Group None

И мне представляется, что в деле произнесения увещевания и нравственного наставления есть два различных аспекта. Первый — чтобы спастись от наказания, как сказала мера суда: «Если Тебе открыто — им разве открыто?» и т.д. И потому, если у него есть оправдание, чтобы освободить себя от обязанности наставлять — например, если ему известно, что тот не примет, и подобное, — тогда на нём нет вины, и он воздерживается от увещевания. Второй аспект — когда действует не из страха наказания, а из любви к Царю, чтобы вернуть сына к отцу. Тогда даже если знает, что не примет — всё равно применяет уловку: меняет свои почётные одежды и надевает одежды низкого достоинства, подобно тому, как сейчас одет царский сын, смешавшийся с простолюдинами. И тогда вельможа тоже одевается как он, чтобы мог присоединиться к нему и говорить ему на сердце, чтобы вернулся к отцу-царю. Как я подробно изложил эту притчу в другом месте — что означают одежды низкого достоинства: это его плохие качества и т.д. — смотри там.