Netivot Olam, Netiv Ahavat Reia

Царь Шломо, мир ему, имел в виду, что человек должен связаться с товарищем и добрым другом и не оставлять его, и даже друга отца своего не оставлять. И пусть не входит в дом брата своего в день беды своей, а если ему чего-то не хватает и он хочет попросить совета — пусть идёт к другу своему, ибо тот лучше для него, чем брат.

И вот почему: друг — это человек, который был далёк и приблизился к нему. Из этого ты можешь узнать и понять, что связь эта велика больше [чем братство], ибо если бы не так, он бы не присоединился к нему, и потому их связь велика. Не так с братом, чья связь лишь в том, что они родились от одного отца, и эта связь не подобна связи друзей.

И это ты поймёшь из того, что [Писание] ставит далёкого прежде близкого, как сказано: «Мир далёкому и близкому» (Йешаяу 57:19). И сказали (Берахот 34б): «В месте, где стоят бааль тшува [раскаявшиеся], полные праведники не могут стоять» — потому что он был далёк и приблизился, и его связь сильнее, и потому ему предшествует приветствие миром, ибо мир — это связь, а связь далёкого предшествует.

И ещё есть различие: брат называется так по рождению, и имя «брат» — лишь от того, что у них один отец, который является их началом, и это не от них самих. Но понятие дружбы — со стороны связи между ними самими, и потому связь друзей сильнее связи братьев, ибо братья — лишь по рождению от одного отца, а не от самих себя, и это понятно.

Однако объяснение «и в дом брата твоего не входи в день беды твоей» означает буквально: не следует приходить в дом брата в день своего несчастья, ибо это причиняет ему страдание. Ибо когда у человека беда и другой человек видит его — даже если он его брат — это причиняет ему страдание. Но друг и товарищ увидит его, и нет ему страдания от друга, ибо тот любит его и любим ему, и это приносит ему утешение. И это тоже доказывает, что друг значительнее брата.

И далее сказано: «Лучше сосед близкий, чем брат далёкий». Имеется в виду: хотя между соседями нет такого сближения, ибо сосед не приходит быть соседом специально ради него и не ищет связи с ним, тем не менее к соседу применимо понятие «близкий», ибо в конечном счёте у них есть близость, поскольку они живут рядом. Но у брата их связь не является соединяющей, ибо он называется братом независимо от того, близок он или далёк, а не так с соседом, ибо он называется соседом лишь если он близок, и потому сосед лучше.

А то, что сказано «и друга отца твоего не оставляй» можно объяснить буквально: это друг только его отца. И хотя друг отца не связался с ним самим, тем не менее он связался с его отцом, и это больше, чем связь братьев, где вовсе не было связи. И можно также объяснить «друг твой и друг отца твоего» — то есть тот, кто является твоим другом и был также другом отца твоего, то есть твоих предков. И это дело весьма великое — любить ближнего своего как самого себя.

Но дело в том, что Израиль — один народ, и потому подобает, чтобы Израиль был как один человек полностью. И когда нет любви к ближнему, как будто он — один [с тобой] человек, — это как будто Израиль не является одним народом. Потому заповедь в Израиле: «И возлюби ближнего своего, как самого себя» (Ваикра 19:18).

И мы уже разъясняли в главе «Моше принял»: то, что человек любит творения — это также любовь ко Всевышнему, ибо тот, кто любит кого-либо, любит все дела рук его, которые он сделал и сотворил. Потому, когда человек любит Всевышнего, невозможно, чтобы он не любил Его творения, а если он ненавидит творения, невозможно, чтобы он любил Всевышнего, Который их сотворил. И так же почитание ближнего, который создан по образу Божию, считается почитанием Всевышнего, как мы подробно разъясняли выше, в «Пути благодеяний», относительно гостеприимства, которое считается подобным принятию лика Шхины, как мы разъяснили.

