ספר ויקרא

«И воззвал к Моше» — перед всеми обращениями и т.д. предшествовал призыв, выражение любви, как сказано в мидраше: «Ангелы Его, могучие силой — пророки названы ангелами» и т.д. «Лица их пылают, как факелы» и т.д. Ведь перед пророчеством человек действительно преображается до уровня ангела. Ибо поручение к действию значительнее самого действия. Потому «ангелы Его — не все ангелы Его, ибо не могут выстоять в обязанностях Святого, благословен Он». Смысл: хотя на практике все сыны Израиля исполняют заповеди, но принять повеление и приказ Господа способен лишь пророк, называемый «ангел Господа», как сказано: «Я возвысил избранного из народа». Ибо праведники — это возношение (трума), которую Всевышний избирает для Своей доли. И силой праведников святость сохраняется для всех сынов Израиля. И нечто подобное в малой мере присутствует в каждом отдельном еврее — в меру того, как он готовит себя к исполнению заповедей Господа. В этом смысл благословения на заповеди, произносимого перед их исполнением: сила благословения выше самого тела заповеди, это аспект приобщения и призыва, как сказано выше.

В мидраше сказано: мудрец Торы, в котором нет знания, — падаль лучше него и т.д. — ведь Моше Рабейну, учитель всех пророков, не пожелал войти без призыва. На первый взгляд трудно: ведь написано «И не мог Моше войти» и т.д. Однако по пути, которым человек желает идти, его ведут. И по мере смирения того праведника сказано «не мог». А истина в том, что по мере приближения человека ко Святому, благословен Он, на него нисходят стыд и смирение. И по мере величия Моше Рабейну таково же было его смирение, и это свидетельство о его великой ступени. И толковали мудрецы: «Человек и животное» — мудрые знанием, как человек, но делающие себя подобными животному. Выходит, что главное в знании — понять, как сделать себя подобным животному. Но не каждый удостаивается истинного смирения — лишь отменить себя перед мудрецами. А мудрецы, обладающие знанием, делают себя подобными животному пред Творцом, как сказано: «Скотом был я пред Тобою». Ибо по мере приобщения обнаруживается смирение. Вот что означает «И не мог Моше войти». И тогда «И воззвал к нему» и т.д.

«И душа, когда принесёт жертву минху» — кто обычно жертвует минху? Бедняк. Писание возвышает его, как будто он принёс свою душу. И так же в мишне: «Сказано о всесожжении из скота "приятное благоухание", и о птице "приятное благоухание", и о минхе "приятное благоухание" — чтобы научить тебя: один много делает» и т.д. Разумеется, речь не о денежной стоимости жертвы, ведь пред Небесами одинаковы и динар, и сто мин. Что же нам сообщается? На самом деле имеется в виду также тот, кто «мало делает», — у кого нет разумения принести значительную жертву. Ведь, несомненно, ступень всесожжения выше минхи: одно — возвышение живого, другое — возвышение растительного. Тем не менее тот, кто знает своё место, выбирает малое, но истинное, вместо того чтобы прыгнуть выше своей ступени, как сказано в мидраше на стих: «Лучше полная горсть покоя» и т.д. И так пишет Тaz в Орах Хаим: «мало делающий во имя Небес» — то есть тот, кто не желает делать много, понимая, что лучше сделает это малое. Такое истинное желание ценнее пред Ним, как будто он принёс свою душу — а это ступень «говорящего», которая выше ступени «живого», как сказано выше.