Gur Aryeh on Bereishit 37

«Это другой караван» и т.д. Не тот первый караван, о котором сказано (стих 25) «и вот караван ишмаэлитов идёт из Гилада» и т.д. [Однако] из стиха следует, что это тот же первый караван. Хотя выше написано «ишмаэлиты», а здесь «мидьяниты», — Ибн Эзра писал, что мидьяниты тоже назывались ишмаэлитами, как написано (ср. Шофтим 7:12) «Мидьян и сыны Кедема расположились в долине», а написано там же (8:24) «ибо ишмаэлиты они». Это доказывает, что мидьяниты назывались ишмаэлитами. Однако Рамбан уже возразил, что это невозможно: почему мидьяниты назывались бы ишмаэлитами? Значит, это другой караван. Тогда затруднительно: как согласуются стихи? Ведь написано (стих 36) «и мидьяниты продали его в Египет Потифару, царедворцу фараона», а в другом стихе (ср. ниже 39:1) «и купил его Потифар из рук ишмаэлитов, которые привели его туда» (возражение Раама). Некоторые объясняют: когда мидьяниты привезли Йосефа в Египет и Потифар не хотел покупать его, опасаясь, что он украден, мидьяниты привели ишмаэлитов в качестве поручителей за сделку — поскольку те продали его мидьянитам. Потому сказано «и купил его Потифар из рук ишмаэлитов» — он не хотел покупать, пока ишмаэлиты не стали поручителями, и от них он купил. Но это — слова пророчества без обоснования: зачем Писанию нужно было это записывать? Поэтому представляется верным мнение Ибн Эзры, что мидьяниты назывались ишмаэлитами, как он привёл доказательство. Если же затруднительно, почему мидьяниты назывались ишмаэлитами, — представляется, что ишмаэлиты были многочисленны и жили рядом с ними, ведь сказано (выше 16:12) «и пред лицом всех братьев своих будет обитать» — что потомство его будет столь велико, что «пред лицом всех братьев будет обитать» (Раши там). Потому «братья его» — Мидьян и прочие братья — были второстепенны по сравнению с ним, и все назывались их именем. Неизбежно, раз в стихе написано «пред лицом всех братьев своих будет обитать», все они возводятся к нему и присоединяются к нему, и все назывались «ишмаэлитами». Поэтому сначала в стихе (стих 25) написано «и вот караван ишмаэлитов идёт из Гилада» — Писание называет их ишмаэлитами: когда рассказывает, что колена увидели их, называет «ишмаэлитами», ибо узнали их как ишмаэлитов — по одеяниям Ишмаэля. Затем написано (наш стих) «и прошли мидьянские люди, торговцы» — поскольку на самом деле они были мидьянитами, Писание снова записывает в стихе (другом) «и продали Йосефа ишмаэлитам» — ибо те узнали их как ишмаэлитов. Так же в следующем разделе написано (ср. ниже 39:1) «и купил его Потифар из рук ишмаэлитов, которые привели его туда» — поскольку Потифар тоже узнал их как ишмаэлитов. А «и мидьяниты продали его Потифару» (стих 36) — когда Писание говорит лишь о продавце, а не о покупателе, оно называет их «мидьянитами», поскольку они мидьяниты. «Ишмаэлитами» же они названы лишь тогда, когда Писание говорит о том, кто имел с ними дело, — тогда называет их «ишмаэлитами», ибо по одеяниям они были как ишмаэлиты. Потому написано (стих 25) «и подняли глаза и увидели, и вот караван ишмаэлитов». Можно ещё сказать, и это более вероятно, что основу каравана составляли ишмаэлиты — ведь верблюды несли пряности, бальзам и ладан, — а лишь несколько мидьянитов были с ними. Поэтому написано (ср. наш стих) «и продали Йосефа ишмаэлитам» — по основному составу каравана, ибо идущий продавать идёт к каравану, а караван — ишмаэлиты, большинство их. Он назывался «караван ишмаэлитов», потому написано (стих 