В Гемаре, в главе «Бе-ма мадликин» (Шабат 31а), рассказано: однажды один иноверец пришёл к Шаммаю и сказал ему: обрати меня, при условии что научишь меня всей Торе, пока я стою на одной ноге. Тот оттолкнул его строительной линейкой, которая была в руке. [Иноверец] пришёл к Гилелю, и тот обратил его. Сказал ему: то, что ненавистно тебе, не делай ближнему своему — в этом вся Тора, а остальное — комментарий к этому. Иди и учи.

Раши объясняет: «то, что ненавистно тебе, не делай ближнему» — «Друга твоего и друга отца твоего не оставляй» — это Святой, благословен Он. Не преступай Его слов, ибо ведь тебе ненавистно, когда товарищ преступает твои слова. Другое объяснение: «ближний» буквально — как воровство, грабёж, прелюбодеяние и большинство заповедей. «Остальное» — прочие слова Торы — комментарий к этому, чтобы знать, что именно ненавистно, — иди учи и узнаешь. И оба объяснения Раши весьма натянуты.

Ещё сложен Торат Коганим, где бен Аззай говорит, что «вот книга родословий человека» — правило ещё более великое. Какое отношение имеет «вот книга родословий человека» к великому правилу в Торе?

И представляется следующее объяснение: то, что сказано «что ненавистно тебе, не делай ближнему» — всё это потому, что [человек] любит ближнего, как любит самого себя. И всё это оттого, что ближний создан по его подобию и образу. И поскольку у них один образ и подобие, в этом отношении ближний и он сам — одно, когда у них совершенно один образ. И то, что составляет высшее достоинство человека — это обладание этим образом в совершенстве, как сказали мудрецы, благословенна их память, в трактате Авот (3:14): «Любим человек, ибо создан по образу Божию». И когда человек любит ближнего, созданного по образу Божию, тогда образ этого человека — образ Божий, и потому он любит ближнего как себя, ибо тот создан по образу Божию и у них один образ. Как было разъяснено выше и будет разъяснено далее — и это цель Торы: чтобы человек обрёл это высшее достоинство, то есть образ Божий.

Потому верно то, что сказано «а остальное — комментарий», ибо вся Тора целиком — комментарий к тому, каким путём человек достигнет этой ступени — быть полностью по образу Божию. Потому повелительных заповедей в Торе 248 — по числу членов тела человека, а члены тела — это его образ. Мы уже разъясняли это выше, в «Пути Торы».

Потому бен Аззай сказал, что «вот книга родословий человека: в день, когда Бог сотворил человека, по подобию Божию создал его» (Берешит 5:1) — это правило ещё более великое. Ибо то, что у человека есть потомство, — благодаря этому он полностью по подобию Божию. Ведь если у него нет детей, он как будто умаляет подобие, ибо так сказали (Йевамот 63б): «Всякий, кто не занимается размножением, как будто умаляет подобие, как сказано: 'По подобию Божию создал его', и далее написано: 'А вы плодитесь и размножайтесь'». И это потому, что подобие должно оставаться постоянным, и когда человек занимается размножением, он рождает по своему подобию и образу, и это называется совершенным подобием. Потому сказал [бен Аззай]: «Вот книга родословий человека: по подобию Божию создал его» — это правило ещё более великое. И это именно тогда, когда есть потомство, а вся Тора — комментарий к этому: каким путём человек достигает этого достоинства, — через повелительные заповеди, их 248 — по числу членов человека, которые составляют его образ, как мы разъясняли в другом месте. Таково объяснение Торат Коганим.

И ещё: в этом стихе прямо сказано «вот книга родословий человека: в день, когда Бог сотворил человека, по образу Божию создал его» — и в этом стихе упомянуто, что все потомки человека созданы по образу Божию. И это правило более великое, чем «возлюби ближнего своего, как самого себя», ибо «возлюби ближнего как себя» подразумевает — «как себя», но не более. И если человек сам унижен, тогда и ближний его тоже будет унижен, ведь написано лишь «как себя», не более. Но в этом стихе не написано «как себя», а «по подобию Божию создал его», и потому это правило куда более великое.

