Netivot Olam, Netiv Hatorah

После того как разъяснено в предыдущих главах, что Тора — это отделенный Божественный разум, и невозможно приобрести Тору иначе как через отделение от материального, тем более и тем более (каль ва-хомер), чтобы само изучение Торы не было из‑за его удовольствия. Ибо всякое его удовольствие — будь то он делает ради своего почета, или что‑то из материальных вещей, — а Тора отделена от материального; и если человек направляет свою Тору к этим вещам, это — отсутствие Торы, ибо к Торе не относятся эти вещи, которые материальны. Поэтому это — отсутствие Торы, как разъяснено.

А в первой главе Таанит (7:): רבי בנאה אומר: всякий, кто занимается Торой «лишма», она становится для него снадобьем жизни, как сказано (Мишлей 3:18): «дерево жизни она для держащихся за нее»; и сказано (Мишлей 3:8): «исцелением будет для твоего пупа»; и сказано (Мишлей 8:35): «ибо нашедший меня нашел жизнь». А всякий, кто занимается Торой не «лишма», она становится для него снадобьем смерти, как сказано (Дварим 32:2): «пусть капает как дождь мое учение», — и нет «арифа» иначе как убийство, как сказано (Дварим 21:4): «и переломят* שם шею телице», עד כאן.

Уподобляет Тору тому, что она — снадобье жизни для человека: ведь снадобье врач кладет снаружи на человека, и посредством этого снадобья — жизнь. Так Тора отделена от человека и прилеплена* к человеку, как снадобье, которое снаружи, прилеплено к человеку. И как Тора — снадобье жизни для תלמיד חכם, который занимается ею «лишма», так Тора — снадобье смерти для תלמיד חכם, который не занимается «лишма». И это мы разъяснили у (Авот, гл. 1, мишна 13): «пользующийся короной — пропал», ибо пользующийся вещью, которая свята*, для вещи, которая буднична, — приходит к нему смерть, как тот, кто получает наслаждение от святынь Неба; потому что нет существования для вещи* материальной вместе с отделенной. Поэтому если человек, который будничен, наслаждается от святынь Неба — это Тора — к нему приходит смерть, ибо у этих вещей нет* существования и соединения вместе, и отталкивается низшее и будничное от того, что свято. Как сказано в Писании (Шофтим 13:22): «Бога мы видели — смертью умрем»; разве Бог наш* — смерть человеку? אלא сказано: человеку нельзя соединяться со святостью, и человек, который будничен, отталкивается. Поэтому сказал: если человек соединяет Тору, которая — святая святых, с вещью будничной, подобает человеку получить смерть. И это делает занимающийся Торой не ради Неба, а ради своего удовольствия, которое буднично: הרי он соединяет святое с будничным. Поэтому ясно, что занимающемуся Торой не «лишма» она становится* снадобьем смерти.

Также по той причине, о которой мы сказали выше: тот, кто занимается Торой не ради неё самой (ло лишма), и присоединяет Тору, которая отделена (возвышена), к вещам телесным — это есть отсутствие (умаление) Торы; и потому он сам получает отсутствие. И всё это — одно и то же, и один смысл, как ты поймёшь.

А в главе «Лулав и аравá» (Сукка 49:), сказал רבי אלעזר (Раби Элазар): что означает написанное (Мишлей 31:26) «Пия патха бе-хохма, ве-торат хесед аль лешона» — «Уста свои она открывает с мудростью, и Тора Хесед на её языке»? Разве бывает Тора Хесед и Тора, которая не Хесед? Однако: Тора лишма — это Тора Хесед; Тора не лишма — это Тора, которая не Хесед. Есть говорящие (ика דאמרי): Тора, чтобы учить её (других), — это Тора Хесед; а не чтобы учить её — это Тора, которая не Хесед*, до здесь.

И хотел сказать: если он учит Тору лишма, тогда у человека, несомненно, есть высшая ступень, которая есть у Торы. Но если его учение Торы — не лишма, הרי (вот) он принижает достоинство Торы, чтобы пользоваться ею для вещи более низкой. И сказал, что Тора лишма — это Тора* Хесед. И это потому, что сама Тора — совершенное благо, как и Хесед, который есть совершенное благо. И это то, что сказали: «Тора — начало её Гмилут Хасадим (Добрые дела), и конец её — Гмилут Хасадим», как приводится в трактате Сота (14а); и всё это потому, что Тора — совершенное благо. Поэтому, если он учил Тору лишма, она называется «Торат Хесед», ибо это и есть сущность Торы — совершенное благо. Но если учение Торы — не лишма, это не сущность Торы. А по мнению «ика דאמרי»: если учение Торы — чтобы учить других, она называется «Торат Хесед», потому что Хесед распространяет благо на другого — таков смысл Хесед. Поэтому, если он учится, чтобы учить другого, это называется «Торат Хесед», а если нет — не называется «Торат Хесед».

