ניסן

По мнению Рава, в чём отличие твуль йом? — Он годен к вечеру. Нечистый от шереца тоже годен к вечеру! — Ему недостаёт окунания. — Твуль йом тоже — ему недостаёт захода солнца! — Солнце заходит само собой. — Тому, кому недостаёт искупительных жертв (мехусар кипурим), тоже — ведь ему недостаёт жертвы! — Его жертва у него в руках. — Нечистый от шереца тоже — вот миква перед ним! — Может быть, пренебрежёт (и не окунется). — Если так, мехусар кипурим тоже — может быть, пренебрежёт! — Когда он передал средства суду (бейт дин), как сказал рабби Шимъя: «Есть хазака (презумпция), что суд коэнов не расходится, пока не истратит все монеты в ящиках».

А по мнению Рава, если с точки зрения Торы он годен, а это лишь раввинское постановление — почему же Рав говорит, что оскверняют одного из них прикосновением к шерецу? Значит, по мнению Рава, и с точки зрения Торы он негоден, ибо написано: «Каждый муж, который будет нечист от мёртвого...» Разве речь не о случае, когда седьмой день его очищения выпал на канун Песаха — что аналогично нечистоте от шереца — и Тора сказала, что он откладывается? Если скажешь: откуда это следует? (Раши: может быть, раз написано «нечистый от мёртвого», а не «нечистый от шереца», речь именно о нечистом от мёртвого, который не может очиститься к вечеру.) Рав придерживается мнения рабби Ицхака, который сказал: «Нечистыми от мёртвого были те, у которых седьмой день выпал на канун Песаха, как сказано: "И не могли совершить Песах в тот день" — именно в тот день не могли, но назавтра могли, — и Тора сказала, что они откладываются». Конец слов Гемары.

Тосафот на слова «когда седьмой день выпал на канун Песаха»: «Можно спросить: даже если он окунулся, не должны резать за него по этой же причине! Ответ: написано "который будет нечист" — а этот, нечистота его ослаблена (уже)». Конец Тосафот.

Согласно ходу Гемары, безусловно следует постановить по мнению Рава (а не Улы), ибо он — учитель всех сынов изгнания. По мнению Рава, нечистый от мёртвого, у которого седьмой день выпал на канун Песаха, если не был окроплён и не окунулся — не режут за него (равно как и нечистый от шереца). Но если был окроплён и окунулся — режут и бросают кровь за него, ибо Рав считает: режут и бросают за твуль йом.

Я, малейший, весьма удивляюсь Рамбаму, благословенной памяти: кто вовлёк его в этот спор — объяснять вопреки прямому смыслу слов Гемары по простому пониманию, что по мнению Рава всякий, кто является лишь твуль йом — то есть нечистый от шереца, окунувшийся, или нечистый от мёртвого на седьмой день, окунувшийся и окроплённый, — и им недостаёт лишь захода солнца, — режут и бросают за них?

Представляется мне объяснить мнение Рамбама: ход Гемары вынудил его так истолковать. Ибо в Гемаре, когда сказано: «Значит, по мнению Рава, и с точки зрения Торы он негоден, ибо написано: "Каждый муж, который будет нечист от мёртвого..." — разве речь не о случае, когда седьмой день выпал на канун Песаха?» (то есть раз сказано просто «нечистый от мёртвого», подразумевается даже на седьмой день, когда он ещё называется «нечистым от мёртвого») — «это подобно нечистоте от шереца, и Тора сказала, что он откладывается». Получается, что это учение — из необходимости текста Писания.

Тогда что спрашивает Гемара далее: «Если скажешь — откуда это следует?» Какой это вопрос? Ведь это необходимо следует из Писания, раз сказано просто «нечистый от мёртвого» — подразумевается даже на седьмой день! И приходится объяснить, как Раши: вопрос тоже из необходимости — раз написано «нечистый от мёртвого», а не «нечистый от шереца», значит, речь о нечистом от мёртвого, который не годен к вечеру. Это важное учение. Тогда возникает трудность: что отвечает Гемара? «Он придерживается мнения рабби Ицхака: "В тот день" — именно в тот день не могли...» Ведь вопрос остаётся на месте: почему Тора не написала «нечистый от шереца»?