В Ялкуте, в главе Берешит, приводится: рабби Акива говорит — «возлюби ближнего своего, как самого себя» — великое правило в Торе. Бен Аззай говорит — «вот книга родословий человека» — великое правило в Торе. Рабби Акива говорит: «Возлюби ближнего своего» — великое правило в Торе, — чтобы не сказал: раз я унижен, пусть и ближний будет унижен со мной; раз я проклят, пусть и ближний будет проклят со мной. Если ты так делаешь — знай, кого ты унижаешь: «по подобию Божию создал его», конец цитаты. И представляется, что здесь ошибка переписчика, ибо слова «чтобы не сказал» и далее — все принадлежат бен Аззаю, который сказал, что «вот книга родословий человека» — правило более великое. И об этом он сказал, что потому это правило более великое, — чтобы не сказал [человек], ибо из «возлюби ближнего как себя» следует, что если он унижен, то и ближний будет унижен с ним. Потому «вот книга родословий человека» — правило более великое. Такова версия, и так в Берешит Раба, в главе Берешит. Таково объяснение Торат Коганим.

Однако первое объяснение — основное, как следует из мидраша. И смотри далее — ты найдёшь в сборнике «Эйн Яаков», во введении составителя, что он нашёл в одном собрании мидрашей следующее: Бен Зома говорит — мы нашли стих, содержащий ещё больше: «Слушай, Израиль…» и т.д. Бен Нанас говорит — мы нашли стих, содержащий ещё больше: «И возлюби ближнего своего, как самого себя». Шимон бен Пази говорит — мы нашли стих, содержащий ещё больше: «Одного ягнёнка приноси утром…» и т.д. Встал рабби такой-то и сказал: закон по бен Пази, ибо написано: «По всему, что Я показываю тебе, — образец скинии…» и т.д.

И объяснение этого мидраша: тот, кто говорит «Слушай, Израиль, Господь — Бог наш, Господь един» — великое правило, — имеет в виду, что через эту заповедь стиха «Шма Исраэль» человек полностью прилепляется к Нему, благословен Он, и в особенности словом «Един», как разъяснялось выше в «Пути молитвы». И как написано далее: «И люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим», а любовь несомненно есть полное прилепление к Нему, благословен Он, как написано: «Любить Господа, Бога твоего, и прилепляться к Нему» (Дварим 30:20). Потому «Шма Исраэль» — великое правило в Торе, а прочие заповеди суть лишь комментарий, каким путём человек достигает совершенного прилепления, — и это когда он соблюдает Тору, и все заповеди суть подготовка к этому прилеплению, а в заповеди «Шма Исраэль» — сама суть прилепления.

Бен Нанас сказал, что «возлюби ближнего своего, как самого себя» — правило ещё более великое. Это как мы говорили: тот, кто любит ближнего как себя полностью, — это со стороны того, что он человек в совершенстве, и это когда у него есть образ Божий в совершенстве. И достигается это через заповеди Торы, их 248, и они совершенствуют образ человека, и тогда он любит ближнего как себя полностью, ибо ближний тоже создан по образу Божию и у них один образ. Таково объяснение.

Тем не менее мы можем объяснить «возлюби ближнего своего, как самого себя — великое правило в Торе» так, как объяснил Раши. И так же можно объяснить Гемару: если то, что ненавистно ему, он не делает ближнему — тем более и подавно он не делает Тому, Кто создал его, то, что ненавистно Ему, благословен Он, — и это вся Тора. И ещё: конечно, ненавистно ближнему, когда [человек] преступает заповеди Всевышнего. Потому сказано: «Возлюби ближнего своего, как самого себя» — великое правило в Торе, ибо как он не делает себе то, что ненавистно ему самому, так не должен делать ближнему ненавистное, а преступление воли Всевышнего безусловно ненавистно ближнему.

