Group None

Видится намёк в следующем. Истина в том, что тот, кто удостоился учить Тору ли-шма — это очень хорошо, и тем более тот, кто удостоился обучать других. Но не в этом суть служения — в том, что видно глазам, что человек занимается Торой и служением. Но и в то время, когда он не занимается и не делает ничего [видимого], его сердце должно пылать как огненные искры любви и трепета. И от такого человека можно научиться любви к Г-споду и трепету перед Ним, даже когда не слышишь от него ни слова, а лишь видишь его, — даже без его слов в человека входит иной дух, и его душа воспламеняется к служению Г-споду.

Поэтому мы видим: иногда есть великие знатоки Торы, но люди не принимают их как учителей; а есть люди, которые не столь велики, но все следуют за ними, страстно желая услышать от них хоть слово, и пьют с жаждой их речи. Это потому, что в них постоянно горит огонь трепета и любви к Создателю. Поэтому мы находим в Гемаре, что мудрецы, устанавливая запрет на что-либо, не раскрывали причину до истечения двенадцати месяцев, ибо они были постоянно прилеплены к Нему, благословен Он, и их слова принимались даже без объяснения причин.

Вот верный признак, от какого человека учить Тору: если от него воспринимается служение Святому, благословен Он, даже когда он не говорит ни слова и не видно от него никакого действия, но при одном лишь взгляде на него сердце воспламеняется к служению Г-споду — от такого следует учить Тору, ибо это знак, что он постоянно служит Святому, благословен Он, в мысли своей, с пламенной любовью, и потому может направлять мыслью своей всех приходящих в мир по доброму и прямому пути.

Сказано в Зоар, что левиты — это аспект вина, ибо вино «поднимает голос» (рама кала), поэтому левиты были избраны для пения. А коhен — это аспект масла (шемен), ибо масло беззвучно — даже когда переливают его из сосуда в сосуд, не слышен его звук. Так и служение коhена: он совершал единения (йихудим) в мысли своей и связывал высшие миры с нижними через служение жертвоприношений.

И вот смысл мишны: «Спросил рабби Ишмаэль рабби Йеhошуа: почему запретили сыры нееврев?» — то есть рабби Ишмаэль хотел, чтобы рабби Йеhошуа сообщил ему причину запрета. А рабби Йеhошуа ответил ему, что не в этом суть — знать причину, но главное — знать, от какого учителя исходит это постановление, и не нужно знать причину, ибо мудрецы Мишны, несомненно, были великими праведниками, и их служение было столь высоко, что мысль их постоянно была прилеплена к Нему, да будет Он благословен, и любовь к Святому, благословен Он, постоянно пылала в их сердцах, поэтому их слова принимались даже без раскрытия причины. Потому он отвлёк его именно к этому стиху и сказал ему: «Ишмаэль, брат мой, как ты читаешь — додеха или додáих?» — и помимо объяснения стиха намекнул ему этими словами, что любовь, которую мы испытываем к Святому, благословен Он, должна быть выше «вина» — то есть выше аспекта вина, которое «поднимает голос», — но любовь должна быть настолько глубоко укоренена в сердце, что от величия любви его мысль не может успокоиться и отдохнуть ни на мгновение, но всегда пребывает в двекуте — прилеплении к любви Создателя, благословен Он. «Ведь продолжение стиха свидетельствует: от аромата масел твоих благих» — а масло беззвучно. Это был аспект коhена, чьё служение было в мысли: он совершал великие единения в мысли своей и связывал высшие миры с нижними. И служение коhенов было выше служения левитов, которые суть аспект вина. Поэтому не нужно знать причину, ибо их слова — угли огня любви, и мысль их прилеплена к Нему, да будет Он благословен, и любовь к Святому, благословен Он, постоянно горит в их сердцах, поэтому их слова были приняты даже без раскрытия причины. И пойми.