Netivot Olam, Netiv Hatorah

Достоинство и ступень изучающих Тору — невозможно объяснить их достоинство и их высочайшую ступень, какова она у Торы. До того, что сказали в главе «Бык, который боднул четыре и пять» (Бава Кама 41:): учили в барайте: Шимон а-Амасуни толковал все частицы «эт» в Торе; когда дошёл до «эт Ашем, Элокейха тира» — «Г-спода, Б-га твоего, бойся» (Дварим 6:13), — прекратил. И сказали ему его ученики: все «эт», которые ты истолковал, что будет с ними? Сказал им: так же как я получил награду за толкование, так получу награду за прекращение. Пока не пришёл раби Акива и не научил: «эт Ашем, Элокейха тира» — включить (добавить) талмидей хахамим; до сих пор.

Есть спрашивающие об этом: почему ему не было трудно из стиха (Дварим 6:5) «ве-ахавта эт Ашем Элокейха» — «и люби Г-спода, Б-га твоего» — также, как из «эт Ашем Элокейха тира». И ответ на этот вопрос: потому что трепет относится именно к Б-жественности (Элокут), ибо этим показывается, что Он — Б-г и Владыка; и это — смысл Элокут, что Он отделён от человека и не соучаствует с ним, и человек трепещет перед Ним. Поэтому не было ему трудно то, что написано «и люби Г-спода, Б-га твоего», если это приходит включить, чтобы он любил мудрецов, или творения, или что бы то ни было — из-за этого здесь не будет соучастия в Элокут. Но с трепетом перед Именем, благословен Он, нельзя вообще смешивать (соединять) никакую вещь.

Пока не пришёл раби Акива и не научил: «эт Ашем Элокейха тира» — включить талмидей хахамим. И хотел этим сказать, что можно соединить трепет перед мудрецами с трепетом перед Небом, ибо совершенный трепет перед мудрецами — дополнение к трепету перед Небом, и нет здесь, хас ве-шалом, никакого соучастия. Ибо трепет перед Именем, благословен Он, — со стороны того, что Он, благословен Он, отделён от всего; поэтому к Нему относится трепет. И не относится трепет со стороны соединения, только со стороны того, что Он отделён от всего и нет у Него соучастия с кем-либо другим. И талмидей хахамим, которые также отделены от прочих людей со стороны разума, который есть в талмид хахаме, — подобно тому, как Он, благословен Он, отделён от всего; поэтому талмид хахам, у которого есть прилепление к Имені, благословен Он, по отношению к другим людям, — и Имя, благословен Он, отделено от всего, и талмид хахам отделён от прочих людей. Поэтому, если у человека нет трепета перед талмид хахамом и он «соучаствует» с талмид хахамом полностью без трепета перед талмид хахамом, — этим самым как будто у него есть соучастие с Именем, благословен Он. Ибо по отношению к прочим людям талмид хахам имеет прилепление к Имені, благословен Он, и он отделён от прочих людей. И вот этим он отменяет трепет перед Именем, благословен Он: нужно, чтобы человек был отделён от Имені, благословен Он, полностью; а этот, который не трепещет перед талмид хахамом, — ведь талмид хахам отделён от него и имеет прилепление к Нему, благословен Он, по отношению к другим людям, — вот он отменяет трепет перед Небом, ибо талмид хахам прилеплён к Нему, благословен Он, и вторичен Ему, благословен Он, по отношению к прочим людям.

И, возможно, скажешь: если так, то как сами талмидей хахамим могут иметь соединение с Именем, благословен Он? Это не трудно: ведь, несомненно, Имя, благословен Он, отделено от всего. Только по отношению к прочим сотворённым, у которых нет этого прилепления, которое есть у талмид хахама, скажут, что у талмидей хахамim есть прилепление к Имені, благословен Он. А по истине они отделены от Него, ибо Он отделён от всего. Но всё же по отношению к прочим людям талмид хахам считается как будто он вторичен рядом с Именем, благословен Он. И теперь, если у человека не было бы трепета перед талмидей хахамim, когда талмид хахам по отношению к ступени прочих людей — как будто у талмид хахама есть соединение с Именем, благословен Он, — то ведь он отменяет трепет перед Царством Небес. И нет здесь, хас ве-шалом, никакого соучастия вообще, когда он трепещет перед мудрецами; ибо этот трепет — со стороны того, что мудрецы прилеплены к Имені, благословен Он, присоединены к Нему, вторичны по отношению к прочим людям.

