тора, которая является заветом между Господом, благословен Он, и Израилем, — с одной стороны Тора близка к Господу, благословен Он, заключающему завет, а с другой стороны Тора близка к принимающему завет, то есть к Израилю. Поэтому вся Тора, за исключением Мишне Тора, — Господь, благословен Он, Сам говорил им, и Он — заключающий завет. Но Мишне Тора, которая в конце Торы и является вторым краем, — близка к Израилю, принимающему Тору. Поэтому Мишне Тора была услышана ими из уст Моше, ибо Моше близок к Израилю — принимающим. И потому были две скрижали завета, а не одна скрижаль. Поскольку они — «скрижали завета» (Дварим 9:9), а всякий завет — между двоими: один заключает, а другой принимает завет. Поэтому пять [заповедей] написаны на одной скрижали, и все пять — о том, чего не следует делать по отношению к Господу, благословен Он, Который заключил с ними завет. А вторая скрижаль — со стороны принимающего завет, то есть человека. Поэтому на второй скрижали написано то, чего не следует делать по отношению к принимающему завет.

И то же самое относится к Торе, которая также является заветом между Господом, благословен Он, и Израилем. Вся Тора, за исключением Мишне Тора, — это слово Самого Господа, благословен Он. Но Мишне Тора — со стороны принимающего завет, то есть Израиля. Поэтому вся Мишне Тора сказана в единственном числе, ибо Мишне Тора, которая близка к принимающему, как мы сказали, объединяет и связывает Израиль как одного человека.

И также вся Тора, когда Господь, благословен Он, говорил, Он обращался к человеку со стороны того, что человек обладает разумом. Поэтому все заповеди были таковы, как подобает разумному человеку, которому не требуется столько разъяснения и толкования. Но Мишне Тора, которая является концом Торы, — принятие Торы происходит не со стороны разума, а со стороны материального принимающего, и с этой стороны принятие Торы подобает человеку, а не ангелам, наделённым чистым разумом. Поэтому в Мишне Тора говорил Моше, который был человеком, и он обращался к Израилю со стороны того, что они — люди, принимающие. Потому требуется больше толкования. И об этом сказали (Хулин 63б): «Мишне Тора приходит добавить». И невозможно описать это полностью, но мы открыли тебе дверь, и ты поймёшь эти вещи, ибо они — слова мудрости. И все эти вещи весьма ясны, и всё это — единая тема, без разделения. И благодаря этому объясняются все различия и изменения между главами Ваэтханан и Итро.

И теперь ты поймёшь и узнаешь, что мудрецов, благословенна их память, не затруднили все дополнения, которые есть в заповедях Мишне Тора, ибо это разъяснение к Торе. И все упомянутые нами различия между пятью первыми заповедями главы Итро и пятью первыми заповедями Мишне Тора (в начале главы) — всё это дополнение, а не убавление. Ибо то, что в Мишне Тора (Дварим 5:8) сказано «коль тмуна» (всякий образ) без «вав», — не думай, что это убавление. Когда написано «не делай себе изваяния и всякого образа» (ве-холь тмуна) — всё объединено в одном предостережении. А когда написано «не делай себе изваяния — всякого образа» (коль тмуна) — здесь есть дополнение, как если бы было написано: «не делай себе изваяния» — то есть «всякого образа» в мире, и это приходит разъяснить [слово] «изваяние». Но «изваяние и всякий образ» звучит как две отдельные вещи, и тогда «не поклоняйся им» (ст. 9) относилось бы лишь ко «всякому образу», упомянутому вторично. Поэтому в последних заповедях написано «изваяние — всякий образ», и тогда «не поклоняйся им и не служи им» несомненно относится также и к «изваянию». А это не вытекало бы так, если бы было написано «изваяние и всякий образ», — тогда «не поклоняйся» относилось бы лишь ко «всякому образу». И это будет ещё разъяснено.

