Pardes Rimmonim 8

Следует предпослать, что ни Рашби, ни рабби Элазар, мир им, не скрыто и не утаено друг от друга: каждый знал ответ другого. И ни один не прерывал другого, пока каждый не завершил основное намерение своего ответа, и тем не менее их слова прямы и верны. Основное намерение рабби Элазара в его вопросе — отвергнуть два ответа, возникающие на его вопрос. Он намеревался доказать, что ни один из них не достаточен для его вопроса, и оба вместе тоже. Два ответа таковы. Первый: поскольку суд включён в милосердие и милосердие — в суд, не затруднительно, что Имя милосердия содержит некоторый суд — всё по степени преобладания. То есть когда суд преобладает с милосердием в определённые времена, оно именуется именем милосердия, и это — в определённые сроки. Второй: подобает, чтобы в Имени милосердия был намёк на суд, и они не разделялись, подобно тому как действия не разделены совсем — суд и милосердие согласуются в каждом действии, как разъяснено выше, в главе 6, и раз действия милосердия включают в себя суд, подобает, чтобы одно Имя относилось к обоим. Вот два ответа, и в каждом из них подобает, чтобы четырёхбуквенное Имя было с огласовкой Элоким. Между ними есть различие. Первый ответ — правильная причина, но затруднительно, что лишь иногда подобает называть милосердие именем, указывающим на включённость суда, в зависимости от преобладания и смешения. Второй — правильная причина, но тогда всегда подобает называть милосердие именем, указывающим на включённость суда. Чтобы отвергнуть оба ответа, рабби Элазар направил язык своего вопроса, сказав: «Вот мы учили, что Элоким всюду — суд». То есть: раз нам уже известно, что для суда есть отдельное имя, хотя нет чистого суда без примеси милосердия, а это имя Элоким — имя суда без милосердия вовсе, — следовательно, подобает, чтобы четырёхбуквенное Имя всегда указывало на милосердие без какой-либо примеси суда. И это причина для постоянства: подобно тому как имя Элоким — обозначение суда без присоединения милосердия, так подобает и четырёхбуквенному Имени всегда указывать на милосердие без примеси суда. И вот отвергнут второй ответ тем, что сказано: нельзя говорить, что неподобает имени милосердия быть без примеси суда, ибо милосердие включено с судом. Ведь подобно тому как суд именуется Элоким без присоединения милосердия, хотя не существует в чистом виде, — так четырёхбуквенное Имя подобает именовать простым именем милосердия без примеси суда, хотя суд включён в него. А для ответа, что это частность — иногда, по степени преобладания и смешения, оно именуется именем суда и упоминается в составе имени милосердия, ибо суд усилился и смешался до того, что поднялся в имя, — на это он сказал: «Элоким всюду — суд», то есть имя Элоким повсюду — суд, ибо даже когда несколько усиливается милосердие, тем не менее оно не изменяется, но повсюду одинаково написано Элоким, указывающее на суд и мощь. И потому четырёхбуквенное Имя также не подобает изменять, а именовать его всегда именем простого милосердия, как известно, что четырёхбуквенное Имя в наполнении даёт числовое значение Мах (45), что есть Хохма — Коах Мах (Сила Что), указывающее на милосердие, как известно и будет ещё разъяснено. «Есть место, именуемое Элоким, как, например» и т.д. — он направил свой вопрос ещё на один вопрос: ведь никогда не встречается четырёхбуквенное Имя с огласовками Элоким иначе как вместе с именем Адонай. И необходимо знать причину — какова связь одного с другим.

