תורה 22
10 · Тора 22
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
י וְיֵשׁ בְּכָל דַּרְגָּא וְדַרְגָּא וְכֵן בְּכָל עוֹלָם וְעוֹלָם, בְּחִינַת נַעֲשֶׂה וְנִשְׁמַע, כִּי כָּל אֶחָד לְפִי מַדְרֵגָתוֹ יֵשׁ לוֹ בְּחִינַת נַעֲשֶׂה, בְּחִינַת תּוֹרָה, הַיְנוּ הַנִּגְלוֹת לוֹ; וּבְחִינַת נִשְׁמַע, שֶׁהִיא בְּחִינַת נִסְתָּרוֹת, בְּחִינַת תְּפִלָּה כַּנַּ"ל.
10. The concept of “we will do and we will hear” applies on each and every level, and likewise in each and every world. Each individual, commensurate with his level, possesses the aspect of “we will do”/Torah—namely, that which is revealed to him. And [he possesses] the aspect of “we will hear”—which corresponds to the hidden/prayer.
10. Понятие «сделаем и услышим» относится к каждому и всякому уровню, и так же — к каждому и всякому миру. Каждый человек, сообразно своему уровню, обладает аспектом «сделаем»/Тора — то есть тем, что ему раскрыто. И [обладает] аспектом «услышим» — что соответствует скрытому/молитве.
כִּי מִי שֶׁבָּא לְמַדְרֵגָה גָּבוֹהַּ מֵהָרִאשׁוֹנָה, אֲזַי נַעֲשֶׂה מֵהַנִּשְׁמַע שֶׁלּוֹ בְּחִינַת נַעֲשֶׂה, וַאֲזַי יֵשׁ לוֹ בְּחִינַת נִשְׁמַע אַחֶרֶת, וְכֵן מִדַּרְגָּא לְדַרְגָּא, וְכֵן כָּל אָדָם לְפִי מַדְרֵגָתוֹ יֵשׁ לוֹ בְּחִינַת נַעֲשֶׂה וְנִשְׁמַע.
For when someone comes to a level higher than the first one, then his “we will hear” takes on the aspect of “we will do,” and he then has an aspect of “we will hear” . And so it is from level to level. Each person, relative to his level, also possesses the concept of “we will do and we will hear.”
Ибо когда человек приходит на уровень выше первого, тогда его «услышим» принимает аспект «сделаем», и у него появляется аспект «услышим» <ещё выше этого>. И так — от уровня к уровню. Каждый человек, относительно своего уровня, также обладает понятием «сделаем и услышим».
וְכֵן בְּכָל עוֹלָם יֵשׁ בְּחִינַת נַעֲשֶׂה וְנִשְׁמַע, כִּי מַה שֶּׁהוּא לְהָעוֹלָם הַזֶּה בְּחִינַת נִשְׁמַע הוּא לְעוֹלָם הַגַּלְגַּלִים בְּחִינַת נַעֲשֶׂה, וְיֵשׁ לָהֶם בְּחִינַת נִשְׁמַע גָּבוֹהַּ מִמֶּנּוּ, וְכֵן מֵעוֹלָם לְעוֹלָם.
Likewise, in each world, there is the concept of “we will do and we will hear.” That which for this world is the aspect of “we will hear,” is, for the extraterrestrial world, the aspect of “we will do.” And they possess an even higher aspect of “we will hear” than this. And so it is from world to world. {“Hidden things pertain to God our Lord, but that which has been revealed applies to us and our children, forever; to do all the words of this Torah” (Deuteronomy 29:28).}
Подобно этому, в каждом мире есть понятие «сделаем и услышим». То, что для этого мира является аспектом «услышим», для внесущего мира является аспектом «сделаем». И у них есть ещё более высокий аспект «услышим», чем этот. И так — от мира к миру. {«Сокрытое принадлежит Богу, Господу нашему, а открытое — нам и детям нашим, навеки: чтобы исполнять все слова этой Торы» (Дварим 29:28).}
וְזֶה בְּחִינַת תּוֹרַת ה' וְתוֹרָתוֹ (ע"ז יט) – מִתְּחִלָּה תּוֹרַת ה', שֶׁהוּא בְּחִינַת נִסְתָּר, הַנִּסְתָּרֹת לַה' אֱלֹקֵינוּ; וְאַחַר־כָּךְ כְּשֶׁהוּא בְּמַדְרֵגָה גָּבוֹהַּ מִמֶּנָּה, נַעֲשֶׂה תּוֹרָתוֹ – שֶׁנַּעֲשֶׂה מֵהַנִּשְׁמָע נַעֲשֶׂה, שֶׁהוּא בְּחִינַת: וְהַנִּגְלֹת לָנוּ וּלְבָנֵינוּ.
This is also the concept of the “Torah of God” and “his Torah” (Psalms 1:2). [Our Sages say] (Avodah Zarah 19a): “At first it is ‘the Torah of God.’” This is the aspect of hidden, “Hidden things pertain to God our Lord.” And afterwards, higher than this one, it becomes “his Torah.” “we will hear” becomes “we will do,” which is “… but that which has been revealed applies to us and our children.”
