Bava Kamma 114b — Talmud Bavli — Tractate Bava Kamma

וְקַיְמָא לַן כְּגַזְלָן לְרַבִּי שִׁמְעוֹן.

And we maintain, as the Gemara concludes below, that Rabbi Yehuda HaNasi means that the halakha that applies to a thief is like the halakha that applies to a robber according to the opinion of Rabbi Shimon, who holds that the owner despairs of recovering his item once it is stolen by a robber.

[6] И мы утверждаем, как Гмара заключает ниже, что Рабби Йеуда а-Наси имеет в виду: Галаха, применимая к вору, — как Галаха, применимая к грабителю, согласно мнению Рабби Шимона, который считает, что владелец отчаивается вернуть свою вещь, как только её похищает грабитель.

גּוּפָא – רַבִּי אוֹמֵר, אוֹמֵר אֲנִי: גַּנָּב – כְּגַזְלָן. אִיבַּעְיָא לְהוּ: כְּגַזְלָן דְּרַבָּנַן קָאָמַר – וְלָא קָנֵי; אוֹ דִלְמָא כְּגַזְלָן דְּרַבִּי שִׁמְעוֹן קָאָמַר, וּקְנֵי?

§ The Gemara examines the matter itself. Rabbi Yehuda HaNasi says: I say that the halakha that applies to a thief is like the halakha that applies to a robber. A dilemma was raised before the Sages: Was Rabbi Yehuda HaNasi saying that the halakha that applies to a thief is like the halakha that applies to a robber according to the opinion of the Rabbis, who hold that the owners do not despair of recovering their item, and a thief therefore does not acquire the items he steals? Or perhaps he was saying that the halakha that applies to a thief is like the halakha that applies to a robber according to the opinion of Rabbi Shimon, who holds that the owners despair of recovering their property, and a thief therefore acquires the stolen items.

[7] § Гмара рассматривает сам предмет. Рабби Йеуда а-Наси говорит: я утверждаю, что Галаха, применимая к вору, — как Галаха, применимая к грабителю. Перед Мудрецами был поставлен вопрос: говорил ли Рабби Йеуда а-Наси, что Галаха, применимая к вору, — как Галаха, применимая к грабителю, согласно мнению Раббанан, которые считают, что владельцы не отчаиваются вернуть свою вещь, и потому вор не приобретает вещи, которые он крадёт? Или, возможно, он говорил, что Галаха, применимая к вору, — как Галаха, применимая к грабителю, согласно мнению Рабби Шимона, который считает, что владельцы отчаиваются вернуть своё имущество, и потому вор приобретает украденные вещи.

תָּא שְׁמַע: נָטְלוּ מוֹכְסִין חֲמוֹרוֹ וְכוּ׳.

The Gemara attempts to resolve the dilemma. Come and hear a proof from the mishna: If customs collectors took one’s donkey and gave him a different donkey that was taken from another Jew in its stead, or if bandits took his garment and gave him a different garment that was taken from a Jew in its stead, these items are now his because the owners despaired of retrieving them when they were stolen. It is therefore apparent that despair is assumed both in the case of a robber, i.e., the customs collector, and in the case of a thief, i.e., the bandits.

[8] Гмара пытается разрешить сомнение. Приди и услышь доказательство из Мишны: если сборщики пошлин взяли у человека его осла и дали ему вместо него другого осла, взятого у другого еврея, или если бандиты взяли его одежду и дали ему вместо неё другую одежду, взятую у еврея, — эти вещи теперь принадлежат ему, потому что владельцы отчаились вернуть их, когда их похитили. Следовательно, очевидно, что отчаяние предполагается и в случае грабителя, то есть сборщика пошлин, и в случае вора, то есть бандитов.

מַנִּי? אִי רַבָּנַן, קַשְׁיָא גַּזְלָן! אִי רַבִּי שִׁמְעוֹן, קַשְׁיָא גַּנָּב!

The Gemara clarifies: Whose opinion is expressed in this mishna? If it is in accordance with the opinion of the Rabbis, who assume that the owners despair only in the case of a thief, it is difficult because the mishna assumes that the victim of a robber also despairs of retrieving his property. And if it is in accordance with the opinion of Rabbi Shimon, who assumes that the owners despair only in the case of a robber, it is difficult because the mishna assumes that the victim of a thief also despairs of retrieving his property.

[9] Гмара уточняет: чьё мнение выражено в этой Мишне? Если это согласно мнению Раббанан, которые предполагают, что владельцы отчаиваются только в случае вора, — это трудно, потому что Мишна предполагает, что пострадавший от грабителя тоже отчаивается вернуть своё имущество. А если это согласно мнению Рабби Шимона, который предполагает, что владельцы отчаиваются только в случае грабителя, — это трудно, потому что Мишна предполагает, что пострадавший от вора тоже отчаивается вернуть своё имущество.

אִי אָמְרַתְּ בִּשְׁלָמָא רַבִּי – כְּגַזְלָן דְּרַבִּי שִׁמְעוֹן קָאָמַר, וְקָנֵי; הָא מַנִּי – רַבִּי הִיא, מִשּׁוּם הָכִי קָנֵי.

The Gemara presents the proof: Granted, if you say that Rabbi Yehuda HaNasi was saying that the halakha that applies to a thief is like the halakha that applies to a robber according to the opinion of Rabbi Shimon, who holds that the owners despair of recovering their property, and a thief therefore acquires the stolen items, in accordance with whose opinion is this mishna? It is in accordance with the opinion of Rabbi Yehuda HaNasi, and it is due to that reason that a thief acquires the stolen goods.

[10] Гмара излагает доказательство: допустим, если ты говоришь, что Рабби Йеуда а-Наси говорил, что Галаха, применимая к вору, — как Галаха, применимая к грабителю, согласно мнению Рабби Шимона, который считает, что владельцы отчаиваются вернуть своё имущество, и потому вор приобретает украденные вещи, — то согласно чьему мнению эта Мишна? Она согласно мнению Рабби Йеуды а-Наси, и именно по этой причине вор приобретает украденное.

