במדבר
1 · Бамидбар
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
אל תפן אל מנחתם. ידוע כי העולה והמנחה נותנת אריכות אף על הרשעים, ועל כן התפלל שלא יאריך להם אלא שיענישם מיד. ורש"י ז"ל פירש אל תפן אל מנחתם הקטרת שהם מקריבים לפניך מחר אל תפן אליה, נראה שדעתו כי מנחתם לדתן ואבירם יחזור, וכן דעת הרמב"ן ז"ל.
English translation not yet available
«Аль тэфэн эль минхатам». Известно, что и עולה, и מנחה дают долголетие даже нечестивым; поэтому он молился, чтобы Он не продлил им жизнь, но наказал их немедленно. А Раши, да будет память о нём благословенна, истолковал «аль тэфэн эль минхатам» как: “к кеторет, который они принесут пред Тобой завтра, — не обратись к нему”; видно, что по его мнению «минхатам» относится к Датану и Авираму; таково же мнение Рамбана, да будет память о нём благословенна.
אל תפן אל מנחתם, “do not turn to their gift-offering.” It is a well known fact that both the total-offering and the gift-offering brings long life for the people offering it even if the people concerned are wicked. Moses prayed that contrary to this accepted norm G’d should punish the rebels immediately. Rashi, on the other hand, views the meaning of the above prayer by Moses as a plea to G’d not to accept the incense offering which they were going to bring on the morrow. It seems that the subject of the words “their gift-offering” were Datan and Aviram. This is also the opinion of Nachmanides.
English translation not yet available
«Аль тэфэн эль минхатам», “не обратись к их дару”. Хорошо известно, что и всесожжение, и дар-минха приносят долголетие тем, кто их приносит, даже если эти люди — нечестивцы. Моше молился, чтобы вопреки принятому порядку Всевышний наказал мятежников немедленно. Раши же понимает смысл этой молитвы Моше как просьбу ко Всевышнему не принять воскурение, которое они собирались принести на следующий день. По-видимому, словами “их дар” подразумевались Датан и Авирам. Такого же мнения придерживается Рамбан.
ואם כן יש לשאול למה יתפלל משה עליהם לבדם כי הם לא היו עקר, ועוד שלא ידע להם זכות שתעמוד להם שיתירא ממנו, ועוד שהיה לו להתפלל על כללם להענישם בעונש שוה על ראש כלן יחול ולמה יפרוט בתפלתו את אלו בלבד. על כן נראה לי לומר כי מנחתם יחזור לנשיאים, על הקרבן שהקריבו בחנכת המזבח כל אחד מהם קערה ומזרק שניהם מלאים סלת בלולה בשמן למנחה, וזה טעם מנחתם. ומשה לא חשש שיתפלל על דתן ואבירם שלא היו עקר ולא נודע להם זכות, ועוד כי מעת שאמרו לא נעלה ידע בהם כי פיהם הכשלים והיו אבודים בעיניו, אך התפלל על הנשיאים שהיו עקר החמשים ומאתים ומכללם ואירע להם זכות גדול ביום החנוכה, הוצרך להתפלל שלא תעמוד להם זכות אותו קרבן ושיכלו בעונשם, ואחר שהתפלל על הנשיאים בבטול זכותם חזר והתנצל על דברי דתן ואבירם לא חמור אחד מהם נשאתי, שהוא תשובה על מה שאמרו כי תשתרר עלינו גם השתרר. ודעת רז"ל שהתפלל משה שלא יתקבל חלקם בתמידי צבור שכל אחד ואחד מישראל יש לו חלק בהם ע"י השקלים.
If that indeed were so we would have to ask why Moses only prayed concerning the offering by Datan and Aviram who were not the principal rebels and why he did not also pray concerning the offerings of Korach and the other 250 rebels? Besides, seeing that Moses was not aware of any merit that these people had which would postpone their punishment at this time, why did he have to pray that their offering not be accepted altogether? He should have prayed that equal punishment should befall all of these people, so why single out only Datan and Aviram?br> In view of these problems I believe that the words: “their gift-offering” refer to that by the twelve princes, i.e. to the inaugural offerings which were reported at the end of Parshat Nasso (Numbers 7) when each one of them had offered a bowl full of incense although they were not priests and therefore had no right to do so (Numbers 7,16). Moses did not bother to pray to G’d concerning His possible acceptance of the offering of Datan and Aviram as he was not aware of any merit they had accumulated which could delay the punishment due to them for their provocative conduct. Furthermore, from the moment that these two men had reiterated their refusal to appear near the Tabernacle as directed by Moses he knew that their own mouths had already convicted them and that they were lost in his eyes. He did, however, pray that G’d not accept the incense offering of the 12 princes who were the mainstay of the other 250 rebels that the merit they had accumulated through their inaugural offerings should not cause G’d to delay their punishment at this time. After Moses had offered his prayer that the offering of the princes not be accepted, he reverted to the comments made by Datan and Aviram, offering his rebuttal of the accusation by these men that he had “lorded it over the people,” by pointing out that he had never been the beneficiary of his position as leader to the extent of even a single donkey, nor had he caused anything negative to befall a single Israelite due to his conduct. The opinion of our sages in Tanchuma Korach 7 is that the point of Moses’ prayer was that G’d should not accept their financial contribution as expressed by their half-shekel contribution to the daily public offerings which were brought also on their behalf.