И ещё есть в этом глубокая вещь в мудрости: ибо разум (сехель) не ограничивается и не определяется — в противоположность телу (гешем), которое определяется. Поэтому сказано в первом выражении (бе-лишна кама), что если он учил Тору лишма, а Тора — разумная, и разум не имеет определения и границы, то она называется «Торат Хесед», ибо Хесед — ко всем, и у него нет определения и границы. Но если учение Торы — ради его телесного наслаждения, как оно* есть, тогда не подобает, чтобы она называлась «Торат Хесед», ведь у тела есть граница. А по мнению «ика דאמרи»: если учение* Торы — чтобы она была у него, в этом есть граница для Торы, когда она находится только у него одного, и не подобает, чтобы она называлась «Торат Хесед», ведь Хесед распространяется без границы. А когда учение Торы распространяется на других, тогда это — «Торат Хесед». Получается: по первому выражению — когда он занимается Торой лишма, а Тора сама есть разум, а разум не ограничивается и не определяется, поэтому она называется «Торат Хесед», как выяснено выше. А если он занимается Торой не лишма, только ради его телесного наслаждения, чтобы с ним обращались с почётом, не подобает, чтобы она называлась «Торат Хесед». А по второму выражению она называется «Торат Хесед», когда Тора — чтобы влиять на других, ибо влияние разума — на всех, поэтому она называется «Торат Хесед», ведь Хесед распространяется на всех. И так высший разум распространяется на всех; поэтому подобает и необходимо, чтобы Тора человека была такова, как подобает высшему разуму, который распространяется на всех, — и так будет его Тора с намерением учить всех. И очень пойми эти слова. А главное — чтобы Тора была лишма — мы объяснили в главе «Шну*», и в нескольких местах.

А по первому выражению нельзя возразить: ведь выходит, что когда учит не лишма — это не Тора Хесед; но הרי (ведь) мы сказали выше, что она становится для него ядом смерти (сам hа-мавет); и что нового в том, что она не Хесед? Не трудно: потому что если он учил Тору не лишма, и за это тоже есть награда, как сказали (Шаббат 63а): «для правых в ней (ле-майминин ба) есть долголетие, и богатство, и почёт; для левых (ле-масмеилин*) — есть богатство и почёт, долголетия нет». И не сказано лишь, что Тора становится для него ядом смерти, — потому что раз нет долголетия, она становится для него ядом смерти, который приносит ему смерть, как мы объяснили выше. Но есть у него и другая награда, то есть богатство и почёт; только долголетия здесь нет, а напротив — она приносит человеку смерть. А в своём месте мы ещё распространились в этом.

И даже если он учил лишма, нужно, чтобы он учил для исполнения, а не чтобы Тора была лишма без того, чтобы он просил (стремился) исполнять. И в главе «Бейт Шамай» (Йевамот 109:), רבי יוסי (Раби Йоси) говорит: «Всякий, кто говорит: у него нет ничего кроме Торы — у него нет ничего кроме Торы». Очевидно? Однако — даже Торы у него нет. В чём причина? רב פפא (Рав Папа) сказал: сказал стих: «И учите и делайте» (улемадтем ва-аситем): всякий, у кого есть в делании, есть и в учении; всякий, у кого нет в делании, нет и в учении. А если хочешь — скажу: всегда как вы сказали изначально: «всякий, кто говорит: у него нет ничего кроме Торы — у него нет ничего кроме Торы»; не нужно (уточнение) אלא (а разве не) — что он обучает других, и они идут и делают. Можно было бы подумать: есть ему награда для него самого; сообщает нам, что нет.

И объяснение этого: поскольку Тора, которая есть высший разум, не имеет устойчивости в человеке, ибо он — человек, обладающий телом; поэтому у человека нет прилепления к Торе со стороны того, что она — разум, אלא (кроме как) посредством действия, ибо действие относится к телу, и через это у него есть соединение и присоединение к Торе. Поэтому, если всё его намерение — учиться без того, чтобы стремиться исполнять, даже Торы у него нет. И когда всё его дело — учить только Тору, и он не обращается к действию, которое относится к человеку в том, что человек — телесный, как мы объяснили в трактате Авот. А по мнению «ика דאמרи»: даже если он учит других и они делают, поскольку он сам не делает — у него нет ничего кроме Торы.