אֶלָּא אִי אָמְרַתְּ כְּגַזְלָן דְּרַבָּנַן קָאָמַר, וְלָא קָנֵי; הָא מַנִּי? לָא רַבִּי וְלָא רַבִּי שִׁמְעוֹן וְלָא רַבָּנַן!

But if you say that Rabbi Yehuda HaNasi was saying that the halakha that applies to a thief is like the halakha that applies to a robber according to the opinion of the Rabbis, and a thief therefore does not acquire the stolen goods, in accordance with whose opinion is this mishna? Since the mishna rules that the owners have presumably despaired with regard to both a thief and a robber, it is not in accordance with the opinion of Rabbi Yehuda HaNasi, and it is not in accordance with the opinion of Rabbi Shimon, and it is not in accordance with the opinion of the Rabbis.

[11] Но если ты говоришь, что Рабби Йеуда а-Наси говорил, что Галаха, применимая к вору, — как Галаха, применимая к грабителю, согласно мнению Раббанан, и потому вор не приобретает украденное, — то согласно чьему мнению эта Мишна? Поскольку Мишна постановляет, что владельцы, по-видимому, отчаились как в отношении вора, так и в отношении грабителя, она не согласно мнению Рабби Йеуды а-Наси, и не согласно мнению Рабби Шимона, и не согласно мнению Раббанан.

הָכָא בְּמַאי עָסְקִינַן? בְּלִסְטִים מְזוּיָּין, וְרַבִּי שִׁמְעוֹן הִיא. אִי הָכִי, הַיְינוּ גַּזְלָן! תְּרֵי גַּוְונֵי גַּזְלָן.

The Gemara responds: With what are we dealing here? We are dealing with an armed bandit, who is considered a robber because he steals using force and aggression, and the mishna is in accordance with the opinion of Rabbi Shimon, who holds that despair is assumed in the case of a robber. The Gemara asks: If so, this is identical to the case of a robber, i.e., the mishna’s first case of the customs collector, and there is no reason for the mishna to teach the same halakha twice. The Gemara answers: The mishna wishes to teach the halakha with regard to two different types of robbers.

[12] Гмара отвечает: о чём здесь идёт речь? Речь идёт о вооружённом разбойнике, который считается грабителем, поскольку он крадёт, применяя силу и агрессию, и Мишна согласно мнению Рабби Шимона, который считает, что отчаяние предполагается в случае грабителя. Гмара спрашивает: если так, это тождественно случаю грабителя, то есть первому случаю Мишны — сборщику пошлин, и нет причины, чтобы Мишна учила одну и ту же Галаху дважды. Гмара отвечает: Мишна хочет научить Галахе относительно двух разных видов грабителей.

תָּא שְׁמַע: הַגַּנָּב וְהַגַּזְלָן וְהָאַנָּס – הֶקְדֵּשָׁן הֶקְדֵּשׁ, וּתְרוּמָתָן תְּרוּמָה, וּמַעְשְׂרוֹתָן מַעֲשֵׂר.

Come and hear a different proof based upon the aforementioned baraita: With regard to a thief, a robber, and one who forces another to sell him something, their consecrated items are considered consecrated, and their teruma, the portion of the produce designated for the priest, is considered teruma, and their tithes are considered tithes.

[13] Приди и услышь другое доказательство, основанное на вышеупомянутой Барайте: что касается вора, грабителя и того, кто принуждает другого продать ему нечто, — их посвящённое [храму] считается посвящённым, и их трума, доля урожая, предназначенная для коэна, считается трумой, и их десятины считаются десятинами.

מַנִּי? אִי רַבָּנַן – קַשְׁיָא גַּזְלָן, אִי רַבִּי שִׁמְעוֹן – קַשְׁיָא גַּנָּב!

Whose opinion is expressed in this baraita? If it is in accordance with the Rabbis, it is difficult because the baraita assumes that the victim of a robber also despairs of retrieving his property, and therefore the robber’s act of consecration or separation of teruma or tithes is valid. Conversely, if it is in accordance with Rabbi Shimon, it is difficult because the baraita assumes that the victim of a thief despairs of retrieving his property.

[14] Чьё мнение выражено в этой Барайте? Если это согласно мнению Раббанан, это трудно, потому что Барайта предполагает, что пострадавший от грабителя тоже отчаивается вернуть своё имущество, и потому действие грабителя по посвящению или отделению трумы или десятин действительно. И наоборот, если это согласно мнению Рабби Шимона, это трудно, потому что Барайта предполагает, что пострадавший от вора отчаивается вернуть своё имущество.

אִי אָמְרַתְּ בִּשְׁלָמָא גַּנָּב כְּגַזְלָן דְּרַבִּי שִׁמְעוֹן קָאָמַר, מִשּׁוּם הָכִי קָנֵי; אֶלָּא אִי אָמְרַתְּ גַּנָּב כְּגַזְלָן דְּרַבָּנַן, הָא מַנִּי?

Granted, if you say that Rabbi Yehuda HaNasi was saying that the halakha that applies to a thief is like the halakha that applies to a robber according to the opinion of Rabbi Shimon, who holds that the owner despairs of recovering his property, it is due to that reason that a thief therefore acquires the stolen items. But if you say that the halakha that applies to a thief is like the halakha that applies to a robber according to the opinion of the Rabbis, in accordance with whose opinion is this baraita written?

[15] Допустим, если ты говоришь, что Рабби Йеуда а-Наси говорил, что Галаха, применимая к вору, — как Галаха, применимая к грабителю, согласно мнению Рабби Шимона, который считает, что владелец отчаивается вернуть своё имущество, — именно по этой причине вор поэтому приобретает украденные вещи. Но если ты говоришь, что Галаха, применимая к вору, — как Галаха, применимая к грабителю, согласно мнению Раббанан, — то согласно чьему мнению написана эта Барайта?

