Bava Kamma 13a — Talmud Bavli — Tractate Bava Kamma

לִישַׁנֵּי: הָא רַבִּי יוֹסֵי הַגְּלִילִי, הָא רַבָּנַן!

let Ravina answer Rava’s objection by saying: This baraita, which states that an offering of lesser sanctity is the property of its owner and may be sold even when the Temple stands, is in accordance with the opinion of Rabbi Yosei HaGelili, and it is referring to a case where the animal is still alive. And that qualification of the mishna by Rav Naḥman, that the sale of an unblemished firstborn animal when the Temple is standing is invalid, is in accordance with the opinion of the Rabbis, who dispute Rabbi Yosei HaGelili’s opinion.

пусть Равина ответит на возражение Равы, сказав: эта Барайта, которая утверждает, что жертва меньшей святости — имущество её владельца и может быть продана даже когда Храм стоит, соответствует мнению Рабби Йосеи а-Гелили и говорит о случае, когда животное ещё живо. А та оговорка Мишны у Рав Нахмана — что продажа первенца без порока, когда Храм стоит, недействительна, — соответствует мнению Хахамим, которые спорят с мнением Рабби Йосеи а-Гелили.

(אֲמַר לֵיהּ), מַתְּנוֹת כְּהוּנָּה קָאָמְרַתְּ? שָׁאנֵי מַתְּנוֹת כְּהוּנָּה, דְּכִי קָא זָכוּ – מִשֻּׁלְחַן גָּבוֹהַּ קָא זָכוּ.

The Gemara answers: He said to him that this is not difficult: Do you speak of gifts to which members of the priesthood are entitled, of which a firstborn animal is an example? Gifts of the priesthood are different from other offerings of lesser sanctity, as when the priests receive their portions, they receive them from the table of the Most High. Rabbi Yosei HaGelili claims that the act of consecration of an animal as an offering of lesser sanctity does not nullify one’s ownership of the animal. The sanctity of a firstborn offering takes effect with its birth, so it may be that it was never owned; rather, it is reasonable that the Torah provided the priest only with the right and the obligation to partake of it after it is sacrificed.

Гмара отвечает: он сказал ему, что это не трудно: разве ты говоришь о дарах, которые причитаются священнослужителям, примером которых является первенец? Дары священнослужителей отличаются от прочих жертв меньшей святости, поскольку когда коэны получают свои доли, они получают их «со стола Всевышнего». Рабби Йосеи а-Гелили утверждает, что акт посвящения животного как жертвы меньшей святости не аннулирует право собственности человека на животное. Святость первенца вступает в силу с его рождения, поэтому возможно, что он никогда и не находился в чьей-либо собственности; скорее, разумно сказать, что Тора дала Коэн лишь право и обязанность вкушать его после принесения в жертву.

גּוּפָא: ״וּמָעֲלָה מַעַל בַּה׳״ – לְרַבּוֹת קֳדָשִׁים קַלִּים שֶׁהֵם מָמוֹנוֹ, דִּבְרֵי רַבִּי יוֹסֵי הַגְּלִילִי. בֶּן עַזַּאי אוֹמֵר: לְרַבּוֹת אֶת הַשְּׁלָמִים. אַבָּא יוֹסֵי בֶּן דּוֹסְתַּאי אוֹמֵר: לֹא אָמַר בֶּן עַזַּאי אֶלָּא בִּבְכוֹר בִּלְבָד.

§ The Gemara considers the matter itself: The baraita teaches: Concerning one who steals another’s property and takes a false oath denying he has done so, incurring the obligation to bring a guilt-offering, the verse states: “And commits a trespass against the Lord, and deals falsely with his neighbor” (Leviticus 5:21). The verse serves to include a case in which one denies having in his possession offerings of lesser sanctity, which are the property of their owners, and are included in the phrase “and deals falsely with his neighbor.” This is the statement of Rabbi Yosei HaGelili. Ben Azzai says: This phrase serves to include peace-offerings. Abba Yosei ben Dostai says: Ben Azzai said this only with regard to a firstborn offering.

