Eruvin 59a — Talmud Bavli — Tractate Eruvin

גְּמָ׳ לִמְקוֹם שֶׁרִיבָּה אִין, לִמְקוֹם שֶׁמִּיעֵט לָא? אֵימָא: אַף לִמְקוֹם שֶׁרִיבָּה.

GEMARA: The Gemara asks: Does this mean that in a place where he extended the limit, yes, the surveyor’s measurements are accepted, but in a place where he reduced the limit, no, his measurements are not accepted? If his extended measurement is accepted, his shortened measurement should certainly be accepted as well. The Gemara answers: Say that the mishna means that the surveyor’s measurements are accepted even in a place where he extended the limit, without concern that he might have erred (Tosafot), and that the surveyor’s measurements are certainly accepted in places where he reduced the Shabbat limit.

ГМАРА: Гмара спрашивает: Значит ли это, что в месте, где он расширил лимит, да, измерения землемера принимаются, а в месте, где он сузил лимит, нет, его измерения не принимаются? Если принимается расширенное измерение, то уж точно должно приниматься и сокращенное. Гмара отвечает: Скажем, что мишна имеет в виду, что измерения землемера принимаются даже в месте, где он расширил лимит, без опасения, что он мог ошибиться (Тосафот), и что измерения землемера, безусловно, принимаются в местах, где он сузил лимит Шаббата.

רִיבָּה לְאֶחָד וּמִיעֵט לְאֶחָד כּוּ׳. הָא תּוּ לְמָה לִי? הַיְינוּ הָךְ! הָכִי קָאָמַר: רִיבָּה אֶחָד וּמִיעֵט אֶחָד — שׁוֹמְעִין לְזֶה שֶׁרִיבָּה.

We learned in the mishna: If the surveyor extended the limit for one and reduced it for another, one accepts the extended measurement. The Gemara asks: Why do I need this as well? This clause is the same as that previous clause in the mishna. The Gemara answers that this is what the mishna said: If two surveyors measured the Shabbat limit and one extended the Shabbat limit and one reduced it, one accepts the measurements of the surveyor who extended it.

МИШНА: Мы учили в Мишне: Если замерщик расширил границу для одного и сузил для другого, принимается расширенное измерение. ГМАРА спрашивает: Зачем мне это тоже нужно? Этот пункт такой же, как предыдущий пункт в Мишне. Гмара отвечает, что именно это и сказала Мишна: Если два замерщика измерили предел Шаббата, и один расширил предел Шаббата, а другой сузил его, принимаются измерения замерщика, который расширил.

אָמַר אַבָּיֵי: וּבִלְבַד שֶׁלֹּא יַרְבֶּה יוֹתֵר מִמִּדַּת הָעִיר בַּאֲלַכְסוֹנָא.

Abaye said: The measurements of the surveyor who extended the limit are accepted only as long as he does not extend the limit more than the difference between the measure of the Shabbat limit of the city calculated as a diagonal line from the corner of the city and as calculated as a straight line from the side of the city. If, however, the difference in measurements exceeds that amount, the Shabbat limit must be measured again.

Абая сказал: Измерения замерщика, который расширил предел, принимаются только до тех пор, пока он не расширяет предел больше, чем разница между мерой предела Шаббата города, рассчитанной по диагонали от угла города, и мерой, рассчитанной по прямой линии от стороны города. Если же разница в измерениях превышает эту величину, предел Шаббата должен быть измерен заново.

שֶׁלֹּא אָמְרוּ חֲכָמִים אֶת הַדָּבָר לְהַחֲמִיר אֶלָּא לְהָקֵל. וְהָתַנְיָא: לֹא אָמְרוּ חֲכָמִים אֶת הַדָּבָר לְהָקֵל אֶלָּא לְהַחֲמִיר?

We learned in the mishna: As the Sages did not state the matter, the laws of Shabbat limits, to be stringent, but rather to be lenient. The Gemara asks: Wasn’t the opposite taught in a baraita: The Sages did not state the matter, the laws of Shabbat limits, to be lenient but rather to be stringent?

МИШНА: Мы учили: Поскольку мудрецы не установили законы пределов Шаббата строго, а скорее снисходительно. ГМАРА спрашивает: Разве не было обратного в Барайте: Мудрецы не установили законы пределов Шаббата снисходительно, а строго?