בְּלִסְטִים מְזוּיָּין, וְרַבִּי שִׁמְעוֹן הִיא. אִי הָכִי, הַיְינוּ גַּזְלָן! תְּרֵי גַּוְונֵי גַּזְלָן.

The Gemara responds: When the baraita refers to a thief, it is actually referring to an armed bandit, who is legally considered a robber, and it is in accordance with the opinion of Rabbi Shimon, who holds that victims of a robber despair of recovering their property. The Gemara asks: If so, this is identical to the case of a robber that is mentioned in the baraita. The Gemara answers: The baraita wishes to teach the halakha with regard to two different types of robbers.

Гмара отвечает: Когда Барайта говорит о воре, она на самом деле говорит о вооружённом бандите, который по закону считается Газланом, и это соответствует мнению Рабби Шимона, который считает, что пострадавшие от Газлана отчаиваются вернуть своё имущество. Гмара спрашивает: Если так, то это тождественно случаю Газлана, который упомянут в Барайта. Гмара отвечает: Барайта хочет научить Галаха относительно двух различных видов Газланов.

אֲמַר לֵיהּ רַב אָשֵׁי לְרַבָּה: תָּא שְׁמַע, דְּמַתְנֵי רַבִּי לְרַבִּי שִׁמְעוֹן בְּרֵיהּ: לֹא דָּבָר שֶׁיֵּשׁ בּוֹ אַחְרָיוּת מַמָּשׁ; אֶלָּא אֲפִילּוּ פָּרָה וְחוֹרֵשׁ בָּהּ, חֲמוֹר וּמְחַמֵּר אַחֲרָיו – חַיָּיבִין לְהַחְזִיר, מִפְּנֵי כְּבוֹד אֲבִיהֶן.

Rav Ashi said to Rabba: Come and hear a proof from Rabbi Yehuda HaNasi’s own interpretation of the mishna (111b) that states that children who inherit an item that was stolen by their father are obligated to return it to the owner if it is something that serves as a legal guarantee of a loan, e.g., land. Rabbi Yehuda HaNasi would teach Rabbi Shimon, his son, that the mishna is not referring only to something that may actually serve as a legal guarantee, i.e., land. Rather, it is referring even to a cow that he plows with, or a donkey that he drives by directing it from behind, which the heirs are obligated to return because of the honor of their father.

Рав Аши сказал Рабба: Приди и услышь доказательство из собственного толкования Мишны Рабби Йехуды а-Наси (111b), где сказано, что дети, унаследовавшие предмет, украденный их отцом, обязаны вернуть его владельцу, если это нечто, что служит юридической гарантией займа, например земля. Рабби Йехуда а-Наси учил Рабби Шимона, своего сына, что Мишна говорит не только о том, что действительно может служить юридической гарантией, то есть о земле. Скорее, она говорит даже о корове, на которой он пашет, или об осле, которого он ведёт, направляя его сзади, — и это наследники обязаны вернуть из-за чести их отца.

טַעְמָא מִפְּנֵי כְּבוֹד אֲבִיהֶן, הָא לָאו כְּבוֹד אֲבִיהֶן – לָא; שְׁמַע מִינַּהּ: רַבִּי – גַּזְלָן דְּרַבִּי שִׁמְעוֹן קָאָמַר! שְׁמַע מִינַּהּ.

The Gemara infers: The reason that the heirs must return the stolen item is due to the honor of their father. But if it were not for the honor of their father, they would not be required to return it. Conclude from it that Rabbi Yehuda HaNasi was saying that the halakha that applies to a thief is like the halakha that applies to a robber according to the opinion of Rabbi Shimon. The Gemara affirms: Conclude from it that this is so.

Гмара выводит: Причина, по которой наследники должны вернуть украденное, — из-за чести их отца. Но если бы не честь их отца, они не были бы обязаны вернуть это. Сделай вывод из этого, что Рабби Йехуда а-Наси говорил: Галаха, применимая к вору, подобна Галаха, применимой к Газлану, согласно мнению Рабби Шимона. Гмара подтверждает: Сделай вывод из этого, что так и есть.

וְכֵן נְחִיל שֶׁל דְּבוֹרִים. מַאי ״וְכֵן״?

§ The mishna teaches: And so too, with regard to a swarm of bees, if the owners despaired of retrieving the bees, they belong to the one who found them. The Gemara inquires: What is the reason that the mishna includes the case of the bees, which begins with the term: And so too?

§ Мишна учит: И так же, относительно роя пчёл: если владельцы отчаялись вернуть пчёл, они принадлежат тому, кто их нашёл. Гмара спрашивает: По какой причине Мишна включает случай пчёл, который начинается выражением: «И так же»?

הָכִי קָאָמַר: אֲפִילּוּ נְחִיל שֶׁל דְּבוֹרִים, דְּקִנְיָן דְּרַבָּנַן הוּא. סָלְקָא דַּעְתָּךְ אָמֵינָא: הַאי, כֵּיוָן דְּרַבָּנַן בְּעָלְמָא הוּא דְּקָנֵי לֵיהּ – אֲפִילּוּ סְתָמָא נָמֵי מִיָּיאַשׁ; קָא מַשְׁמַע לַן: אִם נִתְיָיאֲשׁוּ הַבְּעָלִים – אֵין, אִי לָא – לָא.

The Gemara explains: This is what it is saying: The halakha stated by the mishna applies even to a swarm of bees, which is the property of the owners via a rabbinic form of acquisition due to the fact that one cannot effect a legal acquisition of bees by Torah law. It might enter your mind to say that in this case, since one acquires the swarm of bees only by rabbinic law, even where the owners’ response is unspecified it can be assumed that they despair of recovering the bees, and the finder may keep them. To counter this, the mishna teaches us that if it is known that the owners of the bees despaired of recovering them, yes, the finder may keep the bees; if they did not despair, no, he may not keep them.