§ Гмара рассматривает саму тему: Барайта учит: относительно того, кто украл имущество другого и принёс ложную клятву, отрицая, что сделал это, тем самым навлекая на себя обязанность принести ашам, Писание говорит: «и совершит измену против Господа, и солжёт ближнему своему» (Ваикра 5:21). Этот стих призван включить случай, когда человек отрицает, что у него находятся жертвы меньшей святости, которые являются имуществом их владельцев, и включаются в выражение «и солжёт ближнему своему». Это — высказывание Рабби Йосеи а-Гелили. Бен Аззай говорит: это выражение призвано включить шламим (мирные жертвы). Абба Йосеи бен Достай говорит: Бен Аззай сказал это только относительно жертвы первенца.

אָמַר מָר, בֶּן עַזַּאי אוֹמֵר: לְרַבּוֹת אֶת הַשְּׁלָמִים. לְמַעוֹטֵי מַאי?

The Master said in the baraita: Ben Azzai says: This phrase serves to include peace-offerings. The Gemara asks: Ben Azzai’s interpretation of the phrase, limiting its interpretation to a reference only to peace-offerings, is to exclude what?

Учитель сказал в Барайта: Бен Аззай говорит: это выражение призвано включить шламим. Гмара спрашивает: толкование Бен Аззая этого выражения, ограничивающее его лишь ссылкой на шламим, — чтобы исключить что?

אִילֵּימָא לְמַעוֹטֵי בְּכוֹר, הַשְׁתָּא וּמָה שְׁלָמִים – שֶׁטְּעוּנִים סְמִיכָה וּנְסָכִים וּתְנוּפַת חָזֶה וָשׁוֹק, אָמְרַתְּ מָמוֹן בְּעָלִים הוּא; בְּכוֹר מִבַּעְיָא?

If we say it is to exclude a firstborn offering, because he holds that a firstborn is not the property of the priest, one could reject this, as the sanctity of a firstborn offering is a lesser sanctity than that of a peace-offering, as follows: Now, just as with regard to peace-offerings, which have a higher degree of sanctity such that they require placing hands on the head of the offering and are accompanied by libations and the waving of their breast and the right hind leg by the priest and owner together, you nevertheless say that it is the property of the owners, is it necessary to state that with regard to a firstborn offering, for which these halakhot do not apply, that the priest has ownership of it?

Если скажем, что чтобы исключить жертву первенца, потому что он считает, что первенец не является имуществом Коэн, то это можно отвергнуть, ибо святость жертвы первенца — меньшая святость по сравнению со святостью шламим, следующим образом: ведь теперь, подобно тому как относительно шламим, у которых более высокая степень святости, поскольку они требуют семиха (возложения рук) на голову жертвы и сопровождаются неcахим (возлияниями), а также тнуфа (взмахиванием) грудью и правой задней ногой Коэн и владельцем вместе, ты, тем не менее, говоришь, что это — имущество владельцев; нужно ли говорить, что относительно жертвы первенца, к которой эти галахот не применяются, Коэн имеет право собственности на неё?

אֶלָּא אָמַר רַבִּי יוֹחָנָן: לְמַעוֹטֵי מַעֲשֵׂר –

Rather, Rabbi Yoḥanan said: Ben Azzai mentioned peace-offerings in order to exclude an animal tithe offering, i.e., every tenth animal of one’s flock that is designated as tithe for those ten animals and is sacrificed as an offering of lesser sanctity. Animal tithes are excluded because ben Azzai holds that an animal tithe offering is not the property of the owner of the flock.

[1] Однако Рабби Йоḥанан сказал: Бен Аззай упомянул мирные жертвоприношения, чтобы исключить жертвоприношение десятины скота, то есть каждое десятое животное из стада человека, которое выделяется как десятина из тех десяти животных и приносится как жертва меньшей святости. Десятины скота исключаются, поскольку Бен Аззай считает, что жертвоприношение десятины скота не является собственностью владельца стада.