Но язык Талмуда «то, что ненавистно тебе, ближнему своему не делай» не подразумевает такого объяснения. И ещё мне трудно: почему Гемара не сказала «то, что ненавистно Богу твоему, не делай» — ведь все грехи безусловно ненавистны Всевышнему? И так же рабби Акиве, сказавшему «возлюби ближнего своего» — великое правило, — почему он не сказал «возлюби Господа, Бога твоего» — великое правило в Торе, ведь кто любит Всевышнего, безусловно не преступает Его слов? Тем не менее это не столь затруднительно, ибо мы не знаем, что именно ненавистно Всевышнему, и тогда [Гилель] не научил бы его всей Торе, стоя на одной ноге. Но человек знает, что ненавистно ему самому, и этого пусть не делает ближнему. Однако всё же можно было сказать «а остальное — комментарий», ибо в любом случае необходимо так сказать.

По тому, что мы сказали, нет затруднения, ибо [Гилель] пришёл лишь сказать, в чём совершенство человека. И на это он сказал: последнее совершенство человека — в том, что он создан по образу Божию, и это его высшее достоинство. И это достоинство есть у него, когда он любит ближнего как себя, по причине, которая была разъяснена. А любить ближнего как себя возможно лишь когда у человека есть достоинство образа полностью, а это лишь когда у него есть Тора, содержащая 248 повелительных заповедей — образ человека.

И да не будет тебе трудно то, что рабби Акива истолковал «и будет жить брат твой с тобою» (Ваикра 25:36) — твоя жизнь предшествует жизни ближнего: как же он будет исполнять «возлюби ближнего как себя»? Ибо это иное дело: в отношении жизни — конечно, его жизнь предшествует. Но в отношении любви — в этом он должен любить [ближнего] как себя.

А бен Пази, сказавший «одного ягнёнка приноси утром» — правило в Торе ещё более великое, — имел в виду: то, что человек служит Всевышнему с полным постоянством и является Его рабом, — подобно тому как раб не прекращает служения своему господину и служит ему постоянно. Потому сказано: «Одного ягнёнка приноси утром» и т.д. — это сказано о постоянной жертве утра и вечера, и это правило в Торе: конечная цель — быть рабом Святого, благословен Он, а вся остальная Тора — комментарий, ибо через заповеди человек полностью служит своему Творцу.

И сказано, что закон по бен Пази, ибо написано: «По всему, что Я показываю тебе, — образец скинии и образец всех сосудов её — так и делайте» (Шмот 25:9). И поскольку Писание повторило «так и делайте», хотя уже предупредило перед этим о создании скинии, — это повторное предупреждение потому, что это великое правило в Торе — служение, — и потому повторило «так и делайте» для усиления, ибо заповедь о скинии — это заповедь о служении. И тем не менее тебе разъяснилось из всего сказанного, сколь велика любовь к ближнему, которая является великим правилом в Торе.

То, что он сказал «будьте внимательны к чести товарищей» — мы уже разъясняли это в главе «Рабби говорит»: почему через это удостаиваются будущего мира? Потому что всё это ради высшего достоинства, с которым Всевышний создал человека по образу Божию. Ибо это достоинство достигает будущего мира, поскольку невозможно ничего выше этого достоинства — того, что человек создан по образу Божию. Как мы разъясняли относительно «Любим человек, ибо создан по образу Божию» — это достоинство и ступень, которой нет у ангелов, а раз этой ступени нет у ангелов, значит, эта ступень достигает будущего мира. И когда человек почитает этот образ Божий, он прилепляется к будущему миру, поскольку воздаёт честь человеку, созданному по образу Божию.

И мы уже разъясняли относительно «Любим человек, ибо создан по образу Божию»: этот образ есть высший свет, сияющий на человеке, как там разъяснялось. И этот свет есть свет будущего мира, если ты поймёшь мудростью. Потому сказали (там же): «Позорящий ближнего публично не имеет доли в будущем мире», ибо он гасит и уничтожает свет этого образа, чей свет — от будущего мира, и потому у него нет доли в будущем мире, как мы разъясняли относительно «позорящий ближнего не имеет доли в будущем мире».

