Group None

Далее, зачем привёл также историю с медным змеем, если всё направлено к одному? Далее, спрашивает «разве змей умерщвляет?» и т.д. — ведь конечно умерщвляет! Вопрос лишь о том, что змей оживляет. Тогда следовало бы сказать кратко: «Разве змей оживляет?» Хотя можно сказать, что в этом и состоит главный вопрос: ведь лучше минимизировать чудо, и множество видов исцеления в руках Благословенного. Зачем же совершать чудо внутри чуда — чтобы этот змей, умерщвляющий, стал оживляющим? Что невозможно по природе мира: тот, кто наговаривает и жалит, не может затем исцелить эту рану. Следовало бы исцелить другим средством. И таков смысл слов: «Разве змей умерщвляет — и снова как змей оживляет?» И отвечает: это не чудо внутри чуда, а естественно. Ибо грех умерщвляет, а не змей. И когда человек раскаивается — исправляется грех, и тогда змей не умерщвляет, а оживляет сам собой. После того как устранён грех, являющийся смертью, — остаётся привязанность к Благословенному, Который есть жизнь жизней. До сих пор грех был преградой, а когда преграда убрана — свет жизни изливается на Израиль, народ Его, Яаков — удел наследия Его. И это ясно. Далее трудно: какое отношение к этому имеет «глухой, слабоумный и малый не выводят общество из обязанности»?