הקדמה
178 · Введение
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
קעח) אברהם, כיון דזמין וכו': אברהם כיון שהועיד לגדולי הדור, ירד המשטין וקם על הפתח כעין עני. ולא היה מי שיביט עליו, אברהם היה משמש את המלכים והשרים, שרה הניקה הבנים מכולם, משום שלא היו מאמינים כאשר ילדה, אלא אמרו שיצחק הוא אסופי, שמן השוק הביאו אותו. משום זה הביאו את בניהם עמהם, ושרה לקחה אותם, והניקה אותם לפניהם. ז"ש מי מלל לאברהם הניקה בנים שרה. והיה צריך לומר הניקה בן, שרה, אלא בנים ודאי, דהיינו בניהם של כל האורחים. ואותו המשטין עמד בפתח. אמרה שרה צחוק עשה לי אלקים. מיד עלה המשטין לפני הקב"ה, ואמר לו: רבון העולם, אתה אמרת אברהם אוהבי, הנה עשה סעודה ולא נתן לך מאומה, ולא לעניים, ולא הקריב לפניך אפילו יונה אחת. ועוד, הנה שרה אומרת, שצחקת בה.
178. “Since Abraham invited, etc.”Since Abraham invited the greatest of the generation, the accuser descended and stood at the door, like a poor man, but there was no one to notice him. Abraham was serving the kings and the ministers. Sarah was nursing everybody’s children, because they did not believe it when she gave birth; instead, they said that Isaac was a foundling, that they had brought him off the street. For this reason they brought their children with them, and Sarah took them and nursed them in front of them, as it is stated: “Who would have said to Abraham that Sarah would nurse children?” [Genesis 21:7]. It should have said: “Sarah would nurse a child.” Rather, “children” [is] certainly [meant], i. e., the children of all the guests. Now, that accuser was standing at the door. Sarah proclaimed: “God has made laughter for me” [Genesis 21:6]. Immediately, the accuser ascended before the Holy One, blessed be He, and said to Him: “Master of the world, You said, ‘Abraham My friend’ [Isaiah 41:8], but he has prepared a feast and has not given You anything, nor to the poor. He did not offer before You even a single dove. Furthermore, Sarah said that You laughed at her.”
178) Авраам, поскольку пригласил и т.д.: Авраам, поскольку пригласил великих поколения, спустился Обвинитель и встал у входа в виде бедняка. И не было того, кто взглянул бы на него. Авраам прислуживал царям и вельможам. Сара кормила грудью детей всех приглашённых, потому что не верили, что она родила, а говорили, что Ицхак — подкидыш, которого принесли с рынка. Потому привели своих детей с собой, и Сара брала их и кормила грудью у всех на глазах. Об этом сказано: «Кто бы сказал Аврааму: кормит грудью детей (баним) Сара?» И следовало бы сказать: «Кормит грудью сына (бен)». Но «детей» — несомненно, то есть детей всех гостей. А тот Обвинитель стоял у входа. Сказала Сара: «Смех (цхок) сотворил мне Бог». Тотчас поднялся Обвинитель пред Святым, благословен Он, и сказал Ему: Владыка мира, Ты сказал — «Авраам, любящий Меня». Вот, он устроил пир и не дал Тебе ничего, и бедным не дал, и не принёс пред Тобой даже одного голубя. А ещё — Сара говорит, что Ты посмеялся над ней.
יש להבין זה, הרי הוא שנצטיין בעיקר בהכנסת אורחים ובחסד, וכל יומוי הוה קאים בפרשת אורחין, לזמן אושפיזין (כמ"ש בזוהר אמור דף קע"א אות רע"ט). ואיך אפשר שיהיה נכשל בדבר זה, שלא ליתן צדקה למסכנא. ועוד למה הטריח עצמו המקטרג להתחפש כמו מסכנא, שאין דרכו בזה לגבי אחרים. אמנם כאן אינו כפשוטו, ויש בזה סוד גדול, שאינו נוהג אלא בקדישין עליונין.