А в главе «Конам яин» (Недарим 62:): «Любить Господа, Бога твоего, и прилепиться к Нему» (Дварим 30:20), — чтобы человек не сказал: «Буду читать, чтобы называли меня мудрецом; буду повторять Мишну (эшне), чтобы называли меня רבי (раби); буду повторять, чтобы я стал старцем и сидел в йешиве»; אלא (а) учись из любви — и в конце почёт придёт, как сказано (Мишлей 7:3): «Свяжи их на пальцах твоих, напиши их на скрижали сердца твоего». И сказано (Мишлей 6:21): «Свяжи их на сердце твоём, обвяжи их на шее твоей». И сказано (Мишлей 3:17): «Пути её — пути приятности, и все её Нетивот (Пути) — Шалом (Мир)». И сказано (Мишлей 3:18): «Древо жизни она для держащихся за неё».

Объяснение этого: ибо Ахава (Любовь) к Благословенному Имени — это прилепление к Нему, благословен Он, и это невозможно иначе как через учение Торы из любви*, что и есть прилепление к Нему, как мы объяснили выше. А если он будет учить Тору ради какой-то другой цели, он не приобретёт через Тору прилепление к Нему, благословен Он, как написано: «Любить Господа, Бога твоего, и прилепиться к Нему». Поэтому стих объясняет «любить Господа, Бога твоего» — чтобы учился из любви, а не ради какого-либо почёта. А поскольку сказано: «Буду читать, чтобы я был мудрецом», и «буду читать» относится к Письменной Торе (Тора ше-бихтав), он приводит из стиха (Мишлей 7:3) «Свяжи их на пальцах твоих», ибо связывание на пальце — это полное связывание, чтобы Тора не удалилась от него, и всегда Письменная Тора будет перед ним, и он будет указывать на неё пальцем — это и есть «свяжи на пальцах твоих». И сказал (там же): «Напиши их на скрижали сердца твоего» — то есть чтобы он всегда рассматривал Тору в своём сердце; и это называется «напиши их на скрижали сердца». А поскольку сказано (Недарим 62:) «буду повторять и т. д.», а это — Устная Тора (Тора ше-беаль пе), он приводит доказательство для Устной Торы из (Мишлей 6:21) «Свяжи их на сердце твоём», то есть чтобы он рассматривал Тору в своём сердце, и Тора не удалилась от него. И сказал (там же) «обвяжи их на шее твоей», чтобы он всегда произносил Устную Тору своим горлом — это «обвяжи их на шее твоей». Как он привёл «свяжи их на пальцах твоих» для Письменной Торы — чтобы он всегда указывал пальцем на Тору, написанную перед ним, — так Устная Тора будет всегда «на шее твоей»: не только рассматривать её, а «обвяжи их на шее твоей». А у Письменной Торы он предваряет «свяжи их на пальцах твоих», потому что Тора уже написана перед ним. Но относительно Устной Торы требуется сначала подготовка и учение, чтобы он принял Устную Тору; поэтому сказано «свяжи их на сердце твоём», а затем «обвяжи их на шее твоей».

А затем он приводит доказательство любви к Торе из того, что сказано (Мишлей 3:17): «Пути её — пути приятности, и все её Нетивот (Пути) — Шалом (Мир)»; такую вещь, несомненно, следует любить из-за приятности и мира, которые есть в Торе. И больше этого — из-за жизни, что в Торе, как сказано (Мишлей 3:18): «Древо жизни она для держащихся за неё». И поскольку в Торе есть эти вещи, подобает любить Тору, ибо человек по природе любит вещь, которая хороша. Поэтому главное — чтобы он любил Тору из-за достоинства Торы. И когда он учит Тору из любви к Торе, у него есть прилепление к Нему, благословен Он, ибо любовь к вещи — это прилепление к вещи, которую любит. И когда он прилепляется к Торе, через это у него есть полное прилепление к Нему, благословен Он.