Гмара объясняет: Вот что она говорит: Галаха, изложенная в Мишне, применяется даже к рою пчёл, который является собственностью владельцев посредством раббанитской формы приобретения, поскольку по закону Торы невозможно осуществить юридическое приобретение пчёл. Ты мог бы подумать, что в таком случае, раз приобретают рой пчёл лишь по раббанитскому закону, то даже когда реакция владельцев не определена, можно предположить, что они отчаялись вернуть пчёл, и нашедший может их оставить. Чтобы опровергнуть это, Мишна учит нас: если известно, что владельцы пчёл отчаялись вернуть их — да, нашедший может оставить пчёл; если они не отчаялись — нет, он не может их оставить.

אָמַר רַבִּי יוֹחָנָן בֶּן בְּרוֹקָה: נֶאֱמֶנֶת אִשָּׁה וְקָטָן כּוּ׳.

§ The mishna teaches that Rabbi Yoḥanan ben Beroka said: A woman or a minor is deemed credible to say: It was from here that this swarm emerged, and it therefore belongs to a certain individual.

§ Мишна учит, что Рабби Йоханан бен Берока сказал: Женщина или несовершеннолетний считаются заслуживающими доверия, чтобы сказать: Отсюда вышел этот рой, и потому он принадлежит определённому человеку.

אִשָּׁה וְקָטָן בְּנֵי עֵדוּת נִינְהוּ? אָמַר רַב יְהוּדָה אָמַר שְׁמוּאֵל: הָכָא בְּמַאי עָסְקִינַן – כְּגוֹן שֶׁהָיוּ בְּעָלִים מְרַדְּפִין אַחֲרֵיהֶם, וְאִשָּׁה וְקָטָן מַסִּיחִין לְפִי תּוּמָּם, וְאוֹמֵר: מִכָּאן יָצָא נְחִיל זֶה.

The Gemara asks: Are a woman and a minor eligible for testimony? The halakha is that women and minors cannot present testimony in court, so how can Rabbi Yoḥanan ben Beroka rule that they are deemed credible? The Gemara explains that Rav Yehuda said that Shmuel said: Here, we are dealing with a case where the owners were pursuing the bees, and the woman and the minor were speaking offhandedly and saying: It was from here that this swarm emerged. In this context, it can be assumed that the individual identified as the owner is the real owner of the bees, even in the absence of formal testimony in court.

Гмара спрашивает: Разве женщина и несовершеннолетний пригодны для свидетельства? Галаха такова, что женщины и несовершеннолетние не могут давать свидетельство в суде, так как же Рабби Йоханан бен Берока постановляет, что им доверяют? Гмара объясняет, что Рав Йехуда сказал, что Шмуэль сказал: Здесь мы имеем дело со случаем, когда владельцы преследовали пчёл, а женщина и несовершеннолетний говорили между делом и говорили: Отсюда вышел этот рой. В таком контексте можно предположить, что человек, названный владельцем, и есть настоящий владелец пчёл, даже при отсутствии формального свидетельства в суде.

אָמַר רַב אָשֵׁי: אֵין מֵסִיחַ לְפִי תּוּמּוֹ כָּשֵׁר – אֶלָּא לְעֵדוּת אִשָּׁה בִּלְבָד.

Having mentioned a case of offhand remarks, the Gemara states that Rav Ashi says: Information gleaned from one who speaks offhandedly is valid only with regard to testimony enabling a woman to remarry, as the Sages were lenient and decreed that the incidental remarks of certain individuals who are not eligible to serve as witnesses may be relied upon in such a case.

Упомянув случай слов, сказанных между делом, Гмара говорит, что Рав Аши говорит: Сведения, полученные от того, кто говорит между делом, действительны только относительно свидетельства, позволяющего женщине снова выйти замуж, поскольку Мудрецы были снисходительны и постановили, что в таком случае можно полагаться на случайные слова некоторых людей, непригодных быть свидетелями.

אֲמַר לֵיהּ רָבִינָא לְרַב אָשֵׁי: וְלָא? וַהֲרֵי נְחִיל שֶׁל דְּבוֹרִים – מֵסִיחַ לְפִי תּוּמּוֹ הוּא! שָׁאנֵי נְחִיל שֶׁל דְּבוֹרִים, דְּקִנְיַן דְּרַבָּנַן הוּא.

Ravina said to Rav Ashi: And is it so that one does not rely upon offhand remarks in other situations? But the case in the mishna of a swarm of bees is a case of one who speaks offhandedly, and the halakha is that he is deemed credible. Rav Ashi answered: A swarm of bees is different, as it is the property of its owners via a rabbinic form of acquisition. Consequently, the Sages relied on offhand remarks.

Равина сказал Раву Аши: И разве так, что не полагаются на слова, сказанные между делом, в других ситуациях? Ведь случай в Мишне о рое пчёл — это случай того, кто говорит между делом, и Галаха такова, что ему доверяют. Рав Аши ответил: Рой пчёл отличается, поскольку он является собственностью владельцев посредством раббанитской формы приобретения. Следовательно, Мудрецы полагались на слова, сказанные между делом.

וּדְאוֹרָיְיתָא לָא? וְהָאָמַר רַב יְהוּדָה אָמַר שְׁמוּאֵל: מַעֲשֶׂה בְּאָדָם אֶחָד שֶׁהָיָה מֵסִיחַ לְפִי תּוּמּוֹ, וְאוֹמֵר: ״זְכוּרַנִי כְּשֶׁאֲנִי תִּינוֹק, וּמוּרְכָּבַנִי עַל כְּתֵיפוֹ שֶׁל אַבָּא, וְהוֹצִיאוּנִי מִבֵּית הַסֵּפֶר, וְהִפְשִׁיטוּנִי אֶת כֻּתׇּנְתִּי, וְהִטְבִּילוּנִי לֶאֱכוֹל בִּתְרוּמָה לָעֶרֶב״.