Итак, разрешены затруднения 1, 2 и 3. На затруднение 4, которое мы задали — «по существу затруднение» и т.д., — скажем, что рабби Элазар уже знал, что Бина так именуется из-за сочетания суда и милосердия. Но основа его вопроса была в том, что этот вопрос должен выражаться в одном Имени, которое было бы подходящим, — а не в четырёхбуквенном Имени, ибо это Имя для этого не подходит по указанной причине. Но следовало бы составить одно Имя из букв, указывающих на суд и на милосердие, и отнести его к Бине. На его вопрос ответил Рашби, мир ему, веским доводом и сказал: «Так написано» и т.д. — Писание пришло сообщить нам и вывести нас из этого предположения, говоря: «И узнаешь в тот день и примешь к сердцу» и т.д. То есть: хотя ты найдёшь, что четырёхбуквенное Имя — простое милосердие в буквах и в сути, тем не менее знай, что «Господь — Он Бог (а-Элоким)» — в Нём сила мощного суда, и не отчаивайся от возмездия, ибо даже в мере милосердия иногда суд может сочетаться и обратиться к нему. И таков смысл «И узнаешь в тот день» и т.д. Ответил рабби Элазар и сказал: «Это я знаю». То есть: не из-за неведения этого стиха он задал свой вопрос. Однако этот стих вовсе не является доводом. Ведь подобно тому, как Писание сообщило нам эту предпосылку — что иногда в четырёхбуквенном Имени, которое есть милосердие, примешивается суд, — так необходимо, чтобы иногда с судом примешивалось милосердие. И подобно тому, как в месте, где суд примешан к милосердию, не упоминается в имени Элоким огласовка или указание на это, — так и в четырёхбуквенном Имени не подобает упоминать суд. Таков смысл его слов: «В месте, где есть суд, есть милосердие» — даже в месте суда есть милосердие, и тем не менее милосердие не упоминается в имени вовсе. Так и «в месте, где есть милосердие» — хотя есть суд, не подобает упоминать тот суд. И он уточнил, сказав: «И иногда в месте, где есть милосердие» и т.д. — ибо в месте милосердия суд бывает лишь иногда и в редкие времена, а в месте суда милосердие примешано всегда, ибо «не пробуждает всего гнева Своего», и «мера блага превышает меру возмездия». И теперь: если даже там, где это постоянно — милосердие, примешанное к суду, — и которое подобало бы упомянуть из-за его постоянства, оно тем не менее не упоминается и не входит в имя, — тем более там, где суд бывает в редкие времена и в определённые сроки, не подобает упоминать его в имени. На это ответил Рашби: напротив, именно оттуда, откуда ты пришёл: то, что примесь милосердия постоянна, — всё включено в имя Элоким. Но здесь, где это — нечто обновляющееся время от времени, суд, который усиливается, — подобает, чтобы он именовался в имени. Таков смысл: «Смотри, так оно и есть» — как ты сказал, и именно оттуда: четырёхбуквенное Имя повсюду — милосердие, и потому, когда на него пробуждается суд из-за грешников, «переворачивающих», — то есть переворачивание самого милосердия в суд, — потому тогда подобает, чтобы в четырёхбуквенном Имени сам суд был упомянут. И хотя написано четырёхбуквенное Имя, мы читаем его как Элоким. Смысл — показать, что хотя мы произносим его как Элоким, его основа — милосердие. А именем суда мы произносим его лишь как чтение, ибо оно заимствовано лишь для чтения — для нас, не по его существу, ибо по существу оно — милосердие, четырёхбуквенное Имя, которое написано. Мы лишь произносим его чтением. И потому это не столь натянуто. Этим разрешены затруднения 5 и 6. «Но смотри, тайна слова» и т.д. — знай, что теперь он приступает к объяснению того, как четырёхбуквенное Имя с огласовками Элоким пребывает в Бине и именуется так потому, что на него усиливают суд — «переворачивают милосердие в суд» буквально, — и это основа ответа, и всё — один ответ. И также он приходит разрешить, почему четырёхбуквенное Имя с огласовкой Элоким всегда появляется в сочетании с именем Адонай. Для этого он был вынужден сказать «три ступени» и т.д. — ибо третья ступень — Малхут, а Малхут именуется Адонай — на языке суда — со стороны Бины (вероятно, следует: Гвуры, как следует далее и в главе 9), именуемой Элоким, и всё — одно, объединённое. Это три ступени, и они — одно. Ибо по причине единства, в котором они объединяются, имя Адонай относится к Малхут со стороны Бины [Гвуры], именуемой Элоким. И когда Малхут именуется Адонай, тогда Бина именуется четырёхбуквенным Именем с огласовками Элоким. И Элоким, и Адонай — оба указывают на суд, и всё — одно в определённое время. А единение Малхут с Биной в аспекте суда — это Гвура, именуемая Элоким. Итак, это три ступени, объединённые истинным единством, и они — три. Таков смысл «три ступени» — Бина, Гвура и Малхут. И чтобы изучающий не удивился, что Гвура именуется Элоким лишь в единении с Биной, а Малхут — Адонай лишь в единении с Гвурой, — из этого следовало бы затруднение, ибо подобало бы, чтобы имя Элоким не встречалось иначе как в сочетании с четырёхбуквенным Именем в огласовке Элоким, и так же Адонай, и чтобы все три всегда были вместе, — а это не так. От этого заблуждения он нас спас и сказал: «И каждая ступень сама по себе» — нет необходимости, чтобы все три были вместе, но каждая — сама по себе. И хотя четырёхбуквенное Имя с огласовкой Элоким всегда сочетается с именем Адонай — это по причине, которую мы разъясним.

