Group None

(10) Приобщение общества к изучению Мусара — поскольку наш учитель, благословенна память праведника, утвердил изучение Мусара как древо жизни, исцеляющее душу, обучающее человека разумению и знанию, трепету перед Ашемом и праведному смирению, совету и мудрости, опоясывающее его доблестью, мощью и силой для войны с Йецером, — и лишь это тот совет, что был замыслен, чтобы вернуть трепет перед Ашемом, благословенно Его имя, и через него мир будет спасён спасением души, — потому он считал награду за заповедь в этом деле — приближать сердца к изучению Мусара — высочайшей, и нет предела её воздаянию. И потому он пробуждал и побуждал своих учеников и близких — обратить внимание и сердце на то, чтобы разумно приобщать общество, пробуждать и побуждать их сердца к изучению трепета и Мусара.

И уже подробно написал наш учитель, благословенна память праведника, в конце Послания о Мусаре, о великой ценности дела приобщения общества к изучению Мусара и о его великой награде. И вот его святые слова: Поэтому пусть обратит человек своё сердце к тому, чтобы приобщить общество, пробудить их к размышлению о трепете и Мусаре и прочее. Так пусть он со всей силой поддерживает изучение Мусара, дабы многие в нём упражнялись и умножился трепет перед Ашемом, и заслуга общества будет зависеть от него и прочее. И как же велика должна быть эта заповедь в глазах человека — положить своё сердце и душу на то, чтобы направлять людей к изучению Мусара, спасая их душу от преисподней. Как сказали наши мудрецы, благословенна их память (Шаббат 151б): Всякий, кто милосерден к творениям, — к нему проявляют милосердие с Небес. И нет большего милосердия, чем напоминать и пробуждать людей к изучению трепета. Человек, пробуждающий к этому, будет иметь достойную долю во всём, что из этого родится — наслаждаться вечным блаженством, которое глаз не видел. Человеческий разум устаёт охватить и как следует познать количество и качество заповеди общества, которая будет сопровождать человека от этого малого дела. Труда мало, а награды много — без меры и предела. И поэтому пусть обратит человек свой взор и силу своего разума на это великое дело, если он человек с душой.

И также в своих письмах, которые он писал своим ученикам и близким, укрепляя их сердца в трепете перед Ашемом и в изучении Мусара, он пробуждал и побуждал их сердца к тому, чтобы приобщать общество — укреплять изучение Мусара со всей твёрдостью и силой. И вот его чистые слова в одном из писем: Открытое обличение лучше и прочее. Я пришёл увещевать вас и побудить вашу высокую честь, чтобы вы постарались со всей силой, каждый по своему разуму и положению, укрепить изучение Мусара со всей твёрдостью и силой и прочее. Пусть не будет мало в ваших глазах это дело — приобщать общество, пробуждать их к сильной войне, войне с Йецером, которая не состоится и не произойдёт без изучения Мусара как подобает. Конец его слов.

И в другом письме он написал, и вот его слова: И поэтому начало наших дел — укрепить ослабевшие руки, направить их в школу изучения Мусара с разумением и знанием и прочее. И в этом — лёгкое лекарство, а плод его обилен. Кто тот человек, жаждущий жизни, желающий быть из тех, кто приобщает общество, — которые, как звёзды, будут сиять, и праведность их вовеки не изгладится, — пусть схватит эту заповедь в своё время, ибо кто знает, что родит день, и если не сейчас, то когда? И через это мы тоже будем укреплены для оттачивания мысли — покорить Йецер и его страсти. И тот, кто приходит учить других, оказывается учащимся сам. Конец его слов.

Вот как возвышенны его пути и как глубоки его замыслы, которые он замыслил для блага своего народа — научить их трепету перед Ашемом, благословенно Его имя. И как верны его слова! Ведь известно, сколь высоко превозносили наши мудрецы, благословенна их память, достоинство того, кто приобщает общество. Однако в каком деле может человек достичь этой ступени? Ведь посредством увещевания и обличения это почти невозможно — извлечь драгоценное из ничтожного, и тем более обратить многих от греха. Ибо помимо того, что обличающий должен сначала украсить самого себя, как сказали наши мудрецы, благословенна их память (Бава Батра 60б): Соберитесь и соберите — сначала укрась себя и прочее, — но и без того, даже если он наговорит гору слов, слушающих у него не будет. Ибо кто склонит ухо к словам обличения, чтобы оставить свой путь? Однако пробуждать и побуждать сердца людей к изучению Мусара — это обширное поле для приобщения общества с малым трудом. Ибо легко привлечь сердца к этому изучению, которое разуму очевидно как необходимая вещь для жизни души.