This requires explanation: [Abraham] excelled primarily in hospitality and kindness, and he would always stand at crossroads in order to invite guests (as stated in the Zohar, Parashat Emor, p. 171, 279). How, then, could he have failed in this matter of not giving to the poor? Moreover, why did the accuser go to the trouble of disguising himself as a pauper, which he did not do in other cases? In fact, this is not to be understood in accordance with its plain meaning, but there is a great secret here, which applies only to the loftiest holy ones.
Нужно понять это. Ведь именно он (Авраам) славился прежде всего гостеприимством и милосердием, и все дни его он стоял на перекрёстке дорог, приглашая гостей (как сказано в Зоар, Эмор, лист 171, пункт 279). Как же возможно, чтобы он споткнулся в этом — не дать подаяния бедному? И ещё: зачем Обвинитель утруждал себя, переодеваясь бедняком, чего он обычно не делает по отношению к другим? Однако здесь не следует понимать буквально — здесь содержится великая тайна, относящаяся лишь к высшим святым.
ועיין בזוהר (פקודי דף ק"ו אות שכ"ט). וז"ל, אמר ר"ש אע"ג וכו' ורוח מסאבא בעי לאכפייא ליה בכל סטרין. תא ואימא לך רזא חדא ולא אתייהיב לגלאה בר לאינון קדישי עליונין וכו' דבעינן גו רזא דתפילין לאצנעא חד שערא דעגלא דיפוק לבר ויתחזי, וכו' וההוא שערא בעי לעאלא ליה בגו קדושה עלאה דילן וכו' כדין לא יקטרג ליה ולא יכיל לאבאשא ליה לעילא ותתא. דהא דוכתא יהיב ליה. ואי ההוא חולקא לא יהבין ליה בהאי קדושה, יכיל לאבאשא ליה לתתא וסליק מקטרגא ליה לעילא. וכו'.
See the Zohar (Parashat Pekudei, p. 106, 329): “Rabbi Shimon said: Even though etc. and it is necessary to subdue the impure spirit on all sides. Come and I will tell you a secret that can be revealed only to the lofty, holy ones etc. It is required, for the secret of tefillin, to insert a single hair of a calf, such that it sticks out and is visible, etc. And that hair should be placed inside our higher holiness... so he will not accuse him and will be unable to harm him above or below, for he has given him this place. And if that portion in holiness is not given to him, [the accuser] could harm him below and ascend and accuse him above etc.”
Смотри в Зоар (Пкудей, лист 106, пункт 329): «Сказал рабби Шимон: хотя и т.д., и нечистый дух желает покорить его со всех сторон. Приди и скажу тебе тайну, которую не разрешено раскрывать никому, кроме тех высших святых... ибо нужно в тайне тфилин (филактерий) спрятать один волосок тёлки, чтобы выходил наружу и был виден... и тот волосок нужно ввести внутрь нашей высшей святости... тогда не будет обвинять его и не сможет причинить ему зла ни наверху, ни внизу. Ибо место дано ему. А если ту долю не дают ему в этой святости, он может причинить зло внизу и поднимается обвинять наверху...» и т.д.
פירוש, כי מטרם גמר התיקון אי אפשר להעביר הס"א לגמרי, ואפילו הצדיקים והקדושים העליונים, וכמה שהצדיק נזהר לעשות המצוה בטהרה, הנה נשאר עוד כח לס"א לקטרג עליו, ולהראות מקום חסרון במצוה. ולפיכך הכין השי"ת בשביל הצדיקים אופן אחר להכניע ולסתום פה המקטרג. והוא, ליתן חלק מועט מהקדושה אל המקטרג הזה שנשאר, שבשביל זה נסתם פיו של המקטרג, ואינו רוצה לקטרג עליו כדי שלא יאבד חלקו מהקדושה שיש לו מאותה מצוה. שה"ס השערה שאנו נותנים בתפילין. וה"ס שעיר המשתלח, וה"ס פרה אדומה. עש"ה. ועוד תמצא ענין זה בזוהר (אמור דף פ"ח).
