Group None

Детство (Ялдут) — сказали мудрецы наши, благословенна их память (Сота 7а): «Многое делает детскость [незрелость]». И написано (Мишлей 22:15): «Глупость привязана к сердцу отрока; розга наставления удалит её от него». И это заповедь отца в отношении сына: за всякое нехорошее дело, которое тот совершил, пусть укоряет и наставляет его увещеваниями за грех — иногда ударами, иногда мягко, и не показывает ему улыбающееся лицо. И подобно тому, как сказали (Бава Батра 21а) в отношении изучения Торы: вначале у кого был отец — тот учил Тору, у кого не было отца — не учил Тору, ибо написано (Дварим 11:19): «И учите им сыновей ваших». Пока не сказали (Бава Меция 84б): «Неужели у кого есть отец — будет жить, а у кого нет — умрёт?» — и установили, чтобы назначали учителей для детей в каждом городе и в каждой области. Так же и в отношении наставления и воспитания детей: есть многие, чьи отцы не могут присматривать за ними из-за занятости своей работой и ремеслом, и есть путешествующие, бывающие дома мало. И есть у них отец, но и учитель не может за ними достаточно присматривать. И вследствие этого дети — в них всякий порок, и выходят на путь дурной: умножают речи и шутовство в синагоге, совсем не произносят молитв, а когда идут по улице — скачут, как козлята, отроки позорят лицо старцев, и нет у них стыда.

И ввиду всего этого подобает присматривать и назначать в каждом городе попечителей, которые будут надзирать за детьми. Прежде всего — за учёбой: пусть проверяют их каждую неделю, успешны ли они в учении. А если не успешны — пусть смотрят, из-за кого беда: из-за нерадивости ли учителей или из-за недостатка прилежания учеников, которые не прилагают сердце к учёбе. И пусть наказывают творящего зло по злодеянию его — каждого как подобает. С учителями пусть говорят с любовью — явным обличением из скрытой любви — и скажут им: «Братья наши вы! Разве не знаете, что работа небесная — работа ваша, и вы — наёмные подённые? Разве не сообщено вам о деле Аббы Хилькии, который не ответил на приветствие мудрецов, потому что был подённым работником (Таанит 23а)? И так же рабби Шмуэль бар Шилат — прошли тринадцать лет, и он не ходил смотреть свой сад (Бава Батра 8б). И вы тоже — правда с вами, что у вас великий труд, но по мере страдания — награда!» — и подобные добрые слова, исходящие из сердца и входящие в сердце. А если препятствие от учеников — пусть обличают их подобающим образом, словами или ударами, и оказывают почёт знающим, и порицают и стыдят незнающих. И также пусть надзирают за учениками, чтобы не сидели на рынках и улицах, и не играли в субботы и праздники, и не разговаривали в синагоге, и приходили молиться в синагогу — утром, на минху и на аравит, и молились по книге, и губы их двигались. И также пусть надзирают за ними во всём, что касается трепета перед Небесами, и почтительности, и правил поведения.

И подобает установить постановление в каждом городе, чтобы попечитель имел право бить детей и наказывать их по своему усмотрению, и никто бы ему не препятствовал. И если какой-либо человек захочет возразить против того, что попечитель ударил его сына, пусть его заставят замолчать, даже если ему кажется, что тот ударил его не по закону — ради того, чтобы сохранялось и укреплялось воспитание школьников. И качество хорошего человека — давать разрешение каждому и говорить во всеуслышание: всякий, кто ударит и накажет моих детей, будет признан мной любящим другом, ибо поистине нет большей любви, чем эта. И также качество хорошего человека: когда возникает ссора между двумя детьми, отцы не должны вмешиваться и не должны выходить ссориться из-за ссоры своих сыновей. Ибо ссора детей не приносит плодов и не имеет продолжения — они ссорятся и мирятся. Но ссора отцов оставляет след, плодится и размножается, и стыд им и позор, что они устраивают ненавистный и отвратительный раздор из-за детской ссоры.

И есть многие из простого народа, чей путь таков — глупость их (Теилим 49:14): они любят своих детей дурной любовью и выказывают им нежность и привязанность, но не наказывают их. И если приблизится человек, чтобы наказать их, и ударит их лёгким ударом за то, что они поступили нехорошо, тотчас выходят их отцы с оружием, устраивая ссору и раздор на глазах у своих детей. И от этого дети поднимают голову и добавляют дерзости, и юнцы заставляют стариков бледнеть от стыда. Горе таким отцам, которые так поступают со своими сыновьями — это не любовь, а вражда, не привязанность, а обязательство, не нежность, а обман. И человек прямой, желающий очистить душу своих детей, даже если ему кажется, что его единственного сына ударили без вины, пусть будет благодарен бьющему в присутствии сына и научит своих сыновей быть стыдливыми, чтобы они не отвечали ни слова бьющим и поносящим их. И пусть совершенно не беспокоится об ударе сына, ибо он не умрёт от удара, и ущерб от раздора и ущерб от того, что сын пойдёт по дурному пути, несравненно больше. Поэтому, даже если он хочет протестовать против побоев сына, пусть выберет меньшее зло и не протестует в его присутствии, а лишь в его отсутствие, мягко, так, чтобы не было повода для раздора, упаси Боже. И по тому, каково это поколение, которое очень щепетильно относится к детям, подобает тому, кто любит мир, не бить чужого ребёнка, даже если он видит, что это дети негодные, упаси Боже, пока не удостоверится точно, что их отец желает этого и будет ему благодарен.

И также хорошо человеку стараться словами и подарками выказывать привязанность, любовь и нежность к чужим детям, ибо это приводит к умножению любви и братства, мира и дружбы между людьми. И заповедь также есть в том, чтобы радовать детей, в которых нет порока — дыхание, в котором нет греха. И они бедняки, чья душа желает какой-либо плод или пищу, которую они видят; подобает отцу, матери и всякому человеку хотя бы частично исполнять их желание и волю. И той мерой, которой человек меряет, и Господь сочтёт нас любимым дитятей и исполнит наши желания в делах этого мира. Даже если мы заблуждаемся, Господь даст благо тем путём, каким человек желает идти, как отец желает добра сыну.