הוספות

«Праведник властвует в страхе Божием». Можно истолковать на основании того, что я уже объяснял в стихе: «Поклонюсь храму Святому Твоему в страхе Твоём». Сказано: «А вы, прилепившиеся к Господу» и далее — «разве можно прилепиться к Всевышнему? Но прилепиться к Его качествам». На первый взгляд, раз человек должен прилепиться к качествам Святого, благословен Он, — как может быть трепет у Творца? Однако мы находим трепет и у Всевышнего: Он, благословен Он и благословенно Имя Его, страшится, как бы человек не согрешил и не был наказан, упаси Боже. Выходит, человек тоже должен обладать этим трепетом, который есть у Творца, — бояться за свою душу, как бы не согрешить. Вот что значит: «Поклонюсь в страхе Твоём» — в той мере трепета, которая относится к Всевышнему; в этом трепете «поклонюсь храму Святому Твоему» и я. Но совершенный цадик, если видит, что некий человек согрешил пред Всевышним, — он действует по праведности своей, умилостивляет и покрывает его великой святостью своей, чтобы тот, упаси Боже, не был наказан. Вот что значит: «Праведник властвует в страхе Божием» — он властвует даже над этим трепетом Всевышнего — чтобы человек не согрешил и не был наказан. Ибо даже если согрешит, тот цадик властвует над этим и защищает его от наказания, ищет за него оправдание и умилостивляет, и ему прощается.

Или можно сказать: «Праведник властвует» и далее. Сначала объясним то, что мы уже писали: «Вначале поднялось в мысли создать мир мерой суда, и увидел, что мир не может устоять, — присоединил к нему меру милосердия». Возникает вопрос: разве, упаси Боже, есть перемена пред Ним? Представляется, что смысл таков: «Вначале поднялся» Творец в мире «мысли» — первоначальное творение было в мире Мысли, мерой суда. Ибо там не нужно милосердие, поскольку там нет злого начала. «И увидел, что мир не может устоять» — в тот же момент, когда Он сотворил тот мир, Он увидел, что тот мир не является главным существованием, ибо всё Его намерение было лишь благодетельствовать созданиям, и в этом всё Его наслаждение. «И присоединил к нему меру милосердия» — то есть сотворил этот нижний мир, нуждающийся в милосердии. Упаси Боже думать о каком-либо изменении; творение шло по порядку: сначала верхний мир — мерой суда, затем этот мир — с милосердием. В верхнем мире суды называются «трепетом» (ира), ибо там нет суда и наказания. Лишь в этом мире они называются «судами» — вершить суд и наказание, упаси Боже, над нарушителями воли Его.

Цадик должен заниматься святым служением, обращая суды и в этом мире в милосердие. Вот смысл мишны: «Клятвы — два вида, которые суть четыре» и далее. Основная совокупность Торы — это два начала: заповеди «делай» и «не делай». Общая суть их обоих — прилепление к Творцу через Его заповеди. Прилепление называется «едой», ибо о ангелах у Авраама сказано: «И ели». Как может быть еда у ангелов? Но это относится к прилеплению: праотец Авраам в великой святости своей накрывал пред ними чистый стол в великой святости и великом прилеплении. Ангелы прилепились и наслаждались от прилепления Авраама, которое есть нечто духовное, — и это была их «еда». Выходит, «еда» означает прилепление. И напротив, прилепление бывает и в грехе, как сказано: «И прилепилась душа его к Дине» и далее. И такое прилепление тоже называется «едой», как написано: «Поела и утёрла рот свой». Вот что значит: «Клятвы — два вида, которые суть» и далее — «что буду есть и что не буду есть». Клятвы, которыми человек поклялся и стоит от горы Синай, — их две: «что буду есть» — доброе прилепление, к которому человек должен стремиться; «что не буду есть» — дурное прилепление, от которого человек должен отдаляться. Мудрецы добавили ещё две: «что я ел» и далее. Высшие миры созданы мерой суда, как сказано выше, и это — буквы в обратном порядке (тав-шин-реш-куф), ибо всё прямое — милосердие, а обратное — суд. Этот мир — по прямому алфавиту (алеф-бет), то есть милосердие. Цадик должен обращать меру суда в милосердие. Вот что значит: «Что я ел» — в прошедшем времени, намекающем на обратный алфавит, — выпрямить его через своё прилепление и обратить в милосердие. А нечестивые, упаси Боже, обращают наоборот — это «что не ел». И мудрый поймёт.