The meaning is as follows: Before the completion of the rectification, it is impossible to remove the Sitra Aḥara entirely, even for the loftiest righteous and holy ones. As much as a righteous person is careful to perform a commandment in purity, the Sitra Aḥara still has the power to accuse him and show some deficiency in the commandment. For this reason, God prepared for the righteous another manner of subduing and silencing the accuser, which is to give a small portion of the holiness to that accuser who remains. This silences the accuser, for he does not wish to accuse [the person], so as not to lose his portion of the holiness that he has from that commandment. This is the mystical meaning of the hair that we place in tefillin, and it is also the mystical meaning of the goat that is sent away [on Yom Kippur], and the red heifer; see there in detail. You can find further elaboration on this in the Zohar (Parashat Emor, p. 88).
Комментарий. Ибо до завершения исправления (Тиккуна) невозможно устранить Ситра Ахра (другую сторону) полностью — даже праведникам и высшим святым. И сколько бы праведник ни остерегался исполнять заповедь в чистоте, у Ситра Ахра ещё остаётся сила обвинять его и указывать место недостатка в заповеди. И потому Всевышний, да будет Он благословен, приготовил для праведников иной способ покорить и заткнуть уста Обвинителю: дать малую долю от святости тому оставшемуся Обвинителю, и благодаря этому уста Обвинителя заграждаются, и он не желает обвинять, чтобы не потерять свою долю от святости, которую он имеет от той заповеди. Это тайна волоска, который мы помещаем в тфилин (филактерии). И это тайна козла отпущения (саир а-мишталеах). И это тайна рыжей коровы (пара адума), см. там. И ещё найдёшь этот вопрос в Зоар (Эмор, лист 88).
וז"ש כאן נחת מקטרגא וקם על פתחא בגוונא דמסכנא ולא הוה מאן דאשגח ביה. כי לכל העניים ודאי שהאכיל אותם מסעודתו כדרכו בהכנסת אורחים תמיד, רק האי מקטרגא הנ"ל, שאינו מועיל שום טהרה להעבירו זולת להנות אותו מעט מהקדושה כנ"ל, שהיה כאן בבחינת המסכנא, כי רצה לקבל חלקו מהקדושה. אבל אברהם לא רצה להנות לס"א אף משהו מהקדושה, אלא שרצה להכניעו בכחו ולדחותו לגמרי, ולפיכך עלה וקטרג כמ"ש להלן. וז"ש הזוהר נחת מקטרגא כגוונא דמסכנא, שלא היה עני ממש אלא המדובר הוא במקטרג שהתחפש כמו עני, ותבע להנות אותו מסעודתו של אברהם כמבואר. אבל אברהם הרגיש בו שהוא מבחינת הס"א, וע"כ לא רצה ליתן לו כלום.
Thus [the Zohar] says here: “The accuser descended and stood at the door, like a poor man, but there was no-one to notice him.” Of course [Abraham] fed all the poor from his feast, in his unwavering hospitality. Only that accuser, which no purification can effectively remove except by providing him with a little benefit from that holiness, as stated, appeared here as a poor man because he wanted to receive his share of the holiness. Abraham, however, did not wish to give the Sitra Aḥara any part of the holiness. Rather, he wished to defeat it with his strength and rebuff it completely. Therefore, the accuser ascended and complained, as [the Zohar] continues to explain. This is why the Zohar says that the accuser descended as a poor man, for it was not really a poor man but rather the accuser disguised as a poor man, demanding to enjoy Abraham’s feast, as explained. But Abraham sensed that he was from the Sitra Aḥara, and therefore he did not wish to give him anything.