כִּדְתַנְיָא: בִּבְכוֹר נֶאֱמַר ״לֹא תִפְדֶּה״, וְנִמְכָּר תָּם – חַי, וּבַעַל מוּם – חַי וְשָׁחוּט; בְּמַעֲשֵׂר נֶאֱמַר ״לֹא יִגָּאֵל״, וְאֵינוֹ נִמְכָּר לֹא חַי וְלֹא שָׁחוּט, לֹא תָּם וְלֹא בַּעַל מוּם.

This is as it is taught in a baraita: With regard to a firstborn offering it is stated: “You shall not redeem” (Numbers 18:17), indicating that the owner can never fully redeem the offering, thereby removing its sanctity. And the firstborn offering can be sold when it is unblemished and alive, or when it is blemished and alive, or blemished and slaughtered. With regard to animal tithe offerings, it is stated: “It shall not be redeemed” (Leviticus 27:33), indicating that the one who designated it can never fully redeem an animal tithe offering, thereby removing its sanctity. And the animal tithe offering cannot be sold, not when it is alive and not when it is slaughtered, not when unblemished and not when blemished. The fact that the sale of an animal tithe offering is invalid demonstrates that it is not the property of the one who designated it.

[2] Как это преподаётся в Барайта: относительно первородной жертвы сказано: «Не выкупай» (Числа 18:17), что указывает: владелец никогда не может полностью выкупить жертву, тем самым устранив её святость. И первородную жертву можно продать, когда она без изъяна и жива, или когда она с изъяном и жива, или с изъяном и зарезана. Относительно жертвоприношений десятины скота сказано: «Она не будет выкуплена» (Левит 27:33), что указывает: тот, кто выделил её, никогда не может полностью выкупить жертвоприношение десятины скота, тем самым устранив её святость. И жертвоприношение десятины скота нельзя продать — ни когда оно живо, ни когда оно зарезано; ни когда оно без изъяна, ни когда оно с изъяном. То, что продажа жертвоприношения десятины скота недействительна, показывает, что оно не является собственностью того, кто выделил его.

רָבִינָא מַתְנֵי לַהּ אַסֵּיפָא – אַבָּא יוֹסֵי בֶּן דּוֹסְתַּאי אוֹמֵר: לֹא אָמַר בֶּן עַזַּאי, אֶלָּא בִּבְכוֹר בִּלְבָד. לְמַעוֹטֵי מַאי?

Ravina taught the preceding discussion with regard to the last clause of the baraita: Abba Yosei ben Dostai says that ben Azzai said this only with regard to a firstborn offering. The Gemara asks: Abba Yosei ben Dostai’s interpretation of the phrase, limiting its interpretation to a reference only to a firstborn offering, is to exclude what?

[3] Равина преподавал предшествующее обсуждение относительно последней части Барайта: Абба Йосей бен Достай говорит, что Бен Аззай сказал это только относительно первородной жертвы. Гмара спрашивает: толкование Абба Йосей бен Достай этой фразы, ограничивающее её понимание лишь указанием на первородную жертву, что должно исключить?

אִילֵּימָא לְמַעוֹטֵי שְׁלָמִים, הַשְׁתָּא וּמָה בְּכוֹר – שֶׁקָּדוֹשׁ מֵרֶחֶם, מָמוֹנוֹ הוּא; שְׁלָמִים מִבַּעְיָא?

If we say it is to exclude peace-offerings, because he holds that they are not the property of the one who consecrated them as offerings, one could reject this, as the sanctity of peace-offerings is a lesser sanctity than that of a firstborn offering, as follows: Now, just as with regard to a firstborn offering, which is already sanctified upon its emergence from the womb yet nevertheless is the property of the priest, is it necessary to state that peace-offerings are the property of those who consecrated them, where the animals were already the property of its owner before they were consecrated?