Это также понятие «Тора Б-га» и «его Тора» (Теилим 1:2). [Наши Мудрецы сказали] (Avodah Zarah 19a): «Сначала это — “Тора Б-га”». Это аспект сокрытого, <соответствующий> [сказанному]: «Сокрытое — у Б-га, Господа нашего». А затем, <когда он удостаивается ступени> выше этой, это становится «его Торой». Его «услышим» становится «сделаем», что соответствует: «…а открытое — нам и детям нашим».
וְזֶה (דברים כ״ט:כ״ח): הַנִּסְתָּרֹת לַה' אֱלֹהֵינוּ – זֶה בְּחִינַת נִשְׁמַע, וְהַנִּגְלֹת לָנוּ וּלְבָנֵינוּ – זֶה בְּחִינַת נַעֲשֶׂה, עַד עוֹלָם לַעֲשׂוֹת אֶת כָּל דִּבְרֵי הַתּוֹרָה הַזֹּאת – שֶׁיֵּלֵךְ מִדַּרְגָּא לְדַרְגָּא, שֶׁיָּבוֹא לְעוֹלָם שֶׁיִּהְיֶה מֵהַנִּשְׁמַע נַעֲשֶׂה.
Thus, “Hidden things pertain to God our Lord”—this corresponds to “we will hear.” “But that which has been revealed applies to us and our children”—this corresponds to “we will do.” “Forever; to do all the words of this Torah”—he should go from level to level, so that he comes to a world where “we will hear” becomes “we will do.”
Итак, «Сокрытое — у Б-га, Господа нашего» — это соответствует «услышим». «А открытое — нам и детям нашим» — это соответствует «сделаем». «Навеки; чтобы исполнять все слова этой Торы» — он должен идти от ступени к ступени, чтобы прийти к миру, где «услышим» становится «сделаем».
וְזֶה: לַעֲשׂוֹת אֶת כָּל דִּבְרֵי הַתּוֹרָה – דִּבְרֵי הַתּוֹרָה הֵם דִּבּוּרֵי הַתּוֹרָה שֶׁסְּבִיבוֹת הַמִּצְוָה, כְּגוֹן וַיְדַבֵּר כַּנַּ"ל, שֶׁהֵם בְּחִינַת נִשְׁמָע כַּנַּ"ל, יִהְיֶה נַעֲשֶׂה מֵהֶם בְּחִינַת נַעֲשֶׂה.
And this is, “To do all the words of this Torah.” The “words of Torah” refers to the statements of the Torah accompanying the precept, such as “And God spoke,” as explained. They correspond to “we will hear,” as above. They will be made into the aspect of “we will do.”
И это [смысл]: «Исполнять все слова этой Торы». «Слова Торы» — это изречения Торы, сопровождающие заповедь, такие как «И говорил Б-г», как объяснено. Они соответствуют «услышим», как выше. Они будут сделаны аспектом «сделаем».
וְזֶהוּ: עַד עוֹלָם – שֶׁיֵּלֵךְ מִדַּרְגָּא לְדַרְגָּא וּמֵעוֹלָם לְעוֹלָם, לַעֲשׂוֹת – לַעֲשׂוֹת דַּיְקָא, בְּחִינַת נַעֲשֶׂה, אֶת כָּל דִּבְרֵי הַתּוֹרָה הַזֹּאת – דִּבְרֵי הַתּוֹרָה הֵם בְּחִינַת דִּבּוּרֵי הַתּוֹרָה שֶׁסְּבִיבוֹת הַמִּצְוָה, שֶׁהֵם בְּחִינַת הַנִּסְתָּרוֹת, בְּחִינַת נִשְׁמַע כַּנַּ"ל, יִהְיֶה נַעֲשֶׂה מֵהֶם בְּחִינַת נַעֲשֶׂה, בְּחִינַת נִגְלוֹת כַּנַּ"ל:
And thus [the verse says] “ahd olam (forever).” He should go from level to level and from olam (world) to olam. “To do”—specifically “to do,” the aspect of “we will do.” “All the words of this Torah”—the “words of Torah” correspond to the statements of the Torah accompanying the precept. They are the aspect of hidden/”we will hear,” as above. They will made into the aspect of “we will do”/the revealed.
И потому [в стихе сказано]: «ад олам (навеки)». Он должен идти от ступени к ступени и от олам (мира) к олам. «Исполнять» — именно «исполнять», аспект «сделаем». «Все слова этой Торы» — «слова Торы» соответствуют изречениям Торы, сопровождающим заповедь. Это аспект сокрытого/«услышим», как выше. Они будут сделаны аспектом «сделаем»/открытого.
וְצָרִיךְ כָּל אָדָם שֶׁיֵּלֵךְ מִדַּרְגָּא לְדַרְגָּא וּמֵעוֹלָם לְעוֹלָם, עַד שֶׁיִּזְכֶּה בְּכָל פַּעַם לִבְחִינַת נַעֲשֶׂה וְנִשְׁמָע גָּבוֹהַּ יוֹתֵר, שֶׁיִּהְיֶה נַעֲשֶׂה אֶצְלוֹ בְּכָל פַּעַם מִבְּחִינַת נִשְׁמָע, בְּחִינַת נִסְתָּר, בְּחִינַת תְּפִלָּה, בְּחִינַת דִּבְרֵי הַתּוֹרָה שֶׁסְּבִיבוֹת הַמִּצְוָה, בְּחִינַת תּוֹרַת ה', יִהְיֶה נַעֲשֶׂה מִזֶּה בְּחִינַת נַעֲשֶׂה, בְּחִינַת נִגְלֶה, בְּחִינַת תּוֹרָה, בְּחִינַת תּוֹרָתוֹ, וִיהִי לוֹ בְּחִינַת נִשְׁמָע וְכוּ' גָּבוֹהַּ יוֹתֵר. וְכֵן בְּכָל פַּעַם יֵלֵךְ מִדַּרְגָּא לְדַרְגָּא וּמִמַּעֲלָה לְמַעֲלָה, עַד שֶׁיָּבוֹא בְּרֵאשִׁית נְקֻדַּת הַבְּרִיאָה, שֶׁהוּא תְּחִלַּת הָאֲצִילוּת.