И об этом сказал Писание: «эт Ашем Элокейха тира» — включить талмидей хахамim. Ибо в каждом месте выражение «эт» приходит включить (добавить) вещь вторичную и прилеплённую. Как истолковали (Эйрувин 4:): «ве-рахац эт бесаро ба-маим» — «и омоет свою плоть в воде» (Ваикра 14:9) — «эт» вторичное к его плоти, то есть его волосы (там же, Эйрувин). «Эт а-шамаим ве-эт а-арец» — «небо и землю» (Берешит 1:1) — включить их порождения (Раши там, стих 14). И талмид хахам также вторичен у Него, благословен Он. А Рамбан (Берешит 1:1) объясняет, что поэтому истолковали наши мудрецы, да будет благословенна их память, в каждом месте слово «эт» как приходящее включить, что это из языка «ата» — «пришёл», ведь это язык умножения. И это вовсе не так. Но то, что истолковали наши мудрецы, да будет благословенна их память, «эт» — включить, потому что слово «эт» по своему простому смыслу, как объяснили грамматики, приходит на сам объект действия. И так объяснил Рад״к, да будет благословенна его память (Сефер а-Шорашим, корень את), и также Ибн Эзра, да будет благословенна его память (Берешит 1:1), что слово «эт» указывает на сам объект действия. И поскольку оно указывает на сам объект действия, а за всякой сущностью тянется вторичное, ибо сущность несёт вторичное, — поэтому в каждом месте выражение «эт» указывает на вещь вторичную по отношению к сущности, как волосы и кожа, и как порождения неба. И поскольку мудрецы также прилеплены к Имені, благословен Он, вторичны у Него, тянутся вслед за Именем, благословен Он, — поэтому сказано здесь: «эт Ашем Элокейха тира» — «включить талмидей хахамim», ибо они вторичны вместе со Шхина. Поэтому раби Акива не воздержался истолковать «эт Ашем Элокейха тира» — «включить талмидей хахамim», и нет здесь никакой Элокут вообще. И это — по отношению к прочим людям; но Он, благословен Он, Сам по Себе отделён от всего и нет у Него соучастия и соединения ни с каким существующим. Только по отношению к прочим людям у талмидей хахамim есть соединение и присоединение к Имені, благословен Он.

И разъяснилось тебе, что через Тору у человека есть соединение и прилепление к Имені, благословен Он, до того, что сказано: «эт Ашем Элокейха тира» — «включить талмидей хахамim», которые вторичны Ему; и они включаются словом «эт», как (Шмот 21:28) «ве-ло йеахель эт бесаро» — «и не будет съедено его мясо», — прилеплённое к его мясу, то есть его кожа (Псахим 22:). И как прочие, которых включаем из «эт» — и это ясно.

И о этом соединении, которое есть у человека через Тору, разъяснили ещё, что это — полное прилепление, которое есть у человека к Нему, благословен Он. Поэтому сказали в последней главе Менахот (110.): «Шир а-маалот… а-омдим бе-вейт Ашем ба-лейлот» — «Песнь восхождений… стоящие в доме Г-спода по ночам» (Теилим 134:1). Сказал раби Йоханан: это талмидей хахамim, занимающиеся Торой по ночам; Писание засчитывает им, как будто они занимаются служением (Авода). «Ле-олам зот аль Исраэль…» (Диврей а-Ямим II 2:3) — сказал рав Гидаль, сказал рав: жертвенник построен, и Михаэль, великий князь, стоит и приносит жертву. А раби Йоханан сказал: это талмидей хахамim, занимающиеся Галахот служения; Писание засчитывает им, как будто Храм построен в их дни. Сказал Реш Лакиш: что означает написанное (Ваикра 7:37) «зот а-Тора ла-ола ла-минха…» — всякий, кто занимается Торой, как будто принёс олу и минху. Сказал Рава: это «ла-ола [ла-минха]» — надо было бы сказать «ола у-минха». Однако сказал Рава: всякий, кто занимается Торой, не нуждается ни в оле, ни в минхе, ни в хатат, ни в ашам. Сказал раби Ицхак: что означает написанное (Ваикра 6:18) «зот Торат а-хатат», (Ваикра 7:1) «зот Торат а-ашам» — всякий, кто занимается Торой хатат, как будто принёс хатат, и всякий, кто занимается Торой ашам, как будто принёс ашам; до сих пор.