«И на третье [поколение]» (Дварим 5:9) — «вав» является дополнением в последних заповедях. И представляется, что это дополнительное разъяснение: чтобы ты не сказал, что Господь, благословен Он, «взыскивает грех отцов с сыновей», когда наполнилась их мера, а если мера их не наполнилась и грех их не завершился и Он не взыскал с сына, то взыщет с внуков. А если грех ещё не завершился — взыщет с четвёртого поколения. Но на пятое поколение грех первого предка уже не взыскивается. Таково толкование Рамбана, благословенна его память (Шмот 20:5). И Рамбану (там же) пришлось с трудом объяснить написанное в Мишне Тора «и на третье поколение, и на четвёртое» — что «вав» здесь в значении «или», то есть или третье, или четвёртое поколение. Но толкование не таково. Ибо «вав» добавлен в последних заповедях, чтобы сказать, что [Бог] взыскивает грех с сыновей, и с третьего поколения, и с четвёртого. Ибо иногда человек — великий грешник, и тогда грех взыскивается и с третьего, и с четвёртого поколения. А когда сказано «на третье поколение» — тем более [подразумевается] взыскание с внуков. И когда сказано «на сыновей» — тем более с него самого. Это подтверждается словами мудрецов в мидраше (Ялкут Шимони I, 743): притча о четырёх этажах — если загорелся пожар в одном из них и т.д., как было разъяснено выше. Пожар — это наказание, и ясно, что грех взыскивается со всех. Поэтому в Мишне Тора добавлено «и на третье поколение», и это толкование ясно. Всё зависит от степени нечестия: если он не столь нечестив, наказание постигает лишь его самого; если более нечестив — взыскивается с сыновей; ещё более нечестив — с внуков, и так далее. И теперь это подобно [стиху] (Дварим 5:10): «Творящий милость тысячам поколений любящим Меня и хранящим заповеди Мои». Если он более праведен — милость распространяется на его потомков далее, до тысяч поколений. И это дополнительное разъяснение Мишне Тора тем, что сказано «и на третье поколение». Ибо Мишне Тора приходит добавить, и хотя речение на горе Синай было «на сыновей, на третье поколение», тем не менее смысл речения — «на сыновей и на третье поколение», ибо слово Божие нуждается в разъяснении. Поэтому нет затруднения в том, что Писание говорит в главе Ваэтханан (Дварим 5:19): «Эти слова говорил Господь всему собранию вашему», ибо, несомненно, и это — слово Божие, только это дополнительное разъяснение. Так же и то, что в последних заповедях (Дварим 5:10) сказано «заповеди Его» (мицвотав), — это дополнение, относящееся к последним заповедям.

И ещё тебе следует знать: если ты всмотришься, то обнаружишь, что начиная с [заповеди] «Не произноси имени Господа, Бога твоего, всуе» (Шмот 20:7) Писание всегда говорит в третьем лице: «Ибо не оставит Господь без наказания того, кто произносит имя Его всуе» (там же). И далее (ст. 11): «Ибо шесть дней творил Господь небо», а не «которые Я сотворил», и так во всём этом речении. Причина этого в том, что «Я [Господь]» и «Да не будет у тебя» (ст. 2-3) относятся к Самому Господу, благословен Он, ибо эти два речения мы слышали из уст Всемогущего (Макот 24а), как было разъяснено выше. Поэтому они обращены непосредственно [во втором лице], ибо как мог бы Он не быть обращённым к ним непосредственно — ведь это принятие Его царства, и при принятии Его царства Он, благословен Он, несомненно, присутствует для них. Поэтому речение в этих двух [заповедях] — прямое обращение. Но остальные заповеди — не прямое обращение. Хотя и остальные слова Торы также обращены непосредственно, это не то же самое, ибо остальная Тора — речение было через Моше, и он обращался к ним непосредственно. Но Десять заповедей — Господь, благословен Он, был Говорящим, как написано (Шмот 19:19): «Моше говорил, а Бог отвечал ему голосом». Поэтому речение «Не произноси» — в третьем лице, а не в прямом обращении. И поскольку «и хранящим заповеди Его» (мицвотав) примыкает к «Не произноси», которое следует после, — поэтому написано «заповеди Его» в третьем лице, ибо это примыкает к «Не произноси», которое тоже в третьем лице.

А Рамбан, благословенна его память, объяснил (Шмот 20:7), что «имя Господа, Бога твоего» в третьем лице потому, что лишь «Я [Господь]» и «Да не будет у тебя» мы слышали из уст Всемогущего, а далее — «Моше говорил, а Бог отвечал ему голосом». Поэтому написано в третьем лице, как если бы Моше говорил: «Не произноси имени Господа, Бога твоего, всуе». Но нет нужды объяснять так, ибо хотя Моше и говорил, речение исходило от Господа, благословен Он, как написано (Дварим 5:19): «Эти десять речений говорил Господь всему собранию вашему». Но объяснение таково, как мы сказали: два речения, которые являются принятием Его царства, благословен Он, — они были обращены непосредственно к Израилю, ибо это суть принятия царства Святого, благословен Он, над ними. Поэтому речение было в прямом обращении.

И поскольку последние заповеди более связаны друг с другом, как будет разъяснено (глава 45), — ведь пять последних заповедей в Мишне Тора соединены буквой «вав». И хотя в пяти первых заповедях нет соединительного «вав», тем не менее они тоже связаны друг с другом, как будет разъяснено (там же). Поэтому если бы в Мишне Тора было написано «и хранящим заповеди Мои» (мицвотай) — в первом лице, а затем третье речение — в третьем лице, и так все остальные заповеди, — у заповедей от «Не произноси» и далее не было бы связи с двумя первыми заповедями: первые — в первом лице, а затем — в третьем лице. Поэтому последнее слово [речения] «Да не будет у тебя» — «и хранящим заповеди Его» (мицвотав) — в третьем лице, чтобы связать это речение с теми, что следуют за ним.

