Gevurot Hashem

Уже сообщил я тебе: не было полного порабощения Исраэль, пока Я‘аков ещё жив; ибо всё время, пока Я‘аков был жив, не было возможно для Мицраим быть* сильнее его из-за ступени Я‘акова, и он присоединял к себе семьдесят душ — выходцев своего чрева. Поэтому закрыта* глава «Вайехи», чтобы сообщить: как только умер Я‘аков — закрылись глаза и сердце Исраэль от порабощения. И смысл не в том, что полностью началось порабощение после смерти Я‘акова, ведь сказали: почему перечислены годы Леви — чтобы сообщить: всё время, пока один из колен жив, не были порабощены. Но смысл таков: когда умер Я‘аков — было порабощение над Исраэль, но порабощение не было постоянным, пока не умер Леви; тогда было порабощение постоянным. Однако всё же не было (Шмот 1:14) «и делали горькой их жизнь» до рождения Мирьям, и тогда началось «и делали горькой их жизнь».

И всё время, пока первое поколение из семидесяти душ было живо, они не «плодились и размножались». Ибо эти семьдесят были посчитаны — ограниченные мерой и числом, которое есть семьдесят душ. А другие, которые не были в числе семидесяти душ, отменены перед семьюдесятью душами. И когда написано (Шмот 1:6): «и умер Йосеф, и все его братья, и всё то поколение», тогда сыновья, которые не были посчитаны и не вошли в число, стали плодиться и размножаться очень, без меры* у них со стороны их самих. Ибо то, что не завершено и не в действии, идёт и стремится выйти в действие. И когда были Исраэль семьдесят душ, что есть определённое завершённое число, и они были посчитаны, — не плодились и не размножались. Но когда умерли семьдесят душ, и тогда они уже не были из тех, кто определён, и не было у них завершённости, — они очень двигались выйти в действие. Ведь уже разъяснено, что завершённость Исраэль — шестьсот тысяч. И всякая вещь движется к своей завершённости — и плодились и размножались очень.

И когда начали ещё мицрим притеснять их, желая их погубить, — они плодились и размножались ещё больше. Ибо так мера даёт: через притеснение тела — тело слабеет, а когда тело слабо, оно добавляет Божественное благословение, когда сила тела слаба. Поэтому они плодились и размножались: поскольку порабощали их, чтобы ослабить силу тела; и чем больше ослабевала сила тела, тем более усиливалась* сила Элоким, чтобы Исраэль прилеплялись к благословению Элоким. И это — «как притесняли, так умножался и так распространялся». И это именно в Исраэль, у которых главная сила — сила Божественная, а не телесная.

А после этого добавляли «и делали горькой их жизнь» со времени, как родилась Мирьям. Ибо* когда родилась Мирьям, это было начало близости Исраэль к Геула (Избавлению); ведь и Мирьям нужна была Исраэль, когда они были избавлены, ибо в её заслугу был колодец (Таанит 9а). И поколение, в котором была Мирьям, было более противоположно Мицраим: ведь Мирьям — причина их Геула, а Мицраим — причина их Авдут (Рабства); и всякая противоположность усиливается над противоположностью. Поэтому порабощение Мицраим распространялось* на них больше, ибо они — противоположны и противостоящие друг другу, несомненно, во всём, что возможно; потому и была горечь со времени рождения Мирьям. И противоположное этому тоже: сразу как бросили Моше в Йеор, отменилось постановление (Шмот 1:22) «всякого сына, который родится, в реку бросьте», ведь истолковали (Сота 12б): «из детей евреев — это» (Шмот 2:6) — это падает в Йеор, и другой не падает туда. Потому что уже отменилось это дело: всякая противоположность усиливается над своей противоположностью; ведь уже был брошен Моше в Йеор — так увидели астрологи Пар‘о.

И тебе следует вглядеться в то, что сказали, благословенной памяти, в Берешит Раба: «И сыны Исраэль плодились и кишели [и размножались, и крепли весьма-весьма, и наполнилась земля ими]» (Шмот 1:7) — каждая и каждая родила шестерых в одной утробе. А есть говорящие: двенадцать; «плодились» — два, «и кишели» — два, «и размножались» — два, «и крепли» — два, «весьма-весьма» — два*, «наполнилась земля ими» — два. А есть говорящие: шестьдесят в одной утробе. И не удивляйся: ведь скорпион, который из кишащих, рождает шестьдесят*. Р. Натан говорит: «и наполнилась земля ими» — в зарослях тростника, — до этого места.