The Gemara asks: And is there no case where offhand remarks expressed by those who are ineligible to testify in court would be accepted by Torah law? But doesn’t Rav Yehuda say that Shmuel says: There was an incident involving a certain person who was speaking offhandedly and saying: I remember when I was a child and I would still ride on father’s shoulder. And they took me from school, and removed my tunic, and immersed me in a ritual bath so that I would be able to partake of teruma that evening.

Гмара спрашивает: И разве нет случая, когда слова, сказанные между делом, теми, кто непригоден для свидетельства в суде, были бы приняты по закону Торы? Но разве Рав Йехуда не говорит, что Шмуэль говорит: Был случай с одним человеком, который говорил между делом и говорил: Я помню, как был ребёнком и ещё ездил на плече отца. И меня забрали из школы, и сняли с меня тунику, и погрузили меня в ритуальную баню, чтобы я мог есть труму тем вечером.

וְרַבִּי חֲנִינָא מְסַיֵּים בַּהּ הָכִי: ״וַחֲבֵירַי בְּדֵילִין מִמֶּנִּי, וְהָיוּ קוֹרִין אוֹתִי: יוֹחָנָן אוֹכֵל חַלּוֹת״. וְהֶעֱלָהוּ רַבִּי לַכְּהוּנָּה עַל פִּיו!

And Rabbi Ḥanina would conclude his retelling of the incident as follows: That individual then went on to say: And my friends would separate themselves from me, and they would call me: Yoḥanan, eater of ḥallot, a reference to the portion of dough given to the priests, which has the same status as teruma. And after hearing this anecdote, Rabbi Yehuda HaNasi elevated him to the priesthood and granted him the right to partake of teruma based on his statement. Since it is prohibited for non-priests to consume teruma by Torah law, it is apparent that offhand remarks may be relied upon even with regard to Torah law, even in cases unrelated to enabling a woman to remarry.

И Рабби Ханина завершал свой пересказ случая так: Тот человек затем продолжал и говорил: А мои друзья отделялись от меня и называли меня: Йоханан, едок халлот, — намёк на часть теста, отдаваемую Коэнам, которая имеет тот же статус, что и трума. И, услышав этот рассказ, Рабби Йехуда а-Наси возвысил его до священства и предоставил ему право есть труму на основании его слов. Поскольку не-Коэнам запрещено есть труму по закону Торы, очевидно, что на слова, сказанные между делом, можно полагаться даже в отношении закона Торы, даже в случаях, не связанных с разрешением женщине снова выйти замуж.

בִּתְרוּמָה דְּרַבָּנַן.

Rav Ashi answers: Rabbi Yehuda HaNasi granted him the right to partake of produce that is teruma only by rabbinic law, as he holds that the requirement to separate teruma after the destruction of the Temple is by rabbinic law. One can still posit that offhand remarks made by individuals who are ineligible to testify in court are not deemed credible with regard to Torah law.

Рав Аши отвечает: Рабби Йехуда а-Наси предоставил ему право есть плоды, являющиеся трумой, лишь по раббанитскому закону, поскольку он считает, что обязанность отделять труму после разрушения Храма — по раббанитскому закону. Всё ещё можно утверждать, что слова, сказанные между делом, людьми, непригодными для свидетельства в суде, не считаются заслуживающими доверия в отношении закона Торы.

וְאַכַּתִּי, דְּאוֹרָיְיתָא לָא? וְהָא כִּי אֲתָא רַב דִּימִי אָמַר רַב חָנָא קַרְטִיגָנָא, וְאָמְרִי לַהּ רַב אַחָא קַרְטִיגָנָא מִשְׁתַּעֵי: מַעֲשֶׂה בָּא לִפְנֵי רַבִּי יְהוֹשֻׁעַ בֶּן לֵוִי, וְאָמְרִי לַהּ מַעֲשֶׂה בָּא לִפְנֵי רַבִּי, בְּתִינוֹק אֶחָד שֶׁהָיָה מֵסִיחַ לְפִי תּוּמּוֹ, וְאָמַר: ״אֲנִי וְאִמִּי נִשְׁבִּינוּ לְבֵין הַגּוֹיִם, יָצָאתִי לִשְׁאוֹב מַיִם – דַּעְתִּי עַל אִמִּי, לִלְקוֹט עֵצִים – דַּעְתִּי עַל אִמִּי״.

The Gemara asks: And still, is there no other case where offhand remarks made by those who are ineligible to testify in court would be accepted by Torah law? But when Rav Dimi came from Eretz Yisrael, didn’t he say that Rav Ḥana of Carthage [Kartigna], and some say that it was Rav Aḥa of Carthage, related: An incident came before Rabbi Yehoshua ben Levi, and some say that this incident came before Rabbi Yehuda HaNasi, with regard to a certain child who was speaking offhandedly and said: My mother and I were captured and held among the gentiles. When I would go out to draw water, my mind was on my mother, and when I would go out to gather wood, my mind was on my mother. Since the child was always conscious of his mother, he was aware that she was not violated by her captors.

Гмара спрашивает: И всё же, разве нет другого случая, когда слова, сказанные между делом, теми, кто непригоден для свидетельства в суде, были бы приняты по закону Торы? Но когда Рав Дими пришёл из Эрец Исраэль, разве он не сказал, что Рав Хана из Картагины [Картиньа], а некоторые говорят, что это был Рав Аха из Картагины, рассказал: Случай пришёл перед Рабби Йехошуа бен Леви, а некоторые говорят, что этот случай пришёл перед Рабби Йехуду а-Наси, относительно одного ребёнка, который говорил между делом и сказал: Моя мать и я были захвачены и удерживались среди язычников. Когда я выходил черпать воду, мои мысли были о моей матери, и когда я выходил собирать дрова, мои мысли были о моей матери. Поскольку ребёнок всегда был сосредоточен на матери, он знал, что она не была осквернена своими захватчиками.