אָמַר רָבִינָא: לֹא לְהָקֵל עַל דִּבְרֵי תוֹרָה, אֶלָּא לְהַחְמִיר עַל דִּבְרֵי תוֹרָה, וּתְחוּמִין דְּרַבָּנַן.

Ravina said that there is no contradiction between these two statements: The very institution of Shabbat limits was enacted not to be more lenient than Torah law, but rather to be stringent beyond Torah law. Nonetheless, since Shabbat limits are rabbinic law, the Sages permitted certain leniencies with regard to how the Shabbat limits are measured.

Равина сказал, что между этими двумя утверждениями нет противоречия: Сам институт пределов Шаббата был установлен не для того, чтобы быть более снисходительным, чем закон Торы, а чтобы быть строже закона Торы. Тем не менее, поскольку пределы Шаббата являются раввинским законом, мудрецы допустили определённые послабления в отношении того, как измеряются пределы Шаббата.

מַתְנִי׳ עִיר שֶׁל יָחִיד, וְנַעֲשֵׂית שֶׁל רַבִּים — מְעָרְבִין אֶת כּוּלָּהּ.

MISHNA: Although this chapter as a whole deals with halakhot governing the joining of Shabbat boundaries, this mishna returns to the halakhot governing a joining of courtyards. If a private city, which does not have many residents, grows and becomes a heavily populated public city, one may establish a joining of the courtyards for all of it, as long as it does not include a public domain as defined by Torah law.

МИШНА: Хотя эта глава в целом посвящена галахот, регулирующим объединение границ Шаббата, эта Мишна возвращается к галахот, регулирующим объединение дворов. Если частный город, в котором мало жителей, растёт и становится густонаселённым публичным городом, можно установить объединение дворов для всего города, если это не включает публичный домен, определённый по закону Торы.

וְשֶׁל רַבִּים וְנַעֲשֵׂית שֶׁל יָחִיד — אֵין מְעָרְבִין אֶת כּוּלָּהּ אֶלָּא אִם כֵּן עָשָׂה חוּצָה לָהּ. כָּעִיר חֲדָשָׁה שֶׁבִּיהוּדָה, שֶׁיֵּשׁ בָּהּ חֲמִשִּׁים דָּיוֹרִין, דִּבְרֵי רַבִּי יְהוּדָה. רַבִּי שִׁמְעוֹן אוֹמֵר: שָׁלֹשׁ חֲצֵירוֹת שֶׁל שְׁנֵי בָתִּים.

And if a public city loses residents over time and becomes a private city, one may not establish an eiruv for all of it unless one maintains an area outside the eiruv that is like the size of the city of Ḥadasha in Judea, which has fifty residents. Carrying within the eiruv is permitted, but it remains prohibited to carry in the area excluded from the eiruv. The reason for this requirement is to ensure that the laws of eiruv will not be forgotten. This is the statement of Rabbi Yehuda. Rabbi Shimon says: The excluded area need not be so large; rather, it is sufficient to exclude three courtyards with two houses each.

Если же публичный город со временем теряет жителей и становится частным городом, нельзя установить эйрув для всего города, если не сохраняется территория вне эйрува, размером, подобным городу Хадаша в Иудее, где проживает пятьдесят жителей. Ношение внутри эйрува разрешено, но остаётся запрещённым в области, исключённой из эйрува. Причина этого требования — чтобы законы эйрува не были забыты. Это мнение Рабби Йехуды. Рабби Шимон говорит: Исключённая территория не должна быть такой большой; достаточно исключить три двора с двумя домами в каждом.

גְּמָ׳ הֵיכִי דָּמֵי עִיר שֶׁל יָחִיד וְנַעֲשֵׂית שֶׁל רַבִּים? אָמַר רַב יְהוּדָה: כְּגוֹן דִּאיסְקַרְתָּא דְּרֵישׁ גָּלוּתָא.

GEMARA: The Gemara asks: What are the circumstances of a private city that becomes a public city? Rav Yehuda said: For example, the Exilarch’s village [de’iskarta] was a small village set aside for the Exilarch’s family and attendants; since it was frequented by many people, it turned into a public city.