[4] Если мы скажем, что это — исключить мирные жертвоприношения, потому что он считает, что они не являются собственностью того, кто посвятил их как жертвы, это можно отвергнуть, поскольку святость мирных жертвоприношений — меньшая святость, чем святость первородной жертвы, следующим образом: ведь так же, как относительно первородной жертвы, которая уже освящена при своём выходе из утробы и тем не менее является собственностью Коэн, нужно ли говорить, что мирные жертвоприношения являются собственностью тех, кто посвятил их, — где животные уже были собственностью их владельца до того, как были посвящены?

אָמַר רַבִּי יוֹחָנָן: לְמַעוֹטֵי מַעֲשֵׂר.

Rabbi Yoḥanan said: Abba Yosei ben Dostai mentioned peace-offerings in order to exclude an animal tithe offering. Animal tithes are excluded because Abba Yosei ben Dostai holds that an animal tithe offering is not the property of the owner of the flock.

[5] Рабби Йоḥанан сказал: Абба Йосей бен Достай упомянул мирные жертвоприношения, чтобы исключить жертвоприношение десятины скота. Десятины скота исключаются, поскольку Абба Йосей бен Достай считает, что жертвоприношение десятины скота не является собственностью владельца стада.

כִּדְתַנְיָא: בִּבְכוֹר נֶאֱמַר ״לֹא תִפְדֶּה״, וְנִמְכָּר תָּם – חַי, וּבַעַל מוּם – חַי וְשָׁחוּט; בְּמַעֲשֵׂר נֶאֱמַר ״לֹא יִגָּאֵל״, וְאֵינוֹ נִמְכָּר לֹא חַי וְלֹא שָׁחוּט, לֹא תָּם וְלֹא בַּעַל מוּם.

This is as it is taught in a baraita: With regard to a firstborn offering it is stated: “You shall not redeem” (Numbers 18:17), indicating that the owner can never fully redeem the offering, thereby removing its sanctity. And the firstborn offering can be sold when it is unblemished and alive, or when it is blemished and alive, or blemished and slaughtered. With regard to animal tithe offerings, it is stated: “It shall not be redeemed” (Leviticus 27:33), indicating that the one who designated it can never fully redeem an animal tithe offering, thereby removing its sanctity. And the animal tithe offering cannot be sold, not when it is alive and not when it is slaughtered, not when unblemished and not when blemished. The fact that the sale of an animal tithe offering is invalid demonstrates that it is not the property of the one who designated it.

[6] Как это преподаётся в Барайта: относительно первородной жертвы сказано: «Не выкупай» (Числа 18:17), что указывает: владелец никогда не может полностью выкупить жертву, тем самым устранив её святость. И первородную жертву можно продать, когда она без изъяна и жива, или когда она с изъяном и жива, или с изъяном и зарезана. Относительно жертвоприношений десятины скота сказано: «Она не будет выкуплена» (Левит 27:33), что указывает: тот, кто выделил её, никогда не может полностью выкупить жертвоприношение десятины скота, тем самым устранив её святость. И жертвоприношение десятины скота нельзя продать — ни когда оно живо, ни когда оно зарезано; ни когда оно без изъяна, ни когда оно с изъяном. То, что продажа жертвоприношения десятины скота недействительна, показывает, что оно не является собственностью того, кто выделил его.

הָא בִּבְכוֹר בִּלְבַד קָאָמַר! קַשְׁיָא.

The Gemara asks: How can one claim that Abba Yosei ben Dostai holds that peace-offerings are also owned by those who consecrated them? Doesn’t Abba Yosei ben Dostai say: Ben Azzai said this only with regard to a firstborn offering. The Gemara concedes: This is difficult.

[7] Гмара спрашивает: как можно утверждать, что Абба Йосей бен Достай считает, будто мирные жертвоприношения также принадлежат тем, кто посвятил их? Разве Абба Йосей бен Достай не говорит: Бен Аззай сказал это только относительно первородной жертвы? Гмара признаёт: это затруднительно.