И об этом сказано здесь: «Спустился Обвинитель и встал у входа в виде бедняка, и не было того, кто взглянул бы на него». Ведь всех настоящих бедных он, несомненно, накормил от своей трапезы, как делал всегда, принимая гостей. Лишь тот Обвинитель, о котором сказано выше, которого не поможет никакая чистота устранить, а лишь — доставить ему немного наслаждения от святости, как сказано выше, — он был здесь в виде бедняка, ибо желал получить свою долю от святости. Но Авраам не желал доставлять Ситра Ахра ни малейшего наслаждения от святости, а хотел покорить его своей силой и отвергнуть полностью. И потому тот поднялся и обвинил, как будет сказано далее. И об этом Зоар говорит: «Спустился Обвинитель в виде бедняка» — то есть не настоящий бедняк, а речь об Обвинителе, переодевшемся бедняком и потребовавшем доставить ему наслаждение от трапезы Авраама, как разъяснено. Но Авраам почувствовал, что тот — от стороны Ситра Ахра, и потому не захотел дать ему ничего.
וז"ש, אפילו יונה חד כי יש בזה רמז נכבד, כי בסדר הקרבנות באים רק שני בני יונה, כנגד ב' נקודות הכלולות יחד במלכות הממותקת במדת הרחמים, שיש בה דין ורחמים יחד, והדין שבה גניזא וטמירא, והרחמים שבה קיימא באתגליא, (כנ"ל אות קכ"ב) כי לולא המיתוק הזה לא היה העולם יכול להתקיים כנ"ל. וע"כ אין להקריב רק ב' בני יונה, ותדע, שסוד יונה חד ה"ס היונה ששלח נח מן התיבה ולא יספה שוב אליו עוד (בראשית ח') כי יונה חד רומזת למדת הדין שבמלכות בלי מיתוק במדת הרחמים, וכיון שנח לא יכול לתקן בה שום תיקון ע"כ לא יספה לשוב אליו עוד. (עי' בזוהר שלח דף נ"ב).
When [the Zohar] says “even a single dove,” this contains a lofty allusion, for according to the order of the sacrifices young pigeons must be brought in pairs, corresponding to the two points that are incorporated together in the Malkhut that is tempered with the attribute of mercy. [This Malkhut] contains judgment and mercy together; the [attribute of] judgment within it is hidden and concealed, while the mercy inside it is in a revealed state (as stated in section #122#, above). Without this tempering [of judgment with mercy] the world would not be able to exist, as stated. For this reason, doves are only sacrificed in pairs. This is indicated in [the fact that] the mystical meaning of a single dove is the dove that Noah sent out from the ark, which did not return to him again (Genesis 8:12). A single dove alludes to the attribute of judgment in Malkhut without the tempering of the attribute of mercy. Since Noah could not effect any rectification in [that single dove], it did not return to him again (see Zohar, Parashat Shelaḥ, p. 52).
И то, что сказано «даже одного голубя» — содержит важный намёк. Ибо в порядке жертвоприношений приносят лишь двух птенцов голубя, соответственно двум точкам, соединённым вместе в Малхут, смягчённой качеством милосердия. В ней содержатся суд (дин) и милосердие (рахамим) вместе: суд в ней сокрыт и скрыт, а милосердие в ней пребывает в раскрытии (как сказано выше, пункт 122). Ибо без этого смягчения мир не мог бы существовать, как сказано выше. И потому приносят лишь двух птенцов голубя. И знай, что тайна одного голубя (йона хад) — это тайна голубки, которую Ноах (Ной) послал из ковчега, и она более не вернулась к нему (Берешит 8). Ибо один голубь указывает на качество суда (дин) в Малхут без смягчения качеством милосердия. И поскольку Ноах не смог совершить в ней никакого исправления, она более не вернулась к нему (см. Зоар, Шлах, лист 52).
וכבר נתבאר ענין המקטרג שתבע חלקו מסעודתיה דאברהם ביום הגמל את בנו, שהוא ענין תיקון חסרון, אשר אי אפשר לתקנו מטרם גמר התיקון בדרך אחר, (כנ"ל בדיבור הסמוך) ותדע, שה"ס מדת הדין שבמלכות, שאין העולם יכול להתקיים בה, והיא צריכה להיות גניזא וטמירא, שהיא ג"כ סוד היונה, אשר לא יספה לשוב אל נח כנ"ל. אמנם אברהם היה יכול לתקנה, והיה מוטל עליו לתקנה, דהיינו בדרך למיהב מידי למקטרג למסתם פומיה, (כנ"ל בדיבור הסמוך). וכיון שלא נתן לו למקטרג כלום, לכן עלה וקטרג.
