ספר ויקרא

«Смугла я, но прекрасна, дочери Иерусалима, как шатры Кедара и т. д.» (Шир а-Ширим 1:5). Известно, что главная ступень человека — познать свою ничтожность, стоя пред Царём, высоким и возвышенным, видя Его величие и возвышенность, и как все высшие серафимы стоят в страхе и трепете, в дрожи и содрогании. Тем самым познаётся мера его собственной ничтожности. Написано: «И человек Моше был кротчайший из всех людей на лице земли» — это намёк по данному аспекту: «человек Моше был кротчайший из всех людей», и причиной того, что он пришёл к ступени смирения более всех людей, было то, что те — «на лице земли». А Моше постоянно пребывал своим святым и чистым разумом в высшем мире и видел, как все высшие серафимы стоят в страхе и трепете — от этого он пришёл к ступени смирения, как сказано. Эта ступень присуща совершенному праведнику и святому, приходящему к смирению через созерцание великого величия Творца, благословен Он. Как сказали мудрецы (Псахим 8а): «На что похожи праведники пред Шхиной? На свечу перед факелом». Есть человек, приходящий к смирению оттого, что знает свою ничтожность и малость. Но совершенный праведник — через созерцание великого величия Творца, как сказано, и потому мера смирения обитает в нём, когда он видит великое сияние свыше. Потому мудрецы сказали «как свеча перед факелом»: как объясняет Раши, когда свеча оказывается перед факелом, свет свечи не заметен из-за сияния факела. Мудрецы-философы приводили сравнение: когда лицо человека оказывается перед солнцем, солнце чернит его лицо; а ведь солнце в действительности белое, но чернит чужую белизну. Ибо солнце — корень всякого свечения и яркости, и потому яркость, когда смотрит на солнце и видит корень всякой яркости, возвращается к своему корню и белизна совсем не заметна. Так, когда человек созерцает сияние Творца, благословен Он, всё возвращается к корню, и он забывает своё существование и сущность, совершенно не зная о самом себе. Таково прекрасное и великолепное качество смирения — счастлив, кто удостоился этого. Таков смысл стиха: «Смугла я» — моя смуглость пришла от ступени смирения. «Не говори, что моя смуглость оттого, что я воистину низка и знаю свою малость, и от этого пришла к смирению» — нет, а «прекрасна»: я весьма красива заповедями и добрыми делами. А если спросишь, откуда смуглость моей ступени смирения, — на это говорит «как шатры Кедара»: как шатры Кедара, чья смуглость от того, что солнце чернит их, ибо они взирают на корень сияния, как сказано, — так и моя смуглость от созерцания великого сияния и величия Творца, благословен Он; тем самым забывается моё собственное существование, и от этого — моя ступень смирения. Таков смысл стиха: «Не смотрите на меня, что я смугла, что опалило меня солнце» — когда вы видите, что я смугла, не смотрите на меня, полагая, что я в действительности смугла заповедями. Моя смуглость, которую вы видите, — от того, что «опалило меня солнце», как сказано: от моего созерцания величия Творца, благословен Он, в великом сиянии само собой забывается моё существование и качество, и в этом — моя ступень смирения.