רָבָא אָמַר: מַאי ״נְכָסִים שֶׁאֵין בָּהֶן מְעִילָה״ – נְכָסִים שֶׁאֵין בָּהֶן דִּין מְעִילָה. וּמַאי נִינְהוּ – דְּהֶדְיוֹט.

§ The Gemara cites an alternative explanation of the mishna’s statement: Rava said: What does the mishna mean when it says: One is liable only for damage caused to property for which, were one to use it for a mundane purpose, one would not be liable for the misuse of consecrated property? It is referring to property that is not at all subject to the halakhot of misuse of consecrated property, and what is that? It is referring to any property of an ordinary person, which has no sanctity at all.

[8] § Гмара приводит альтернативное объяснение утверждения Мишна: Рава сказал: что имеет в виду Мишна, когда говорит: человек ответственен только за ущерб, причинённый имуществу, за которое, если бы человек использовал его для будничной цели, он не был бы ответственен за злоупотребление посвящённым имуществом? Речь идёт об имуществе, которое вовсе не подпадает под Галаха о злоупотреблении посвящённым имуществом; и что это? Речь идёт о любом имуществе обычного человека, которое вообще не имеет никакой святости.

וְלִיתְנֵי דְּהֶדְיוֹט! קַשְׁיָא.

The Gemara asks: But then let the mishna teach explicitly: One is liable only for damage caused to property of an ordinary individual. The Gemara concedes: This is difficult.

[9] Гмара спрашивает: но тогда пусть Мишна прямо учит: человек ответственен только за ущерб, причинённый имуществу обычного человека. Гмара признаёт: это затруднительно.

אָמַר רַבִּי אַבָּא: שְׁלָמִים שֶׁהִזִּיקוּ – גּוֹבֶה מִבְּשָׂרָן, וְאֵינוֹ גּוֹבֶה מֵאֵימוּרֵיהֶן.

§ Rabbi Abba says: With regard to the case of an innocuous animal that was consecrated as a peace-offering and that caused damage, the injured party collects damages from its meat, i.e., from the portion of the offering that would have been eaten by its owners. This is in accordance with the general halakha that the payment for damage caused by an innocuous ox is collected exclusively from the proceeds of the sale of the body of the ox and not from any other property of its owner. But he does not collect the damages from the sacrificial portions.

[10] § Рабби Абба говорит: относительно случая безобидного животного (Там), которое было посвящено как мирное жертвоприношение и причинило ущерб, пострадавший взыскивает ущерб с его мяса, то есть с той части жертвы, которую должны были есть её владельцы. Это соответствует общему правилу Галаха, что выплата за ущерб, причинённый безобидным Шор, взыскивается исключительно из выручки от продажи тела Шор, а не из какого-либо другого имущества его владельца. Но он не взыскивает ущерб с жертвенных частей.

פְּשִׁיטָא, אֵימוּרִין לְגָבוֹהַּ סָלְקִי!

The Gemara asks: Isn’t it obvious that one collects exclusively from the meat portion and not from the sacrificial portions, as those are to be offered up to God?

[11] Гмара спрашивает: разве не очевидно, что взыскивают исключительно с мясной части, а не с жертвенных частей, ведь те должны быть вознесены Всевышнему?

לָא צְרִיכָא, לְגוֹבֶה מִבְּשָׂרָן כְּנֶגֶד אֵימוּרִים.

The Gemara answers: No, it is necessary for Rabbi Abba to teach that there is no collection from the owner’s meat portions corresponding to the sacrificial portions. Payment for damage caused by an innocuous animal is half the amount of the damages, and can be no more than the value of the animal itself. Rabbi Abba is teaching that when assessing the damage to determine the amount to be paid, one deems the owner responsible only according to his share of the animal, i.e., the meat portions, in relation to the animal as a whole.

[12] Гмара отвечает: нет, Рабби Абба должен был научить, что нет взыскания из мясных частей владельца, соответствующих жертвенным частям. Выплата за ущерб, причинённый безобидным животным, составляет половину суммы ущерба и не может превышать стоимость самого животного. Рабби Абба учит, что при оценке ущерба для определения суммы к уплате владельца считают ответственным лишь в соответствии с его долей в животном, то есть мясными частями, по отношению к животному в целом.

