Group None

Видится мне объяснение: это нисколько не трудно, а напротив — ему подобает говорить такие вещи. Ибо сказано в мидраше: «То, что мудрость сделала венцом для своей головы, скромность сделала подошвой для своих сандалий. Написано: "Начало мудрости — страх Г-сподень" и написано: "Следствие скромности — страх Г-сподень"».

Чтобы понять это, обратимся к тому, что в Зоhаре задан вопрос: следовало бы написать «конец мудрости — страх Г-сподень», ведь мудрость выше страха. Но суть в том, что вначале, когда человек хочет удостоиться Торы, он должен войти во врата страха — нижнего страха. Как мы говорили о словах Гемары: «Каждый, у кого есть Тора, но нет страха, подобен казначею, которому вручили внутренние ключи, а внешних ключей не вручили. Как он войдёт?» Рав Яннай объявляет: «Горе тому, у кого нет двора, а ворота ко двору делает!»

На первый взгляд это кажется противоречием: выше Тора названа внутренними ключами, а страх — внешними. А рав Яннай приходит подтвердить и объявляет: «Горе» и т.д. — и приравнивает страх ко двору, то есть к внутреннему, а Тору — к воротам, то есть к внешнему.

Но суть в том, что вначале нужно войти во врата нижнего страха, и через это удостаивается мудрости — это Тора. Однако и после того, как удостоился мудрости, он ещё не достиг цели служения, пока не удостоится трепета перед величием. Поэтому вначале Тора уподоблена внутренним [ключам], а страх — вратам, то есть нижнему страху, который является вратами к мудрости. А рав Яннай объявляет о человеке, который достиг Торы, но не достиг трепета перед величием: мудрость — врата к трепету перед величием.

И вот: «Начало мудрости — страх Г-сподень» — то есть трепет перед величием есть глава мудрости. А скромность ещё выше мудрости, и тот, кто удостоился скромности, — для него трепет перед величием подобен нижнему страху по отношению к мудрости. И это: «То, что мудрость сделала венцом для своей головы» — то есть трепет перед величием есть глава мудрости, — «скромность сделала подошвой для своих сандалий» — то есть по отношению к скромности трепет перед величием подобен нижнему страху по отношению к мудрости, который является вратами.

Из этих слов мы поймём приведённую выше Гемару. Ещё нужно понять: почему он не сказал «в праздник Шавуот», а сказал «приготовьте мне телёнка»?

Видится, что есть спор в Гемаре: один говорит — шестого сивана была дана Тора, а другой говорит — седьмого. По мнению, что седьмого была дана Тора, мы делаем шестое праздником, потому что это пятидесятый день Счёта — день собрания, и потому называется «Ацерет», а не потому, что в этот день была дана Тора. И день шестой является вратами к дню седьмому, в который была дана Тора. То есть в этот день, накануне принятия Торы, человек должен быть в трепете и страхе, что, возможно, не исправил свои дела должным образом в дни Счёта, и должен исправлять себя в предшествующий день, чтобы удостоиться Торы при Даровании Торы. Как написано: «И было на третий день» и т.д. «и задрожал весь народ, который в стане» — то есть хотя они очистили себя в дни Счёта, Святой, благословен Он, дал услышать голоса и молнии перед дарованием Торы, чтобы они затрепетали и устрашились, и обратили внимание на исправление своих дел ещё, дабы удостоиться Торы.

И это написано: «С небес дал Ты слышать суд — земля убоялась и умолкла». Однако этот страх нужен тому, кто ещё не удостоился Торы, ибо этот страх — врата к Торе. Но тот, кто удостоился Торы, не нуждается в этом страхе, ибо он уже достиг трепета перед величием.

И рав Йосеф, удостоившийся Торы, не нуждался в этом страхе в день Ацерет, который является днём перед принятием Торы. Однако по своей скромности он не считал себя великим, а лишь малым по уровню — то есть имеющим нижний страх, который является вратами для вхождения в Тору. И хотя ему казалось, что он из малых по уровню и не постигает трепет перед величием, тем не менее по великой своей скромности он радовался своей доле и приказывал приготовить себе отборного телёнка — то есть в первый день праздника Шавуот, который есть день собрания и врата ко второму дню, — в этот день каждый человек должен трепетать перед Ним, благословенным, чтобы удостоиться Торы, как сказано выше.

Поэтому рав Йосеф радовался тому, что у него был этот страх, — хотя он постиг трепет перед величием, но по великой своей скромности не считал себя обладающим чем-то большим, чем этот страх. И повелевал приготовить себе отборного телёнка. Сказал: «Если бы не этот день, который послужил причиной, — сколько Йосефов на рынке!» — то есть у которых нет даже этого страха. И потому радовался, что удостоился хотя бы этого страха, как сказано выше.