And each person must go from level to level and from world to world, so that he is always meriting even higher aspects of “we will hear and we will do.” For him, the aspect of “we will hear”/hidden/prayer/Torah-statements-accompanying-the-precept/”Torah of God,” will each time be made into “we will do”/revealed/Torah/”his Torah”; and he will have an even higher aspect of “we will hear.” And so, each time he will be going from level to level and degree to degree, until he comes to the genesis of Creation—this being the first stage of Atzilut (the World of Nothingness).
И каждый человек обязан идти от ступени к ступени и от мира к миру, чтобы он всегда удостаивался ещё более высоких аспектов «услышим и сделаем». Для него аспект «услышим»/сокрытое/молитва/изречения Торы-сопровождающие-заповедь/«Тора Б-га» — каждый раз будет становиться «сделаем»/открытое/Тора/«его Тора»; и у него будет ещё более высокий аспект «услышим». И так каждый раз он будет подниматься от ступени к ступени и от степени к степени, пока не придёт к началу Творения — а это первая ступень Ацилут (Мира Ничто).
וְשָׁם יֵשׁ גַּם־כֵּן בְּחִינַת נַעֲשֶׂה וְנִשְׁמַע, וּבְחִינַת נִשְׁמַע שֶׁיֵּשׁ שָׁם הוּא תּוֹרַת ה' בֶּאֱמֶת, כִּי בְּכָל עוֹלָם וְדַרְגָּא תּוֹרַת ה' הִיא רַק בְּשֵׁם הַמֻּשְׁאָל, כִּי רַק מֵחֲמַת שֶׁנִּסְתָּר מִמֶּנּוּ נִקְרָא תּוֹרַת ה', וּכְשֶׁבָּא לְשָׁם נַעֲשֶׂה תּוֹרָתוֹ. אַךְ בְּחִינַת הַנִּשְׁמָע שֶׁבִּתְחִלַּת הָאֲצִילוּת הִיא תּוֹרַת ה' בֶּאֱמֶת, כִּי אֵין גָּבוֹהַּ מִשָּׁם, רַק תּוֹרַת ה' מַמָּשׁ. וְאַחַר־כָּךְ כְּשֶׁנִּכְלָל בְּאֵין סוֹף, אֲזַי הַנַּעֲשֶׂה הִיא בְּחִינַת תּוֹרַת ה' מַמָּשׁ, וְהַנִּשְׁמַע הוּא בְּחִינַת תְּפִלַּת ה'.
And there, too, there is the concept of “we will do and we will hear.” The aspect of “we will hear” which is there is the true “Torah of God.” For in each world and level, “Torah of God” is but a borrowed name; only because is it called “Torah of God.” But when he comes to there, it becomes “his Torah.” However, the aspect of “we will hear” which is at the first stage of Atzilut is truly the “Torah of God.” For there is nothing higher than there, [there is] only God’s Torah itself. Then afterwards, when he is encompassed in the Infinite One, then the “we will do” corresponds to God’s Torah itself. And the “we will hear” corresponds to God’s prayer.
И там тоже есть понятие «сделаем и услышим». Аспект «услышим», который там, — это истинная «Тора Б-га». Ибо в каждом мире и на каждой ступени «Тора Б-га» — лишь заимствованное имя; только потому, что <есть более низкая ступень>, она называется «Торой Б-га». Но когда он приходит туда, это становится «его Торой». Однако аспект «услышим», который на первой ступени Ацилут, — поистине «Тора Б-га». Ибо нет ничего выше этого: [там] есть только сама Тора Б-га. А затем, когда он охвачен Эйн Соф, тогда «сделаем» соответствует самой Торе Б-га. А «услышим» соответствует молитве Б-га.
כִּי יֵשׁ תּוֹרַת ה', כְּמוֹ שֶׁאָמְרוּ רַבּוֹתֵינוּ זִכְרוֹנָם לִבְרָכָה (ירושלמי ביכורים ור"ה): אֲנִי קִיַּמְתִּיהָ תְּחִלָּה, וּכְמוֹ שֶׁאָמְרוּ (סוטה יד): הַקָּדוֹשׁ־בָּרוּךְ־הוּא מַלְבִּישׁ עֲרֻמִּים וּמְבַקֵּר חוֹלִים וְכוּ'. וְכֵן אָמְרוּ רַבּוֹתֵינוּ זִכְרוֹנָם לִבְרָכָה (ברכות ו): מִנַּיִן שֶׁהַקָּדוֹשׁ־בָּרוּךְ־הוּא מֵנִיחַ תְּפִלִּין וְכוּ'. וְכֵן יֵשׁ תְּפִלַּת ה', כְּמוֹ שֶׁאָמְרוּ רַבּוֹתֵינוּ זִכְרוֹנָם לִבְרָכָה (שם ז): מִנַּיִן שֶׁהַקָּדוֹשׁ־בָּרוּךְ־הוּא מִתְפַּלֵּל, שֶׁנֶּאֱמַר: וְשִׂמַּחְתִּים בְּבֵית תְּפִלָּתִי.