We have already explained the issue of the accuser demanding his share from Abraham’s feast on the day he weaned his son. It is the rectification of a deficiency that cannot be rectified before the completion of the rectification in any other manner (as stated just above). Know that this is the mystical meaning of the attribute of judgment in Malkhut, through which [in isolation, without the tempering of mercy] the world cannot exist, and which must remain hidden and concealed. This is also the mystical meaning of the dove that did not return again to Noah, as stated. Abraham, however, had the ability to rectify it, and he was obliged to do so by giving something to the accuser in order to silence him (as stated just above). But since he did not give anything to the accuser, [the accuser] ascended and accused.
И уже было разъяснено дело Обвинителя, потребовавшего свою долю от трапезы Авраама в день отнятия сына от груди, — это касается исправления недостатка, который невозможно исправить до завершения исправления (Тиккуна) иным путём (как сказано выше, в предыдущем пояснении). И знай, что это тайна качества суда (дин) в Малхут, с которым мир не может существовать, и оно должно быть сокрыто и скрыто, — и это тоже тайна голубки (йона), которая не вернулась более к Ноаху, как сказано выше. Однако Авраам мог исправить её, и на нём лежала обязанность исправить её — а именно, путём «дать нечто Обвинителю, чтобы заткнуть ему уста» (как сказано выше, в предыдущем пояснении). И поскольку он не дал Обвинителю ничего, тот поднялся и обвинил.
וז"ש ולא יהיב לך מידי, ולאו למסכני, כי קטרג שבכל סעודתו זו לא תיקן כלום למדת הדין שבמלכות, שהיא נקראת מסכנא, דלית לה מגרמה ולא מידי, והוא אמנם חולקא דקב"ה, כי היא עצם המלכות נוקבא דז"א, שהוא קב"ה. שהרי לא המתיק אותה במדת הרחמים אלא לצורך קיום העולם, וע"כ המוחין הנמשכים ע"י מדת הרחמים, נבחנים כמו חלק של בני העולם, שעל ידי זה יתקנו גם עצם המלכות שהיא חולקא דקב"ה לבדו.
This is the meaning of [the Zohar's statement]: “And has not given You anything, nor to the poor.” His accusation was that in this entire feast, [Abraham] did not rectify anything of the attribute of judgment in Malkhut, which is called “poor,” since [this Malkhut] has nothing of its own. [This Malkhut is the share of the Holy One, blessed be He, since it is the essence of the Malkhut that is the Nukba of Ze’er Anpin, [and Ze'er Anpin is called] the Holy One, blessed be He. [The Holy One] only tempered [Malkhut] with the attribute of mercy for the purpose of sustaining the world. Consequently, the brains that are drawn forth by the attribute of mercy are regarded as the share of the inhabitants of the world, for they thereby rectify the essence of the Malkhut as well, which is the share of the Holy One, blessed be He, alone.
И об этом сказано: «И не дал Тебе ничего, и бедным не дал». Ибо он обвинил в том, что во всей этой трапезе не совершил никакого исправления качеству суда (дин) в Малхут, которая называется бедной (мсакена), ибо нет у неё ничего от себя самой. И это воистину доля Святого, благословен Он, ибо она сама есть суть Малхут, Нуква (женское начало) З"А, который есть Святой, благословен Он. Ведь Он смягчил её качеством милосердия лишь ради существования мира. И потому Мохин, привлекаемые посредством качества милосердия, считаются долей обитателей мира, чтобы через них исправили также саму суть Малхут, которая есть доля одного лишь Святого, благословен Он.