И ещё трудность — вопрос Тосафот: если это указ Писания, выведенный из «в тот день», тогда даже после окунания и окропления не должны резать за него (и даже нечистый от шереца, окунувшийся)!

И ещё весьма трудно: откуда Рав выучил из слов рабби Ицхака, из точного прочтения «в тот день» — именно в тот день не могли — вывод о том, что бросают кровь за нечистого от шереца? Ведь можно объяснить толкование рабби Ицхака совершенно иначе, гораздо более свободно. Ибо мы знаем: день возведения Скинии был первым днём (1-е нисана), как сказали мудрецы в Сифри и мидрашах: «В тот день он получил десять венцов: первый для дела Творения, первый для вождей...» Значит, принесение Песаха в тот год было в субботу. Тогда можно сказать: стих «и не могли совершить Песах в тот день» — это был их седьмой день, и им требовалось окропление, а они полагали, что окропление запрещено в субботу, ибо это подобно «исправлению человека». Пришли и спросили Моше, и были отложены на Песах Шени. Тогда нет отсюда доказательства относительно нечистого от шереца.

Примечание: не удивляйся — если принесение того Песаха было непременно в субботу, то почему сыны Бтейры сомневались, отменяет ли Песах субботу? Ответ: они сомневались, можно ли учить постоянные законы из временного установления, ибо тот Песах назывался «святыней часа» (кодшей шаа), ведь они были в пустыне, а обязанность Песаха для поколений — лишь в Земле Израиля, как написано: «И будет, когда придёте в землю... и соблюдайте это служение».

Ведь возможно, что за нечистого от шереца, поскольку он может окунуться, можно резать и бросать кровь даже до окунания! Но невозможно сказать, что таков был их вопрос. Если бы сомнение касалось окропления в субботу, то им не было дано ответа на это. Значит, даже если мы скажем, как полагает Раавад, что после окропления и окунания режут и бросают, а они лишь не были окроплены и не окунулись и спрашивали, засчитался ли им Песах, совершённый за них, — и на это им тоже не было дано ответа.

Поэтому неизбежно следует, что и после окунания и окропления не бросают кровь за них, и им было сказано полным стихом Писания: «Каждый муж, который будет нечист от мёртвого» — даже на седьмой день, даже если окроплён и окунулся — откладывается на Песах Шени.

По мнению же Раавада можно сказать, что стих говорит так: «Каждый муж, который будет нечист от мёртвого» — даже на седьмой день, пока на нём ещё есть признак нечистоты от мёртвого, то есть ему ещё нужно окропление. Но когда он уже окроплён и окунулся — на нём уже нет видимого признака нечистоты от мёртвого. А они — на них ещё был виден признак нечистоты, ибо не были окроплены и не окунулись, и не засчитался им Песах, совершённый за них, и они были отложены на Песах Шени. И вдумайся.

Скажу: нечистому запрещено приносить жертву, ибо к нечистому прицепился дух нечистоты от нечистой колесницы, а жертва есть служение приближения к Всевышнему. Пока в человеке держится сторона нечистоты от нечистой колесницы, он не приблизится к Всевышнему, ибо написано: «Ибо не пребудет с Тобой зло». Отсюда учим, что все служения и все заповеди, исполняемые человеком, пока он грешник, не дай Бог, не будут в благоволение, как сказал пророк: «Распашите себе целину и не сейте в тернии».

Из-за этого, не дай Бог, закрывается дверь Торы и заповедей, ибо кто может вообразить, что к нему не относится наименование «грешник»? Ведь даже за нарушение лёгкого раввинского запрета человек называется грешником (как видно из Талмуда во многих местах, где спрашивают о раввинском запрете: «Разве мы имеем дело с грешниками?»). Тогда человек не дерзнёт заниматься Торой и заповедями, ибо это, не дай Бог, как сеять в тернии!