ГМАРА: Гмара спрашивает: Каковы обстоятельства, при которых частный город становится публичным? Рав Йехуда сказал: Например, деревня экзарха [де’искарта] была маленькой деревней, выделенной для семьи и слуг экзарха; поскольку её посещало много людей, она превратилась в публичный город.

אֲמַר לֵיהּ רַב נַחְמָן: מַאי טַעְמָא? אִילֵּימָא מִשּׁוּם דִּשְׁכִיחִי גַּבֵּי הַרְמָנָא, מַדְכְּרִי אַהֲדָדֵי — כּוּלְּהוּ יִשְׂרָאֵל נָמֵי בְּצַפְרָא דְּשַׁבְּתָא שְׁכִיחִי גַּבֵּי הֲדָדֵי. אֶלָּא אָמַר רַב נַחְמָן: כְּגוֹן דִּיסְקַרְתָּא דְנַתְּזוּאִי.

Rav Naḥman said to him: What is the reason for bringing this example? If you say that because large numbers of people are to be found at the residence of the governor [harmana] in order to request licenses and authorizations, and they remind each other of the reason it is permissible to establish an eiruv there, and consequently they will not arrive at mistaken conclusions with regard to other places, then every city should have the same status, as the entire Jewish people are also found together on Shabbat morning when they come to pray. Rather, Rav Naḥman said: For example, the village of Natzu’i was a private city belonging to a single individual before a large influx of residents turned it into a public city.

Рав Нахман сказал ему: Какова причина приведения этого примера? Если ты скажешь, что поскольку большое количество людей находится у резиденции правителя [харманa], чтобы просить лицензии и разрешения, и они напоминают друг другу о причине, по которой разрешено устанавливать эйрув там, и поэтому они не придут к ошибочным выводам относительно других мест, тогда каждый город должен иметь такой же статус, так как весь еврейский народ также собирается вместе в утро Шаббата для молитвы. Скорее, Рав Нахман сказал: Например, деревня Нацуй была частным городом, принадлежащим одному человеку, прежде чем большой приток жителей превратил её в публичный город.

תָּנוּ רַבָּנַן: עִיר שֶׁל יָחִיד וְנַעֲשֵׂית שֶׁל רַבִּים וּרְשׁוּת הָרַבִּים עוֹבֶרֶת בְּתוֹכָהּ, כֵּיצַד מְעָרְבִין אוֹתָהּ? עוֹשֶׂה לֶחִי מִכָּאן וְלֶחִי מִכָּאן, אוֹ קוֹרָה מִכָּאן וְקוֹרָה מִכָּאן, וְנוֹשֵׂא וְנוֹתֵן בָּאֶמְצַע. וְאֵין מְעָרְבִין אוֹתָהּ לַחֲצָאִין, אֶלָּא אוֹ כּוּלָּהּ, אוֹ מָבוֹי מָבוֹי בִּפְנֵי עַצְמוֹ.

The Sages taught in a baraita: If a private city becomes public, and a bona fide public domain passes through it, how does one establish an eiruv for it? He places a side post from here, one side of the public domain, and side post from there, the other side; or, he places a cross beam from here, one side of the public domain, and another cross beam from there, the other side. He may then carry items and place them between these symbolic partitions, as the public domain is now considered like one of the courtyards of the city. And one may not establish an eiruv for half the city; rather, one may establish either one eiruv for all of it or separate ones for each alleyway separately without including the other sections of the city.

Мудрецы учили в Барайте: Если частный город становится публичным, и через него проходит подлинный публичный домен, как устанавливать эйрув? Он ставит боковой столб здесь, с одной стороны публичного домена, и боковой столб там, с другой стороны; или ставит перекладину здесь, с одной стороны публичного домена, и другую перекладину там, с другой стороны. Тогда разрешено переносить предметы и помещать их между этими символическими ограждениями, поскольку публичный домен теперь считается как один из дворов города. Нельзя устанавливать эйрув для половины города; можно установить либо один эйрув для всего, либо отдельные для каждого переулка отдельно, без включения других частей города.

הָיְתָה שֶׁל רַבִּים, וַהֲרֵי הִיא שֶׁל רַבִּים

The baraita continues: If it was originally a public city, and it remains a public city,

Барайта продолжает: Если изначально это был публичный город, и он остаётся публичным городом,

Group None

Display Settings

Bookmarks