וְהִשִּׂיאָהּ רַבִּי עַל פִּיו לַכְּהוּנָּה!

The Gemara concludes the statement of Rav Dimi and explains the challenge: And Rabbi Yehuda HaNasi married her to a priest based on his statement. Since it is prohibited by Torah law for a priest to marry a woman who has engaged in sexual intercourse with a man forbidden to her by Torah law and with whom she cannot establish a marital bond, e.g., a gentile, it is clear that Rabbi Yehuda HaNasi relied on an offhand remark even with regard to a prohibition by Torah law.

Гмара завершает сообщение Рава Дими и объясняет затруднение: И Рабби Йехуда а-Наси выдал её замуж за Коэна на основании его слов. Поскольку Коэну запрещено по закону Торы жениться на женщине, которая имела половую связь с мужчиной, запрещённым ей по закону Торы, и с которым она не может установить брачную связь, например с язычником, ясно, что Рабби Йехуда а-Наси полагался на слова, сказанные между делом, даже в отношении запрета по закону Торы.

בִּשְׁבוּיָה הֵקֵילּוּ.

The Gemara answers: The Sages were lenient with regard to a captured woman. By Torah law, a woman taken captive may be presumed to remain permitted to a priest, and it is the Sages who decreed that she is forbidden due to the concern that she was raped. It is this rabbinic decree that may be disregarded on the basis of offhand remarks.

Гмара отвечает: Мудрецы были снисходительны относительно пленённой женщины. По закону Торы женщину, взятую в плен, можно предполагать остающейся разрешённой Коэну, и именно Мудрецы постановили, что она запрещена из опасения, что её изнасиловали. Именно это раббанитское постановление может быть отменено на основании слов, сказанных между делом.

אֲבָל לֹא יָקוֹץ אֶת סוֹכוֹ [וְכוּ׳]. תַּנְיָא, רַבִּי יִשְׁמָעֵאל בְּנוֹ שֶׁל רַבִּי יוֹחָנָן בֶּן בְּרוֹקָה אוֹמֵר: תְּנַאי בֵּית דִּין הוּא, שֶׁיְּהֵא יוֹרֵד לְתוֹךְ שָׂדֶה שֶׁל חֲבֵירוֹ וְקוֹצֵץ סוֹכוֹ שֶׁל חֲבֵירוֹ, לְהַצִּיל אֶת נְחִילוֹ. וְנוֹטֵל דְּמֵי סוֹכוֹ מִתּוֹךְ נְחִילוֹ שֶׁל חֲבֵירוֹ.

§ The mishna teaches: But if the bees settled on a branch of a tree, he may not cut off the other’s branch in order to take the bees, even on the condition that he will later give him the money for it. It is taught in a baraita that Rabbi Yishmael, son of Rabbi Yoḥanan ben Beroka, says: It is a stipulation of the court, which takes effect even without being confirmed by individuals, that one will be permitted to enter another’s field and cut off another’s branch in order to salvage his own swarm of bees. And the owner of the field then collects the value of his branch from his fellow’s swarm.

§ Мишна учит: Но если пчёлы устроились на ветви дерева, он не может срубить ветвь другого, чтобы забрать пчёл, даже при условии, что затем даст ему за это деньги. В Барайта учат, что Рабби Йишмаэль, сын Рабби Йоḥанана бен Берока, говорит: Это — постановление Бейт Дин, которое действует даже без подтверждения отдельными людьми: разрешено войти на поле другого и срубить ветвь другого, чтобы спасти свой собственный рой пчёл. И владелец поля затем взыскивает стоимость своей ветви из роя пчёл своего ближнего.

וּתְנַאי בֵּית דִּין הוּא, שֶׁיְּהֵא שׁוֹפֵךְ יֵינוֹ וּמַצִּיל אֶת דּוּבְשָׁנוֹ שֶׁל חֲבֵירוֹ, וְנוֹטֵל דְּמֵי יֵינוֹ מִתּוֹךְ דּוּבְשָׁנוֹ שֶׁל חֲבֵירוֹ. וּתְנַאי בֵּית דִּין הוּא, שֶׁיְּהֵא מְפָרֵק אֶת עֵצָיו וְטוֹעֵן פִּשְׁתָּנוֹ שֶׁל חֲבֵירוֹ, וְנוֹטֵל דְּמֵי עֵצָיו מִתּוֹךְ פִּשְׁתָּנוֹ שֶׁל חֲבֵירוֹ. שֶׁעַל מְנָת כֵּן הִנְחִיל יְהוֹשֻׁעַ לְיִשְׂרָאֵל אֶת הָאָרֶץ.

And it is also a stipulation of the court that one who sees another’s honey barrel break should pour out his own wine and then use the empty wine barrel to salvage the other’s honey, which is more expensive than wine. And the owner of the wine then collects the value of his wine from the other’s honey. And it is also a stipulation of the court that one who sees that another’s donkey has fallen should unload his own wood from his own donkey and load the other’s flax, which is more expensive than wood, in its place. And the owner of the wood then collects the value of his wood from the other’s flax. These stipulations take effect as it was on this condition that Joshua apportioned Eretz Yisrael to the Jewish people.

И также это — постановление Бейт Дин: тот, кто видит, что бочка мёда другого разбилась, должен вылить своё вино и затем использовать пустую винную бочку, чтобы спасти мёд другого, который дороже вина. И владелец вина затем взыскивает стоимость своего вина из мёда другого. И также это — постановление Бейт Дин: тот, кто видит, что осёл другого упал, должен разгрузить свои дрова со своего осла и вместо них погрузить лён другого, который дороже дров. И владелец дров затем взыскивает стоимость своих дров из льна другого. Эти постановления действуют, поскольку именно на этом условии Йеһошуа разделил Эрец Йисраэль между еврейским народом.