Но есть целительное средство от этого. Ибо в повелительной заповеди раскаяния (тшува) написано: «Ибо близко к тебе это слово весьма, в устах твоих и в сердце твоём — исполнить его». Как только человек раскаивается и сожалеет о совершённых грехах и возвращается — «и исцелится», как написано, — тотчас снимается с него наименование «грешник» и дух нечистоты отдаляется от него.

Вот перед тобой полная мишна: «Посвящающий женщину при условии, что он совершенный праведник, а оказался совершенным грешником (даже в карет и смертной казни суда и осквернении Имени, не дай Бог, ибо сказано без уточнения "совершенный грешник") — она посвящена, ибо, возможно, он помыслил о раскаянии». Вот тебе: одного помышления о раскаянии достаточно, чтобы снять наименование «грешник», и он называется праведником.

Однако этому противоречит распространённая галаха из трактата Йома: четыре вида искупления рабби Матьи бен Хераша. Вот их облик: нарушил повелительную заповедь и раскаялся — не сходит с места, пока не прощают ему; нарушил запретительную заповедь и раскаялся — раскаяние откладывает, а Йом Кипур искупает; совершил карет или смертную казнь суда — раскаяние и Йом Кипур откладывают, а страдания очищают; но за осквернение Имени Божьего — всё откладывает, а смерть очищает, как написано: «Если искупится этот грех... до...»

Скажу: несомненно, раскаяние само по себе действенно для всякого преступления и греха, даже для карет, смертной казни суда и осквернения Имени, — как постановлена мишна в качестве галахи в отношении посвящения женщины. Как только человек делает возложенное на него — раскаивается подобающим образом (согласно Торе), то есть сожаление всем сердцем, искренне и цельно, и принятие на будущее — тотчас отдаляется от него дух нечистоты, тотчас снимается с него наименование «грешник». А все те вещи, что в руках Небес, — Йом Кипур, страдания и прочее — по мере глубины его раскаяния из глубины сердца, так и будет облегчено в руках Небес. Даже смерть засчитается ему через самоотверженность в силе при произнесении «Шма» и тому подобном, как в действительности (как мы подробно разъясняли в книге «Дерех Пикудеха»). Но как только он раскаялся искренне и сделал возложенное на него — снимается наименование «грешник», и его служение Всевышнему есть совершенное, цельное служение.

Первое служение для Израиля в Египте — Всевышний заповедал им принести пасхальную жертву Господу, и было сказано им: «Отведите» (руки ваши от идолопоклонства, как сказали мудрецы) «и возьмите себе из мелкого скота» (для заповеди) — то есть через сожаление тотчас полное раскаяние искренне. Тогда то, что прежде служили идолам, — через раскаяние отойдёт от вас дух нечистоты, снимется с вас имя «грешник», и ваши руки сотворят мудрое — принести жертву Господу. Тогда как пока не отведёте руки от идолопоклонства — без помышления о раскаянии — жертва не будет в благоволение, ибо нечистота ещё держится в вас, а написано: «Не пребудет с Тобой зло» и «Распашите себе целину...»

Хотя грех идолопоклонства относится к разряду карет, смертной казни суда и даже осквернения Имени, всё же — коль скоро вы сделаете возложенное на вас, то есть раскаяние, — этого достаточно, чтобы ваше служение было принято, а Я сделаю возложенное на Меня — очищу вас совершенно. Так и было: после этого у них были великие страдания на море, и они отдали жизни, бросившись в море, — и это было подобно настоящей смерти, и они очистились совершенно, и сила была засчитана как действие.

Согласно этому — вот что намечено в этой заповеди по мнению Раавада, благословенной памяти. Нечистому запрещено приносить пасхальную жертву, ибо она не будет в благоволение, коль скоро в нём держится дух нечистоты. Но если он сделал возложенное на него — подготовку к очищению, то есть окропление и окунание, — хотя ещё не наступило то, что в руках Небес, а именно заход солнца (а «солнце заходит само собой» — это в руках Небес) — это не препятствует служению, и режут и бросают кровь за него.

