דף 70
Bava Batra 70a
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
וְדַיָּינֵי גוֹלָה אָמְרִי: כֹּל שֶׁהָעוֹל כּוֹבְשׁוֹ – לָא הָוֵי שִׁיּוּר, כֹּל שֶׁאֵין הָעוֹל כּוֹבְשׁוֹ – הָוֵי שִׁיּוּר. וְלָא פְּלִיגִי – הָא בְּדִיקְלֵי, הָא בְּאִילָנֵי.
But the judges of the exile, Shmuel and Karna, say: Any tree that is bent back by the yoke of oxen as the animals plow the ground under the tree, and in this way the tree does not impede the plowing, is not retained by the seller, as it is not a significant tree. Any tree that is not bent back by the yoke of the oxen is retained by the seller and not included in the sale. The Gemara comments: And these amora’im do not disagree with regard to the halakha: That which Rav said, that the only trees that the seller retains for himself and excludes from the sale are those that must be climbed by means of a rope, was said with regard to palm trees, while that which the judges of the exile said, that the only trees that are retained are those that are not bent back by the yoke of the oxen, was said with regard to other types of trees.
Но судьи изгнания — Шмуэль и Карна — говорят: всякое дерево, которое пригибается под ярмом быков, когда животные пашут землю под деревом, и таким образом дерево не мешает пахоте, — не остаётся у продавца, поскольку это не значимое дерево. Всякое дерево, которое не пригибается под ярмом быков, — остаётся у продавца и не включается в продажу. Гмара замечает: и эти Амораим не спорят относительно Галахи: то, что сказал Рав, что единственные деревья, которые продавец оставляет себе и исключает из продажи, — это те, на которые нужно подниматься с помощью верёвки, было сказано относительно пальм; а то, что сказали судьи изгнания, что единственные деревья, которые остаются, — это те, которые не пригибаются под ярмом быков, было сказано относительно других видов деревьев.
בְּעָא מִינֵּיהּ רַב אַחָא בַּר הוּנָא מֵרַב שֵׁשֶׁת: ״חוּץ מֵחָרוּב פְּלוֹנִי״, ״חוּץ מִסַּדָּן פְּלוֹנִי״, מַהוּ? אוֹתוֹ חָרוּב הוּא דְּלָא קָנֵי, הָא שְׁאָר חָרוּבִים קָנֵי; אוֹ דִלְמָא, שְׁאָר חָרוּבִין נָמֵי לָא קָנֵי? אֲמַר לֵיהּ: לֹא קָנָה.
§ The Gemara cites a discussion related to the mishna’s ruling that a grafted carob tree and a sycamore trunk are not included in the sale of the field: Rav Aḥa bar Huna raised a dilemma before Rav Sheshet: If one selling a field said to the buyer: I am selling you the entire field except for such and such grafted carob tree, or except for such and such sycamore trunk, and there were other grafted carob trees or sycamore trunks in the field, what is the halakha? The Gemara explains the two sides of the question: Does the seller mean to say that it is this carob tree that the buyer does not acquire, but he does acquire the other carob trees, or perhaps he means that he also does not acquire the rest of the carob trees? Rav Sheshet said to him in response: The buyer does not acquire any of them.
§ Гмара приводит обсуждение, связанное с постановлением Мишны о том, что привитое рожковое дерево и ствол сикоморы не включаются в продажу поля: Рав Аха бар Хуна поставил дилемму перед Рав Шешетом: если продающий поле сказал покупателю: я продаю тебе всё поле кроме такого-то привитого рожковника, или кроме такого-то ствола сикоморы, и в поле были другие привитые рожковники или стволы сикоморы, какова Галаха? Гмара разъясняет две стороны вопроса: имеет ли продавец в виду сказать, что именно это рожковое дерево покупатель не приобретает, но другие рожковые деревья приобретает; или, возможно, он имеет в виду, что и остальные рожковые деревья он также не приобретает? Рав Шешет ответил ему: покупатель не приобретает ни одного из них.