И поскольку учение Торы — ради любви, ему следует благословлять Благословенное Имя за то, что Он дал нам Тору; и это — совершенная любовь, когда он произносит благословение Благословенному Имени за то, что Он дал Тору Своему народу Израилю. Поэтому установили три благословения на Тору — и всё, чтобы учение Торы было из любви. А в Гемаре, в первой главе Брахот (11:): «Что он благословляет?» Сказал רבי יהודא בר אשי (Раби Йеуда бар Аши): «Благословен… Который освятил нас и заповедал нам заниматься словами Торы». А רבי יוחנן (Раби Йоханан) сказал: «Сделай приятной, пожалуйста, Господь, Бог наш… благословен Ты, Господь, обучающий Торе Свой народ Израиль». А רב המנונא (Рав hа-Мнунa) сказал: «Благословен Ты, Господь, Который избрал нас из всех народов; благословен Ты, Господь, дающий Тору…».

И эти три благословения: רבי יהודא (Раби Йеуда) считает, что нужно благословлять благословением на Тору, как прочими благословениями* на заповеди, которыми благословляют все заповеди. А то, что благословляют «заниматься словами Торы», а не «учить Тору», נראה (видится), что если бы благословляли так, это означало бы Тору как Галаха (по закону), ибо это — главное в Торе. А если бы он не имел в виду Галаха, это не называлось бы «Тора», а это неверно вообще: ведь даже если он не направлен на Галаха, это тоже заповедь; поэтому благословляют «заниматься словами Торы».

И можно также сказать, что «учение» относится также к мысли, а это благословение, которое благословляют на Тору, подобно благословению на заповеди — оно о действии; поэтому он благословляет «заниматься Торой», как мы объяснили. עד (вплоть до того), что кажется: не нужно благословлять, когда он учил Тору лишь в углублении и в мысли, אלא (а) нужно, чтобы он сделал действие. А речь считается действием, как сказали (Бава Меция 90:): «движение его губ — это действие»; поэтому благословение — «заниматься Торой». И всё же отсюда нет доказательства, ибо можно объяснить наоборот: «занятие» называется всякий раз, когда он занимается и обращается к вещи; хотя здесь нет действия, всё же он обращается к ней и занимается ею; поэтому благословляют «заниматься».

А רבי יוחנן (Раби Йоханан) считает, что не следует благословлять «заниматься словами Торы», потому что это не подобно прочим заповедям: ведь разум человека Благословенный, да будет Он, выводит из потенциального в актуальное, и учение Торы не в руке человека, как прочее действие* заповедей; только Благословенный, да будет Он, выводит разум человека из потенциала в актуальность. Поэтому следует благословлять об этом: «Сделай приятной, пожалуйста, Господь, Бог наш…» до «благословен обучающий Торе Свой народ Израиль».

А רב המנונא (Рав hа-Мнунa) считает, что ещё больше следует благословлять за то, что Он дал всю Тору Израилю: ведь если бы Он не дал Тору Израилю изначально, не было бы Торы у всего Израиля. Поэтому он скажет: «Который избрал нас из всех народов и дал нам Свою Тору; благословен Ты, Господь, дающий Тору». Начало благословения: «Который избрал нас из всех народов [и дал нам Свою Тору]», то есть что Он дал Тору на горе Синай Израилю. А завершение благословения: «дающий Тору», а не «дал», как начал; потому что каждый день Святой, благословен Он (hа-Кадош барух hу), даёт Тору Израилю, и если* не так — не дай Бог — Тора была бы забыта Израилем. Ибо «дающий Тору» — это имя-эпитет; и хотел сказать, что и каждый день, и во всякое время Он даёт Тору. И если бы не так — не дай Бог — была бы забыта Тора Израилем; и это ясно знающим. И это намекнуто в том, что сказано (Дварим 5:19): «Голос великий и не прекращался», и сказали в Сифри: голос Святого, благословен Он, не прекратился; и мы объяснили это в другом месте.

И там сказано, что это — превосходнейшее из благословений. Ибо это благословение более возвышенно: потому что Он дал всю Тору Израилю и привёл в мир Тору, которой вообще не было в мире прежде. И также он благословляет: «дающий Тору», то есть — сейчас дающий Тору каждый день. И несомненно, это — благословение превосходнейшее и наиболее возвышенное.

И сказал рав Папа: «поэтому скажем все их» (Брахот 11:), — что следует благословлять на заповедь* — на то, что занимается Торой, как благословляют на прочие заповеди. И следует благословлять за то, что Всевышний учит Торе и выводит разум человека из потенции в осуществление. И посредством Всевышнего, Который выводит разум человека в осуществление, и посредством человека, который занимается, — происходит учение Торы. И также благословляет за то, что избрал Израиль и дал им Тору в целом, и что каждый день также даёт Тору — и этим благословляет обо всём. И нужно остерегаться в этом благословении.

