Group None

Обжорство и пьянство — обжорство и пьянство, зло их велико: расходы его множатся и пожирают его имущество, и дни его, и годы его проходят впустую и в суете. Днём — работа, а ночью — еда и питьё чрезмерные. И прибавляет силу стороне нечистоты. И оттого, что ест и пьёт много, разум его не тверд и не уравновешен, и большинство дел его портятся, и он разрешает запрещённое. И также оттого, что ест и пьёт много, когда ляжет — не встанет, пока не пройдёт время общественной молитвы, и тому подобные многие бедствия. И писал рабби Элияу в книге «Ципорен Шамир» (симан 5) — вот слова его: сказано в Тана де-Вей Элияу (Зута, гл. 3): «Не собираются люди к смерти и не нисходит никакое творение в страдание иначе как из-за еды, питья и радости суетой этого мира». И какой человек услышит слова Элияу-пророка, да будет помянут к добру, и не разорвёт сердце своё на двенадцать частей? И презрит пиры, застолья мирские и ложные радости. И как ни посмотри: если верит словам Элияу, да будет помянут к добру, и обманывает свою душу — он глупец и невежда, старающийся причинить зло своей душе, страдание телу и душе. А если не верит — каким бы образом ни было — это дурная болезнь, и наказан будет весьма также за это. А если так скажет: «Многие в мире так поступают, и как слышали, так и видели — богатые многие пили и пьянели, добрый кубок устам, добрый бокал устам; не новизна и не суббота» — даже ты скажи ему: «Приди и посмотри, что с ними сталось». Помимо наказания мира грядущего, которое не открыто нашим глазам, но оно истина без сомнения, как известно от наших святых мудрецов, благословенна их память, и все слова их живы и непреложны.

И когда подумает человек, что всё, что ест и пьёт, превращается внутри него в нечистоты и испражнения — разве не устыдится и не посрамится делать свою плоть и тело домом мерзости и отхожим местом? Одни здесь готовят еду, а другие здесь загрязняют. И уже писал Рамбам, благословенна его память, что собрание людей для пьянства — позор больший, чем собрание обнажённых людей, по прямому разумению. Только от привычки стало как дозволенное и не чувствуют. Таков смысл его слов. И поистине, кто имеет разум и обращает сердце понимать — весьма презрит следование за едой и питьём, которое велико в трудах и мало в размерах. Ибо всё удовольствие — в мгновение ока, пока проходит пища через нёбо, которое ощущает вкус, а затем забывается всё удовольствие, как будто не было. И все виды еды одинаковы для насыщения, и весь труд человека — для рта его и нёба лишь. Нет среди всех удовольствий такого малого, и не стоит оно ущерба и страдания в этом мире и в мире грядущем, для тела и для души. Вот так: кто имеет хоть немного разума — пусть не будет среди пьющих вино и обжирающихся мясом, и не ходит на брюхе. А пусть ведёт себя в правильном порядке, и этим Господь его помилует.