Это намёк на всё, касающееся раскаяния и вместилищ Торы и служения: когда человек делает возложенное на него — раскаивается искренне, всем сердцем, душой и силой, — хотя для полного очищения необходима помощь Небес (как я писал в книге «Дерех Пикудеха»: по мере глубины его раскаяния Всевышний поможет ему, чтобы воссиял на нём свет Йом Кипура, высшее раскаяние; и если потребуются страдания, Всевышний по великому Своему милосердию поможет лёгкими страданиями, как сказали мудрецы: «Что такое страдания? Даже если протянул руку к карману...» и «сделал себе одежду...»; а за осквернение Имени — самоотверженность при «Шма» засчитается, как будто и т. д., как разъяснено в Зоаре, раздел Бамидбар; для всего этого необходима помощь Небес) — всё же, коль скоро он сделал возложенное на него, это не препятствует Торе и служению, и принимается в благоволение, как аромат приятный. И вдумайся.

Суть в том, что раскаяние должно быть из глубины сердца: в тот момент, когда человек возвращается и сожалеет, сожаление должно быть для него истинным — он возвращается, сожалеет и горюет о том, что не сделал доброго. Он оставляет свои грехи и принимает на себя истинным принятием, что даже если дадут ему все сокровища мира — не совершит более этого дурного дела. Истинность решения сердца — лишь Знающий сокрытое знает глубину сердца человека, искренне ли оно и цельно ли. Поэтому необходимо, чтобы засвидетельствовал о нём Знающий сокрытое.

Коль скоро для раскаяния как такового необходима помощь Небес — а именно свидетельство Всевышнего, — и без Его свидетельства, не дай Бог, раскаяние неполно, — значит, и Тора, и служение ещё не могут состояться. Поэтому, в намёк на это, также в пасхальной жертве (которая была первым служением, заповеданным Израилю) препятствует также то, что делается руками Небес, — а именно заход солнца. Хотя человек был окроплён и окунулся, пока не зашло его солнце, — не засчиталось ему служение пасхальной жертвы.

Это намекает тебе на всю Тору и заповеди: хотя грешник возвращается от греха своего, всё же необходима помощь Небес — свидетельство Всевышнего, что раскаяние его истинно, как сказано выше. И тогда принимается его раскаяние, и после этого Тора и служение будут в благоволение. Ты же вдумайся, чтобы расширить эти слова. Всевышний да удостоит нас быть из возвращающихся к Нему искренне и цельно, отныне и навеки, амен.

Примечание: на второй год в пустыне это была заповедь временная, по особому повелению, как известно.

Также: к какому времени относится «и соблюдайте это слово»? Если до вступления в Землю — ведь не были обязаны совершать Песах нигде, кроме Земли Израиля! Также непонятно «как закон для тебя и для сыновей твоих навеки» — ведь, к великому горю нашему, миновали сотни поколений, и пасхальная жертва отменена у нас, пока не помилует Всевышний. Также «как закон для тебя» непонятно в простом смысле.

Мы уже предварили наше рассуждение, основанное на законе Гемары, постановленном в Шульхан Арухе, Йоре Деа, 267:8: «Покупающий раба у нееврея — тело его не приобретено, пока не окунёт его для рабства. Поэтому, если раб опередил и окунулся для свободы — он свободный. Для этого необходимо возложить на него какую-либо работу, пока он ещё в воде...»

Мы были рабами фараона в Египте по определению Создателя — рабами в буквальном смысле. Когда Всевышний вывел нас оттуда — по законам Торы (ибо Всевышний, так сказать, соблюдает суды Торы) — Ему было необходимо возложить на нас какую-либо работу, дабы мы не сказали: «Вот мы свободны и от второго Господина», так сказать. Всевышний пожелал приобрести нас для Своего служения и тотчас возложил на нас пасхальную жертву и обрезание. Через это мы стали принадлежать Ему для Его служения — соблюдать все Его законы и заповеди, благословен Он.

Нам заповедана пасхальная жертва на все времена: в то время, когда мы обязаны рассказывать об исходе из Египта — что мы были рабами фараона и стали свободными, — чтобы мы не вообразили, не дай Бог, что свободны и от Господина нашего, Бога Израиля. Но Он приобрёл нас для Своего служения через пасхальную жертву, которой тотчас нагрузил нас Своим служением. Потому мы обязаны Его законами и заповедями, благословен Он.