Если бы это было действительно так, нам пришлось бы спросить: почему Моше молился только относительно приношения Датана и Авирама, которые не были главными бунтовщиками, и почему он не молился также относительно приношений Кораха и остальных 250 бунтовщиков? Кроме того, поскольку Моше не знал за этими людьми никакой заслуги, которая могла бы отсрочить их наказание сейчас, зачем ему нужно было молиться, чтобы их приношение вообще не было принято? Ему следовало бы молиться, чтобы равное наказание постигло всех этих людей; так почему выделять только Датана и Авирама?br> Ввиду этих трудностей я полагаю, что слова «их дар‑приношение» относятся к приношению двенадцати князей, то есть к посвящающим приношениям, о которых сообщается в конце Парашат Насо (Бамидбар 7), когда каждый из них принёс чашу, полную воскурения, хотя они не были коэнами и потому не имели права делать это (Бамидбар 7:16). Моше не стал молиться Б‑гу относительно возможного принятия приношения Датана и Авирама, ибо он не знал за ними никакой заслуги, которая могла бы задержать наказание, заслуженное ими за их вызывающее поведение. Более того, с того момента, как эти двое повторили свой отказ приблизиться к Мишкану, как распорядился Моше, он знал, что их собственные уста уже осудили их и что в его глазах они потеряны. Однако он молился, чтобы Б‑г не принял воскурение двенадцати князей, которые были опорой остальных 250 бунтовщиков, — чтобы заслуга, накопленная ими благодаря посвящающим приношениям, не побудила Б‑га отсрочить их наказание сейчас. После того как Моше произнёс молитву, чтобы приношение князей не было принято, он вернулся к словам Датана и Авирама, предложив своё опровержение их обвинения, будто он «властвовал над народом», указав, что он никогда не извлёк выгоды из своего положения лидера — даже на одного осла, и не причинил ничего дурного ни одному израильтянину своим поведением. Мнение наших мудрецов в Танхума, Корах 7, состоит в том, что смысл молитвы Моше был в том, чтобы Б‑г не принял их денежного участия, выраженного их вкладом в пол‑шекеля на ежедневные общественные жертвы, которые приносились также и от их имени.
לא חמור אחד מהם נשאתי. מנהג המושלים בעם הנוהגים עליהם שררות שישתמשו באנשים שבהם גם בבהמות שלהם כפי מה שיצטרכו למלאכתם, ועל כן משה ידבר בתפלה ויתנצל כי מעולם לא התנהג בשררה זו על ישראל שישתמש בחמור אחד משלהם לשום עליו משא, אף כי באנשים, ואיך הם אומרים שאני משתרר עליהם. וכן מצינו בשמואל הנביא ע"ה שהתנצל בזאת ואמר (שמואל א ) הנני ענו בי נגד ה' ונגד משיחו את שור מי לקחתי וחמור מי לקחתי ואת מי עשקתי את מי רצותי ומיד מי לקחתי כופר וגו'.
English translation not yet available
«Ло хамор эхад мэhем насати». Обычай правителей народа, тех, кто властвует над ними: пользоваться людьми, а также их животными, по мере надобности для своих работ; поэтому Моше говорит в молитве и оправдывается, что никогда не пользовался этой властью над Израилем — не использовал даже одного их осла, чтобы возложить на него поклажу, тем более — людей. И как же они говорят, что я властвую над ними? И так мы находим у пророка Шмуэля, мир ему, что он оправдывался этим и сказал: «Вот я; свидетельствуйте против меня пред ה' и пред Его помазанником: чьего быка я взял и чьего осла я взял, и кого я обидел, кого угнетал, и из чьей руки я взял выкуп…» (I Шмуэль 12:3).
לא חמור אחד מהם נשאתי, “I have not taken the ass of any one of them.” It is usual for political leaders or rulers to arrogate to themselves the right to use other people and animals for their personal convenience and to let them perform chores on their behalf. This is why Moses in rebutting the accusations of Datan and Aviram that he had “lorded” it over the people had to point out that he done nothing of the kind. He had not even used such an animal to carry his personal belongings. Seeing he had not even used a beast of burden for his own personal use, how could he be accused of using people, i.e. his subjects, for such a purpose? How then had he “lorded” it over the people? We find that the prophet Samuel also could say of himself: (Samuel I 12,3) “here I am, come forward against me in the presence of the Lord and in the presence of his anointed one, whose ox or donkey I have taken and whom did I defraud or whom have I robbed? From whom have I accepted a bribe, etc.?”
English translation not yet available
«Ло хамор эхад мэhем насати», “я не взял осла ни у одного из них”. Обычно политические вожди или правители присваивают себе право пользоваться другими людьми и их животными для собственного удобства и поручать им выполнять работы от их имени. Поэтому Моше, отвечая на обвинения Датана и Авирама, будто он “властвовал” над народом, должен был указать, что ничего подобного не делал. Он не пользовался даже таким животным, чтобы переносить свои личные вещи. Раз он не пользовался даже вьючным животным для собственных нужд, как можно обвинять его в том, что он использует людей, то есть своих подданных, для такой цели? Как же тогда он “властвовал” над народом? Мы находим, что и пророк Шмуэль мог сказать о себе: «Вот я; выступите против меня в присутствии ה' и в присутствии Его помазанника: чьего быка я взял и чьего осла я взял, и кого я обобрал или кого ограбил? От кого я принял взятку и т. д.?» (I Шмуэль 12:3).