For there is God’s Torah, as our Sages said (Yerushalmi, Bikurim 3:3): “I fulfilled it first”; and as they said (Sotah 14a): “The Holy One clothes the naked and visits the sick”; and our Sages said (Berakhot 6a): “How do we know that the Holy One wears tefilin ?” Likewise, there is God’s prayer, as our Sages said (ibid. 7a): “How do we know that the Holy One prays? For it is written (Isaiah 56:7), ‘I will make them joyful in My house of prayer.’”
Ибо есть Тора Б-га, как сказали наши Мудрецы (Yerushalmi, Bikurim 3:3): «Я исполнил её первым»; и как они сказали (Sotah 14a): «Святой, благословен Он, одевает нагих и посещает больных»; и наши Мудрецы сказали (Berakhot 6a): «Откуда мы знаем, что Святой, благословен Он, накладывает тфилин?» Также есть молитва Б-га, как сказали наши Мудрецы (ibid. 7a): «Откуда мы знаем, что Святой, благословен Он, молится? Ибо сказано (Йешаягу 56:7): “И обрадую их в Моем доме молитвы”».
נִמְצָא שֶׁיֵּשׁ תּוֹרַת ה' וְיֵשׁ תְּפִלַּת ה', וּכְשֶׁזּוֹכֶה לְהִכָּלֵל בְּאֵין־סוֹף, אֲזַי תּוֹרָתוֹ הוּא תּוֹרַת ה' מַמָּשׁ וּתְפִלָּתוֹ הוּא תְּפִלַּת ה' מַמָּשׁ:
Thus we find that there is God’s Torah and there is God’s prayer. And when one merits being encompassed in the Infinite One, then his Torah is God’s Torah literally, and his prayer is God’s prayer literally.
Итак, мы находим, что есть Тора Б-га и есть молитва Б-га. И когда человек удостаивается быть охваченным Эйн Соф, тогда его Тора — это буквально Тора Б-га, и его молитва — это буквально молитва Б-га.
וְזֶה שֶׁאָמְרוּ רַבּוֹתֵינוּ זִכְרוֹנָם לִבְרָכָה (ב"ק צב): הַמְבַקֵּשׁ רַחֲמִים עַל חֲבֵרוֹ וְהוּא צָרִיךְ לְאוֹתוֹ דָּבָר – הוּא נַעֲנֶה תְּחִלָּה; כִּי מַה שֶּׁצָּרִיךְ לְאוֹתוֹ דָבָר וְאֵינוֹ מְבַקֵּשׁ עַל עַצְמוֹ הוּא מֵחֲמַת שֶׁהוּא בִּבְחִינַת אַיִן, וְהוּא בְּחִינַת תְּחִלָּה, הַיְנוּ קֹדֶם הַבְּרִיאָה, וּמֵחֲמַת שֶׁהוּא בִּבְחִינַת תְּחִלָּה, עַל־יְדֵי־זֶה הוּא נַעֲנֶה תְּחִלָּה.
And this is what our Sages said (Bava Kama 92a): “Someone who requests mercy for his fellow when he needs the very same thing, he is answered first.” Needing the very same thing and not asking it for himself—this is the result of his being in the aspect of nothingness, which is the aspect of “first,” namely, prior to Creation. And because he is in the aspect of first, he is consequently answered first.
И это то, что сказали наши Мудрецы (Bava Kama 92a): «Тот, кто просит милосердия за ближнего своего, когда сам нуждается в том же самом, — ему отвечают первым». Нуждаться в том же самом и не просить этого для себя — это следствие того, что он находится в аспекте ничто, который есть аспект «первого», то есть — до Творения. И поскольку он в аспекте первого, поэтому ему, соответственно, отвечают первым.
[לִכְאוֹרָה, אֵין לְזֶה הָעִנְיָן חִבּוּר הֵיטֵב לְמַה שֶּׁלְּמַעְלָה. אַךְ בֶּאֱמֶת מְבֹאָר זֶה הָעִנְיָן הֵיטֵב לַמְעַיֵּן קְצָת, כִּי מְבֹאָר לְעֵיל וּלְקַמָּן, שֶׁבְּחִינַת תְּפִלַּת ה' הוּא בְּחִינַת קֹדֶם הַבְּרִיאָה, בְּחִינַת אֵין סוֹף, שֶׁזֶּהוּ בְּחִינַת תְּחִלָּה, וּמֵחֲמַת שֶׁזֹּאת הַבְּחִינָה הִיא בְּחִינַת אַיִן, עַל כֵּן אֵין מִי שֶׁיִּזְכֶּה לָזֶה, כִּי אִם מִי שֶׁהוּא בִּבְחִינַת אַיִן, דְּהַיְנוּ שֶׁהוּא עָנָו בֶּאֱמֶת, וּמְבַטֵּל עַצְמוֹ לְגַמְרֵי בְּתַכְלִית הַבִּטּוּל, כְּאִלּוּ אֵינוֹ בָּעוֹלָם, עַד שֶׁנִּכְלָל בְּאֵין־סוֹף, שֶׁשָּׁם הוּא בְּחִינַת תְּפִלַּת ה' כַּנַּ"ל.