אַלִּיבָּא דְּמַאן?

Rabbi Natan and the Rabbis engage in a dispute concerning the halakha in a case in which an ox pushed another animal into a pit (see 53a). If it were an innocuous ox, for which the Torah limits the owner’s liability to half the damages, the Rabbis rule that liability is incurred exclusively by the owner of the ox, i.e., he pays half the value of the damage, and the owner of the pit is entirely exempt. Rabbi Natan holds that since the damage was caused jointly by the ox and the pit, the owner of the ox need pay only half of what he would pay if his animal had been solely responsible, i.e., a quarter of the damages. Rabbi Natan further rules that the remaining sum can then be fully recovered from the owner of the pit, i.e., he pays the remaining three-quarters of the damages. The Gemara asks: In accordance with whose opinion, of those tanna’im, does Rabbi Abba state his ruling?

[13] Рабби Натан и Мудрецы спорят о Галаха в случае, когда бык столкнул другое животное в яму (см. 53a). Если это был безобидный бык, за которого Тора ограничивает ответственность владельца половиной ущерба, Мудрецы постановляют, что ответственность несёт исключительно владелец быка, то есть он платит половину стоимости ущерба, а владелец ямы полностью освобождён. Рабби Натан считает, что поскольку ущерб был причинён совместно быком и ямой, владелец быка должен заплатить лишь половину того, что он заплатил бы, если бы его животное было единственной причиной, то есть четверть ущерба. Рабби Натан далее постановляет, что оставшуюся сумму можно затем полностью взыскать с владельца ямы, то есть он платит оставшиеся три четверти ущерба. Гмара спрашивает: в соответствии с чьим мнением из этих танаим Рабби Абба высказывает своё постановление?

אִי אַלִּיבָּא דְּרַבָּנַן – פְּשִׁיטָא! הָא אָמְרִי כִּי לֵיכָּא לְאִשְׁתַּלּוֹמֵי מֵהַאי, לָא מִשְׁתַּלַּם מֵהַאי!

If it is in accordance with the opinion of the Rabbis, then it is obvious and there is no need to state it, as didn’t the Rabbis say: Whenever, for whatever reason, the full cost of the damage cannot be recovered from this party, it is not recovered from that party, i.e., even though the injured party suffered the loss of the full value of his animal and recovered only half its value from the owner of the ox, he may not demand the remaining sum from the owner of the pit. So too, in this case, where the injured party cannot collect damages from the sacrificial portions, he cannot recover that loss from the meat portions of the one who brought the offering.

[14] Если это — в соответствии с мнением Мудрецов, то это очевидно и нет нужды это говорить, ведь разве Мудрецы не сказали: всякий раз, когда по какой бы то ни было причине полная стоимость ущерба не может быть взыскана с этого, она не взыскивается с того; то есть, хотя пострадавший понёс потерю полной стоимости своего животного и взыскал лишь половину его стоимости с владельца быка, он не может требовать оставшуюся сумму с владельца ямы. Так и в этом случае: поскольку пострадавший не может взыскать ущерб с жертвенных частей, он не может возместить эту потерю из мясных частей того, кто принёс жертву.

וְאִי אַלִּיבָּא דְּרַבִּי נָתָן – הָא אָמַר: כִּי לֵיכָּא לְאִשְׁתַּלּוֹמֵי מֵהַאי, מִשְׁתַּלַּם מֵהַאי!

And if it is in accordance with the opinion of Rabbi Natan, doesn’t he say: Whenever the full cost of the damage cannot be recovered from this one, it is recovered from that one, i.e., since the owner of the ox pays only a quarter of the damages, the remaining sum can be recovered from the owner of the pit. So too, in this case, since the injured party cannot collect payment from the sacrificial portions, he should be able to recover that loss from the meat portions of the one who brought the offering, in contrast to the ruling of Rabbi Abba.