Также вот: в обычаях путей милосердия и благотворительности — жалеть и миловать бедняка. Ведь давать ему постоянно понемногу — для дающего это обременительно, а получающий не насытится в достаточной мере, ибо кто сможет восполнить человеку всю его нужду, которой ему недостаёт? Однако разумеющий о бедном постарается поддержать руку бедняка, чтобы тот мог заняться каким-либо делом, дабы от плода своего труда ел и насыщался. И для дающего это будет считаться праведностью навеки. Так же и в жизни души: постоянно наставлять Мусаром и обличением — это невозможно со стороны обличающего и со стороны принимающего обличение, как упомянуто выше. Однако мудрый в трепете перед Ашемом постарается склонить сердца к изучению трепета и Мусара. И тогда они сами себя будут наставлять, и от труда своей души насытятся благом трепета перед Ашемом — исполнять Тору и заповеди. И также благословения облечёт наставника, который указал им путь, — чтобы он имел долю и наследие во всяком добром деле, и вкушал бы и он от плода их деяний.

Однако для приближения душ к изучению Мусара требуется большая мудрость и разумение — научить их знанию и вразумить их, чтобы они верно судили о драгоценном свойстве изучения Мусара, ибо она — драгоценный камень, сокровище желанное в обители праведности, и нет в ней ничего извращённого и кривого. И также нужно сначала усовершенствовать самого себя в путях нравственных качеств, и особенно в качестве терпения. И тогда он преуспеет и будет успешен — желание Ашема исполнится его рукой. И так написал наш учитель, Гаон, благочестивый, благословенна память праведника, в одном из своих писем, и вот его чистые слова: Это дело — приближение сердец к изучению Мусара — на Мусаре основывается, терпением укрепляется, и мудростью расцветёт цветок и вырастет плод. Конец его слов. И также во многих письмах он учит знанию — как приближать души к изучению трепета и Мусара и склонять их к истинному совершенству.

И вот, наш учитель, Гаон, благочестивый, благословенна память праведника, написал в Послании о Мусаре такими словами: И как же велика должна быть эта заповедь в глазах человека — положить своё сердце и душу на то, чтобы направлять людей к изучению Мусара и прочее. Человек, пробуждающий к этому, будет иметь достойную долю во всём, что из этого родится — наслаждаться вечным блаженством, которое глаз не видел, и прочее. И также написал в одном письме, и вот его слова: Кто тот человек, жаждущий жизни, желающий быть из тех, кто приобщает общество, — которые, как звёзды, будут сиять, и праведность их вовеки не изгладится, — пусть схватит эту заповедь в своё время, и прочее.

Отныне мы можем постичь и поразмыслить, сколь могуча сила этого древа — нашего учителя, Гаона, благочестивого, святого Исраэля, благословенна память праведника. Как велика и как грозна его заслуга! Ибо помимо величия его праведности и благочестия — кто же заслужил и приобщил общество более, чем он, направляя людей к изучению Мусара? Ведь он — глава и начало. С юных лет он начал громко взывать во имя изучения трепета и Мусара, ибо из него проистекает жизнь — жизнь души. И по сей день мы идём в его свете. И во всяком добром деле, родившемся от изучения Мусара по сей день, — он имеет долю и наследие в этом. И так будет вовеки.

И вот, наш учитель, благословенна память праведника, однажды сказал перед своими учениками об изучении Мусара, которое он возвестил миру, что оставили ему место с Небес, чтобы он отличился в этом. Как разъяснено в словах наших мудрецов, благословенна их память (Хуллин 6б): И разбил медного змея и прочее — неужели пришёл Аса и не уничтожил его? и прочее — но оставили ему место и прочее.

И да будет воля Отца нашего Небесного, чтобы источник, вышедший из-под святыни — святого Исраэля, благословенна память праведника, — не иссяк и чтобы воды его не обманули, и стал бы он потоком, изливающим трепет перед Ашемом, благословенно Его имя, — на площадях потоками вод.

На этом завершаются мои слова, которые я назвал Шаарей Ор (Врата Света). Это врата Ашема — войдут в них праведные сердцем, пойдут далее и просветят свои глаза от Света Исраэля и Святого его.

Это слова его ученика, пишущего, — Ицхака, сына рава Шмуэля Блазера.