И об этом великом грехе — опозоривании ближнего — сказали в главе «а-Заав» (Бава Мециа 59а): сказал рабби Хама, тана учил перед рабби Нахманом бар Ицхаком: всякий, кто позорит ближнего публично, — как будто проливает кровь. Сказал ему: хорошо ты говоришь, ибо мы видим, что уходит краснота и приходит белизна. Сказал Абайе рабби Дими: на Западе [в Земле Израиля] от чего остерегаются? Сказал ему: от побеления лиц, ибо сказал рабби Ханина: все спускающиеся в геенном поднимаются, кроме троих. Все?! — Скажи: все спускающиеся в геенном поднимаются, кроме троих, которые спускаются и не поднимаются, и вот они: тот, кто приходит к замужней женщине, позорящий ближнего публично и дающий ближнему обидное прозвище. «Дающий прозвище» — ведь это то же, что «позорящий»? — Даже если тот привык к этому имени.

Сказал Рабба бар бар Хана от имени рабби Йоханана: лучше человеку совершить сомнительное прелюбодеяние с замужней, нежели опозорить ближнего публично. Откуда? Из того, что толковал Рава: что означает написанное «и когда я хромал, они радовались и собирались, рвали — и не умолкали» (Теилим 35:15)? Сказал Давид перед Святым, благословен Он: Владыка мира! Открыто и известно пред Тобою, что если бы рвали мою плоть, не потекла бы моя кровь на землю. И более того — даже когда они занимаются [законами] язв и шатров, говорят мне: Давид, тот, кто приходит к замужней, — какова его смерть? И я отвечаю им: его смерть — удушение, но у него есть доля в будущем мире, а позорящий ближнего публично не имеет доли в будущем мире. И сказал Мар Зутра бар Тувия от имени Рава (а некоторые говорят: рабби Хана бар Бизна от имени рабби Шимона Хасида, а некоторые говорят: рабби Йоханан от имени рабби Шимона бар Йохая): лучше человеку броситься в раскалённую печь, нежели опозорить ближнего публично. Откуда? — От Тамар, как написано: «Когда её выводили, она послала к свёкру своему» (Берешит 38:25, — она предпочла сгореть, нежели опозорить Йеуду).

А то, что сказано «всякий, кто позорит ближнего — как будто проливает кровь», — объяснение не в том, что «уходит краснота и приходит белизна» (иначе что значит «хорошо говоришь» — ведь он и сам так сказал поэтому?). Но то, что сказано «позорящий ближнего — как будто проливающий кровь» — это внутреннее дело: тот, кто позорит ближнего, гасит свет лица, который есть [сущность] человека, подобно тому как гасит свечу. И это называется пролитием крови человека, ибо этот образ обладает чудесным значением и является формой человека. Потому тот, кто позорит и уничтожает образ его лица, так что побелевает и гаснет его свет, — это называется пролитием крови. Ибо пролитие крови есть не что иное, как уничтожение человека, а тот, кто обеляет лицо человека, уничтожает облик и узнаваемость человека, то есть его образ, а это тоже уничтожение человека, ибо его образ и есть человек. Когда Бог приступил к сотворению человека, Он сказал: «Создадим человека по образу Нашему» (Берешит 1:26) — не сказал «создадим человека разумным», но «создадим человека по образу Нашему, по подобию Нашему», — следовательно, суть человека — его образ и подобие.

Потому сказано: «Позорящий ближнего — как будто проливающий кровь», ибо позорящий уничтожает форму человека, поскольку лицо человека — это его узнаваемость, которая составляет суть человека, по которой он узнаётся и отличается. И Писание говорит: «Проливающий кровь человека — в человеке кровь его прольётся, ибо по образу Божию создал Он человека» (Берешит 9:6). Из этого ты учишь, что проливающий кровь человека заслуживает смерти потому, что человек создан по образу Божию, а он уничтожает этот образ, когда проливает кровь человека. И позорящий его лицо тоже уничтожает его образ, когда обеляет его лицо — а это его образ, по которому он создан по образу Божию. И пойми эти слова.

