תשרי

Толкование восьмое. Далее можно истолковать: «Блажен народ, знающий трубление» и так далее. Труден вопрос мудрецов: «Разве все народы не умеют трубить?» Истолкуем это на основании того, что ты вдумаешься и поймёшь: «Обычай отцов наших — Тора» — то есть во всех рассеяниях Израиля принято произносить какое-либо толкование перед трублением в шофар, и это требует объяснения. Если сказать, что причина — пробудить сердца к раскаянию, то не следовало бы задавать вопросы и давать ответы в форме толкования, а просто сообщить народу в общем и в частности, от чего им нужно отвратиться. К тому же, более подобало бы произносить толкование перед повторением молитвы хазаном, чтобы народ затем раскаивался с сокрушённым сердцем при чтении пиютов. Мне же представляется следующее на основании слов святого учителя рабби Пинхаса из Кореца, благословенной памяти, который сказал так: в изгнании Зеир Анпин пребывает в тайне дремоты, и от неё проистекают вопросы (мне представляется, что вопрос — это когда человек не понимает своим разумом, и его Знание пребывает в малом состоянии; а сон — тоже малое состояние разумений; поэтому из состояния сна проистекают вопросы, мне представляется). И с Божьей помощью, вскорости, когда придёт праведный Машиах, тогда пробудятся разумения и вся Тора (Зеир Анпин именуется Торой) станет ясной — конец его слов. И согласно этому, ты найдёшь хорошее обоснование обычаю Израиля. Ведь ты уже знаешь, что в Рош ха-Шана действует тайна дремоты, и от неё приходит вопрос — тайна «суда строгого». Для этого нам заповедана заповедь шофара — привлечь разумения (как сказал Рамбам, что это подобно «пробудитесь, спящие» и так далее). И когда пробуждаются разумения, вопросы отменяются и возникает ясная Тора, по словам святого учителя. И в этом можно истолковать стих: «Блажен народ, знающий трубление» — ибо до шофара действует тайна дремоты, малого состояния Знания при удалении разумений (и это также в тайне «задней стороны», как известно; «тардема» (дремота) в гиматрии равна девяти раз семьдесят два, и так далее). А затем, через заповедь шофара, пробуждаются разумения и привлекается Знание, и возникает свет лица. Ты поймёшь эти вещи: когда человек изучает какую-либо Ѓалаху и не понимает её своим разумом из-за какого-либо вопроса, он находится с Ѓалахой, образно говоря, в состоянии «задней стороны». А затем, когда он находит ответ, лицо его сияет, как сказано этим выражением в Гемаре, — и тогда это состояние «лицом к лицу». И в этом смысл стиха: «Лицом к лицу говорил Господь с вами на горе» — то есть тогда они понимали всё до основания. А теперь поймёшь: «Блажен народ, знающий трубление», и мудрецы истолковали: «Знающие умилостивить Творца своего трублением» (и их слова тоже непонятны, как сказано выше). По моему разумению, следует толковать их слова так: «знающие» — привлекающие Знание (Даат) посредством трубления, через пробуждение разумений. И «знающие умилостивить» — ибо разумения называются «воля» (рацон), как я писал многократно, ибо воля пребывает в разумениях. Пойми. И благодаря этому разрешаются вопросы («суд строгий») от Ѓалахи, и возникает состояние света лица с Ѓалахой, как сказано выше. И в этом смысл: «Господи, во свете лица Твоего пойдут» — чтобы у них была Ѓалаха (Высшая Невеста; «шествия мои, Царя моего, во святыне») в состоянии лицом к лицу. И Доброе Имя простит, и да будет угодно, чтобы уста наши не произнесли ничего не по Его воле.

И вот что можно истолковать. Смысл стиха «Во свете лица Царя — жизнь» означает: чтобы озарить лицо Царя, нужна «жизнь», то есть разумения (мохин), именуемые «жизнь», как известно из каванот тфиллин (Эгье, Йод-Ѓей-Вав, Эгье в гиматрии равно «хаим» (жизнь) — это тайна Хохма-Бина-Даат, разумения). Ибо без мохин де-гадлут нет света лица, а при отсутствии света лица Тора неясна и в Ѓалахе остаются вопросы и нерешённые проблемы. Вдумайся: Элияѓу — это Пинхас. Смотри в Зоѓаре, раздел Пинхас, лист 238: Пней-Хас (лицо-Хас) — это «хаим» (жизнь) в гиматрии, как сказано выше. И благодаря этому — свет лица. Вот смысл: Пней-Хас. Но когда наступило время сокрытия, о нём сказано: «И закрыл лицо своё плащом». А коль скоро свет лица Пинхаса сокрылся (Пней-Хас — это Элияѓу), остались сомнения, вопросы и нерешённые проблемы. Но когда наступит время любви, вскорости, придёт Тишби и разрешит вопросы и проблемы, которые остались нерешёнными (тейку). Пойми это прекрасное слово.