וכיון שע"י הנס הגדול דהניקה בנים שרה המשיך אברהם כל המוחין שבמדת הרחמים, כבר היה סיפק בידו לתקן גם בחינת המסכנא שבמלכות, שהיא חולקא דקב"ה, לכן קטרג ולא יהיב לך מידי היינו חולקיה דקב"ה. ולאו למסכנא היינו חלקה של עצם המלכות שהיא במסכנותא, שאין בני העולם יכולים לתקן בה, ולא קריב קדמך אפילו יונה חד היינו היונה, שנח לא היה יכול לתקן אותה כנ"ל.
[Now, ] because of the great miracle, that Sarah nursed children, Abraham was able to draw forth all the brains that are in the attribute of mercy. [This gave him] sufficient ability to rectify the aspect of the "poor" in Malkhut, which is the share of the Holy One, blessed be He. This is why [the accuser] accused: “He has not given You anything,” i. e., the share of the Holy One, blessed be He; “nor to the poor,” that is, the share of the main essence of the Malkhut, which is in a state of poverty because the inhabitants of the world cannot rectify with it. “He did not offer before You even a single dove,” i. e., the dove that Noah could not rectify, as stated.
И поскольку посредством великого чуда «кормит грудью детей Сара» Авраам привлёк все Мохин, содержащиеся в качестве милосердия, у него уже была возможность исправить также аспект бедности (мсакена) в Малхут, являющийся долей Святого, благословен Он. Потому Обвинитель обвинял: «Не дал Тебе ничего» — то есть долю Святого, благословен Он. «И бедным не дал» — то есть долю самой сути Малхут, пребывающей в бедности, которую обитатели мира не в силах исправить. «И не принёс пред Тобой даже одного голубя» — то есть ту голубку, которую Ноах не смог исправить, как сказано выше.
ותו אמרת שרה דחייכת בה, כי שרה ה"ס בינה ומדת הרחמים המאירה במלכות, ובאמירתה, צחוק עשה לי אלהים כל השומע יצחק לי המשיכה בזה אור שלם ומיתוק גדול מאד, עד שלא נראתה עוד כל בחינת חסרון בעצם מדת המלכות, ונעשה חשש גדול שמא לא תשאר מחמת זה שום תשומת לב לתקן את עצם המלכות. והוא דומה לסוה"כ פן ישלח וגו' מעץ החיים ואכל וחי לעולם (בראשית ג'), דהיינו שלא ירגיש עוד בעצמו שום חסרון ולא יהיה מוכרח לתקן את הפגם שבעץ הדעת.
“Furthermore, Sarah said You laughed at her.” Sarah is the mystical meaning of Bina and the attribute of mercy that illuminates in Malkhut. When she declared: “God has made laughter for me; whoever hears will laugh for me” [Genesis 21:6], she thereby drew forth a complete light and very great tempering, until there was no longer any visible deficiency in the essential attribute of the Malkhut. This caused a great concern that as a consequence there would be no attention given to rectifying the essence of the Malkhut. This is similar to the mystical meaning of the verse: “Lest he put forth his hand [and take also] from the tree of life, and eat and live forever” (Genesis 3:22), meaning that he would no longer feel any deficiency in himself and would not be compelled to rectify the flaw in the Tree of Knowledge.
«И ещё, Сара говорит, что Ты посмеялся над ней». Ибо Сара — тайна Бины и качества милосердия, светящего в Малхут. И её словами: «Смех (цхок) сотворил мне Бог; всякий слышащий посмеётся мне» — она привлекла этим совершенный свет и весьма великое смягчение, так что уже не виделся никакой аспект недостатка в самой сути качества Малхут. И возникло великое опасение, что из-за этого не останется никакого внимания к исправлению самой сути Малхут. Это подобно тайне сказанного: «Как бы не простёр [руку свою]... от Древа Жизни и вкусил, и жил бы вечно» (Берешит 3) — то есть более не ощущал бы в себе никакого недостатка и не был бы вынужден исправлять повреждение Древа Познания.