И можно спросить: почему именно по ночам? Ведь хотя ночь выделена для Торы, всё же день выделен для жертвоприношения, ведь жертва — только днём. И объяснение этого, как мы объяснили выше (начало гл. 4), что основное время Торы — ночь, потому что основа этого мира и его бытия — день, а ночью нет бытия этого мира, и он считается как бы несуществующим, ибо ночь — тьма; поэтому она вообще не называется существованием. И по этой причине сказали (Эйрувин 65:): ночь создана только для сна. То есть бытие мира считается только днём, а ночь создана только для сна, ибо во сне человек считается совершенно как будто его нет. И когда нет бытия этого материального мира ночью, подобает, чтобы Тора была ночью, ведь Тора, будучи разумной, — это также устранение материального. Поэтому талмидей хахамim, занимающиеся Торой, — как будто занимаются служением, ибо служение — лишь приближение к Имені, благословен Он, когда приносит Ему дар. А человек, который занимается разумной Торой ночью, когда тело как будто отсутствует, — и через Тору, которая есть Тора Имені, благословен Он, мир прилепляется к Нему, благословен Он, — поэтому мир считается как будто он занимается служением.

А то, что сказано: талмидей хахамim, занимающиеся Галахот служения, — Писание засчитывает им и т. д., — потому что когда они занимаются сущностью служения, а нет служения без Храма и без жертвы, — поэтому это считается как будто Храм построен и приносят на нём жертву, ведь он занимается служением.

А в трактате Брахот, глава «Эйн омдин» (33:), сказал раби Элазар: всякий, у кого есть даат (знание/разумение), как будто Храм построен в его дни. Даат дана между двумя буквами, как сказано (I Шмуэль 2:3): «Эль деот Ашем», и Микдаш дан между двумя буквами, как сказано (Шмот 15:17): «паалта Ашем, микдаш Ашем, конену ядейха» — «сотворил Ты, Ашем, святилище Ашем, утвердили его руки Твои». И всё это потому, что у человека есть разум, который отделён от тела; поэтому у него есть прилепление к Имені, благословен Он, как у Микдаша, в котором пребывает Шхина, — прилепление к Имені, благословен Он. Поэтому даат дана между двумя буквами Имени, и это указывает на полное прилепление, которое есть у него к Нему, благословен Он. И хотя сказано здесь: «всякий, у кого есть даат, как будто Храм построен в его дни», и даже если он не занимался Торой, а только есть в нём даат — то есть нужно, чтобы у него была добавочная, высшая даат. Но всякий, кто занимается [Галахот] служения, даже если он не великий талмид хахам, — как будто Храм построен в его дни.

А Реш Лакиш считает, что занимающийся Торой — как будто принёс олу. И не скажи: как будто занимается служением, но это не принесение тела жертвы; однако тот, кто занимается Торой — это считается принесением жертвы, ибо нет у тебя большего приближения к Имені, благословен Он, чем Тора; поэтому считается, что когда он занимается Торой, — как будто принёс жертву.

А Рава считает, что занимающийся Торой не нуждается ни в оле, ни в жертве, потому что жертва — лишь чтобы приблизить человека к Имені, благословен Он, после того как он был далёк. А занимающийся Торой — с Именем, благословен Он, без устранения, и ему не нужно никакого приближения: он с Именем, благословен Он, постоянно. И если бы сказано «как будто принёс олу», это означало бы: как ола и не больше, что бывает лишь на время. Тогда и Тора была бы тоже лишь на время. Поэтому он сказал, что не нуждается в оле: занимающийся Торой постоянно с Именем, благословен Он, без устранения; поэтому не нуждается ни в оле, ни в хатат — и это ясно.

А раби Ицхак считает, что занимающийся Торой ола — как будто принёс олу, и всякий, кто занимается Торой хатат — как будто принёс хатат, и так все. И объяснение этого: ола — особая жертва, и, несомненно, жертва, которая особая, указывает на особое приближение. Поэтому он сказал: когда занимается Галахот особой жертвы, у него есть то приближение, которое также особое. И нет между этими мудрецами спора: только каждый добавляет. И всё же по словам всех, Тора, которую дал Ашем, благословен Он, человеку, — через неё приближение и полное прилепление к Имені, благословен Он; ибо Тора — разумная, и через Тору устраняется телесное, и у него есть прилепление к Имені, благословен Он.

