תורה 112
3 · Тора 112
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
וְעִקַּר הַכַּוָּנָה, שֶׁכַּאֲשֶׁר הוּא מְשֻׁקָּע בְּתַכְלִית הִתְגַּבְּרוּת הַחֹשֶׁךְ וְהַקְּלִפָּה, וְהוּא כָּלוּא וּמְסֻגָּר בְּתוֹךְ הַחֹשֶׁךְ אֲפֵלָה, הַמְסַבֶּבֶת וּמַקֶּפֶת אוֹתוֹ מִכָּל צִדֵּי צְדָדִים בְּכַמָּה סִבּוּבִים רַחֲמָנָא לִצְלָן, וְאֵין לוֹ שׁוּם פֶּתַח וְתַקָּנָה וְתַחְבּוּלָה לָצֵאת מִתּוֹךְ הַחֹשֶׁךְ, אֲזַי עִקַּר עֲצָתוֹ – שֶׁיַּמְשִׁיךְ עַצְמוֹ לְהָאֱמֶת, וְיַבִּיט עַל הָאֱמֶת לַאֲמִתּוֹ, וִיבַקֵּשׁ רַק הָאֱמֶת הָאֲמִתִּי.
3. The essential point is that when one is sunk in the worst attack of darkness and the evil force, and he is hemmed in and closed up within the thickest darkness which surrounds and encircles him round and round on every side, Heaven forefend, and he has no opening, rectification or solution to depart from the darkness—in that case, the best advice for him is to draw himself to the truth. He should look to the genuine truth and search only for the real truth.
3. Главное в том, что когда человек погружён в самое худшее нападение тьмы и злой силы, и он зажат и закрыт внутри самой густой тьмы, которая окружает и опоясывает его кругом-кругом со всех сторон, да не будет, и у него нет ни отверстия, ни исправления, ни выхода, чтобы уйти от тьмы — в таком случае лучший совет для него: притянуть себя к истине. Пусть он смотрит на подлинную истину и ищет лишь настоящую истину.
וּכְנֶגֶד זֶה אֵין שׁוּם חֹשֶׁךְ וְסִבּוּב שֶׁיַּחֲשִׁיךְ לוֹ, כִּי הָאֱמֶת הוּא הַשֵּׁם יִתְבָּרַךְ בְּעַצְמוֹ, וְהוּא בְּחִינוֹת: ה' אוֹרִי. וְכֵיוָן שֶׁה' אוֹר לוֹ, אֵין שׁוּם חֹשֶׁךְ שֶׁיַּחֲשִׁיךְ אוֹתוֹ, וּבְוַדַּאי יִזְכֶּה לִרְאוֹת הַפְּתָחִים לָצֵאת מֵהַחֹשֶׁךְ, בִּבְחִינוֹת: פֵּתַח דְּבָרֶיךָ יָאִיר מֵבִין פְּתָיִים כַּנַּ"ל, וְהָבֵן הֵיטֵב.
Against this there is no darkness or encirclement that can make it dark for him. For truth is God Himself. Thus, he is in the category of “God is my light.” And because God is his light, there is no darkness that can make it dark for him. He will surely merit to see the openings from which to depart the darkness, as in, “The opening of Your words illuminates, making the simpleminded understand.” Understand this well.
Против этого нет ни тьмы, ни окружения, которые могли бы омрачить для него. Ибо истина — это Сам Бог. И потому он относится к разряду: «Бог — мой свет». А поскольку Бог — его свет, нет тьмы, которая могла бы омрачить для него. Он непременно удостоится увидеть отверстия, через которые можно выйти из тьмы, как сказано: «Открытие слов Твоих просвещает, вразумляя простых» (Теилим 119:130). Хорошо пойми это.
וְהָעִקָּר – שֶׁבִּתְפִלָּתוֹ וּתְחִנָּתוֹ וּבַקָּשָׁתוֹ, אַף־עַל־פִּי שֶׁאִי אֶפְשָׁר לוֹ לְדַבֵּר שׁוּם דִּבּוּר בִּתְפִלָּה וְתַחֲנוּנִים, מִגֹּדֶל הַחֹשֶׁךְ וְהַבִּלְבּוּל הַמְסַבֵּב אוֹתוֹ מְאֹד מְאֹד מִכָּל צַד, אַף עַל פִּי כֵן, עַל כָּל פָּנִים יִרְאֶה לְדַבֵּר הַדִּבּוּר בֶּאֱמֶת, בְּאֵיזֶה מַדְרֵגָה נְמוּכָה שֶׁהוּא. כְּגוֹן לְמָשָׁל, שֶׁיֹּאמַר: "ה' הוֹשִׁיעָה" בֶּאֱמֶת. אַף־עַל־פִּי שֶׁאֵינוֹ יָכוֹל לְדַבֵּר בְּהִתְלַהֲבוּת וְהִתְעוֹרְרוּת כָּרָאוּי, אַף־עַל־פִּי־כֵן יֹאמַר הַדִּבּוּר בֶּאֱמֶת, כְּפִי מַה שֶּׁהוּא.
Now, the main thing is: In his prayers, supplications and requests—even if he finds it impossible to recite any word of prayer and supplication because of the intense darkness and confusion which surrounds him very, very much from every side—he should still try to at least say what he says with truth, no matter how low its level. Thus, for example, he should say, “God help me!” with truth, even if he cannot say it with the appropriate fervor and arousal. He should nevertheless say the words as truthfully as he can.
Теперь главное: в своих молитвах, мольбах и просьбах — даже если он находит невозможным произнести какое-либо слово молитвы и мольбы из-за сильной тьмы и смятения, которые окружают его очень-очень со всех сторон, — всё же пусть старается хотя бы сказать то, что говорит, с истиной, как бы низок ни был его уровень. Так, например, пусть скажет: «Бог, помоги мне!» — с истиной, даже если не может сказать это с должным жаром и пробуждением. И всё же пусть произносит слова настолько истинно, насколько может.
וְעַל־יְדֵי הַדִּבּוּר הָאֱמֶת, יִזְכֶּה לִרְאוֹת הַפְּתָחִים שֶׁבְּתוֹךְ הַחֹשֶׁךְ, וְעַל־יְדֵי־זֶה יִזְכֶּה לָצֵאת מֵחֹשֶׁךְ לְאוֹר, וּלְהִתְפַּלֵּל כָּרָאוּי, וְכַנַּ"ל. (וְעַיֵּן לְעֵיל כָּל זֶה בְּהַתּוֹרָה "תְּהֹמֹת יְכַסְיֻמוּ" בְּסִימָן ט.)
And through the true word, he will merit to see the openings within the darkness, and as a result be worthy of coming out of the darkness into the light so as to pray as he should. {See Lesson #9, “The Deeps Covered Them,” where all this is explained.}
И через истинное слово он удостоится увидеть отверстия внутри тьмы и, вследствие этого, быть достойным выйти из тьмы к свету, чтобы молиться, как следует. {См. урок №9, «Бездны покрыли их», где всё это объясняется.}