А в главе «Элу недарим» (Недарим 81а) сказано: рав Йеуда сказал от имени рава: что означает написанное (Ирмия 9:11): «Кто человек мудрый, чтобы понял это, и к кому говорили уста Господа, чтобы он возвестил?» — этот вопрос был задан мудрецам, и пророкам, и ангелам-служителям, и они не разъяснили его, пока Святой, благословен Он, Сам не разъяснил его, как сказано (там же, стих 12): «За то, что оставили Мою Тору и не слушали Моего голоса и не ходили по ней». То есть «не слушали Моего голоса» — то же, что «не ходили по ней». Рав Йеуда сказал: потому что не благословляли на Тору сначала.

И следует спросить: раз есть заповедь благословлять на Тору сначала, то почему же они не благословляли на Тору сначала? Но объяснение этого таково: благословение следует благословлять устами и также сердцем; и подобает, соответственно величине блага, что Всевышний дал Тору, чтобы и благословение было всем сердцем — согласно множеству блага, что дал им Тору.

Ибо благословение, которое человек благословляет на заповеди, — он даёт благословение за Хесед и добро, которые Он сделал и дал ему эту заповедь; и из-за этого он любит Всевышнего всем своим сердцем*. Ведь хотя заповеди — это ярмо на человеке, и при всём том он исполняет заповедь и благословляет Имя за то, что дал ему заповеди. И это — совершенное благословение всем сердцем, когда он благословляет Всевышнего за то, что дал ему вещь, которая является для него ярмом; и поэтому не требуется, чтобы это было настолько всем сердцем.

Но талмидей хахамим, которые занимаются Торой и любят Тору, и желают её по самой сути Торы, потому что она — мудрость; ведь всякий человек по природе любит мудрость. И потому изучение Торы не показывает любви ко Всевышнему за то, что дал им Тору. И поэтому благословение Торы не подобно благословению на заповеди, которое — на ярмо для человека; разве что он бы намеревался в большей мере, когда благословляет на Тору, и прилеплялся бы к Нему, благословен Он, совершенной любовью за то, что дал Тору. А это — очень трудно сделать, и этого не находилось; и это то, что сказано: «что не благословляют на Тору сначала».

И из этого ты можешь знать, что человеку очень нужно быть осторожным — благословлять на Тору всем своим сердцем и всей своей душой; и это — вещь, в которой невозможно талмид хахаму быть осторожным. И это причина, что не вышел из них талмид хахам, как сказали там; и это потому, что им недоставало дать благословение Всевышнему, Который, благословен Он, даёт и изливает Тору, и потому Он не изливает им сына — талмид хахама. Ибо излияние талмид хахама — это излияние самой Торы; и когда недостаёт благословения, которое не соответствует тому, каким подобает быть за излияние Торы, это вызывает то, что Всевышний не изливает им талмид хахама*.

И это само по себе было причиной, что земля была разрушена, как сказали там: ибо это — то, что не благословляли на Тору сначала — начало устранения Торы от Израиля. Потому что благословение — это то, что Он, благословен Он, изливает Тору Израилю; и когда Он, благословен Он, изливает Тору Израилю, тогда они не начинали уклоняться от Торы. Ибо тем, что Он, благословен Он, даёт им Тору, Он также удерживает Тору у них.

И тем более так: если Он дал им Тору сначала, то тем более — когда уже была у них Тора — Он, благословен Он, удерживает Тору у них, чтобы она не устранилась. А когда у них было упущение — что не благословляли на Тору, которую Он дал им, — тогда Всевышний не удерживал Тору у них, чтобы они ходили в Торе; как сказано (Ирмия 9:12): «За то, что оставили Мою Тору и не ходили по ней». И это было началом устранения; а начало устранения вызывает другое устранение, пока Тора не устранилась полностью.

И это подобно одежде, которая цела: прежде чем начинает рваться, трудно принять разрыв; а когда разрыв начинается — разрыв легко всё время увеличивается. И так же это: то, что они благословляли на Тору, было причиной того, что Всевышний изливает Тору Израилю; и это было причиной соблюдать Тору и хранить её, ибо излияние Торы — чтобы хранить, и делать, и исполнять, а не иначе. Поэтому, когда они не благословляли на Тору сначала, это было причиной, что земля погибла.

И пойми, что вещи очень-очень глубоки; и ещё мы распространились об этом в другом месте. И поэтому человеку нужно очень-очень остерегаться в этом благословении.