И так же то, что в последних заповедях (Дварим 5:14) сказано «и весь скот твой» и добавлено «вол твой и осёл твой», чего не сказано в первых заповедях, — всё это дополнительное разъяснение для их обучения, ибо так подобает для Мишне Тора, которая является дополнительным разъяснением. Но, согласно сказанному нами, что Мишне Тора — со стороны принимающего, то есть человека, поэтому написано «вол твой и осёл твой», ибо вол и осёл, которыми работает человек, близки к «рабу твоему и рабыне твоей». Как сказал рабби Йоси (Шабат 118б): я никогда не называл своего вола «вол мой», а [называл его] «поле моё». Поэтому в Мишне Тора, которая обращена к принимающему, не [достаточно] написать «раб твой и рабыня твоя и весь скот твой», ибо вол и осёл, предназначенные для нужд человека, значат для него более, чем прочий скот, и не равны рабу и рабыне. По этой же причине в речении «помни» (Шмот 20:10) написано «и скот твой» (бехемтеха), а не «и весь скот твой» (ве-холь бехемтеха), как написано в речении «храни» (Дварим 5:14). Ибо раз здесь (Шмот 20:10) не упомянуты «вол твой и осёл твой» — лишь самое важное, и не упомянуто всё необходимое принимающему человеку, поэтому не написано «и весь скот твой». Но в последних заповедях, где упомянуты «вол твой и осёл твой», необходимые принимающему человеку, упомянуто также «и весь скот твой», который тоже ему необходим.

И ещё в этом есть глубокий смысл, и ты поймёшь его из сказанного нами, что Мишне Тора близка к принимающему. И так же то, что в первых заповедях не сказано «дабы было тебе хорошо», а в последних заповедях (Дварим 5:16) сказано «дабы было тебе хорошо». Мы уже разъяснили выше, что нечто, не подобающее миру в его материальности, — невозможно, чтобы в мире было что-то совершенно божественное, без присоединения к нему недостатка. И когда было слово Господа, благословен Он, к Израилю лицом к лицу (Дварим 5:4), это речение обращалось к человеку с той стороны, что у человека есть отделённое божественное достоинство, но эта ступень не принадлежит человеку в совершенстве, а лишь с недостатком. Ибо человек не совершенно отделён [от материи], а является человеческим. Поэтому в первых заповедях не написано «дабы было тебе хорошо», ибо нечто совершенное без всякого недостатка — это «хорошо» (тов), а нечто, к чему присоединён недостаток, — к нему не применимо «хорошо», ибо благо — это то, что без недостатка. Но во вторых заповедях, которые Моше разъяснил Израилю, и это не той же ступени, как первые заповеди, услышанные из уст Господа, благословен Он, — ибо эта ступень подобает человеку в том, что он человек, и с этой стороны нет недостатка, а то, в чём нет недостатка, — это благо. Но совершенно божественная ступень не может быть в совершенстве [у человека], поэтому в первых [заповедях] не сказано «хорошо» (тов).

И в последних заповедях написано также (Дварим 5:16) «лемаан йаарихун ямеха» (дабы продлились дни твои) — без буквы «вав» [в слове «йаарихун»], для дополнительного разъяснения. Ибо везде, где сказано «дни многие», — это дни страдания, потому что они кажутся многими, хотя их мало. А дни счастливые, наоборот, кажутся немногими, как написано (Берешит 29:20): «И были они в глазах его как несколько дней», хотя их было много. Поэтому написано «дабы продлились дни твои» без «вав» — то есть это дни благие, как будто их немного, ибо таковы дни благоденствия. И это ясно.

И в этом речении добавлено «как повелел тебе» (Дварим 5:16) — это дополнительное разъяснение, разъясняющее заповедь: что нужно исполнять заповедь именно так, как повелено. Мы уже объяснили выше, что Мишне Тора — это разъяснение, и потому сказано «как повелел тебе». И также потому, что «как повелел тебе» указывает на силу предостережения, содержащегося в [заповеди] почитания отца и матери. Ибо почитание отца и матери называется «судом» (мишпат) (Мехильта, Шмот 15:25), поскольку оно обязательно, как мы подробно разъяснили выше. А поскольку последние заповеди — со стороны принимающего, как мы сказали, а принимающий воспринимает силу предостережения, содержащегося в заповеди, поэтому именно в Мишне Тора добавлено «как повелел тебе». И это будет ещё разъяснено.