דף 115
Bava Batra 115b
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
הָא כֵּיצַד? נַחֲלָה מְמַשְׁמֶשֶׁת וְהוֹלֶכֶת, עַד רְאוּבֵן. וְלֵימָא עַד יַעֲקֹב! אָמַר אַבָּיֵי: גְּמִירִי דְּלָא כָּלֵה שִׁבְטָא.
The Gemara asks: How so, i.e., how is the investigation performed when he has no offspring at all? The Gemara answers: The family lineage that determines the inheritance is successively examined up to Reuben, son of Jacob, i.e., the heirs are determined by investigating the family genealogy, and that investigation can extend all the way to Reuben, son of our forefather Jacob. The Gemara asks: And let it say: Until Jacob himself, rather than until Reuben, since if none of Reuben’s descendants survive, one would have to examine Jacob’s descendants. Abaye said in reply: It is learned as a tradition that a tribe will not be eliminated entirely, and some descendants will always remain.
Гмара спрашивает: Как так, то есть как производится расследование, когда у него вовсе нет потомства? Гмара отвечает: родословная, определяющая наследование, проверяется последовательно вплоть до Реувена, сына Яакова, то есть наследники определяются путём исследования семейной генеалогии, и это исследование может простираться до Реувена, сына нашего праотца Яакова. Гмара спрашивает: И пусть скажет: до самого Яакова, а не до Реувена, ведь если ни один из потомков Реувена не жив, пришлось бы исследовать потомков Яакова. Абая ответил: принято по традиции, что колено не будет уничтожено полностью, и некоторые потомки всегда останутся.
אָמַר רַב הוּנָא אָמַר רַב: כׇּל הָאוֹמֵר תִּירַשׁ בַּת עִם בַּת הַבֵּן, אֲפִילּוּ נָשִׂיא שֶׁבְּיִשְׂרָאֵל – אֵין שׁוֹמְעִין לוֹ, שֶׁאֵינָן אֶלָּא מַעֲשֵׂה צָדוֹקִין. דְּתַנְיָא: בְּאַרְבָּעָה וְעֶשְׂרִים בְּטֵבֵת תַּבְנָא לְדִינַנָא. שֶׁהָיוּ צָדוֹקִין אוֹמְרִין: תִּירַשׁ הַבַּת עִם בַּת הַבֵּן.
§ Rav Huna says that Rav says: With regard to anyone who says that a daughter of the deceased should inherit the estate of her father along with the daughter of the son of the deceased, even if he is a prince of the Jewish people, one should not listen to him, as this is nothing other than an act of the Sadducees, and runs counter to the ruling of the mishna that the descendants of a son inherit before a daughter. As it is taught in a baraita in Megillat Ta’anit, which describes various minor holidays on which it is forbidden to fast or eulogize: On the twenty-fourth of Tevet, we returned to our law, i.e., the halakha was reestablished in accordance with the opinion of the Sages after having been dictated by the Sadducees. As the Sadducees would say: A daughter should inherit the estate of her father along with the daughter of the son of the deceased.
§ Рав Уна говорит, что Рав говорит: относительно всякого, кто говорит, что дочь умершего должна наследовать имущество своего отца вместе с дочерью сына умершего, — даже если он князь Израиля, не следует его слушать, ибо это не что иное, как деяние цдуким, и противоречит постановлению Мишны, что потомки сына наследуют прежде дочери. Как учится в Барайта в Мегиллат Та’анит, которая описывает различные малые праздники, в которые запрещено поститься или произносить траурные речи: «Двадцать четвёртого тевета мы вернулись к нашему закону», то есть Галаха была восстановлена в соответствии с мнением Мудрецов после того, как её диктовали цдуким. Ибо цдуким говорили: дочь должна наследовать имущество своего отца вместе с дочерью сына умершего.
נִטְפַּל לָהֶן רַבָּן יוֹחָנָן בֶּן זַכַּאי, אָמַר לָהֶם: שׁוֹטִים, מִנַּיִן זֶה לָכֶם? וְלֹא הָיָה אָדָם שֶׁהֶחְזִירוֹ דָּבָר, חוּץ מִזָּקֵן אֶחָד שֶׁהָיָה מְפַטְפֵּט כְּנֶגְדּוֹ, וְאוֹמֵר: וּמָה בַּת בְּנוֹ הַבָּאָה מִכֹּחַ בְּנוֹ – תִּירָשֶׁנּוּ; בִּתּוֹ הַבָּאָה מִכֹּחוֹ – לֹא כׇּל שֶׁכֵּן?
The baraita continues: Rabban Yoḥanan ben Zakkai joined them to discuss their ruling, and said to them: Imbeciles, from where do you derive this ruling? And there was no person that answered him anything, except for one old man who was chattering at him and saying that it is an a fortiori inference: And just as a daughter of the deceased’s son, who comes to claim her inheritance from her grandfather by virtue of his son, inherits her grandfather’s property, so too, with regard to the deceased’s own daughter, who comes to inherit by virtue of the deceased, all the more so is it not clear that she should inherit his property?
Барайта продолжает: Раббан Йоханан бен Заккай присоединился к ним, чтобы обсудить их постановление, и сказал им: Невежды, откуда вы выводите это постановление? И не было человека, который бы ответил ему что-либо, кроме одного старика, который болтал перед ним и говорил, что это вывод по Каль ва-Хомер: и как дочь сына умершего, которая приходит требовать своё наследство от деда в силу его сына, наследует имущество своего деда, так и в отношении собственной дочери умершего, которая приходит наследовать в силу самого умершего, тем более разве не ясно, что она должна наследовать его имущество?