27) «пойдём и продадим его ишмаэлитам» — хотя покупатели были мидьянские торговцы, сказано «продадим ишмаэлитам» о караване, который был ишмаэлитским, ибо намерение продавца — на караван. Так же далее написано (ср. ниже 39:1) «и купил его Потифар из рук ишмаэлитов» — ибо покупатель возводит покупку ко всему каравану, а они были ишмаэлитами, хотя продававшие ему лично были мидьянитами — они второстепенны по сравнению с целым караваном, и покупатель обращает внимание лишь на весь караван, который ишмаэлитский. А «и мидьяниты продали его» (стих 36) — ведь продавцы, продававшие Йосефа, были мидьянитами, потому написано «мидьяниты». Всегда, когда речь о том, что колена продали его, сказано «и продали его ишмаэлитам» — ибо их намерение было продать каравану. Так же когда речь о Потифаре, сказано «и купил его из рук ишмаэлитов» — ибо его внимание на караване. Но когда речь о том, кто продал Йосефа, сказано «и мидьяниты продали», и это правильно. Однако Раши объяснил (здесь), что он был продан многократно. Так и в Берешит Раба (84:22): «сколько купчих» — то есть сколько документов о продаже было написано на него — «рабби Йудан говорит: четыре» и т.д. Возможно толковать и по его мнению: безусловно, основу каравана составляли ишмаэлиты, потому написано (наш стих) «и продали Йосефа ишмаэлитам». Поскольку ишмаэлиты не занимались ничем, кроме своего товара — пряностей, бальзама и ладана, — и у них не было времени, ишмаэлиты перепродали его торговцам, чьё занятие — торговля, а торговцы продали мидьянитам, чьё занятие — торговать. Если толковать, что мидьяниты и торговцы — это две отдельные продажи, каждая сама по себе. Раши не упомянул это, поскольку это не написано в стихе явно. Потому написано (ср. стих 36) «и мидьяниты продали его в Египет». Тем не менее написано (ср. ниже 39:1) «и купил его Потифар из рук ишмаэлитов» — как мы сказали выше, покупатель возводит покупку ко всему каравану, а они были ишмаэлитами. А то, что Раши объяснил (наш стих) «и прошли мидьянские люди, торговцы» — «это другой караван», — он не имеет в виду буквально другой караван, ведь тогда невозможно «и купил его Потифар из рук ишмаэлитов». Он имеет в виду другой караван, который был при ишмаэлитах и шёл с ними, и называется «другим караваном», поскольку они были помимо ишмаэлитов, упомянутых выше. Затруднительно: откуда вообще известно, что он был продан многократно? Может быть, он был продан лишь мидьянитам, а поскольку основу каравана составляли ишмаэлиты, написано «и прошли мидьянские люди, торговцы» — что мидьяниты купили его, как разъяснено выше? Можно ответить: тогда зачем Писанию вообще упоминать, что там были ишмаэлиты? Достаточно было бы написать «и продали Йосефа людям-торговцам». Значит, чтобы научить, что он был продан многократно. В Берешит Раба (84:22) сказано: «сколько купчих было написано на него? Рабби Йудан говорит: четыре — братья продали его ишмаэлитам, ишмаэлиты торговцам, торговцы мидьянитам, [и мидьяниты продали его в Египет]. Рав Нахман говорит: пять — мидьяниты продали его откупщику города, а Потифар купил его у откупщика города». По мнению рабби Йудана всё понятно, и можно объяснить, как мы сказали выше, что «и купил его Потифар из рук ишмаэлитов» — ибо основу каравана составляли ишмаэлиты. Но по мнению рава Нахмана, который считает, что было пять продаж, — он полагает, что написано «и мидьяниты продали в Египет» (ср. стих 36), а не «мидьяниты продали Потифару», — поэтому он толкует, что мидьяниты продали откупщику