И следует удивиться: почему родили именно шесть — не меньше и не больше. И так же по мнению говорящего двенадцать*, и по мнению говорящего шестьдесят — в чём причина. И нельзя сказать, что это было случайно — что они* рожали так без причины, ибо случайная причина не бывает постоянной, а это было всегда. И можно объяснить: ведь написано (Шмот 1:12): «как притесняли, так умножался и так распространялся». А поскольку притесняли их шесть дней подряд без всякого перерыва, а в Шаббат отдыхали, как есть в Мидраше: пришёл Моше к Пар‘о и сказал: разве возможно людям делать работу постоянно без перерыва, и не будет им передышки между тем? Сказал ему: иди, выбери себе один день, когда не будут делать в него работу. И выбрал Моше день Шаббат. И когда дал Святой, благословен Он, Шаббат через него — тогда радовался «в даре своего удела», что выбрал себе в удел день Шаббат в Мицраим; и это то, что установили: «возрадуется Моше в даре своего удела» — до этого места. Если так, то делали работу лишь шесть дней. И хотя в то время Моше ещё не родился, всё же, поскольку не стояли Исраэль семь дней в притеснении, а лишь шесть дней, — считалось лишь за шесть. Поэтому, напротив притеснения, плодились и размножались шестью в одной утробе без перерыва — как делали работу шесть дней.

А по мнению говорящего двенадцать — они рожали* (Шмот Раба 1:8), потому что и ночью работали: с наступлением утра поднимали их* на работу. И вот здесь — двойная оплата наёмника: работать днём и ночью; поэтому они производили двенадцать — напротив дня и ночи. И представляется мне, что эти двенадцать были шесть самцов и шесть самок: ибо день называется самцом, а ночь — самкой, потому что ночью властвует малое светило, а днём* — большое светило. И известно, что малое светило, из-за слабости силы светила, подобно самке, а солнце — сила действующая. И напротив этого они производили самца и самку — одну пару.

А по мнению того, кто говорит: «шестьдесят в одном чреве» (Шмот Рабба 1, 8), его мнение таково: поскольку написано (Шмот 1, 12): «чем больше их угнетали, тем больше они множились», а следовало бы написать: «чем больше их угнетали, тем больше они плодились», ибо выражение «множились» означает больше, чем один. И потому его толкование — что они рожали шестьдесят в одном чреве, ибо напротив каждого дня и дня из дней недели было «множение», и это — десять, которые называются «множением», а частные [единицы] не называются «множением». И еще: если ты скажешь, что они рожали лишь шесть, трудно [принять], что это называется «чем больше их угнетали», ведь напротив первого дня не было ничего, ибо и так каждая женщина рожает одного сына, а иногда двух. И потому его толкование — что напротив каждого дня и дня было «множение», то есть десять, как написано: «чем больше их угнетали, тем больше они множились», пока не стало шестьдесят; так следует толковать.

Однако суть дела и толкование таковы: Израиль приспособлен к числу шесть. И это потому, что когда Израиль был в Mitzrayim (Египет), их было шестьсот тысяч (Шмот 12, 37), и так же они были всегда в пустыне — не увеличились сверх этого числа чем-то значительным; отсюда видно, что число сынов Израиля приспособлено к этому числу. И после того как общее [целое] Израиля приспособлено к числу шестьсот тысяч, частное было достойно породить шесть частностей. А когда народ Израиля выходил к осуществлению шести сотен тысяч, рождение у частного было подобно рождению у общего, которое — шестьсот тысяч. Ибо это по отношению к общему; ведь как число шестьсот [тысяч] — общее, так число шесть — частное, относится к частностям.

А по мнению того, кто говорит: шестьдесят, он считает, что число, которое относится к Израилю, — шестьдесят. Ибо когда мудрецы упоминали число вышедших из Mitzrayim (Египет), они говорили: «шестьдесят рибо», и это привычно в устах мудрецов. И напротив этого частное — шестьдесят, ибо это число, шестьдесят, относится к Израилю. А кто считает двенадцать, считает, что, несомненно, Израиль был «шестьсот тысяч пеших мужчин» (Шмот 12, 37), а невозможно без женщин; и выходит, что они рождали двенадцать — шесть мужского пола и шесть женского пола.

