Pardes Rimmonim 28

Разъяснение цере и сегол. Цере — две точки — это два великих светоча, то есть Тиферет и Малхут, когда они велики и равны. Это происходит, когда Тиферет поднимается к Хесед, а Малхут — к Гвура, ибо таков их путь: мужское — к правой стороне, женское — к левой, и тогда они соединяются в единении и равны, как были изначально — друг напротив друга, соединяясь силой Гвура и Гдула в тайне объятия, как разъяснено в Шаар Маут ве-Анага. И вот, их истинное единение — в тайне среднего свода, именуемого Шамаим (небеса), в тайне огня и воды: огонь слева — Гвура, вода справа — Гдула, а свод — Тиферет, средний, их соединяющий. И посредством этого Тиферет и Малхут соединяются, будучи двумя великими светочами. Поэтому не трудно, если цере иногда указывает на Хесед и Гвура, а иногда на Тиферет и Малхут, ибо всё восходит к одному месту. И вот, известно, что тайна их единения — быть двумя великими светочами — совершается посредством Бина, ибо о ней сказано: «Сказала луна пред Святым, благословен Он...», как мы разъяснили в Шаар а-Миут. И поскольку их возвращение к тайне цере — это то, что разъяснено в Шаар Шем бен Далет, что огласовка Имени Бина — это цере. А по истине, суть их единения — это средняя точка между Гдула и Гвура, которая есть Тиферет, ибо там место её возвышения от дней древности. И вот, по этому толкованию, эта огласовка включает все эти сочетания: будь то Тиферет и Малхут как два великих светоча, будь то Хесед и Гвура как огонь и вода, будь то Тиферет — средняя точка сама по себе, соединяющая огонь и воду и включающая их через связь с Малхут; и обе они скрылись, и видны лишь две крайности, но мир между ними — через «Шалом» (мир). И также это относится к Бина, ибо её силой соединились ду-парцуфин — жених с невестой, как мы разъяснили. И все эти толкования находятся у Рашби (да покоится он в мире) в Тикуним — одно здесь и другое там, и мы примирили его слова, как разъяснили.

А слуга цере — это сегол. Сегол добавил среднюю точку, которая скрыта в цере, а в сеголе раскрылась, — однако это не сам Тиферет, который скрыт, а Йесод, стоящий между водой и огнём. И поскольку иногда их единение совершается через Нецах и Год, как мы разъяснили в Шаар Маут ве-Анага, — поэтому сегол иногда относится к Нецах, Год и Йесод, а иногда единение возвышается в прикреплении к трём корням, которые над ними, и по этой причине относится также к Гдула, Гвура и Тиферет. Тем не менее их основа — в Нецах, Год и Йесод. А когда эта огласовка относится к трём Отцам, она относится и к Тиферет одному, ибо в нём всё включено, как известно. И по причине того, что Малхут раскрывает вещи и единение более, чем высшие источники, — на месте цере раскрывается сегол, чтобы указать, что суть цере, то есть Тиферет и Малхут через Гдула и Гвура в тайне Тиферет и Йесод, как было разъяснено выше, — она добавила раскрытие Йесод, посредника мира между ними. Поэтому сегол — слуга цере, как известно. И по причине того, что это единение совершается через Хесед и милосердие, которые желают единения, а милосердие — в отличие от стороны Гвура, ибо от силы её суда она отделяется от супруга, чтобы усилить суд, будучи мстительницей за нарушенный завет по грехам, — поэтому сегол, указывающий на единение, относится к Хесед, как разъяснил Рашби (да покоится он в мире), и мы это переписали в Шаар Шем бен Далет. И можно сказать иную причину: поскольку цере — в Бина, как было разъяснено, а слуга Бина — это Хесед, который является колесницей Бина, и Хесед называется сегол, — поэтому сегол назван слугой цере. И первое наше объяснение — основное. И по причине того, что сегол указывает на единение Тиферет и Малхут через Йесод, сказал Рашби (да покоится он в мире) в Шир а-Ширим, что шрук в Малхут и сегол — всё одно, только в Малхут это изменяется: с её стороны супруг наверху, а она внизу, и Йесод, их соединяющий, — посередине; а со стороны Тиферет оба равны в тайне великих светочей, и Йесод — под ними обоими. И хотя это несколько противоречит тому, что мы написали выше о шрук, — всё восходит к одному месту. Однако возникает трудность, ибо в Тикуним Рашби разъяснил, что цере — в Бина, а сегол — в Хесед, а в Шир а-Ширим написал, что цере — в Хесед, а сегол — в Гвура. И представляется мне, что сказанное в Шир а-Ширим имеет в виду их проявление и раскрытие: раскрытие Бина — через Хесед, поэтому цере Бина раскрывается в Хесед; а раскрытие Хесед — через Гвура, ибо «это оболочка для того, а это сердцевина для того», и поэтому сегол Хесед раскрывается через Гвура. И есть кто толковал цере как намёк на Метатрона и Йеуэля — двух ангелов, стоящих подобно цере, и также они намекают на Михаэля и Гавриэля. А в сеголе объяснил, что это Михаэль, Гавриэль и Сандальфон, чей порядок в Колеснице подобен порядку сегол. Конец. Но это удивительно, что Сандальфон — ниже Михаэля и Гавриэля, ведь Сандальфон — в седьмом Чертоге наверху, а Михаэль и Гавриэль — в шестом Чертоге, как разъяснено в Шаар а-Эхалот (см. также Тикун 70, лист 125а, где цере и сегол намекают на ангелов, разъяснённых там).