Поэтому ты найдёшь, что ни за одну невыполненную повелительную заповедь нет наказания карет, кроме как за невыполнение обрезания и пасхальной жертвы. Ибо отменяющий эти заповеди отменяет все заповеди, полагая в своём разуме, что не желает никакого служения и хочет быть свободным и от... И вот, он желает быть отделён и отрезан от служения Всевышнему — и приходит его наказание: карет (отсечение), мера за меру.

Этим мы объяснили Масору: дважды встречается слово «ве-хадаль» (и воздержался). Первое: «и воздержался от совершения Песаха — и будет отсечена...» Второе: «и воздержался навеки». По вышесказанному понятен смысл Масоры: «и воздержался от совершения Песаха — и будет отсечена» — почему так? Ведь это лишь повелительная заповедь! На это приходит второй стих с обоснованием: «и воздержался навеки» — ибо тем, что он воздерживается от совершения Песаха, он воздерживается навеки от всех повелительных и запретительных заповедей.

Отсюда понятен смысл святых стихов Торы: «И соблюдайте это слово как закон для тебя и для сыновей твоих навеки» — «это слово» есть то, что обязывает тебя соблюдать законы. «И для сыновей твоих навеки» — ибо Всевышний возложил на нас это служение в момент выхода из дома рабства, чтобы обязать нас Своим служением, как сказано выше.

Это то, что сказано в Мехильте: «Отведите и возьмите... Отведите руки ваши от идолопоклонства и прилепитесь к заповедям». На первый взгляд, достаточно было: «И возьмите себе из мелкого скота для заповеди», и тем более — почему «заповеди» во множественном числе? По вышесказанному понятно: «Отведите руки ваши от идолопоклонства» — от служения, чуждого вам. Но не делайте себя свободными от служения Всевышнему! «И возьмите себе из мелкого скота» — и через это прилепитесь ко всем заповедям, ибо Я тотчас возлагаю на вас Моё служение.

А нечистый, не приносящий пасхальную жертву, — он принуждён обстоятельствами (анус), и здесь нет указания на то, что он не желает заповедей и служения Всевышнему.

По мнению же Рамбама, Песах египетский — особый случай, ибо не было возможности совершить Песах Шени. Тогда как нечистый в поколениях, у которого есть возможность Песаха Шени, — он не подпадает под «и воздержался...», и он в категории принуждённого обстоятельствами (анус).

Объясним на основании замечания автора «ха-Пелаа»: почему здесь сказано «масло оливковое»? Ведь везде, где в Торе сказано просто «масло», подразумевается оливковое — например, в менахот и в очищении прокажённого. Великий рав объяснил: в пустыне у них не было олив, и следует сказать, что они вывезли их из Египта или купили у нееврев, — тогда они были нечисты. Масло, запечатанное внутри, не нечисто, но когда давят нечистые оливы, выходящее масло принимает нечистоту от олив. Поэтому нужно было давить каждую оливу отдельно — менее чем с яйцо не принимает и не передаёт нечистоту. Если бы давили даже две оливы вместе — получилось бы с яйцо. Потому сказано «масло оливковое» — каждая олива отдельно. Таковы его слова; см. там подробнее.

Однако на это трудно: ведь общественная жертва отменяет нечистоту! Даже если у них было лишь нечистое масло, купленное у нееврев, они могли бы зажигать его! Но многие спрашивают так же и о чуде Хануки: зачем нужен был кувшин, запечатанный печатью первосвященника, чтобы знать, что не осквернён, — ведь общественная жертва отменяет нечистоту? Мы ответили на это: этим объясняется, в чём было чудо первого дня. Ибо мы знаем (так писали ранние мудрецы): чудо не совершается посредством нечистой вещи. Согласно этому, Всевышний действовал и устроил так, что остался один чистый кувшин, пригодный для чуда — зажигать от него восемь дней. Значит, великое чудо было в первый день.