И чтобы понять смысл этого числа, хотя мы и продлим речь о вещах весьма глубоких, чтобы ты понял, как число шесть и число шестьдесят относятся к Израилю — знай: только Израиль называются единственной нацией, и потому число шесть относится к Израилю, что их было шестьсот тысяч. Ибо тот, кто един, не является частью, ведь все, что является частью, не является одним. А все, что есть лишь одна сторона, не есть вещь целостная, ведь это одна сторона, и потому это лишь часть. И мы уже сказали, что то, что является частью, не является одним. А когда есть все стороны, которых шесть сторон, тогда здесь нет части вовсе, и он включает всё, поскольку в нем шесть сторон, и в этом он был полностью одним. И потому придет Царство Небес в шести словах: «Шма Исраэль Ашем Элокейну Ашем Эхад» (Дварим 6, 4). И это потому, что мы признаем, что Он един во всех сторонах. А стороны разделены одна от другой до того, что можно подумать, будто есть здесь двойственность со стороны сторон. А когда Он един и властвует над всеми шестью сторонами, которые — разделение существования, этим ты узнаешь, что Он, благословен Он, один, и нет здесь никакой иной стороны вовсе.

И потому Израиль были приспособлены к этому числу — шестьсот тысяч, ибо число шесть указывает на совершенную единственность. И потому сказали: «что они рожали шесть в одном чреве», ибо число шесть приспособлено Израилю, поскольку они — единая нация. И хотя мы сказали тебе выше, что число шесть приспособлено Израилю, потому что это число целостное, а Израиль — нация целостная, — то есть: число шесть целостно по сторонам, и его цельность в том, что ему ничего не недостает; однако полную цельность в совершенной цельности ты не найдешь иначе как со стороны числа шестьдесят, как будет разъяснено.

А по мнению того, кто говорит, что они рожали шестьдесят в одном чреве, он считает, что число шестьдесят приспособлено Израилю; потому мудрецы упомянули число Израиля «шестьдесят рибо» среди вышедших из Mitzrayim (Египет). Ибо хотя число шесть включает все стороны, однако совершенная цельность осуществляется через шестьдесят. Ибо у каждой стороны есть распространение в длину и в ширину, и всякое распространение в длину и в ширину осуществляется через шестьдесят. Ибо всякая длина осуществляется через три точки: начало, середина и конец, как разъяснено выше. А когда ты сделаешь длину и ширину такого рода ----media/image1.emf----, то их девять. И еще один, отделенный сам по себе, посредством которого части становятся одним и соединяются вместе. И пока нет десятого, они разделены на части; а этот десятый отделен от всех частей сам по себе и объединяет их всех — подобно точке в круге, которая отделена от самого круга и соединяет весь круг. Поэтому всякое распространение длины и ширины — десять; и так во всех шести сторонах — вот тебе шестьдесят границ, как разъяснено. И вот число шестьдесят указывает на цельность нации, ибо в этом числе вещь становится целой через все границы, которых шестьдесят, как разъяснено. И потому он считает, что были шестьдесят в одном чреве.

А по мнению того, кто говорит: шесть, — то есть потому, что Израиль, которые — один народ, имеют число шестьсот тысяч, так как в единстве есть число шесть. И как ты найдешь в их общем числе шестьсот тысяч, так подобает, чтобы каждый и каждый из Израиля, поскольку он частный, был достоин породить шесть частных, ибо часть вещи имеет свойство целого. Как ты видишь: капля воды, которая — часть основы воды, когда она висит на пальце, становится шарообразной, как основа воды в целом шарообразна. И это потому, что часть вещи имеет свойство целого. И пойми эти вещи очень, ибо они истинные сами по себе, когда ты поймешь.

