ספר ויקרא

Или можно сказать: «Зот тиѓье...» Представляется, что можно истолковать путём намёка. Ведь во всяком занятии человека — будь то Тора или молитва — человек должен говорить: «Во имя единения Святого, благословен Он, и Шхины Его». Попробуем приблизить к разуму, что такое это единение Святого, благословен Он, и Шхины Его. Дело вот в чём: когда человек изучает Тору, он произносит святые слова и святые буквы. Благодаря чему он произносит их? Благодаря Божественной частице, которая внутри него, то есть святой душе, которая есть «часть Бога свыше». Известно, что «Тора и Святой, благословен Он, — всё едино». И получается, что посредством святой души, которая прилепляется к Божественной частице в нём через святые буквы, он возносит эти речения наверх, и они прилепляются к Его единству, благословенному. И это есть единение Святого, благословен Он, и Шхины Его: он соединяет святую Тору и свою святую душу со Святым, благословен Он, посредством изучения Торы и молитвы. И это касается всякого человека. Но Моше, учитель наш, мир ему, обладал дополнительным достоинством: ещё до речения он соединял Божественную частицу в себе со Святым, благословен Он. Ведь голос, исходящий из горла человека, предшествует речению, как известно. И это было достоинством Моше, учителя нашего, мир ему: уже в голосе он соединял Святого, благословен Он, и Шхину Его, то есть с частицей своей души. И это «Моше говорит, и Бог отвечает ему голосом» (Шмот 19:19) — то есть Божественная частица звучала в нём ещё до речения. И вот что сказали мудрецы: «Учит нас, что Шхина говорила из горла Моше» — то есть голосом, исходящим из горла, то есть его душа постоянно соединялась со Святым, благословен Он, голосом.

Ещё сказано в Талмуде: «В том месте, где стоят раскаявшиеся (баалей тшува), совершенные праведники не могут стоять». Представляется, что можно дать этому хорошее объяснение. Ведь человек, идущий в служении Ему, благословенному, должен чрезвычайно строго следить за собой, чтобы к нему не пришла никакая посторонняя мотивация и самовозвеличивание в его служении, то есть в занятии Торой или молитве. Ибо если, упаси Боже, придёт к нему какая-либо посторонняя мотивация, то это служение не восходит наверх. Но когда грешник совершает раскаяние за свои великие прегрешения — грабёж, разврат и прочие грехи, ведь нет ничего, что устояло бы перед раскаянием, — и когда он раскаивается полностью, искренне и совершенно, тогда он также возносит молитвы цадика, в которые проникли посторонние мотивы. Поэтому «в том месте, где стоят раскаявшиеся...» — ибо раскаявшийся на более высокой ступени, чем цадик, поскольку он также возносит молитву и Тору цадика, как сказано выше. И это «зот тиѓье торат ѓа-мецора» — то есть Тора «мецора» (выносящего зло), то есть раскаявшегося, когда он исправит и совершит полное раскаяние, тогда он совершит, чтобы его Тора стала пользой для Шхины, именуемой «зот», как известно, — вознесёт Шхину, чтобы соединить её со Святым, благословен Он. И Писание объясняет, откуда он удостаивается этого достоинства? Объясняет: благодаря «и приведён будет к священнику», как сказано выше — он приводит и возносит молитвы цадиков, которые лежали внизу из-за посторонних мотивов, бывших у них, и возносит их ввысь.