Так и здесь сказано: «И пусть принесут тебе масло оливковое...» — то есть давить каждую оливу отдельно, чтобы не приняло нечистоту. Весь этот труд — потому что «в Шатре Собрания, который над Свидетельством» — как истолковали мудрецы, он предназначен для чуда западного светильника, который будет свидетельством для Израиля. А чудо не совершается посредством нечистой вещи, поэтому нужно трудиться и делать в чистоте. Потому здесь сказано «Аарон и сыновья его» — указать также на Хасмонеев, сыновей Аарона. Причина та же, что изложена выше.

Отсюда следует: чудо должно совершаться посредством совершенно чистой вещи.

В пасхальной жертве есть две заповеди: зарезание Песаха четырнадцатого и вкушение Песаха в ночь пятнадцатого.

Примечание: хотя нельзя ставить заповедь в зависимость от её обоснований, ибо мы придерживаемся правила «нет обоснования у заповедей» — то есть не следует полагать, что постиг всё обоснование, и прийти от этого к отмене заповеди, как случалось с философствующими, — о чём мы писали неоднократно. Однако при этом заповедано нам искать обоснования по мере нашего разумения.

Обоснование заповеди зарезания Песаха четырнадцатого, насколько это понятно разумеющим из уст мудрецов и из книг: египтяне поклонялись созвездию Овна, первенцу созвездий, и утверждали, что нет управления и провидения выше системы звёзд и созвездий — лишь созвездия управляют миром по своей природе, выше этого управления нет ничего, и невозможно изменить созвездие. Они поклонялись первенцу созвездий — Овну.

Всевышний повелел взять именно ягнёнка, именно в месяце нисан, созвездие которого — Овен, именно в день, когда он на вершине своей системы, и во время полнолуния — тогда взять его, зарезать и излить его кровь во Имя Всевышнего, дабы показать: кровь есть душа и сила созвездия, и она подчинена и предана в руку Всевышнего — куда Он пожелает, туда направит. И даже управление, идущее по природе, — всё по Провидению Всевышнего, Он управляет ими по Своей воле и отменяет их природу по Своей воле.

Вкушение Песаха — заповедь в ночь пятнадцатого — указывает на то, что произошло в Египте: чудо сверхъестественное. В мире Ацилут высшие миры засияли не по порядку — то есть был аспект гадлут (величия) прежде катнут (малости). Это: «И увижу Я кровь, и миную (у-фасахти) вас». Это: «И ешьте его в спешке — Песах это Господу» — путём прыжка и скачка, не по порядку ступеней.

Это чудо совершается каждый год: Всевышний освещает души Израиля не по порядку ступеней, и все ступени сияют душам Израиля в спешке. А затем всё возвращается к прежнему, и начинают считать дни Счёта Омера, ступень за ступенью, до праздника Шавуот, когда община Израиля соединяется со своим Возлюбленным, как известно. (Мы уже писали об этом в связи со стихом: «Дабы ты рассказал в уши сына твоего и сына сына твоего то, что Я содеял в Египте, и знамения Мои...»)

Я уже написал тебе: чудо должно совершаться посредством совершенно чистой вещи. Поэтому нечистому запрещено приносить пасхальную жертву. Хотя коэн действует по закону посланничества (шлихут), — то, что человек сам не может совершить, он не может поручить посланнику.

Поэтому, по мнению Рамбама: поскольку и зарезание Песаха указывает на чудо, как сказано выше, — хозяева должны быть совершенно чисты в момент зарезания Песаха, подобно всякому чудесному действию, совершаемому лишь посредством чистой вещи.

По мнению же Раавада: именно вкушение Песаха, указывающее на чудо, совершаемое и ныне — гадлут прежде катнут, — для этого человек должен быть совершенно чист. Тогда как зарезание Песаха, указывающее на сокрушение созвездия и системы сверхъестественным образом, — это не совершается каждый год, и ныне это не называется совершением чуда, а лишь память о том, что было совершено. Поэтому человеку достаточно лишь сделать подготовку к очищению — окропление и окунание, — а ночью он вкушает жертву в полной чистоте. Так представляется мне.