Толкование девятое. Ещё истолкую тебе: «Блажен народ, знающий трубление». Вопрос мудрецов известен, и их ответ тоже. Мы уже сказали выше, что по простому смыслу их слова непонятны (смотри также сказанное в предыдущих толкованиях). А теперь я открою от себя.

В Мидраше Теѓиллим: «Заклинаю вас, дочери Иерусалима… если встретите Возлюбленного моего, что скажете ему? — Что больна я любовью. Я не больна кишечной болезнью и не больна головной болезнью. От чего же я страдаю? — От любви к Нему», конец цитаты. Великий учитель рабби Шломо Альгази, благословенной памяти, в своей книге «Аѓават олам» обратил внимание на их слова: почему сказали «я не больна кишечной болезнью» и так далее — ведь сказав «больна любовью», она тем самым исключила все виды болезней? Он объясняет так: все слова Песни Песней подобны словам влюблённого о своей возлюбленной и словам возлюбленной о влюблённом. И здесь — слова возлюбленной в болезни, когда возлюбленный удалился от неё. По Ѓалахе, не навещают ни больного кишечной болезнью, ни больного головной болезнью. И вот, возлюбленная говорит в своей болезни: «Если встретите Возлюбленного моего, скажите ему лишь: больна любовью я». И тогда Он придёт навестить меня, не опасаясь, что я из числа больных кишечной или головной болезнью (которых не навещают). А иносказательный смысл таков: то, что я прошу Возлюбленного моего прийти ко мне, — моя просьба не из-за того, что я больна «болезнью кишечной», то есть наполнить душу мою, ибо я голодаю в великой нужде и бедности Израиля, ибо народы сдирают с них кожу. Хотя поистине я больна и этим, но не в этом моя просьба при приходе Возлюбленного — то есть чтобы Он пришёл и обрадовал нас серебром, золотом и дарахмонами. И также моя просьба не из-за «болезни головной» — то есть из-за того, что я вынуждена склонять голову перед народами, и они заставляют трудиться тяжким трудом, суровыми указами, так что голова моя тяжела, и великое моё унижение в отсутствие почёта — не могу поднять головы. Поистине я больна и этим, но не ради этого прошу Возлюбленного моего прийти ко мне, чтобы возвысить голову мою в почёте. Главная моя просьба — из-за любви к Нему, ибо Возлюбленный мой отошёл и удалился от меня, и я тоскую по Его любви. И это суть болезни. Ибо если вы скажете Возлюбленному моему, что я больна «кишечной болезнью» — то есть отсутствием пропитания, или «головной болезнью» — то есть отсутствием почёта, — Он не захочет прийти навестить меня, по правилу Ѓалахи: «не навещают» и так далее. Таково содержание его слов.

И вот, согласно этому, слова Общины Святости (или Общины Израиля за своих детей) таковы. Хотя это нечто не вполне желательное — просить для собственных нужд, как сказано в «Тиккуней Зоѓар»: «Всякую милость, что делают, — для себя делают; кричат и так далее: дай нам жизнь, дай нам пропитание и так далее, и нет никого, кто оказал бы милость Шхине» и так далее, — однако, согласно вышесказанному, Община Израиля оправдывает это словами и говорит: да, истинно, что в своей молитве я взываю о вышеупомянутых болезнях — «болезни кишечной» (отсутствие пропитания) и «болезни головной» (отсутствие почёта). Но всё это пришло ко мне от болезни любви, оттого что Возлюбленный мой удалился от меня уже давно, и дни растянулись. Ведь когда, не дай Бог, случается у человека болезнь сердца от великой тоски — сердце жаждет и тоскует, — и если это продолжается долгое время, из этого проистекают многие болезни, ибо сердце — основа жизненной силы. Поэтому, когда случается болезнь сердца и это затягивается, из этого, не дай Бог, проистекают многие болезни — головы и кишечника. И когда дело дойдёт, не дай Бог, до этого, разум его путается, и он уже не помнит об основной болезни, и вот он кричит о боли ответвлений — головы и кишечника, ибо разум его уже спутался и он забыл главное и не различает. Но мудрый врач, разумеющий суть дела, увидит и распознает, откуда пришли эти чуждые болезни, и увидит и поймёт корень дела — что это болезнь сердца от печали, от тоски и стремления. И тогда врач постарается обрадовать его сердце и устранить тоску, показав ему то, по чему он тосковал, и тому подобное, и тогда он сам собой исцелится от чуждых болезней.