Тот, кто приходит к замужней женщине: ведь написано «мужчиной и женщиной сотворил их и нарёк им имя — Человек» (Берешит 5:2). Потому грешащий с замужней — грешит против всего человека, ибо мужчина и женщина вместе составляют всего человека, и потому он грешит против человека полностью. И это тяжелее убийства: всякое убийство уничтожает лишь тело и не уничтожает душу, и потому не считается уничтожением всего человека. Но когда отнимают чужую жену — уничтожают человека [целиком], как сказано: «Мужчиной и женщиной сотворил их и нарёк им имя — Человек». Отсюда учили (Йевамот 63а): кто не имеет жены — не [полный] человек. Потому приходящий к замужней уничтожает суть человека, и грех охватывает всего человека, и потому он спускается в геенном и не поднимается.

И так же тот, кто грешит против образа Божия — ибо он и есть человек, как было разъяснено, что образ человека и есть человек. И так же дающий обидное прозвище ближнему — ибо имя относится к человеку, который называется каждый своим особым именем.

Вот эти три греха — грех в самой сущности человека, а не грех в чём-то [частном], и потому [грешник] спускается в геенном и не поднимается. И в этих трёх грехах есть ещё [следующее]: они соответствуют трём высшим ступеням, трём высшим качествам, которые он повреждает и которыми грешит. Приходящий к замужней повреждает имя Й-А, ибо это имя пребывает между мужем и женой (Й — в «иш», А — в «иша»), и Он соединяет их воедино, и их соединение — через это Имя. Позорящий ближнего — это ещё высшая ступень, как сказали: «Который создал человека мудростью», и тот, кто позорит ближнего, повреждает эту ступень, ибо он обеляет лицо ближнего и гасит свет человека, созданного мудростью. А дающий обидное прозвище — это ещё выше: это противоположность доброму имени, то есть дурное имя, и он повреждает ту ступень, которая называется «доброе имя превыше всего», а он даёт дурное имя.

Ибо эти три греха выше этого мира: в человеке три достоинства, которые отделены [от материи]. Высшее достоинство — имя, как разъяснялось относительно оскверняющего Имя и во многих местах, где мы разъясняли суть имени, которое относится лишь к умопостигаемому, ибо имя есть суть сущности, как это суть всякого имени. Затем — образ лица человека, который ниже этого. И затем — соединение мужского и женского, которое считается соединением материи и формы, и это третья, нижняя ступень.

Потому они не поднимаются, ибо геенном — лишь со стороны этого мира. Когда грех не в этих трёх вещах — даже если человек грешит в делах этого материального мира и есть геенном с этой стороны, — тем не менее у человека есть ступень выше этого материального мира, и она поднимает его из геенного. Но когда грех в этих трёх грехах, которые, как известно знающим мудрость, относятся к высшему, — нет того, кто поднял бы его из геенного, и эти вещи весьма удивительны.

А то, что возражали Тосафот, что здесь подразумевается, что приходящий к замужней не поднимается, а далее подразумевается, что у него есть доля в будущем мире, ведь Давид сказал «его смерть — удушение, и есть у него будущий мир», — нет здесь затруднения. Ибо здесь говорится лишь о том, что он не поднимается до будущего мира [т.е. до конца времён], а далее — о будущем мире, когда геенном уже будет упразднён, ибо не будет геенного в грядущем, и тогда возможно, что у него будет доля в будущем мире. И тем разрешается, почему здесь не упомянуты те [грешники], о которых говорил рабби Ханина: еретики и эпикурейцы, — ибо там говорится о тех, у кого нет доли в будущем мире вообще, и потому сказано там: «геенном прекращается, а они не прекращаются». Но более верным представляется сказать, что прочие грешники поднимаются и снова спускаются, а эти трое не поднимаются, пока не получат полностью свой приговор. И это объяснение — основное, если ты поймёшь слова мудрости. И не следует более распространяться: лишь знающий основы мудрости сможет понять, почему эти три греха [ведут к тому, что грешники] спускаются в геенном и не поднимаются. Не следует понимать, что они не поднимаются вплоть до будущего мира, — кроме позорящего ближнего, у которого нет доли в будущем мире. И это понятно.