{It would seem that this subject has no firm connection to that which preceded it. But actually, this subject is very clear to one who somewhat looks into it. For it is explained above and further on, that the concept of God’s prayer corresponds to pre-Creation/the concept of the Infinite One, which is the aspect of first. And because this aspect is synonymous with the aspect of nothingness, there is therefore no one who can merit to this except one who is in the aspect of nothingness. In other words, he is truly humble. And he negates himself entirely—to the nth degree of negation—as though he were not in the world, until he is encompassed in the Infinite One, wherein lies the concept of God’s prayer.
{Кажется, что эта тема не имеет прочной связи с тем, что предшествовало ей. Но на самом деле эта тема весьма ясна тому, кто хоть немного в неё вглядывается. Ибо объяснено выше и далее, что понятие молитвы Б-га соответствует до-Творению/понятию Эйн Соф, что есть аспект первого. А поскольку этот аспект тождествен аспекту ничто, поэтому нет никого, кто мог бы удостоиться этого, кроме того, кто находится в аспекте ничто. Иными словами, он поистине смирён. И он полностью отменяет себя — до n-й степени отмены — как будто его нет в мире, пока он не будет охвачен Эйн Соф, где заключено понятие молитвы Б-га.}
וּבָזֶה מְקֻשָּׁר הֵיטֵב מַה שֶּׁמּוּבָא לְקַמָּן עַל מַאֲמַר רַבּוֹתֵינוּ זִכְרוֹנָם לִבְרָכָה: אֶלְעָזָר זְעִירָא וְכוּ', שֶׁחֲשָׁדוּהוּ בְּגַדְלוּת וְעַל כֵּן חֲבָשׁוּהוּ וְכוּ', עַיֵּן שָׁם. וְלִכְאוֹרָה אֵין קֶשֶׁר לְעִנְיַן פְּגַם הַגַּדְלוּת לְהַתּוֹרָה הַזֹּאת, שֶׁלֹּא נִזְכָּר כָּאן לִכְאוֹרָה מֵעִנְיַן גַּדְלוּת כְּלָל. אַךְ בֶּאֱמֶת עַל־פִּי הַנַּ"ל מְבֹאָר לָעֵינַיִם, שֶׁכָּל עִנְיָן זֶה לִזְכּוֹת לִבְחִינַת נַעֲשֶׂה וְנִשְׁמַע הַגָּבוֹהַּ יוֹתֵר, שֶׁהוּא בְּחִינַת כְּלָלִיּוּת בְּאֵין סוֹף, בִּתְחִלַּת הַבְּרִיאָה – כָּל זֶה אִי אֶפְשָׁר לִזְכּוֹת כִּי אִם עַל־יְדֵי עֲנָוָה בֶּאֱמֶת, שֶׁהוּא בְּחִינַת אַיִן כַּנַּ"ל.
With this, a firm connection is made [to] that which is brought further on regarding the teaching of the Sages: Elazar Ze’ira… who was suspected of haughtiness and was therefore arrested. See there. For it would seem that there is no connection between the subject of haughtiness and this lesson. The subject of haughtiness is not, on the face of it, mentioned here at all. Yet, in fact, based on what has been explained, [its connection] is clearly visible. This entire matter of meriting to a higher aspect of “we will do and we will hear”—corresponding to encompassment in the Infinite One/the genesis of Creation—is impossible, except through true humility/nothingness, as explained above.
С этим устанавливается прочная связь [с тем], что приводится далее относительно учения Мудрецов: Элазар Зеира… которого заподозрили в высокомерии и потому арестовали. См. там. Ибо, на первый взгляд, кажется, что нет никакой связи между темой высокомерия и этим уроком. Тема высокомерия, вроде бы, здесь вовсе не упоминается. Однако на самом деле, на основе того, что было объяснено, [эта связь] ясно видна. Всё это дело — удостоиться более высокого аспекта «сделаем и услышим», соответствующего охватыванию в Эйн Соф/зарождению Творения, — невозможно иначе как через истинное смирение/ничто, как объяснено выше.
וְעַתָּה מְבֹאָר הֵיטֵב קֶשֶׁר עִנְיָן זֶה "הַמִּתְפַּלֵּל עַל חֲבֵרוֹ וְהוּא צָרִיךְ וְכוּ'" לְהַתּוֹרָה הַזֹּאת, כִּי זֶה שֶׁמִּתְפַּלֵּל עַל חֲבֵרוֹ אַף־עַל־פִּי שֶׁהוּא צָרִיךְ לְאוֹתוֹ דָּבָר, זֶהוּ בְּחִינַת עֲנָוָה, בְּחִינַת אַיִן, שֶׁמְּבַטֵּל עַצְמוֹ, וְאֵינוֹ חוֹשֵׁשׁ עַל עַצְמוֹ כְּלוּם, רַק מַרְגִּישׁ צַעַר יִשְׂרָאֵל חֲבֵרוֹ, וְעַל־יְדֵי הַבִּטּוּל זֶה הוּא נִכְלָל בְּאַיִן, שֶׁהוּא בְּחִינַת תְּחִלָּה, בְּחִינַת קֹדֶם הַבְּרִיאָה, בְּחִינַת נִשְׁמָע, בְּחִינַת תְּפִלַּת ה' כַּנַּ"ל, וְעַל כֵּן הוּא נַעֲנֶה תְּחִלָּה, כִּי הוּא בִּבְחִינַת תְּחִלָּה כַּנַּ"ל].