מַתְנִי׳ הַמַּכִּיר כֵּלָיו וּסְפָרָיו בְּיַד אַחֵר, וְיָצָא לוֹ שֵׁם גְּנֵיבָה בָּעִיר – יִשָּׁבַע לוֹ לוֹקֵחַ כַּמָּה נָתַן, וְיִטּוֹל. וְאִם לָאו – לָאו כֹּל הֵימֶנּוּ, שֶׁאֲנִי אוֹמֵר: מְכָרָן לְאַחֵר, וּלְקָחָן זֶה הֵימֶנּוּ.

MISHNA: In a case of one who recognizes his stolen vessels and scrolls in another’s possession, and a rumor had spread in the city that the former had been the victim of theft, the purchaser, i.e., the one in possession of these items, must take an oath to the victim as to how much money he spent on the purchase, and he then takes that sum of money in exchange for returning the items. And if no such rumor had spread, it is not in the purported victim’s power to assert that the items were stolen, and he is not entitled to demand their return, as I could say: The items were never stolen; rather, the purported victim sold them to another, and this individual who currently possesses the item purchased them from that other person.

МИШНА: В случае, когда человек узнаёт свои украденные сосуды и свитки у другого во владении, и в городе распространился слух, что первый стал жертвой кражи, покупатель, то есть тот, у кого находятся эти предметы, должен принести клятву пострадавшему, сколько денег он потратил на покупку, и затем получает эту сумму денег в обмен на возвращение предметов. А если такого слуха не распространилось, не в силах предполагаемого пострадавшего утверждать, что предметы были украдены, и он не вправе требовать их возврата, ибо я мог бы сказать: предметы никогда не были украдены; напротив, предполагаемый пострадавший продал их другому, а этот человек, который сейчас владеет предметом, купил их у того другого человека.

גְּמָ׳ וְכִי יָצָא לוֹ שֵׁם גְּנֵיבָה בָּעִיר – מַאי הָוֵי? לֵיחוּשׁ דִּילְמָא זַבְּנִינְהוּ, וְהוּא נִיהוּ קָא מַפֵּיק שְׁמָא!

GEMARA: The Gemara asks: And if a rumor spread in the city that he had been the victim of theft, what of it? Let us suspect that perhaps he sold the items and he himself is spreading the rumor that they were stolen so that he will be able to buy them back.

ГМАРА: Гмара спрашивает: А если в городе распространился слух, что он стал жертвой кражи — что из того? Давайте заподозрим, что, возможно, он продал предметы, а сам распространяет слух, что их украли, чтобы иметь возможность выкупить их обратно.

אָמַר רַב יְהוּדָה אָמַר רַב: כְּגוֹן שֶׁבָּאוּ בְּנֵי אָדָם בְּתוֹךְ בֵּיתוֹ, וְעָמַד וְהִפְגִּין בַּלַּיְלָה, וְאָמַר: נִגְנְבוּ כֵלַיִי. כׇּל שֶׁכֵּן עִילָּא מָצָא!

The Gemara answers that Rav Yehuda said that Rav said: The mishna is discussing a case where people, i.e., guests, came into his house, and he arose at night and shouted [vehifgin], and said: My vessels have been stolen, in which case it seems clear that he was the victim of theft. The Gemara rejects this rationale: On the contrary, the suspicion that he is lying should apply all the more so, as he has found a pretext for claiming that his property was stolen, and it should be suspected that he is taking advantage of the situation dishonestly.

Гмара отвечает, что Рав Йеһуда сказал, что Рав сказал: Мишна говорит о случае, когда люди, то есть гости, вошли в его дом, и он встал ночью и закричал [vehifgin], и сказал: Мои сосуды украдены, — и в таком случае представляется очевидным, что он стал жертвой кражи. Гмара отвергает это обоснование: Напротив, подозрение, что он лжёт, должно относиться тем более, поскольку он нашёл предлог утверждать, что его имущество украли, и следует подозревать, что он нечестно пользуется ситуацией.

רַב כָּהֲנָא מְסַיֵּים בַּהּ מִשְּׁמֵיהּ דְּרַב: כְּגוֹן שֶׁהָיְתָה מַחְתֶּרֶת חֲתוּרָה בְּתוֹךְ בֵּיתוֹ, וּבְנֵי אָדָם שֶׁלָּנוּ בְּתוֹךְ בֵּיתוֹ – יָצְאוּ, וְאַנְבּוּרְקְרָאוֹת שֶׁל כֵּלִים עַל כִּתְפֵיהֶם, וְהַכֹּל אוֹמְרִים: ״נִגְנְבוּ כֵּלָיו שֶׁל פְּלוֹנִי״.

Rav Kahana would conclude this halakha by stating in the name of Rav: The mishna is discussing a case where a group of people spent the night in his house. And there was a tunnel that had been burrowed into his house, and the people that stayed overnight as guests in his house left with bundles of vessels on their shoulders, and everyone says: So-and-so’s vessels were stolen. In such a case, there is clear evidence that the homeowner was the victim of theft.

Рав Каһана завершал эту Галаха, излагая от имени Рава: Мишна говорит о случае, когда группа людей провела ночь в его доме. И был подкоп, прорытый в его дом, и люди, которые переночевали у него как гости, вышли с тюками сосудов на плечах, и все говорят: Сосуды такого-то украдены. В таком случае есть явное доказательство, что хозяин дома стал жертвой кражи.

וְדִלְמָא כֵּלִים הֲווֹ, סְפָרִים לָא הֲווֹ! אָמַר רַבִּי חִיָּיא בַּר אַבָּא אָמַר רַבִּי יוֹחָנָן: כְּגוֹן דְּקָאָמְרִי נָמֵי סְפָרִים.

The Gemara questions this explanation: But perhaps only vessels were stolen but scrolls were not. Why must the purchaser return the scrolls as well as the vessels? The Gemara answers that Rabbi Ḥiyya bar Abba said that Rabbi Yoḥanan said: The mishna is discussing a case where everyone is saying that scrolls were also stolen.