А по мнению того, кто говорит, что они были как тростники, этим хотели сказать, что у них вовсе не было предела, а только что они плодились и множились путем умножения, как тростники растут путем умножения, так у них не было ограждения и границы. Ибо настолько их благословение приходило из его высшей ступени, что не было предела и меры их благословению. И по мнению того, кто сказал, что их умножение было без меры и границы, следует истолковать стих, который сказал (Шмот 1, 7): «и плодились, и кишели, и множились, и усиливались весьма-весьма»; «плодились» — не было среди них бесплодного. «И кишели» — что они рожали много. «И множились» — чтобы ты не сказал, что их умножение не продолжалось; поэтому сказал, что они после этого умножались больше, чем кишели сначала. А чтобы ты не сказал, что это не было всегда до конца, сказал «и усиливались» — что всегда они усиливались, чтобы выйти в умножении, и не было у них уменьшения; и к этому выражению подходит «и усиливались». Ибо всякая вещь, которая выходит за меру, в конце ослабевает и не такова, как была сначала. И потому сказал «и усиливались», что не ослабевало и не уменьшалось. И всё это было «весьма-весьма»; и не скажи, что они усиливались, но это не «весьма», — поэтому сказал «весьма-весьма».

А если у тебя есть сердце понимать, знай: по мнению того, кто говорит «шесть», — ради заслуги Яакова, который был благословлен шестью: на восток и на запад, и на север и на юг, на небе и на земле. Ибо написано (Берешит 28, 14): «и распространишься к морю и к востоку, к северу и к югу», (Берешит 27, 28): «и даст тебе Элоким от росы небес и от тука земли». Шестьдесят — напротив заслуги Ицхака, который был благословлен сыновьями, когда ему было шестьдесят, как сказано (Берешит 25, 26): «а Ицхак был сыном шестидесяти [лет] при рождении их». Как тростники — [напротив] заслуги Авраама, который назван (Берешит 17, 5) «ав хамон», что есть выражение умножения. А двенадцать — напротив колен, которых было двенадцать. Пойми эти вещи очень, ибо это великие вещи, когда ты поймешь.

И, возможно, тебе будет трудно: как было возможно это, чтобы одна женщина рожала шестьдесят, ведь плод выходит из образа человека и меры человека, чтобы быть до пальца или немного больше, а это не облик и не форма человека. Знай: толкование таково — у них не было препятствия со стороны силы деторождения, но сила порождения была очень велика, так что со стороны силы порождения было бы достойно, чтобы их было шестьдесят, если бы это было возможно со стороны их меры — было бы до шести десятков. Ибо даже если было препятствие со стороны другого, так как невозможно, чтобы мера их величины была такова, все же сила порождения была до шести десятков. И практическое различие для этого дела таково: если бы не была укреплена сила порождения до шести десятков, не преобладала бы в них сила порождения; и если бы не находила полностью подготовленного материала, чтобы принять форму плода, не действовала бы. Поэтому дана была сила порождения до шести десятков, ибо сила порождения была столь велика. И хотя не находила столь большой подготовленности, чтобы принять форму плода, все же накладывалась форма плода, из-за того, что велика была сила деторождения, которая была в них.

И не удивляйся выражению «что она рожала шестьдесят в одном чреве», поскольку смысл — что она так и рожала. Ибо, несомненно, после того как их порождение было основано на шестидесяти, что так было бы достойно, если бы было возможно, как разъяснено выше, выходит, что все, что они рожали, было путем порождений шести десятков, ибо такова сила порождения; хотя и не было шести десятков, недостающие аннулируются по отношению к остальным, и считается, что они рожали шестьдесят в одном чреве, раз так подобает быть шести десяткам — не следует строго относиться к недостатку, который недоставал из-за того, что невозможно, чтобы были помещены шестьдесят сыновей в одном чреве; во всяком случае сказано, что они рожали шестьдесят. И об этом и о подобном этому сказали мудрецы: «часть вещи — как вся она».

И еще: когда их сила деторождения достойна быть до шести десятков со стороны самой сущности порождения, называется, что они порождали шестьдесят. Пример: тот, кто рождает человека, а у него на одной руке четыре пальца. Не следует сказать, что он породил человека в иной форме; даже если есть недостаток в материале до того, что не хватило, чтобы завершить пятый палец, скажут, что он породил человека с пятью пальцами — поскольку форма человека такова, что он с пятью пальцами. И так же, хотя материал не подготовлен, чтобы породить шестьдесят в одном чреве, все же форма их порождения такова; и пойми это очень.