And we now have a clear explanation for how the topic of “someone who requests mercy for his fellow when he needs the very same thing” is connected to this lesson. This is because the person who prays for his fellow, even though he needs that very same thing—this is the concept of humility/nothingness. He negates himself, showing no concern for himself whatsoever. Instead, he is sensitive to the suffering of his fellow Jew. And through this negation, he is encompassed in nothingness—corresponding to pre-Creation/”we will hear”/God’s prayer. He is therefore answered first, because he is in the aspect of first, as explained.}
И теперь у нас есть ясное объяснение того, как тема «кто просит милости за своего товарища, когда ему самому нужно то же самое» связана с этим уроком. Ибо человек, который молится за своего товарища, хотя ему самому нужно то же самое, — это понятие смирения/ничто. Он отменяет себя, вовсе не заботясь о себе. Напротив, он чувствителен к страданию своего ближнего еврея. И через эту самоотмену он охватывается ничто — соответствующим до-Творению/«услышим»/молитве Всевышнего. Поэтому ему отвечают прежде всего, ибо он находится в аспекте первенства, как объяснено.}
וְזֶה בְּחִינַת אָב וּבֵן, מַאֲמָר וַחֲצִי מַאֲמָר. כִּי הַנַּעֲשֶׂה הוּא בְּחִינַת נִגְלֶה, בְּחִינַת תּוֹרָה, בְּחִינוֹת בָּרָא, בְּחִינוֹת בֵּן, בְּחִינוֹת עֵדֶן תַּתָּאָה, בְּחִינוֹת חָכְמָה תַּתָּאָה, בְּחִינוֹת חֲצִי מַאֲמָר; כְּנֶגֶד הַנִּשְׁמָע, שֶׁהוּא בְּחִינוֹת בְּרֵאשִׁית, מַאֲמָר הַשָּׁלֵם, חָכְמָה עִלָּאָה, עֵדֶן עִלָּאָה, בְּחִינוֹת אָב, בְּחִינַת תְּפִלָּה, בְּחִינוֹת נִסְתָּר, כִּי כָּל דַּרְגָּא נֶגֶד דַּרְגָּא שֶׁלְּמַעְלָה מִמֶּנָּה הוּא בְּחִינוֹת חֲצִי מַאֲמָר. כְּמוֹ הָאָב כְּשֶׁמְּדַבֵּר, מְדַבֵּר מַאֲמָר הַשָּׁלֵם, וּכְשֶׁבְּנוֹ הַקָּטָן מְדַבֵּר אַחֲרָיו, הוּא מְדַבֵּר רַק חֲצִי מַאֲמָר – כֵּן כָּל דַּרְגָּא נֶגֶד דַּרְגָּא שֶׁלְּמַעְלָה מִמֶּנָּה הִיא בְּחִינוֹת חֲצִי מַאֲמָר, וְהַדַּרְגָּא שֶׁלְּמַעְלָה מִמֶּנָּה הִיא בְּחִינוֹת מַאֲמָר הַשָּׁלֵם נֶגְדָּהּ,
This is the concept of “father and son, a complete-statement and a half-statement.” For the “we will do” corresponds to revealed/Torah/”He created”/son/Lower Eden/lower wisdom/a half-statement; as opposed to the “we will hear,” which corresponds to “in the beginning”/the complete-statement/upper wisdom/Upper Eden/father/prayer/hidden. This is because each level, vis-à-vis the level above it, is a half-statement. It is like the father who, when he speaks, utters a complete-statement; yet when his small son speaks after him, he utters only a half-statement. So it is with every level vis-à-vis the level above it: it is a half-statement, whereas the level above it is by comparison the complete-statement.
Это понятие «отец и сын, цельное-изречение и половинчатое-изречение». Ибо «сделаем» соответствует явленному/Торе/«Он создал»/сыну/Нижнему Эдену/нижней мудрости/половинчатому-изречению; в отличие от «услышим», которое соответствует «в начале»/цельному-изречению/верхней мудрости/Верхнему Эдену/отцу/молитве/скрытому. Ибо каждый уровень по отношению к уровню, который над ним, — это половинчатое-изречение. Это подобно отцу, который, когда говорит, произносит цельное-изречение; но когда его малый сын говорит после него, он произносит лишь половинчатое-изречение. Так и каждый уровень по отношению к уровню над ним: он — половинчатое-изречение, тогда как уровень над ним — по сравнению с ним — цельное-изречение.