קָרָא עָלָיו אֶת הַמִּקְרָא הַזֶּה: ״אֵלֶּה בְנֵי שֵׂעִיר הַחֹרִי יֹשְׁבֵי הָאָרֶץ: לוֹטָן וְשׁוֹבָל וְצִבְעוֹן וַעֲנָה״, וּכְתִיב: ״אֵלֶּה בְּנֵי צִבְעוֹן, וְאַיָּה וַעֲנָה״! אֶלָּא מְלַמֵּד שֶׁבָּא צִבְעוֹן עַל אִמּוֹ, וְהוֹלִיד עֲנָה.
Rabban Yoḥanan ben Zakkai recited this verse about him: “These are the sons of Seir the Horite, the inhabitants of the land: Lotan and Shobal and Zibeon and Anah” (Genesis 36:20), and it is written: “And these are the children of Zibeon: Aiah and Anah” (Genesis 36:24). The first verse portrays Zibeon and Anah as brothers, while the second states that they are father and son. Rather, this teaches that Zibeon engaged in sexual intercourse with his mother and begot Anah, so that he was both Anah’s father and his brother. From the fact that the first verse equates Zibeon and Anah by referring to both of them as Seir’s sons despite Anah being a grandson of Seir, it is clear that grandchildren are equal to children, contrary to the Sadducees’ assertion.
Раббан Йоханан бен Заккай прочитал о нём этот стих: «Вот сыновья Сеира хорея, жители земли: Лотан и Шоваль и Цивеон и Ана» (Берешит 36:20), и написано: «И вот сыновья Цивеона: Айя и Ана» (Берешит 36:24). Первый стих изображает Цивеона и Ану как братьев, тогда как второй говорит, что они — отец и сын. Скорее, это учит, что Цивеон вступил в половую связь со своей матерью и породил Ану, так что он был и отцом Аны, и его братом. Из того, что первый стих уравнивает Цивеона и Ану, называя обоих сыновьями Сеира, несмотря на то что Ана был внуком Сеира, ясно, что внуки равны детям — вопреки утверждению цдуким.
וְדִלְמָא תְּרֵי עֲנָה הֲווֹ! אָמַר רַבָּה: אָמֵינָא מִלְּתָא דְּלָא אַמְרַהּ שַׁבּוּר מַלְכָּא; וּמַנּוּ? שְׁמוּאֵל. אִיכָּא דְאָמְרִי, אָמַר רַב פָּפָּא: אָמֵינָא מִלְּתָא דְּלָא אַמְרַהּ שַׁבּוּר מַלְכָּא; וּמַנּוּ? רַבָּה. אָמַר קְרָא: ״הוּא עֲנָה״ – הוּא עֲנָה דְּמֵעִיקָּרָא.
The Gemara interrupts the recounting of the baraita and questions Rabban Yoḥanan ben Zakkai’s inference: But perhaps there were two people named Anah, so that one Anah was Zibeon’s son, and the other his brother? Rabba said: I will state a matter that even King Shapur did not state. And who is this King Shapur? This cannot be a reference to Shapur, king of Persia; rather, it must be a moniker for someone else. He is Shmuel, whose legal rulings were accepted by the public like the edicts of a king by his subjects. Some state a different version, that it was Rav Pappa who said: I will state a matter that even King Shapur did not state. And who is this King Shapur? He is Rabba. The verse goes on to state: “This is Anah” (Genesis 36:24), indicating that he is the same Anah mentioned initially, earlier in the verse. Accordingly, there was only one Anah, who was both Zibeon’s brother and Zibeon’s son.
Гмара прерывает изложение Барайта и ставит под вопрос вывод Раббан Йоханан бен Заккая: Но, быть может, было два человека по имени Ана, так что один Ана был сыном Цивеона, а другой — его братом? Рабба сказал: Я скажу нечто, чего не сказал даже царь Шапур. И кто этот царь Шапур? Это не может быть указанием на Шапура, царя Персии; скорее, это прозвище кого-то другого. Это Шмуэль, чьи галахические постановления принимались народом, как указы царя его подданными. Некоторые приводят другую версию, что это Рав Паппа сказал: Я скажу нечто, чего не сказал даже царь Шапур. И кто этот царь Шапур? Это Рабба. Стих продолжает и говорит: «Это Ана» (Берешит 36:24), указывая, что это тот же Ана, упомянутый изначально, ранее в стихе. Соответственно, был только один Ана, который был и братом Цивеона, и сыном Цивеона.
אֲמַר לֵיהּ: רַבִּי, בְּכָךְ אַתָּה פּוֹטְרֵנִי?! אָמַר לוֹ: שׁוֹטֶה,
The baraita continues: The Sadducee said to Rabban Yoḥanan ben Zakkai: My teacher, you dismiss me with this retort? I agree that the son of a son precedes a daughter, as the verse you quoted suggests; I am asserting that a daughter inherits together with the daughter of a son, and the verse you quoted has no bearing on that claim. Rabban Yoḥanan ben Zakkai said to him: Imbecile,
Барайта продолжает: Цдуки сказал Раббан Йоханан бен Заккаю: учитель мой, ты отмахиваешься от меня этой отповедью? Я согласен, что сын сына предшествует дочери, как предполагает стих, который ты процитировал; я утверждаю, что дочь наследует вместе с дочерью сына, а стих, который ты процитировал, не относится к этому утверждению. Раббан Йоханан бен Заккай сказал ему: Невежда,