И представляется следующее объяснение: есть многие, которым безразлично, когда о них говорят дурно, и они не стыдятся этого. И тогда всякое «обеление» [позорение] на деле — лишь сомнительное, а не несомненное. Потому сказано: «лучше человеку совершить сомнительное [прелюбодеяние] с замужней» — ибо оно тоже сомнительное — из-за сомнительного «обеления». И нельзя сказать «лучше совершить [несомненное] прелюбодеяние с замужней, чем позорить» — ибо это очевидно: позорение лишь сомнительно, а прелюбодеяние с замужней — несомненно [поэтому сравнение было бы некорректным]. Потому сказано: «лучше совершить сомнительное [прелюбодеяние] с замужней, чем позорить» — и тогда тяжесть [позорения] не оттого, что одно несомненно, а другое сомнительно.

Но Давид, поскольку знал о себе, что его действительно позорили, — потому сказал: даже при несомненном прелюбодеянии с замужней — ведь и позорение здесь несомненное. Потому Давид правильно сказал: «приходящий к замужней — его смерть удушение, и у него есть доля в будущем мире».

И ещё представляется, что сказано «лучше человеку совершить сомнительное [прелюбодеяние]» потому, что нельзя сказать «лучше совершить [несомненное] прелюбодеяние с замужней»: ведь и прелюбодеяние с замужней наказывается бесконечно. И даже если сказать, что позорение ближнего ещё тяжелее, — неуместно говорить «лучше человеку совершить [несомненное] прелюбодеяние с замужней», ибо из-за тяжести прелюбодеяния неуместно вообще говорить «лучше человеку нарушить [запрет] замужней». Но в случае сомнительного — это уместно.

И тебе следует знать и понять тайну сказанного «лучше совершить сомнительное прелюбодеяние, нежели опозорить ближнего», и она известна из разъяснённого выше: грех прелюбодеяния с замужней не столь высокая [ступень греха], как позорение ближнего, которое ещё выше, если ты поймёшь разъяснённое выше. Ибо приходящий к замужней имеет долю в будущем мире, поскольку ступень греха прелюбодеяния не достигает будущего мира настолько, чтобы человек был от него потерян. Однако позорящий ближнего публично — известно, что это ступень будущего мира, ибо будущий мир проистекает от той ступени, от которой [происходит] образ Божий. Потому позорящий ближнего вовсе не имеет доли в будущем мире, и тебе следует глубоко это понять, и это разъяснено в Пирке [Авот] относительно позорящего ближнего.

А то, что сказано «лучше человеку бросить себя в раскалённую печь» — это тоже понятно: нет действующей силы в этом мире большей, чем раскалённая печь, и тем не менее она не сравнится с позорением ближнего, ибо наказание за это — выше, ибо это наказание будущего мира. И пойми, что это ступень раскалённой печи, и так же ступень прелюбодеяния с замужней. Потому сказано: «лучше совершить сомнительное [прелюбодеяние] с замужней» — ибо позорящий ближнего отличается от прочих деяний против ближнего тем, что он конкретно позорит образ Божий сам по себе, а это нечто нетелесное, в отличие от прочих дел человеческих. Ибо тело не позорится — лишь образ Божий, как написано: «В городе образ их Ты презришь» (Теилим 73:20), и объяснение: «образ их» — это образ Божий, который в них, Ты презришь. И поскольку позор прилепляется к вещи божественной, подобает ему получить наказание там, где тело вовсе не властвует, поскольку он повреждает образ, который божественен, и потому наказание его лишь в духовном. И всё это уже разъяснялось относительно позорящего ближнего.