וְכֵן מִדַּרְגָּא לְדַרְגָּא, כִּי כָל בְּנֵי־אָדָם וְחַיּוֹת וְעוֹפוֹת וּצְמָחִים וְכָל הַדְּבָרִים שֶׁבְּזֶה הָעוֹלָם הֵם רַק בְּחִינוֹת חֲצִי מַאֲמָר נֶגֶד הָעוֹלָם שֶׁלְּמַעְלָה מִזֶּה הָעוֹלָם, כִּי הֵם רַק רְמָזִים לִדְבָרִים הַגְּבוֹהִים מֵהֶם, וְכֵן מֵעוֹלָם לְעוֹלָם. וְכֵן כְּלָלִיּוּת הַבְּרִיאָה נֶגֶד קֹדֶם הַבְּרִיאָה הִיא בְּחִינוֹת חֲצִי מַאֲמָר, כִּי עִקַּר שְׁלֵמוּת – בְּאֵין־סוֹף, וְשָׁם הוּא בְּחִינַת מַאֲמָר הַשָּׁלֵם.
And so it is from one level to the next. For all the humans, animals, birds, plants and all things in this world, are only a concept of a half-statement vis-à-vis the world which is above this world. This is because they are only representations of things higher than themselves. And so it is from one world to the next; and likewise, Creation vis-à-vis pre-Creation is a half-statement. For completeness is in the Infinite One ; which is where the concept of the complete-statement exists.
И так — от одного уровня к следующему. Ибо все люди, животные, птицы, растения и все вещи в этом мире — лишь понятие половинчатого-изречения по отношению к миру, который выше этого мира. Ведь они — только отображения вещей, более высоких, чем они сами. И так — от одного мира к другому; и также Творение по отношению к до-Творению — половинчатое-изречение. Ибо <единственная> цельность — в Эйн Соф <благословен Он>; и там существует понятие цельного-изречения.
וְזֶה בָּרָא, שֶׁהוּא כְּלָלִיּוּת הַבְּרִיאָה, הוּא חֲצִי מַאֲמָר נֶגֶד בְּרֵאשִׁית, שֶׁהוּא בְּחִינוֹת קֹדֶם הַבְּרִיאָה, בְּחִינַת תְּפִלָּה, כְּמוֹ בְּרֵאשִׁית – יָרֵא בּשֶׁת (תיקונים תיקון ז), שֶׁהִיא הַתְּפִלָּה, בְּחִינוֹת (משלי ל״א:ל׳): יִרְאַת ה' הִיא תִתְהַלָּל, שֶׁהוּא מַאֲמָר הַשָּׁלֵם.
This is [what is meant by], “He created”—which embodies the entire Creation—is a half-statement vis-à-vis “in the beginning”—which corresponds to pre-Creation/prayer. BeREIShYT (in the beginning) is YaREI BoSheT (fear, embarrassment) (Tikkuney Zohar #7), which is prayer, as in (Proverbs 31:30), “Fear of God shall be praised”—[and prayer] is the complete-statement.
Это [и означает], что «Он создал» — что включает в себя всё Творение — есть половинчатое-изречение по отношению к «в начале», которое соответствует до-Творению/молитве. <Ибо> БеРЕЙШИТ (в начале) — это ЯРЕЙ БоШеТ (страх, стыд) (Тиккуней Зоар #7), что есть молитва, как в (Мишлей 31:30): «Страх Бога будет восхвалён», — [и молитва] есть цельное-изречение.
וְעַל כֵּן אֱמוּנָה נִקְרָא יְרוּשָׁלַיִם כַּנַּ"ל, עַל שֵׁם שֶׁעִקַּר בִּנְיָנָהּ מִבְּרֵאשִׁית, שֶׁהוּא בְּחִינַת יִרְאָה שָׁלֵם, כִּי תַּמָּן יִרְאָה, תַּמָּן שָׁלֵם. בְּרֵאשִׁית, יָרֵא בּשֶׁת, מַאֲמָר הַשָּׁלֵם,
Accordingly, faith is called YeRuShaLayiM (Jerusalem), as mentioned. This is because its principal construction is from “in the beginning,” corresponding to complete fear—for where there is YiRah (fear), there is ShaLeM (completeness): BeREIShYT / YaREI BoSheT /the complete-statement.
Соответственно, вера называется ЙеРуШаЛаЙиМ (Иерусалим), как упомянуто. Ибо её основное построение — из «в начале», соответствующего цельному страху; ведь где есть ЙиРа (страх), там есть ШаЛеМ (цельность): БеРЕЙШИТ / ЯРЕЙ БоШеТ / цельное-изречение.
כִּי אֱמוּנָה הוּא מֵהָרוֹעִים כַּנַּ"ל, וּלְהָרוֹעִים אִי אֶפְשָׁר לְהִתְקָרֵב כִּי אִם עַל־יְדֵי עַזּוּת כַּנַּ"ל, וּלְעַזּוּת זוֹכִין עַל־יְדֵי שִׂמְחָה כַּנַּ"ל, וּלְשִׂמְחָה זוֹכִין עַל־יְדֵי בְּחִינוֹת נַעֲשֶׂה וְנִשְׁמָע, שֶׁהוּא בְּחִינוֹת תּוֹרָה וּתְפִלָּה וְכוּ' כַּנַּ"ל. אַךְ עִקַּר שְׁלֵמוּת הַשִּׂמְחָה הוּא עַל־יְדֵי יִרְאָה, כִּי "וְגִילוּ בִּרְעָדָה" כְּתִיב (תהילים ב׳:י״א), הַיְנוּ, עִקַּר הַגִּילָה וְהַשִּׂמְחָה הִיא עַל־יְדֵי תְּפִלָּה, שֶׁהוּא בְּחִינוֹת יִרְאָה כַּנַּ"ל, שֶׁהִיא בְּחִינוֹת נִשְׁמָע, בְּחִינוֹת מַאֲמָר הַשָּׁלֵם, שֶׁשָּׁם עִקַּר הַשְּׁלֵמוּת כַּנַּ"ל.