И чтобы указать нам, что у талмид хахама, у которого есть Тора, нет границы его достоинству и завершённости, сказали в главе «а-Роэ» (Брахот 64:): сказал раби Хия бар Аши, сказал рав: талмидей хахамim не имеют покоя ни в этом мире, ни в будущем мире, как сказано (Теилим 84:8): «йелху ме-хайль эль хайль, йераэ эль Элоким бе-Цийон» — «пойдут от силы к силе; явится к Б-гу на Ционе»; до сих пор. И смысл, хас ве-шалом, не в том, что у них нет покоя, ибо, несомненно, у них есть покой. Но хотел сказать, что достоинству талмид хахама нет завершения, ибо разум не приходит к завершению: нет предела и конца постижению; ведь если постиг одну вещь, возможно постичь больше — поэтому разум не приходит к завершённости. И на это указывает то, что локти Ковчега были поломаны все и не были целыми локтями — потому что у мудрости вообще нет завершённости. А вещь, у которой нет завершённости, не имеет покоя, ибо покой — в завершённости вещи. И также в будущем мире нет покоя у талмидей хахамim, поскольку всякое постижение не содержит завершённости. Поэтому написано: «йелху ме-хайль эль хайль» — то есть постигает все постижения; и это называется «пойдут от силы к силе», пока постигает от Него, благословен Он, то, что возможно ему постичь; и это — «явится к Б-гу на Ционе».

И поэтому Тора была дана в Шаббат (Шаббат 86:), чтобы указать, что у разума нет покоя и нет ему завершённости. Ибо Шаббат выделен для завершённости и прекращения; а ведь Тора дана миру в Шаббат, и это считается сотворением Торы, когда она выходит в действие. Если так, нет у Торы завершённости, прекращения и покоя. Не как этот материальный мир, у которого есть завершённость, поэтому есть у него Шаббат — ибо мир завершился. Но нет завершённости и Шаббат у разума.

И смены постижений называются «из силы в силу», потому что из одного постижения он достигает и идет ко второму, и из него обязуется* другое. И от третьего — к четвертому, пока не возвращается по кругу, ибо все постижения обязуются одно от другого. И это называется: «пойдут из силы в силу», пока постижение не дойдет до Всевышнего, чтобы постичь от Него то, что возможно постичь. Но чтобы было завершение и конечная цель для постижения — этого нет. И это: «явится пред Б-гом в Ционе», и это — ступень тальмид хахама, у которого есть Тора.

И, быть может, ты скажешь: разве то, что нет покоя у тальмидей хахамим, считается достоинством? Это не вопрос, ибо смысл не в том, что нет у них покоя* — что они люди труда; ведь небеса, которые всегда движутся, хотя нет у них остановки от движения, нельзя также сказать, что они люди труда. И это потому, что сама их природа такова — быть движущимися. И тем более у разума, в котором вообще нет ни движения, ни труда, а лишь то, что нет завершения и конечной цели у разума; ведь всякий покой — это конечная цель, а это к разуму не относится. И это смысл: «у тальмидей хахамим нет покоя», то есть они не приобретут завершенность; ибо, несомненно, завершенность — это само по себе чрезвычайное достоинство, но то, что нет завершенности у тальмидей хахамим, — это по величине их достоинства, и это достоинство более возвышенное. И не говори: раз нет у них покоя, значит, есть у них страдание; ведь мы уже сказали, что так подобает разуму по самой его сущности — что нет у него завершенности.

И в главе «Эйн омдин» (Брахот 34:), сказал רבי חייא בר אבא, сказал רבי יוחנן: все пророки не пророчествовали иначе как для того, кто выдает дочь за тальмид хахама, и для того, кто делает торговое дело для тальмид хахама, и для того, кто доставляет тальмид хахаму пользу из своего имущества; но о самих тальмидей хахамим (Йешая 64:3): «глаз не видел, Б-г, кроме Тебя».