Объяснение этого: те, кого оскорбляют, кто принимает воздействие, но не воздействуют на других, — это свидетельствует о качестве абсолютной простоты, когда человек оскорблён, но не оскорбляет в ответ. Ибо ты должен знать, что оскорбляющий другого обладает дерзостью, даже если делает это из-за того, что его поносили и оскорбляли, — тем не менее невозможно, чтобы он не обладал некоторой дерзостью: он дерзко отвечает тому, кто поносил и оскорблял его, а это дерзко — у него нет качества простоты. Потому сказано здесь: «те, кого оскорбляют, но не оскорбляют в ответ» — поскольку они оскорблены, но не оскорбляют, они не обладают дерзостью, а всякая дерзость выходит за пределы простоты. И тот, кто не оскорбляет других, даже когда его самого оскорбляют, — конечно, это потому, что он не дерзок отвечать, а лишь слышит поношение, — потому у него есть качество совершенной простоты.

Так же и радующийся страданиям — это качество простоты, радость в страданиях. И так же действующий из любви — всё это качество простоты.

И не говори: раз их оскорбляют, они слабы и у них нет крепкого бытия. Напротив — ступень их силы подобна «восходу солнца в мощи его»: солнце целиком свет, отделённый от материального, — так и они полностью удалены от материальности, ибо у них совершенная простота, и она же — великая сила.

И следует понять, что здесь упомянуты три вещи: «оскорбляемые, но не оскорбляющие» — это качество Яакова, ибо всякий оскорблённый — это преследуемый, а преследуемым был именно Яаков, который был гоним всеми. Затем упомянуто качество Авраама, который назван «Авраам, любящий Меня» (Йешаяу 41:8), потому сказано «действующие из любви». Затем упомянуто качество Ицхака, от которого начались страдания, ибо Ицхак ввёл страдания в мир.

В целом, эти три качества принадлежат праотцам. И когда у человека есть все три качества, тогда о нём говорится: «А любящие Его — как восход солнца в мощи его». И известно, что солнце включает в себя тройственность, как разъяснялось в Пирке де-рабби Элиэзер (гл. 6): на солнце начертаны три буквы из Его Имени, благословен Он, и у него три ангела, управляющие им, — так сказали в Пирке де-рабби Элиэзер. И эти вещи совершенно ясны для понимающих, и достаточно этого.

Блажен тот, кто обладает этим качеством — быть оскорблённым и не отвечать, — и горе тому, кто из оскорбляющих!

Объяснение: этим они намекнули, что нет ничего в мире, что обладало бы такой силой воздействия, как стыд [позорение]. Ибо при всём величии Храма — святого дома Божия, превыше всего, — грех позорения привёл к тому, чтобы [Храм] был разрушен. Ибо позорение есть уничтожение образа Божия, и грех этого привёл к уничтожению Божественного Храма. Ибо эти две вещи подобны и совершенно равны, как сказали в мидраше (Шохер Тов, Теилим 139): «Две вещи были созданы двумя руками: Храм, как написано 'Святилище, Господи, утвердили руки Твои' (Шмот 15:17), и человек был также создан двумя руками, как написано 'И возложишь на меня руку Твою' (Иов 13:21)». Потому позорение человека, созданного по образу Божию, привело к уничтожению Храма, ибо оба суть одно и то же для того, кто понимает высшую мудрость.

И всё это приходит разъяснить, что позорение есть полное уничтожение человека. Ибо человек пребывает в актуальности и совершенстве благодаря этому образу, а когда кто-то обеляет лицо ближнего и причиняет ему изменение — это полное небытие, более чем что-либо иное, и он грешит в вещи божественной. И ввиду великости [беды] стыда он сказал: «чтобы ты не был опозорен» — чтобы ты не получил такое небытие, ибо через него [образ] человек пребывает в актуальности совершенства, ведь через образ Божий он в актуальности совершенства. И ввиду великости греха позорящего он сказал: «и чтобы ты не позорил другого». И Писание повторило это дважды: одно — в этом мире, и одно — в будущем мире.