דף 79

[8] даже до Нофаха», то есть до тех пор, пока не придёт огонь, который не нуждается в раздувании [ниппуах], то есть огонь Геhиннома, который поглотит их. «До Медевы [Медева]»; это означает: пока их души не будут страдать [тадив]. А некоторые говорят другое объяснение: это означает — пока Бог не сделает с ними то, что пожелает [май дева’эй], и не накажет их, как они того заслуживают.

[9] Рав Йеhуда говорит от имени Рава: всякого, кто отделяет себя от дел Торы, пожирает огонь, как сказано: «И обращу Я лицо Моё на них: из огня они вышли, и огонь пожрёт их» (Йехезкель 15:7). Тора уподобляется огню в стихе: «Разве слово Моё не как огонь?» (Ирмеяу 23:29). Стих у Йехезкеля учит: «Из огня они вышли» — это о тех, кто отделяет себя от огня Торы; «и огонь пожрёт их», то есть их пожирает огонь Геhиннома.

[10] Когда Рав Дими пришёл из Эрец Исраэль в Вавилонию, он сказал от имени Рабби Йонатана: всякий, кто отделяет себя от дел Торы, падает в Геhинном. Как сказано: «Человек, сбившийся с пути разума, будет покоиться в собрании духов» (Мишлей 21:16). «Путь разума» — это путь Торы. А тот, кто отходит от Торы, приходит в место духов, которое не что иное, как Геhинном, как сказано: «Но он не знает, что там духи; что призванные ею — в глубинах преисподней» (Мишлей 9:18).

[11] § Мишна учит: тот, кто продал навозную кучу, продал её навоз, а тот, кто продал цистерну, продал её воду. Мы учили в другой Мишне (Ме’ила 12б): относительно любого предмета, который пригоден для принесения на жертвенник, но не пригоден для нужд Храма, или пригоден для нужд Храма, но не пригоден для жертвенника, или предметов, которые в нынешнем состоянии не пригодны ни для жертвенника, ни для нужд Храма и предназначены быть проданными, а прибыль — использована для Храма, — во всех этих случаях, если человек освящает эти предметы, а затем получает от них или от их содержимого пользу для несвященной цели, он тем самым обязан за ме’ила (нецелевое использование освящённого имущества) и обязан принести жертву в искупление.

[12] Как именно? Тот, кто освятил цистерну, наполненную водой, навозные кучи, наполненные навозом, голубятню, наполненную голубями, поле, наполненное растениями, или дерево, приносящее плоды, и затем получил от них или от их содержимого пользу, обязан за ме’ила.

[13] Но относительно того, кто освятил цистерну, и позже она наполнилась водой; навозную кучу, и позже она наполнилась навозом; голубятню, и позже она наполнилась голубями; дерево, и позже оно принесло плоды; или поле, и позже оно наполнилось растениями, — если он получает от них пользу, он обязан за ме’ила, но он не обязан за ме’ила за получение пользы от их содержимого. Таково мнение Рабби Йеhуды. Рабби Йосей говорит: относительно того, кто освятил поле или дерево, он обязан за ме’ила, если получает пользу от них или от того, что вырастает из них, потому что это — приращения освящённого имущества.

[14] В Барайта учили, что Рабби Йеhуда hа-Наси сказал: слова Рабби Йеhуды представляются верными в случаях цистерны и голубятни, то есть если человек освятил пустую цистерну или пустую голубятню, вода или голуби, которые позже наполняют их, не становятся освящёнными. А слова Рабби Йосея представляются верными в случаях поля и дерева. Гмара спрашивает: каков смысл этого высказывания Рабби Йеhуды hа-Наси? Разумеется, когда он говорит, что слова Рабби Йеhуды представляются верными в случаях цистерны и голубятни, из этого по смыслу следует, что Рабби Йеhуда спорит с Рабби Йосеем в случаях поля и дерева, и Рабби Йеhуда действительно явно спорит в этих случаях.

[15] Но когда Рабби Йеhуда hа-Наси говорит, что слова Рабби Йосея представляются верными в случаях поля и дерева, из этого по смыслу следует, что Рабби Йосей спорит с Рабби Йеhудой в случаях цистерны и голубятни. Но Рабби Йосей высказал своё мнение только в случаях поля и дерева, поскольку лишь растения и плоды растут непосредственно из освящённого имущества, и это рассуждение не относится к случаю цистерны или голубятни.

[1] И если ты скажешь, что Рабби Йосей высказал своё мнение в соответствии с высказыванием Рабби Йеуды, тогда как сам он полагает, что даже предметы, найденные в голубятне или в цистерне, являются посвящёнными, — это затруднительно: ведь разве не учится в Барайта, что Рабби Йосей сказал: Я не считаю высказывание Рабби Йеуды правильным в случаях поля и дерева, поскольку растения и плоды — это приросты посвящённого имущества? Сделай отсюда вывод, что именно в случаях поля и дерева Рабби Йосей не считает и не принимает мнение Рабби Йеуды. Но в случаях цистерны и голубятни он считает и принимает его мнение.

[2] Гмара отвечает, что это сказал Рабби Йеуда а-Наси: высказывание Рабби Йеуды представляется Рабби Йосею правильным в случаях цистерны и голубятни. Иными словами, Рабби Йеуда а-Наси говорит, что даже Рабби Йосей спорит с Рабби Йеудой лишь в случаях поля и дерева. Но в случаях цистерны и голубятни он уступает ему, что запрет на неправомерное использование посвящённого имущества не применяется к предметам, которые добавились позже и не присутствовали во время посвящения.

[3] Мудрецы учили: в случае цистерн — относительно того, кто посвятил их, когда они были пусты, и затем они наполнились, — если кто-либо извлекает пользу из них, он обязан за неправомерное использование посвящённого имущества, но он не обязан за неправомерное использование посвящённого имущества, если он извлекает пользу из их содержимого. Это постановление будет разъяснено ниже. Рабби Элазар, сын Рабби Шимона, говорит: обязан за неправомерное использование посвящённого имущества даже при извлечении пользы из их содержимого.

[4] Рабба говорит: этот спор в Барайта относится только к случаям поля и дерева, поскольку первый тана придерживается мнения Рабби Йеуды, а Рабби Элазар, сын Рабби Шимона, придерживается мнения Рабби Йосея. Но в случаях цистерны и голубятни все согласны, что если кто-либо извлекает пользу из них, он обязан за неправомерное использование посвящённого имущества, но он не обязан за неправомерное использование посвящённого имущества, если он извлекает пользу из их содержимого.

[5] Абайе сказал ему: Но рассмотри то, что учится в продолжении Барайта: если он посвятил их, когда они были полны, а затем извлекает пользу из них или из их содержимого, он обязан за неправомерное использование посвящённого имущества. И Рабби Элазар, сын Рабби Шимона, в этом случае переворачивает своё предыдущее постановление и полагает, что если предметы были посвящены, когда были полны, их содержимое не подпадает под запрет неправомерного использования посвящённого имущества.