города, который является чиновником, ведающим нуждами города. [Тогда] невозможно объяснить (ниже 39:1) «и купил его Потифар из рук ишмаэлитов, которые привели его туда» — ведь он уже вышел из рук ишмаэлитов к откупщику города, и Потифар взял его у откупщика! Представляется, что по его толкованию «и купил его Потифар из рук ишмаэлитов» означает: Потифар взял его у откупщика, который купил его у ишмаэлитов. И это называется «из рук ишмаэлитов», поскольку Йосеф не был ни в чьих руках, кроме ишмаэлитов, которые привели его туда, — лишь на него были написаны документы о продаже. Потому сказано «и купил его Потифар из рук ишмаэлитов». Таково мнение мудрецов, благословенна их память, в этом деле, и это верно, ибо их слова — слова великой мудрости. Они знали о продаже в Египет, что это — выход из одной власти в совершенно другую: Египет был иной властью по отношению к Земле Кнаан, ибо в Египте [Израиль] был порабощён, а Земля Кнаан была для Израиля вечным владением (выше 17:8). И вещь, выходящая из одной власти в совершенно другую, [совершается] лишь через множество смен властей. Поэтому они истолковали стих по его истине — что смен власти было четыре. И пойми: Йосеф был продан лишь через братьев — близких к нему, затем ишмаэлитам — потомкам Авраама, более далёким. Он не был продан потомкам Эсава по удивительной причине: его продажа постоянно приближала его к Египту, и через Ишмаэля Йосеф был спущен в Египет. Пойми это, ибо в продаже Йосефа есть нечто удивительное: его продажа была через сыновей Яакова — его братьев; от братьев он перешёл к ишмаэлитам — потомкам Авраама; а Ишмаэль близок к Египту из-за своей матери Агари-египтянки (выше 16:1). Мидьяниты тоже потомки Кетуры (выше 25:1-2), а она — Агарь (Раши там), только Ишмаэль ближе к потомкам Авраама, ибо родился благодаря тому, что Сара отдала Агарь Аврааму (выше 16:2-3). Потому написано (выше 25:9) «и похоронили его Ицхак и Ишмаэль», а другие сыновья не упомянуты. Торговцы, хотя они тоже мидьяниты, — поскольку их намерение лишь торговать, а не порабощать, — это ещё не выход из свободы в рабство, как было потом, когда его купили мидьяниты с намерением не торговать им. Кто считает, что он был продан откупщику города, — [объясняет так:] мидьяниты были близки к народу Египта, но не назывались близкими к отдельному лицу, ибо это неуместно. Поэтому мидьяниты продали его откупщику города — чиновнику над всем городом, и это как если бы он был продан всему городу, а затем — Потифару. И Тот, Кто издревле предопределил спуск в Египет (выше 15:13), устроил подобающие причины: от сыновей Яакова — его братьев — к ишмаэлитам, среди которых мидьянские торговцы, от них — в Египет. И он выходил шаг за шагом, постоянно приближаясь к Египту, ибо таково предопределение Господа, благословен Он.

Сыновья Яакова. Не мидьянитяне, что были рядом, ведь как бы они вытащили его из ямы — ведь они ещё не купили его.

«И послали разноцветную рубаху». Это язык посылания, и они не хотели сообщать дурную весть, ибо не отвечают о несчастье, и сказано в первой главе трактата Песахим (3б): «Разносящий дурную молву — глупец» (Мишлей 10:18) — подобным образом. Поэтому через посланников сообщили ему. А есть толкующие, что это язык разрезания ножом, как «от прохождения через шелах», — чтобы выглядело так, будто звери разорвали её. Но это неверно, ибо им следовало бы сначала разорвать, а потом окунуть в кровь, чтобы разрыв не выглядел без крови, — тогда было бы заметно, что это сделано после.