Гмара задаёт вопрос к этому объяснению: Но, возможно, были украдены только сосуды, а свитки — нет. Почему покупатель обязан вернуть также свитки, наряду с сосудами? Гмара отвечает, что Рабби Ḥийя бар Абба сказал, что Рабби Йоḥанан сказал: Мишна говорит о случае, когда все говорят, что свитки тоже были украдены.

וְלֵיחוּשׁ דִּלְמָא זוּטְרֵי, וְקָא טָעֵין רַבְרְבֵי! אָמַר רַבִּי יוֹסֵי בַּר חֲנִינָא, דְּקָאָמְרִי: סֵפֶר פְּלוֹנִי וּפְלוֹנִי.

The Gemara asks: But let us suspect that perhaps only small scrolls were taken, while he is claiming that large scrolls were stolen. If this is the case, he is claiming scrolls that do not belong to him. The Gemara answers that Rabbi Yosei bar Ḥanina said: The mishna is discussing a case where people are saying: Such and such a scroll and such and such a scroll were stolen, i.e., it is known which scrolls were taken from the homeowner.

Гмара спрашивает: Но давайте заподозрим, что, возможно, были взяты лишь малые свитки, а он утверждает, что украли большие свитки. Если так, он заявляет свитки, которые ему не принадлежат. Гмара отвечает, что Рабби Йосей бар Ḥанина сказал: Мишна говорит о случае, когда люди говорят: такой-то свиток и такой-то свиток были украдены, то есть известно, какие именно свитки были взяты у хозяина дома.

וְדִלְמָא הֲווֹ עַתִּיקֵי, וְקָא טָעֵין חַדְתֵי! אָמַר רַב, כְּגוֹן דְּאָמְרִי: ״הַלָּלוּ כֵּלָיו שֶׁל פְּלוֹנִי, הַלָּלוּ סְפָרָיו שֶׁל פְּלוֹנִי״.

The Gemara questions this as well: But perhaps the scrolls that were stolen were old and had therefore depreciated in value, while he is claiming that new scrolls were taken. If so, he is claiming scrolls that do not belong to him. Rav said: The mishna is discussing a case where people say explicitly: These are so-and-so’s vessels and these are so-and-so’s scrolls. In this case it is known exactly which items were stolen.

Гмара задаёт вопрос и к этому: Но, возможно, украденные свитки были старыми и потому обесценились, а он утверждает, что были взяты новые свитки. Если так, он заявляет свитки, которые ему не принадлежат. Рав сказал: Мишна говорит о случае, когда люди прямо говорят: это — сосуды такого-то, и это — свитки такого-то. В этом случае точно известно, какие предметы были украдены.

וּמִי אָמַר רַב הָכִי? וְהָאָמַר רַב: בָּא בַּמַּחְתֶּרֶת, וְנָטַל כֵּלִים וְיָצָא – פָּטוּר. מַאי טַעְמָא? בִּדְמֵי קְנָנְהוּ!

The Gemara asks: And did Rav actually say this? But doesn’t Rav himself say that a burglar who came in and took vessels and left is exempt from paying for those items? What is the reason for this exemption? It is because he purchases them with his blood. Since a homeowner is allowed to kill a burglar, a burglar is exempt from returning the stolen items, based on the principle: One receives the greater punishment. Consequently, if the burglar himself is exempt, how can one who purchases an item from the burglar be required to return it?

Гмара спрашивает: А сказал ли Рав это на самом деле? Но разве сам Рав не говорит, что взломщик, который вошёл и взял сосуды и вышел, освобождён от уплаты за эти предметы? Какова причина этого освобождения? Потому что он приобретает их своей кровью. Поскольку хозяину дома дозволено убить взломщика, взломщик освобождён от возвращения украденных предметов на основании принципа: «получает более строгое наказание». Следовательно, если сам взломщик освобождён, как может тот, кто купил предмет у взломщика, быть обязанным вернуть его?

הָנֵי מִילֵּי דִּקְנָנְהוּ – בְּבָא בַּמַּחְתֶּרֶת, דְּמֵעִיקָּרָא מְסַר נַפְשֵׁיהּ לִקְטָלָא; אֲבָל הָנֵי, כֵּיוָן דְּלָא מְסַרוּ נַפְשַׁיְיהוּ לִקְטָלָא – לָא.

The Gemara explains: This matter, that one who steals acquires what he stole, applies only to a burglar, as he initially subjected himself to be killed when he broke into the house. But concerning these thieves, who stayed overnight as guests of the homeowner, since they did not break into the house and thereby subject themselves to being killed, they are not exempt from returning the stolen item.

Гмара объясняет: Это положение, что вор приобретает то, что украл, относится только к взломщику, поскольку он изначально подверг себя тому, чтобы быть убитым, когда вломился в дом. Но относительно этих воров, которые переночевали как гости у хозяина дома: поскольку они не вломились в дом и тем самым не подвергли себя тому, чтобы быть убитыми, они не освобождены от возвращения украденного предмета.

אָמַר רָבָא: לֹא שָׁנוּ אֶלָּא בַּעַל הַבַּיִת הֶעָשׂוּי לִמְכּוֹר כֵּלָיו, אֲבָל בַּעַל הַבַּיִת שֶׁאֵינוֹ עָשׂוּי לִמְכּוֹר כֵּלָיו –

The Gemara notes that Rava says: We taught that all of these conditions must be met before the purchaser can be forced to return the item only with regard to a homeowner who is wont to sell his vessels, but with regard to a homeowner who is not wont to sell his vessels,

Гмара отмечает, что Рава говорит: Мы учили, что все эти условия должны быть выполнены прежде, чем можно принудить покупателя вернуть предмет, — только в отношении хозяина дома, который имеет обыкновение продавать свои сосуды; но в отношении хозяина дома, который не имеет обыкновения продавать свои сосуды,

דף 114

Display Settings

Bookmarks