Это высказывание приходит объяснить тебе великое качество того, кто содействует тальмид хахаму, так что тальмид хахам может заниматься Торой, — до того, что все, что пророчествовали пророки, о нем пророчествовали. Ибо невозможно, чтобы пророчество — которое дано человеку, находящемуся в материальном мире, — достигло ступени самого тальмид хахама; и он может постичь только ступень того, кто прилепляется к отделенному разуму и сам не является отделенным. А поскольку он сам не отделен, а лишь прилепляется к отделенному через любовь, которой он любит его. А любовь — через три вещи, как написано (Дварим 6:5): «И люби Господа, Б-га твоего, всем сердцем твоим, и всей душой твоей, и всем твоим “меод”». Сердце — это тело человека, и потому объяснили наши мудрецы, благословенной памяти (Брахот 54:): «всем сердцем твоим» — «двумя твоими побуждениями, злым побуждением и добрым побуждением»: даже если злое побуждение, которое в теле, подстрекает его отступить от Всевышнего, пусть не слушает злого побуждения. А «душой твоей» — в буквальном смысле, даже если забирает его душу (там же). А «всем твоим “меод”» — даже если забирает его имущество (там же). В итоге любовь — через три вещи: когда он прилепляется к Нему, благословенному, через эти три вещи, — это и есть любовь и прилепление к Нему, благословенному. Ибо любовь — лишь соединение и присоединение к вещи, и невозможно, чтобы была связь и присоединение, иначе как через эти три вещи: или через тело, или через душу, или через имущество.

И это то, что сказано: «кто выдает дочь за тальмид хахама», ибо когда он выдает дочь за тальмид хахама, вот его тело прилепляется к тальмид хахаму: ведь его дочь, из вышедших из его чресел, считается как его тело; и вот его тело прилепляется к тальмид хахаму. «И кто делает торговое дело для тальмид хахама» — прилепляется к нему душой, ибо всякая торговля, которая посредством действия человека, — от души, которая является владельцем действия, как известно. И объяснение этому: делающий торговое дело вовсе не дает ему ничего, а лишь действует ради него, а действие относится к душе. «И кто доставляет тальмид хахаму пользу из своего имущества» — это ясно, что он прилепляется к нему со стороны имущества. И так же сказали в последней главе Ктубот (111:): «любить Господа, Б-га вашего, и прилепиться к Нему» (Дварим 11:22) — разве возможно прилепиться к Шхина? אלא (эла — «но/скорее»): всякий, кто выдает дочь за тальмид хахама, и кто делает торговое дело [для тальмид хахама], и кто доставляет тальмид хахаму пользу из своего имущества, — как будто прилепился к Шхина. Вот и это также — эти вещи*, потому что нужно прилепиться* к тальмид хахаму, как объяснилось.

И когда ты еще поймешь слова мудрецов в этих трех, ты найдешь, что разум в человеке, который и есть тальмид хахам, — это и есть сам человек, ибо человек — лишь то, что он постигает. И эти три вещи соединяются с ним: ведь тело присоединяется и соединяется с разумом, который — тальмид хахам. И еще присоединяется душа к разуму, и она делает торговое дело для разума, ибо всякий торговый оборот делается посредством души, которая действует и занимается своими делами, и это* ясно. И также имущества, которые являются приобретением человека, присоединяются к разуму тем, что они его приобретение, ибо всякая вещь, которая является его приобретением, без сомнения является приобретением разума. А в целом, люди — по образу отдельного человека: ведь тальмид хахам среди них — как разум в человеке, а остальные люди — как сам человек.

И тот, кто выдает дочь за тальмид хахама, имеет прилепление к тальмид хахаму, как у тела есть соединение с разумом — через тело; и вот у него есть прилепление к тальмид хахаму со стороны тела человека, у которого есть соединение с разумом, как мы объяснили. А тот, кто делает торговое дело для тальмид хахама, — как душа человека считается, которая делает и совершает дела разума. А тот, кто доставляет тальмид хахаму пользу из своего имущества, — вот он соединяется с тальмид хахамом своим имуществом, как соединение и присоединение* имущества к разуму человека. И потому через эти три вещи есть прилепление к тальмид* хахаму, как в самом человеке эти три вещи присоединяются к разуму и сами по себе не являются разумом. И это может пророк увидеть в этом мире, который является материальным миром. Но тальмид хахам, который разумен, — «глаз не видел» (Йешая 64:3) в этом материальном мире, и это ясно.