Group None

Подозреваемый (Хашуд) — сказали мудрецы, благословенна их память (Дерех Эрец Рабба, гл. 5): «Пусть все люди будут подозреваемыми в твоих глазах, как разбойники, — чтобы остеречься от них». И если так сказали ради охраны тела и имущества, то тем более в отношении запретов нужно подозревать каждого человека, что, возможно, он недостаточно осторожен, и не полагаться ни на кого в отношении еды и питья, пока не будет ясно, что он остерегается так же, как ты сам. И тем более, если человек уже подозреваем — нельзя верить ему даже под клятвой, ибо подозреваемый в чём-либо не судит и не свидетельствует о том. И счастлив человек, который не ходит есть в чужом доме, ибо не все люди осторожны в охране вин от прикосновения идолопоклонников, и не осторожны в проверке червей, которые находятся в хамце и овощах, и в омовении рук утром как положено, и в чистоте от молока и от смешения мяса с молоком, и в соблюдении субботы — чтобы не подогревать пищу через нееврея, и тому подобное.

Однако не всякий может так поступать, ибо есть те, кто обижается на это. И если он не пойдёт к ним на их торжество, возникнет вражда и порча трапезы. И тем более, если он захочет принять на себя такое благочестие, которого не придерживались достойные люди, — многие будут порицать его, говоря, что он бросает тень на прежних, и скажут: «Разве мы не видели мудрецов и праведников?» Поэтому не всякий, кто желает прославиться и проявить такое благочестие, может это сделать. Только люди, которые не столь значимы и на которых не обижаются, пойдут они или нет, — они могут более тщательно остерегаться и не ходить к каждому.

А тот, кто вынужден идти, пусть хотя бы осуществит частичное спасение: спросит хозяев, остерегались ли они проверять на червей и не подогревали ли воду в субботу. А если не сможет и этого — пусть хотя бы отстранит руку свою от еды, насколько возможно, так, чтобы не заметили. И Он, Милосердный, простит, ибо «велик грех во имя [благой цели]» (Хорайот 10б). И в любом случае, если сможет найти повод установить для себя общий запрет — не есть никакую трапезу вне своего дома, — счастлив он, ибо великую ограду оградил для души своей. Ибо много бед происходит от еды вне дома в компании людей, а время еды — время войны и время опасности. Поэтому, как хорошо и как приятно удел тех людей, которые не выходят есть вне дома, особенно на необязательные трапезы, отсутствие которых — благо, а присутствие — зло. И в любом случае, в праздник Песах каждый может остеречься не есть вне своего дома, и в этом нет ни гордыни, ни обиды, ибо уже привычно в устах людей говорить: «В Песах каждый у своего брата не ест», — поскольку не все люди одинаковы в своей осторожности, и кто более осторожен — тот достоин похвалы.