Согласно этому, толкование мудрецов вытекает из самого стиха, ибо не сказано: «Если встретите Возлюбленного моего, скажите ему, что больна» и так далее, — а сказано «что скажете ему», что подразумевает: смотрите и будьте осторожны в словах — что скажете ему, а что не скажете. Поэтому истолковали, как сказано выше, согласно толкованию вышеупомянутого учителя и нашему объяснению: хотя поистине я взываю о «болезни кишечной» и «болезни головной», как сказано выше, но всё это пришло ко мне от тоски сердца, от болезни любви, и от неё проистекли также чуждые болезни. А поскольку время затянулось с этими болезнями, я уже не отличаю правое от левого, и потому кричу лишь об этих чуждых, внешних болезнях. Поэтому вы, дочери Иерусалима, не обвиняйте, говоря Возлюбленному моему: «Всякую милость, что делают, — для себя делают», ведь они кричат о «болезни кишечной» (богатстве) и «болезни головной» (почёте). Ибо всё это пришло ко мне от болезни любви и болезни сердца от тревоги и тоски. В прежних поколениях, когда ещё не были так далеки от памяти о величии Израиля, от пророчества и Храма, и ещё помнили суть вещей, — они не молились столько о нуждах тела, а лишь о главном — возвеличении славы Всевышнего, и тогда ответвления исправлялись сами собой. Но мы, поскольку так далеко удалились и затянулись для нас дни тяжёлого недуга этого изгнания, и в шуме царств мы погрузились, — мы уже не помним болезни сердца (ибо наш разум спутался — малое состояние Знания): тосковать по Господу, Торе Его, Храму святыни нашей и славе нашей. И мы кричим: «Дай нам жизнь и пропитание!» Но эти болезни пришли к нам от основной болезни, ибо если бы свет лица Его, благословенного, озарял нас, то было бы само собой исцеление от всех болезней. Ибо Он — Бог наш, опора сердца нашего, ибо мы дети Его, носимые от чрева. Когда Он озарит лицо Своё к нам — в Его свете пойдём и двинемся. И само собой будет у нас всё благо навеки, как сказал псалмопевец: «Так во святилище видел я Тебя, чтобы узреть мощь Твою и славу Твою. Ибо благ милость Твоя» и так далее. «Так буду благословлять Тебя при жизни моей» и так далее. «Как туком и елеем насытится душа моя» и так далее.

На основании этих слов мы приступим к разъяснению: «Блажен народ, знающий трубление» и так далее. Мудрецы обратили внимание: «Разве все народы» и так далее, и истолковали: «Знающие умилостивить Творца своего трублением». Вопрос: в чём умилостивление трублением более, чем всеми остальными заповедями? И каков смысл завершения «во свете лица Твоего» и так далее? Согласно вышесказанному, всё объясняется. В Торе сказано обобщённо «труа» и не разъяснено, что такое труа. Мудрецы Израиля по своей традиции Устной Торы (которая с нами в изгнании, как известно: Малхут — Уста, и Устной Торой мы её называем) разъяснили труа: сначала стон (как человек, стонущий из сердца), а затем рыдание (как человек, плачущий и причитающий короткими звуками, следующими друг за другом, но не из сердца, смотри у Раши). Это намекает на сказанное выше: нас настигло это бедствие — сначала стон из боли сердца, болезнь сердца, болезнь любви, укоренившаяся в сердце. Но с течением времени, когда болезнь, к нашему горю, умножилась и затянулась, из неё проистекли чуждые болезни — нужда и бедность, тяжесть порабощения, болезнь головы и кишечника, непрестанные беды, пока не спутался наш разум и мы забыли основную болезнь, и мы кричим: «Дай нам жизнь и пропитание!» и тому подобное обо всех нуждах тела. На это намекает рыдание — короткие звуки от множества болей, ибо мы забыли главное в этих поколениях от великих страданий, спутавших наш разум. Но суть наша в сердце — лишь болезнь любви: мы тоскуем по Господу. И когда засияет свет Его лица к нам, мы забудем все вожделения мира — лишь это будет всем нашим желанием: раскрытие света Его лица к нам. И вот как можно истолковать: «Блажен народ, знающий трубление», как истолковали мудрецы: «Знающие умилостивить Творца своего трублением» — то есть они умилостивляют Творца темой трубления, чтобы им не вменялось в недостаток любви то, что они молятся: «Дай нам жизнь и пропитание» и так далее, и не молятся о главном. Они умилостивляют Творца трублением — то есть умилостивление пред Творцом в том, что с нами произошло, подобно трублению: сначала стон из сердца, как сказано выше, но с течением времени — рыдание: забылось у нас главное от великой боли и смятения разума, поэтому — рыдание о непрестанных бедах, к нашему горю, от множества чуждых болей. «Но, Господи, во свете лица Твоего пойдут» — когда Ты явишь им свет лица Твоего, вот это — вся их жажда и стремление. За Господом пойдут, в свете Его двинемся и пойдём. И скажем: «Вот Бог наш, на Него мы уповали, и Он спасёт нас! Это Господь, на Него мы уповали, возрадуемся и возвеселимся спасением Его!» — вскорости, в наши дни.