[15] А если это — в соответствии с мнением Рабби Натана, разве он не говорит: всякий раз, когда полная стоимость ущерба не может быть взыскана с этого, она взыскивается с того; то есть, поскольку владелец быка платит лишь четверть ущерба, оставшаяся сумма может быть взыскана с владельца ямы. Так и в этом случае: поскольку пострадавший не может взыскать выплату с жертвенных частей, он должен был бы суметь возместить эту потерю из мясных частей того, кто принёс жертву, в противоречие постановлению Рабби Абба.

אִי בָּעֵית אֵימָא: רַבִּי נָתָן, אִיבָּעֵית אֵימָא: רַבָּנַן.

The Gemara explains: If you wish, say Rabbi Abba’s ruling is in accordance with Rabbi Natan, and if you wish, say his ruling is in accordance with the Rabbis.

Гмара объясняет: Если хочешь, скажи, что постановление Рабби Аббы соответствует мнению Рабби Натана, а если хочешь, скажи, что его постановление соответствует мнению Раббанан.

אִיבָּעֵית אֵימָא רַבָּנַן – הָנֵי מִילֵּי בִּתְרֵי גוּפֵי, אֲבָל בְּחַד גּוּפָא מָצֵי אָמַר לֵיהּ: ״מִכֹּל הֵיכָא דְּבָעֵינָא – מִשְׁתַּלַּמְנָא״.

The Gemara explains: If you wish, say Rabbi Abba’s ruling is in accordance with the Rabbis, as one might have thought that this matter, the ruling of the Rabbis, applies only where the damage is caused by two bodies, such as an ox and a pit. But where the damage is caused by one body, as in the case of damage caused by an animal consecrated as a peace-offering, the injured party can say to the owner of the animal: From anywhere that I want to, I will recover my losses, and accordingly, the injured party could collect the full cost of the damage from the meat portions of the one who brought the offering. Therefore, it is necessary for Rabbi Abba to teach that this is not the halakha.

Гмара объясняет: Если хочешь, скажи, что постановление Рабби Аббы соответствует мнению Раббанан, поскольку можно было бы подумать, что это положение — постановление Раббанан — относится только к случаю, когда ущерб причинён двумя «телами», как, например, быком (Шор) и ямой (Бор). Но там, где ущерб причинён одним «телом», как в случае ущерба, причинённого животным, освящённым как мирная жертва, пострадавший может сказать владельцу животного: «Откуда бы я ни захотел, я взыщу свои убытки», и, соответственно, пострадавший мог бы взыскать полную стоимость ущерба из мясных частей того, кто принёс жертву. Поэтому необходимо, чтобы Рабби Абба научил, что это не Галаха.

אִיבָּעֵית אֵימָא רַבִּי נָתָן – הָתָם הוּא דַּאֲמַר לֵיהּ בַּעַל שׁוֹר לְבַעַל הַבּוֹר: ״אֲנָא תּוֹרַאי בְּבֵירָךְ אַשְׁכַּחְתֵּיהּ; מַאי דְּלֵית לִי לְאִשְׁתַּלּוֹמֵי מֵהַיְאךְ – מִשְׁתַּלַּימְנָא מִינָּךְ״;

And if you wish, say Rabbi Abba’s ruling is in accordance with Rabbi Natan: It is only there that the owner of the damaged ox can say to the owner of the pit: Since I found my ox in your pit, ultimately you bear responsibility for any damage, and therefore whatever I cannot recover from the other one, i.e., the owner of the ox, I will recover from you.

А если хочешь, скажи, что постановление Рабби Аббы соответствует мнению Рабби Натана: Только там владелец повреждённого быка может сказать владельцу ямы: «Раз я нашёл своего быка в твоей яме, в конечном счёте ответственность за любой ущерб лежит на тебе, и потому то, что я не смогу взыскать с другого, то есть с владельца быка, я взыщу с тебя».

דף 13

Display Settings

Bookmarks