ספר במדבר

Раши пишет: «Поскольку сатан и народы мира корят Израиль: "Какой смысл в ней?" — написано "установление (хука)"». Возникает вопрос: если в ней действительно нет смысла, то не нужен аргумент, что народы корят, — достаточно того, что нет смысла, и потому написано «установление». На самом деле в ней есть смысл, но постичь его невозможно до исправления тела. Со стороны внешнего аспекта нет смысла в установлениях Господа. Но верующий в конце концов постигнет смысл. Ибо слова Торы противоположны делам этого мира: в этом мире вкус (удовольствие) приводит к действию — из-за того что человек жаждет вкуса этого мира и его суеты, он совершает их, а потом они становятся ему отвратительны. В Торе же наоборот: через действие, даже без страстного желания, человек затем удостаивается постичь вкус и возжелать их. Однако этот вкус доступен лишь тому, кто не вкусил вкуса этого мира. По мере того как человек отстраняется от вожделений, он удостаивается ощутить вкус святости. Потому Моше, названный «мужем Божьим», отделённый от этого мира, — «тебе Я открываю смыслы красной коровы, а для прочих — установление». То есть: тот, кто не удостоился постичь смысл, должен исполнять как установление, и тем самым затем удостоится постичь смысл. Написано: «Горе тем, кто считает горькое сладким и сладкое горьким» — через то, что считают дела этого мира сладкими, — сладкое становится горьким, ибо не могут ощутить сладость Торы и заповедей. Написано: «И плод его сладок нёбу моему» — именно «моему нёбу», а народы мира говорят: «Какой смысл в ней?» В мидраше: «Кто выведет чистое из нечистого... будущий мир из этого мира» — разумеется, речь не о наслаждениях этого мира, а о том, что по мере отстранения от этого мира удостаиваются вкусить вкус будущего мира. Как сказали мудрецы: «Кто потрудился в канун Шабата...» — смысл слова «канун» (эрев) — «смешение» (ирув): смешение людских вожделений с внешностью этого мира. Каждый еврей должен знать и верить, что наслаждение и желание в человеке достигают чрезвычайно высокого места. Это и есть суть Шабата, названного «днём покоя и наслаждения». Сыны Израиля — «хранители Шабата», то есть хранят желание, не давая ему смешаться с суетой. Об этом сказано: «Кто потрудился в канун Шабата...» — ибо в будни совершается очищение от осквернения суетой мира, и тем самым удостаиваются в Шабат вкусить вкус будущего мира, ибо Шабат — подобие будущего мира.

По стиху: «Сделай себе сарафа (огненного змея)...» В Мишне: «Разве змей умерщвляет?.. Разве змей оживляет? Но когда устремляли взгляд ввысь и подчиняли сердце Отцу Небесному — исцелялись». Возникает вопрос: достаточно было бы устремить взгляд к небесам — зачем же медный змей? На самом деле змей обладал способностью к этому исцелению, ибо Святой, благословен Он, вложил в него это лекарство. Как писал Рамбан, благословенной памяти: способ Святого, благословен Он, — подслащивать горькое горьким. Поэтому, хотя по закону природы укушенный собакой, увидев её, получает ещё больший вред, — здесь Святой, благословен Он, установил обратное: через созерцание они исцелялись. Тем не менее воля Его в том, чтобы, занимаясь телесным лечением, человек устремлял взгляд и сердце своё к Небесам, размышляя: «Разве змей оживляет?» Об этом сказано: «Устремляли взгляд и подчиняли сердце» — хотя они далеки от высшего мира и заняты природными средствами, тем не менее пусть подчинят сердце своё, то есть устремят взгляд к Небесам и покажут, что желают выйти из узилища этого мира и природы и прилепиться к Нему. «Сделай себе сарафа» — это воспламенение человека, стремящегося прилепиться к Всевышнему.

«А из пустыни — дар». В Талмуде сказано: «Кто делает себя подобным пустыне — Тора даётся ему в дар. А затем — Нахалиэль... А если возносится — "с высот — в ущелье", ибо Святой, благословен Он, унижает его...» Возникает вопрос: почему это окончание сказано внутри Песни? Дело в том, что сыны Израиля прошли все эти ступени: через то, что предали душу свою Святому, благословен Он, была дана им Тора в дар. А от дара — Нахалиэль, то есть: благодаря этому дару укрепляется сила самого человека — «потоки Бога» (нахалей Эль), и прибавляется человеческая мощь. Из-за этого человек возносится, и почти невозможно не прийти хоть сколько-нибудь к самовозвышению. Однако «с высот — в ущелье» — после греха было сказано: «Снимите украшения ваши». Затем они раскаялись, и потому была произнесена Песнь — ибо она описывает путь сынов Израиля от начала до конца. Исправление, приходящее после падения, — «весьма хорошо», ибо после него уже невозможно испортить вновь, как сказано: «На месте, где стоят вернувшиеся к Богу (бааль тшува)...» Поэтому, возможно, Моше не упомянут в этой Песне — ибо он не грешил, и о нём сказано: «Смиренен весьма». Вдумайся. А от имени Рава из Пшисхи, благословенной памяти: «Унижающий гордых и возвышающий смиренных» — Он унижает гордых для того, чтобы затем возвысить их, когда они станут смиренными.