Gur Aryeh on Bereishit 25

«Поскольку написано о толкании без уточнения, и написано "если так, то зачем я".» Объяснение: поскольку о толкании написано без уточнения, нужно истолковать, что это за толкание, ибо если нет — что за толкание было у этих детей? И ещё нужно истолковать то, что написано «если так, то зачем я», ибо неуместно здесь то, что она сказала «если так, то зачем я». Потому нужно истолковать, как истолковали мудрецы (Берешит Рабба 63:6), суть толкания, как он объясняет. А то, что написано «если так, то зачем я» означает: если страдание беременности столь велико — зачем я молилась. А Ра"ам объясняет слова Раши так: потому нужно толковать, что поскольку о толкании написано без уточнения, подразумевается толкание, обычное у других женщин, а потом написано «зачем я» — подразумевается толкание, отличное от обычного у других женщин. Но это невозможно, ибо толкание вовсе не обычно у женщин, и правильно написано «если так, то зачем я». А если бы толкание было обычным у женщин, не нужно было бы никакого толкования — только что здесь было чрезмерное толкание. А Рамбан возразил Раши, что из выражения «я» не следует — зачем я молилась о беременности. Потому он объяснил «если так, то зачем я» — в мире. Но и это объяснение не представляется верным, ибо как она может сказать «зачем я в мире», если Святой, благословен Он, создал её, чтобы она была в мире? Но представляется, что смысл таков: «если так, то зачем я» сижу без дела и не исследую это — мне надлежит лишь вопрошать об этом, «и пошла вопрошать Господа». И это правильно.

«А Эсав рвался выйти.» Ибо выражение «ваитроцецу» — от слова «рица» (бег), что один бежит сюда, а другой — туда. И поскольку написано с двумя буквами цади, он толкует два бега. А если скажешь согласно этому объяснению, что Эсав рвался выйти, — ведь дурное побуждение в человеке лишь с момента рождения, как сказано (выше 4:7) «у входа грех лежит»? И ниже Раши объясняет (стих 23): «из утробы они разделяются — один к злодейству, а другой к непорочности», а не пока они во чреве. Представляется, что это именно так: человек не грешит по дурному побуждению, желая грешить, до рождения, ибо дурное побуждение приходит лишь после рождения, и причина известна разумному. Но здесь то, что делал Эсав, — не из-за его побуждения, а потому что Эсав хотел выйти, чтобы вернуться к своему виду и природе, ибо всякая вещь пробуждается к своей природе. Потому, когда Яаков приходил к домам учения, он пробуждался к духу святости и рвался выйти по своей природе. И так Эсав, когда она проходила мимо домов идолопоклонства, — не из-за его дурного побуждения. Смотри в главе Ноах, это хорошо разъяснено при «ибо побуждение сердца человека и т.д.» (выше 8:21, буква 24).

«Спорят о наследии двух миров.» Некоторые спрашивают: почему они спорили теперь, во чреве, о двух мирах? И ещё: если один победил другого — разве он заберёт у него мир ещё во чреве? И ещё: мир грядущий — кого Господь пожелает и изберёт, того святого приблизит к Себе (по Бемидбар 15:5). Но ты должен знать, что Яаков и Эсав не могут сосуществовать вместе, ибо они — сущности, по самой своей природе противоположные друг другу. Потому они не могли находиться вместе во чреве матери, ибо чрево матери — это единое вместилище для двух вещей, противоположных друг другу. И потому, хотя они ещё были во чреве матери, они противостояли друг другу, ибо раз по самой сущности своего бытия они противоположны — у них нет совместности, подобно огню и воде, которые, хотя в них нет разума и воли, противоположны по самой своей сути и не могут сосуществовать. Так Яаков и Эсав. Хотя со стороны природы они могли бы быть вместе, суть человека — не природа, и потому даже во чреве матери они толкались и противостояли друг другу. И не то чтобы противостояние у них было со стороны самой сущности их бытия в этом мире, ибо тогда, пока у них нет бытия в этом мире и они не вышли на воздух мира, не подобало бы этому противостоянию существовать. Но со стороны некоего бытия они противоположны. И потому сказали (Ялкут Шимони, Толдот, ремез 110), что противостояние во чреве матери, прежде их бытия в этом мире, указывает на спор в этом мире и в мире грядущем. И когда они были во чреве матери, что указывает на совместность между ними, ведь чрево матери объединяет их, а совместности между ними нет, — потому они толкались, ибо сама сущность бытия Яакова со стороны некоего бытия, что у него есть, — не со стороны бытия, которое у него в этом мире, а со стороны некоего бытия — противоположна Эсаву. И так сама сущность бытия Эсава, не со стороны бытия, которое у него в мире в полноте, а в том, что у него есть некое бытие, — противоположна Яакову. И потому, когда они были во чреве матери, до полноты бытия в этом мире, они толкались. И это — то, что они противоположны со стороны некоего бытия, — это и есть спор о двух мирах. Ибо всякое противостояние между двумя вещами означает, что каждая хочет оттолкнуть другую, поскольку та противоположна её бытию. И Яаков и Эсав, которые противостояли во чреве матери, прежде чем вышли на воздух мира бытия, — значит, каждый хочет, чтобы вся полнота бытия была у него, то есть этот мир и мир грядущий, и оттолкнуть противоположного ему. Мы подробно разъяснили это, чтобы показать глубину слов мудрецов. И тем не менее есть тебе намёк, что Эсав получил свою долю из спора — мир, в котором есть позор и бесчестие, и потому он первый вышел из чрева, ибо он вышел первым, и к нему он близок. А Яаков далёк от него, поскольку он удалён от нечистоты и близок к почётному миру, и он вышел последним.

«В дом учения Шема.» А почему она не спросила Ицхака или Авраама? Можно сказать, что Ривка думала, что, может быть, из-за какого-то греха у неё столь тяжёлая беременность, ибо сказали наши мудрецы, что праведные женщины не были включены в приговор Хавы, как сказано в первой главе Сота (12а), и они рожают без страданий беременности и родов. И она боялась, что опозорится в глазах мужа, или что Авраам скажет Ицхаку, что она ему не подходит, и он возьмёт другую или разведётся с ней.

«В дом и т.д.» Ибо если нет, следовало бы [написать] «и вопросила Господа» (так у Ра"ам).