אֵיתִיבֵיהּ: ״חוּץ מֵחָרוּב פְּלוֹנִי״, ״חוּץ מִסַּדָּן פְּלוֹנִי״ – לֹא קָנָה! מַאי, לָאו אוֹתוֹ חָרוּב הוּא דְּלֹא קָנָה, הָא שְׁאָר חָרוּבִין קָנָה?
Rav Aḥa raised an objection to Rav Sheshet from a baraita that states: If the seller said to the buyer: I am selling you this field except for such and such carob tree, or except for such and such sycamore trunk, the buyer does not acquire it. What, is it not that it is this carob tree that he does not acquire, but he does acquire the other carob trees?
Рав Аха возразил Рав Шешету из Барайты, в которой сказано: если продавец сказал покупателю: я продаю тебе это поле кроме такого-то рожковника, или кроме такого-то ствола сикоморы, покупатель не приобретает его. Разве не (следует понимать), что именно этот рожковник он не приобретает, но другие рожковники он приобретает?
אֲמַר לֵיהּ: לָא; אֲפִילּוּ שְׁאָר חָרוּבִין נָמֵי לֹא קָנָה. תֵּדַע – דְּאִילּוּ אֲמַר לֵיהּ: ״שָׂדִי מְכוּרָה לָךְ חוּץ מִשָּׂדֶה פְּלוֹנִית״ – הָהִיא הוּא דְּלָא קָנֵי, הָא אַחְרָנְיָיתָא קָנֵי?! אֶלָּא לָא קָנָה; הָכָא נָמֵי, לֹא קָנָה.
Rav Sheshet said to him: No, what this means is that he does not acquire even the other carob trees. Know that this is correct, as if a person selling a field said to the buyer: My field is sold to you except for such and such field that is adjacent to it, would you say that it is only that adjacent field that he does not acquire, but he acquires all the other fields owned by the seller? This is clearly not the case, as the seller explicitly stated that he is selling a certain field, not all of his fields. Rather, everyone would agree that the buyer does not acquire the other fields. Therefore, here too, the buyer does not acquire the other carob trees.
Рав Шешет сказал ему: нет, смысл в том, что он не приобретает даже другие рожковники. Знай, что это верно: ведь если человек, продающий поле, сказал покупателю: моё поле продано тебе, кроме такого-то поля, прилегающего к нему, — скажешь ли ты, что только то прилегающее поле он не приобретает, но приобретает все прочие поля, принадлежащие продавцу? Это очевидно не так, поскольку продавец прямо сказал, что он продаёт определённое поле, а не все свои поля. Напротив, все согласятся, что покупатель не приобретает другие поля. Поэтому и здесь покупатель не приобретает другие рожковники.
וְאִיכָּא דְּאָמְרִי: בְּעָא מִינֵּיהּ רַב אַחָא בַּר הוּנָא מֵרַב שֵׁשֶׁת: ״חוּץ מֵחֲצִי חָרוּב פְּלוֹנִי״, ״חוּץ מֵחֲצִי סַדָּן פְּלוֹנִי״, מַהוּ? שְׁאָר חָרוּבִין וַדַּאי לָא קָנֵי, הָא מַה שֶּׁשִּׁיֵּיר בְּאוֹתוֹ חָרוּב – קָנֵי; אוֹ דִלְמָא, אֲפִילּוּ מַה שֶּׁשִּׁיֵּיר בְּאוֹתוֹ חָרוּב נָמֵי לָא קָנֵי? אָמַר לֵיהּ: לָא קָנֵי.