Итак, разрешены затруднения 7, 8 и 9. «Смотри: все насаждения» — мы уже разъяснили в Шаар Седер а-Ацилут, что Бина, будучи корнем суда и его основой, как мы разъясним, — тем не менее от неё распространились Хесед, Рахамим и Дин, и от неё эманировались три линии в тайне Хесед, Дин и Рахамим: три отца — Гдула, Гвура, Тиферет, и сыновья — Нецах, Год, Йесод.

Ветви и Сфирот — семь дней строения — рассматриваются в двух аспектах: аспект суда для всех и аспект милосердия для всех. В отношении аспекта милосердия они именуются «насаждениями» (нетиот), которые произрастают на водах милосердия — всем изливается благословение. А в отношении аспекта суда они именуются «горящими светильниками» (бусинин) огня. Потому здесь Сфирот названы «насаждениями» — в отношении милосердия, и «светильниками» — в отношении суда. По причине того, что ему нужно было обосновать, что четырёхбуквенное Имя с огласовкой Элоким — в Бине, то есть что от неё вышли суд и милосердие, как мы разъясним, — ибо такова причина этого предварения и пространности. Потому он упомянул эти два аспекта, в которых рассматриваются Сфирот. А по причине того, что каждый из двух аспектов рассматривается ещё в двух аспектах — малый суд и великий суд, малое милосердие и великое милосердие, — разъясним: хотя все Сфирот склоняются к стороне милосердия, есть аспекты этого склонения. Либо преобладание милосердия таково, что суд не достиг уровня имени, но при этом преобладание ещё не столь велико, ибо предметы ещё не в совершенстве, хотя это милосердие, — и это мы обозначаем именем «малое милосердие». Второй — когда сила милосердия преобладает, Свет раскрывается и излияние умножается, «пока горы не источают сладкое вино» и т.д. — это мы обозначаем именем «великое милосердие». А когда нет ни того, ни другого, но все Сфирот склоняются к стороне суда, и суд умножается, но, упаси Боже, не до предела усиления суда до уничтожения, а просто суд — это мы обозначаем именем «малый суд». А когда сила суда усиливается, гнев умножается и суд сущий — как во время Потопа и разрушения Храма, когда, упаси Боже, дело было близко к уничтожению, — это мы обозначаем именем «великий суд». И поскольку в Сфирот изливаются в аспектах суда и милосердия эти четыре вида излияния, он сказал: «Все они сияют и пылают» — «светильники», то есть аспекты Сфирот в отношении суда. «Сияют» (нехирин) — в отношении малого суда; «пылают» (митлаатин) — в отношении великого суда, огня воспламенения Гвуры и её суда. Потому сказано «сияют и пылают» — в отношении этих двух аспектов. А в отношении милосердия сказано: «Орошаются и благословляются». «Орошаются» (мит'ашкайан) — в отношении орошения, необходимого насаждениям, а это милосердие, но не в полноте. А в отношении великого милосердия сказано «благословляются» (митбар'хан), что подобно «водоёму» (берехат маим). Этим разрешено затруднение 10. «От той Реки, которая течёт и исходит» — четыре аспекта, которые мы разъяснили: малый суд, великий суд, малое милосердие и великое милосердие — всё изливается от Бины, именуемой «Рекой, которая течёт и исходит», как разъяснено во многих местах. И он назвал Бину именем «река» потому, что это имя соотносится с Биной в отношении орошения, как известно.