Main

[200] Есть три вида любви: малая любовь (аава зута) и великая любовь (аава раба) — упомянуты в Зоаре, Пкудей (254б). И великая любовь и вечная любовь (аават олам) — упомянуты в тексте благословения перед Шма в Брахот (11б). И они — в любви Господа, благословен Он, к Израилю, а также в их любви к Господу, благословен Он, ибо, очевидно, они соответствуют друг другу — мера за меру. Малая любовь — это та, что в языке Писания называется «сокрытой любовью», которая не раскрыта в сердце, чтобы пылать, как искры огня. Открытое обличение, когда [человек] обличает своё сердце открыто и наставляет его из-за отдалённости от Господа, благословен Он, — это качество страха — лучше неё. Хотя любовь больше страха — это когда она тоже раскрыта и пылает в сердце, и это называется великой любовью (аава раба). Но это — лишь дар Господа, благословен Он, и не в руках человека его стараниями, подобно страху в раскрытии, которого можно достичь через обличение своего сердца. Как сказано (там же, 33б): «Всё в руках Небес, кроме страха Небес». И Авраам, мир ему, глава старающихся, удостоился качества любви, которая — поистине дар Господа, благословен Он, без стараний. А Ицхак, глава рождённых святыми, от рождения, от чрева, которому было обещано до рождения, что будет семенем Господа, — удостоился качества страха, которое достигается стараниями человека. Ибо таково Его качество, благословен Он: показать каждому противоположное, дабы знал, что рука Господня сотворила всё это. А на самом деле все [качества] включены во всех. Только у Ицхака качество любви было сокрыто — и это малая любовь, а страх — в полной силе. А качество Яакова, мир ему, — это качество вечной любви (аават олам): он пронизывает от края до края, и это качество истины, постоянное навеки, без прекращения и перерыва, по смыслу (Таанит 5б): «Яаков, отец наш, мир ему, не умер». Ибо всякая сила любви — лишь на время, а потом скрывается. И также есть различие для человека: когда он в радости и покое — качество любви преобладает; а в страдании и беде — качество страха. А на самом деле нужно любить и в благе, и в бедствии, как сказано во введении к Зоару (12а). И это толкуется в Брахот (54а) из «всем достоянием твоим», что соответствует Яакову, мир ему, который включал оба качества во всякое время. Как сказано в Тана де-вей Элияу (Элияу Раба, начало главы 3): «Я боялся из радости моей и радовался из страха моего». Потому говорят вечером «вечную любовь» — соответственно Яакову, мир ему, который установил вечернюю молитву. И это его качество: чтобы и вечером, во время тьмы бедствий, любовь оставалась неразрывной. А утром — утро Авраама, который установил утреннюю молитву, — «великую любовь», как его качество. Ибо в свете дня, который приходит и светит в сердцах сынов Израиля, сердце воспламеняется великой любовью к Господу, благословен Он. И мера за меру: «Великой любовью возлюбил нас» и т.д. А текст и утром — «вечная любовь», по мнению, [придерживающемуся] так в Брахот (11б). Ибо сейчас, в изгнании, нужно пробуждать это качество вечной любви — и в бедствии — навечно, также днём. А качество великой любви скрыто, ибо если бы оно раскрылось в сердцах сынов Израиля, то и Господь, благословен Он, соответственно, — исполнилось бы: «Воды великие — это народы — не смогут погасить» и т.д., и они бы пали под Израилем. Но эта любовь в подобающем воспламенении скрыта со дня разрушения Храма и прекращения огня на жертвеннике, от которого приходила помощь, чтобы взрастить огонь воспламенения к Господу, благословен Он, — это прекратилось. И хотя иногда случается — это лишь подобие и раскрытие сердца, но не в его глубинах. Подобно тому, что я слышал о «не в огне Господь»: ибо для этого ещё нужна проверка и выяснение, истинно ли это вполне, что любовь его настолько сильна, чтобы достичь уровня Двекут и чтобы Господь был воистину в нём, как подобает любви между возлюбленными.