And there are those who say that the discussion took place as follows: Rav Aḥa bar Huna raised a dilemma before Rav Sheshet: If one selling a field said to the buyer: I am selling you the entire field except for half of such and such carob tree, or except for half of such and such sycamore trunk, what is the halakha? The Gemara explains the two sides of the question: Do we say that the buyer certainly does not acquire the other carob trees, but he does acquire what remains from that carob tree that was mentioned, that is, the half of the carob tree that the seller did not specifically retain for himself? Or perhaps he does not acquire even what remains from that carob tree? Rav Sheshet said to him: Even what remains from that carob tree the buyer does not acquire.
И есть те, кто говорит, что обсуждение происходило так: Рав Аха бар Хуна поставил дилемму перед Рав Шешетом: если продающий поле сказал покупателю: я продаю тебе всё поле кроме половины такого-то рожковника, или кроме половины такого-то ствола сикоморы, какова Галаха? Гмара разъясняет две стороны вопроса: говорим ли мы, что покупатель, безусловно, не приобретает другие рожковники, но приобретает то, что остаётся от названного рожковника, то есть половину рожковника, которую продавец специально не оставил за собой? Или, возможно, он не приобретает даже то, что остаётся от этого рожковника? Рав Шешет сказал ему: даже то, что остаётся от этого рожковника, покупатель не приобретает.
אֵיתִיבֵיהּ: ״חוּץ מֵחֲצִי חָרוּב פְּלוֹנִי״, ״חוּץ מֵחֲצִי סַדָּן פְּלוֹנִי״ – שְׁאָר חָרוּבִין לֹא קָנָה. מַאי, לָאו שְׁאָר חָרוּבִין הוּא דְּלָא קָנָה, הָא מַה שֶּׁשִּׁיֵּיר בְּאוֹתוֹ חָרוּב – קָנָה?
Rav Aḥa raised an objection to Rav Sheshet from a baraita that states: If the seller said to the buyer: I am selling you the entire field except for half of such and such carob tree, or except for half of such and such sycamore trunk, the buyer does not acquire the other carob trees. What, is it not that it is the other carob trees that he does not acquire, but what remains of that carob tree he does acquire?
Рав Аха возразил Рав Шешету из Барайты, в которой сказано: если продавец сказал покупателю: я продаю тебе всё поле кроме половины такого-то рожковника, или кроме половины такого-то ствола сикоморы, покупатель не приобретает другие рожковники. Разве не (следует понимать), что другие рожковники он не приобретает, но то, что остаётся от этого рожковника, он приобретает?
אֲמַר לֵיהּ: לָא; אֲפִילּוּ מַה שֶּׁשִּׁיֵּיר בְּאוֹתוֹ חָרוּב נָמֵי לֹא קָנָה. תֵּדַע, דְּאִילּוּ אֲמַר לֵיהּ: ״שָׂדִי מְכוּרָה לָךְ חוּץ מֵחֲצִי שָׂדֶה פְּלוֹנִי״ – הָהוּא הוּא דְּלָא קָנָה, הָא אִידַּךְ קָנָה?! אֶלָּא לָא קָנֵי; הָכָא נָמֵי – לָא קָנֵי.
Rav Sheshet said to him: No, what this means is that he does not acquire even what remains of that carob tree. Know that this is correct, as if a person selling a field said to the buyer: My field is sold to you except for half of such and such field that is adjacent to it, would you say that it is only that half of the field that he does not acquire, but he acquires the other half of the field? This is clearly not the case, as the seller explicitly stated that he is selling a certain field and nothing else. Rather, everyone would agree that the buyer does not acquire the other half of the field. Therefore, here too, the buyer does not acquire what remains of the carob tree.
Рав Шешет сказал ему: нет, смысл в том, что он не приобретает даже то, что остаётся от этого рожковника. Знай, что это верно: ведь если человек, продающий поле, сказал покупателю: моё поле продано тебе кроме половины такого-то поля, прилегающего к нему, — скажешь ли ты, что только ту половину поля он не приобретает, но приобретает другую половину поля? Это очевидно не так, поскольку продавец прямо сказал, что он продаёт определённое поле и ничего кроме. Напротив, все согласятся, что покупатель не приобретает другую половину поля. Поэтому и здесь покупатель не приобретает то, что остаётся от рожковника.