<Итак, мы находим, что вера> — от пастырей. Но невозможно приблизиться к пастырям иначе как через дерзновение; а дерзновения удостаиваются через радость; а радости удостаиваются через понятие «сделаем и услышим», соответствующее Торе и молитве и т. д. Однако главная цельность радости приходит через страх, ибо написано (Теилим 2:11): «радуйтесь с трепещущим страхом». Иными словами, основная радость и веселье — через молитву/страх/«услышим»/цельное-изречение — где и находится главная цельность.
נִמְצָא שֶׁעִקַּר בִּנְיַן הָאֱמוּנָה, שֶׁהִיא בְּחִינוֹת יְרוּשָׁלַיִם קִרְיָה נֶאֱמָנָה, זוֹכִין עַל־יְדֵי תְּפִלָּה, שֶׁהוּא בְּחִינוֹת יִרְאָה, בְּחִינוֹת מַאֲמָר הַשָּׁלֵם כַּנַּ"ל. וְעַל כֵּן נִקְרֵאת הָאֱמוּנָה יְרוּשָׁלַיִם, שֶׁהוּא יִרְאָה שָׁלֵם, כִּי עִקַּר בִּנְיָנָהּ עַל־יְדֵי בְּחִינוֹת יִרְאָה, שֶׁהוּא בְּחִינוֹת מַאֲמָר הַשָּׁלֵם, שֶׁזֶּהוּ בְּחִינוֹת בְּרֵאשִׁית, יָרֵא בּשֶׁת, שֶׁהוּא מַאֲמָר הַשָּׁלֵם כַּנַּ"ל.
It follows, that the principal construction of faith—corresponding to Jerusalem “a faithful city”—is achieved through prayer/fear/the complete-statement. Faith is therefore called Jerusalem, which is complete fear. Her principal construction is through fear/the complete-statement, which corresponds to BeREIShYT—YaREI BoSheT, the complete-statement.
Получается, что основное построение веры — соответствующей Иерусалиму, «верному городу», — достигается через молитву/страх/цельное-изречение. Поэтому вера называется Иерусалимом, который есть цельный страх. Её основное построение — через страх/цельное-изречение, что соответствует БеРЕЙШИТ — ЯРЕЙ БоШеТ, цельному-изречению.
וְזֶה (שם יט): עֵדוּת ה' נֶאֱמָנָה – עֵדוּת ה', שֶׁהֵם הָעֲדָיִים הַנַּ"ל, נֶאֱמָנָה, עַל־יָדָה נִבְנֵית הָאֱמוּנָה.
And this is (Psalms 19:8), “The testimony of God is faithful.” “EyDut (the testimony) of God”—the EDiyim (ornaments) mentioned above—”is faithful.” Through it, faith is constructed.
И это (Теилим 19:8): «Свидетельство Бога верно». «ЭйДут (свидетельство) Бога» — ЭДиЙим (украшения), упомянутые выше — «верно». Через это строится вера.
וְזֶה (בראשית מ״ט:כ״ד): מִשָּׁם רֹעֶה אֶבֶן יִשְׂרָאֵל, וְתַרְגּוּמוֹ: אָב וּבֵן. וְזֶה מַאֲמָר הַשָּׁלֵם, שֶׁהוּא אָב וּבֵן כַּחֲדָא, כִּי חֲצִי מַאֲמָר הוּא בְּחִינוֹת בֵּן לְחוּד, אֲבָל מַאֲמָר הַשָּׁלֵם הוּא אָב וּבֵן כַּחֲדָא, כִּי שָׁם נִכְלָל הַכֹּל, וְעַל־יְדֵי־זֶה יָכוֹל לָבוֹא לִבְחִינוֹת רוֹעִים כַּנַּ"ל. וְזֶהוּ: מִשָּׁם רֹעֶה אֶבֶן יִשְׂרָאֵל, כַּנַּ"ל:
This is (Genesis 49:24) “… from there the Shepherd, the evan (the Rock) of Israel.” Onkelos translates [“ÆVaN” as a composite of] AV and VeN (father and son). This is the complete-statement: father and son as one. For a half-statement corresponds to the son alone, but the complete-statement is father and son as one. Everything is encompassed there, and through this one can come to the concept of shepherds, as above. Hence this is the meaning of, “… from there the shepherd, the ÆVen of Israel.”
Это (Берешит 49:24): «… оттуда Пастырь, эвен (Камень) Израиля». Онкелос переводит [«Эвен» как составное из] АВ и ВеН (отец и сын). Это — цельное-изречение: отец и сын как одно. Ибо половинчатое-изречение соответствует одному лишь сыну, но цельное-изречение — это отец и сын как одно. Там всё охватывается, и через это можно прийти к понятию пастырей, как выше. Поэтому таков смысл: «… оттуда пастырь, Эвен Израиля».