בְּעָא מִינֵּיהּ רַב עַמְרָם מֵרַב חִסְדָּא: הַמַּפְקִיד אֵצֶל חֲבֵירוֹ בִּשְׁטָר, וְאָמַר לוֹ: ״הֶחְזַרְתִּים לָךְ״, מַהוּ? מִי אָמְרִינַן: מִיגּוֹ דְּאִי בָּעֵי אָמַר ״נֶאֶנְסוּ״ – מְהֵימַן, הַשְׁתָּא נָמֵי מְהֵימַן; אוֹ דִלְמָא, אָמַר לֵיהּ: ״שְׁטָרָךְ בִּידִי מַאי בָּעֵי״? אֲמַר לֵיהּ: מְהֵימַן.
§ Rav Amram raised a dilemma before Rav Ḥisda: If one deposits certain items with another and receives a document signed by witnesses testifying that he deposited these items with this individual, and the bailee later says to him: I returned the items to you, but the document is still in the hands of the depositor, what is the halakha? Do we say that since if the bailee wanted to lie he could have said that the items were taken from him under circumstances beyond his control, and he would have been deemed credible; therefore now too, when he claims that he returned the items, he is deemed credible as well? Or perhaps, the one who deposited the items can say to him: If you returned the items, what is your document doing in my possession? Upon return of the deposit, you should have retrieved the document. Rav Ḥisda said to him: The bailee is deemed credible.
§ Рав Амрам поставил дилемму перед Рав Хисдой: если один человек оставляет (на хранение) некоторые предметы у другого и получает документ, подписанный свидетелями, удостоверяющий, что он оставил эти предметы у этого лица, а хранитель затем говорит ему: я вернул тебе предметы, но документ всё ещё находится в руках вкладчика, какова Галаха? Говорим ли мы: поскольку если бы хранитель захотел солгать, он мог бы сказать, что предметы были отняты у него при обстоятельствах, не зависящих от него, и его сочли бы достоверным; следовательно, и теперь, когда он утверждает, что вернул предметы, его тоже следует считать достоверным? Или же тот, кто внёс предметы, может сказать ему: если ты вернул предметы, что делает твой документ в моём владении? При возврате вклада ты должен был забрать документ. Рав Хисда сказал ему: хранитель считается достоверным.
וְלֵימָא לֵיהּ: ״שְׁטָרָךְ בִּידִי מַאי בָּעֵי״! אֲמַר לֵיהּ: וְלִיטַעְמָיךְ, וְכִי אֲמַר לֵיהּ ״נֶאֶנְסוּ״ – מִי מָצֵי אָמַר לֵיהּ: ״שְׁטָרָךְ בִּידִי מַאי בָּעֵי״?! אֲמַר לֵיהּ:
Rav Amram asked: But let the depositor say to the bailee: If you returned the items, what is your document doing in my possession? Rav Ḥisda said to him: And according to your reasoning, if the bailee had said to him that the items were taken from him under circumstances beyond his control, would he be able to say to him: What is your document doing in my possession? Since this claim could not have been stated had the bailee stated the alternative claim, it can also not be stated when the bailee claims that the items were returned. Rav Amram said to him:
[1] Рав Амрам спросил: Но пусть вкладчик скажет хранителю: Если ты вернул предметы, что делает твой документ в моём владении? Рав Хисда сказал ему: А по твоему рассуждению, если бы хранитель сказал ему, что предметы были отняты у него при обстоятельствах, не зависящих от его воли, мог бы он сказать ему: Что делает твой документ в моём владении? Поскольку это утверждение не могло бы быть высказано, если бы хранитель заявил альтернативное утверждение, оно также не может быть высказано, когда хранитель утверждает, что предметы были возвращены. Рав Амрам сказал ему: