Eruvin 84a — Talmud Bavli — Tractate Eruvin

בְּנֵי עֲלִיָּיה. וּמַאי קָרוּ לַהּ מִרְפֶּסֶת? דְּקָסָלְקִי בְּמִרְפֶּסֶת, אַלְמָא: כָּל לָזֶה בְּשִׁלְשׁוּל וְלָזֶה בִּזְרִיקָה — נוֹתְנִין אוֹתוֹ לָזֶה שֶׁבְּשִׁלְשׁוּל!

It is referring to the residents of an upper story above the balcony; and if so, why do we call the upper story a balcony? Because the residents of the upper story ascend and descend to and from their apartments by way of the balcony. From here the Gemara infers: With regard to any place that can be used by one set of residents only by lowering an object down to it and by another set of residents only by throwing an object on top of it, we grant Shabbat use of it to those who can use it by lowering, as the residents of the upper story who use the area ten handbreadths high do so by means of lowering. Apparently, the mishna supports Shmuel and presents a difficulty to Rav.

Это относится к жителям верхнего этажа над балконом; и если так, почему мы называем верхний этаж балконом? Потому что жители верхнего этажа поднимаются и спускаются в свои квартиры через балкон. Отсюда Гмара делает вывод: Что касается любого места, которое может быть использовано одной группой жителей только путём опускания предмета вниз, а другой группой — только путём бросания предмета сверху, мы предоставляем использование Шаббата тем, кто может использовать его путём опускания, поскольку жители верхнего этажа, которые используют участок высотой десять тефахов, делают это путём опускания. Очевидно, Мишна поддерживает мнение Шмуэля и создаёт затруднение для Рава.

כִּדְאָמַר רַב הוּנָא: לְאוֹתָן הַדָּרִים בַּמִּרְפֶּסֶת. הָכִי נָמֵי: לְאוֹתָן הַדָּרִין בַּמִּרְפֶּסֶת.

The Gemara rejects this argument: As Rav Huna said with regard to a different issue discussed in a subsequent mishna, that the tanna is referring to those who live in apartments that open directly onto the balcony rather than those who live in an upper story; here too, the tanna is speaking of those who live in apartments that open directly onto the balcony. In this case, the use of an area ten handbreadths high is convenient for the residents of the balcony, as it is on their level; whereas its use is relatively inconvenient for the residents of the courtyard. Consequently, the right to use this area is granted to the residents of the balcony.

Гмара отвергает этот довод: Как сказал Рав Хуна в отношении другого вопроса, обсуждаемого в последующей Мишне, что тана имеет в виду тех, кто живёт в квартирах, выходящих непосредственно на балкон, а не тех, кто живёт на верхнем этаже; здесь тоже тана говорит о тех, кто живёт в квартирах, выходящих непосредственно на балкон. В этом случае использование участка высотой десять тефахов удобно для жителей балкона, так как он находится на их уровне; тогда как использование его относительно неудобно для жителей двора. Следовательно, право использования этого участка предоставляется жителям балкона.

אִי הָכִי, אֵימָא סֵיפָא: פָּחוֹת מִכָּאן — לֶחָצֵר. אַמַּאי? לָזֶה בְּפֶתַח וְלָזֶה בְּפֶתַח הוּא!

The Gemara raises an objection: If so, say the next clause of the mishna: Anything that is lower than this, i.e., lower than ten handbreadths, its use belongs to the courtyard. But why should this be the halakha? This is similar to a case of residents of two courtyards who have equally convenient access to a certain area. The residents of this courtyard access the area through one entrance, and the residents of that courtyard access the area through another entrance. In our case, the use of the area is equally convenient for the inhabitants of both the balcony and the courtyard; why should the latter be granted exclusive right of use?

Гмара выдвигает возражение: Если так, скажи следующий пункт Мишны: Всё, что ниже этого, то есть ниже десяти тефахов, принадлежит двору. Но почему это должна быть галаха? Это похоже на случай жителей двух дворов, которые имеют одинаково удобный доступ к определённому месту. Жители этого двора заходят в это место через один вход, а жители того двора — через другой вход. В нашем случае использование этого места одинаково удобно для жителей как балкона, так и двора; почему тогда право использования должно быть предоставлено только последним?

מַאי ״לֶחָצֵר״? אַף לֶחָצֵר. וּשְׁנֵיהֶן אֲסוּרִין.

The Gemara answers: What is the meaning of the phrase to the courtyard? It means also to the courtyard. In other words, even the residents of the courtyard can make use of this mound or post, and therefore residents of both the courtyard and the balcony are prohibited. If residents of two domains can conveniently use a single area and they did not establish an eiruv between their domains, they are all prohibited to carry in that area.

Гмара отвечает: Что означает фраза «двору»? Она означает также и двор. Другими словами, даже жители двора могут пользоваться этим холмом или столбом, и поэтому жители как двора, так и балкона запрещены. Если жители двух доменов могут удобно пользоваться одним и тем же местом и не установили эйрув между своими доменами, им всем запрещено переносить в этом месте.

הָכִי נָמֵי מִסְתַּבְּרָא, מִדְּקָתָנֵי סֵיפָא: בַּמֶּה דְּבָרִים אֲמוּרִים בִּסְמוּכָה. אֲבָל בְּמוּפְלֶגֶת, אֲפִילּוּ גָּבוֹהַּ עֲשָׂרָה טְפָחִים — לֶחָצֵר. מַאי ״לֶחָצֵר״? אִילֵּימָא: לֶחָצֵר וּשְׁרֵי, אַמַּאי? רְשׁוּתָא דְּתַרְוַיְיהוּ הוּא!

The Gemara comments: So too, it is reasonable to explain the mishna in this manner, as it was taught in the latter clause of the mishna: In what case is this statement said? When the mound or embankment is near the balcony; but in a case where it is distant from it, even if it is ten handbreadths high, its use belongs to the courtyard. What, then, is the meaning of the phrase to the courtyard in this context? If you say it means to the residents of courtyard, and therefore the use of the mound or embankment is permitted to them, why should this be so? It is the domain of the residents of both the courtyard and the balcony, as the mound or embankment is positioned near enough to the balcony for its residents to use it as well.

Гмара комментирует: Аналогично, разумно объяснить Мишну таким образом, как было сказано в последнем пункте Мишны: В каком случае говорится это утверждение? Когда холм или насыпь находится рядом с балконом; но если он удалён от него, даже если он высотой десять тефахов, его использование принадлежит двору. Что же тогда означает фраза «двору» в этом контексте? Если сказать, что она означает жителей двора, и поэтому использование холма или насыпи разрешено им, почему это должно быть так? Это домен жителей как двора, так и балкона, так как холм или насыпь расположен достаточно близко к балкону, чтобы его жители тоже могли им пользоваться.

אֶלָּא מַאי ״לֶחָצֵר״ — אַף לֶחָצֵר, וּשְׁנֵיהֶן אֲסוּרִין. הָכִי נָמֵי: מַאי ״לֶחָצֵר״ — אַף לֶחָצֵר, וּשְׁנֵיהֶן אֲסוּרִין. שְׁמַע מִינַּהּ.

Rather, what is the meaning of the phrase to the courtyard? It means also to the courtyard. And, consequently, as the residents of both the courtyard and the balcony can use it, both are prohibited to carry there on Shabbat. Here too, in the earlier part of the mishna, what is the meaning of the clause to the courtyard? It likewise means also to the courtyard, and therefore both sets of residents are prohibited to carry. The Gemara concludes: Indeed, learn from this that this is the correct interpretation of this phrase.

Скорее, что означает фраза «двору»? Она означает также и двор. Следовательно, поскольку жители как двора, так и балкона могут им пользоваться, оба запрещены переносить там в Шаббат. Здесь тоже, в начале Мишны, что означает фраза «двору»? Она также означает двор, и поэтому обе группы жителей запрещены переносить. Гмара заключает: Действительно, учись из этого, что это правильное толкование этой фразы.

תְּנַן: חוּלְיַית הַבּוֹר וְהַסֶּלַע שֶׁהֵן גְּבוֹהִין עֲשָׂרָה — לַמִּרְפֶּסֶת, פָּחוֹת מִכָּאן — לֶחָצֵר. אָמַר רַב הוּנָא: לְאוֹתָן הַדָּרִים בַּמִּרְפֶּסֶת.

The Gemara attempts to adduce further proof from the mishna to resolve the dispute between Rav and Shmuel. We learned in the mishna: The embankments that surround a cistern or a rock that are ten handbreadths high may be used by the balcony; if they are lower than that height, the right to use them belongs to the courtyard. The Gemara assumes that the phrase to the balcony is referring to the residents of an upper story, who access their apartments through the balcony. The mishna indicates that if one set of residents can make use of a place by lowering and another set of residents can use it by throwing, the use of the place is granted to those who lower their objects, in accordance with the opinion of Shmuel and contrary to the opinion of Rav. The Gemara answers: Rav Huna said that the phrase to the balcony is to be understood here literally as referring to those who live in apartments that open directly onto the balcony.

Гмара пытается привести дальнейшее доказательство из Мишны для разрешения спора между Равом и Шмуэлем. Мы изучили в Мишне: Насыпи, окружающие цистерну или камень, высотой десять тефахов могут использоваться балконом; если они ниже этой высоты, право использования принадлежит двору. Гмара предполагает, что фраза «балкону» относится к жителям верхнего этажа, которые заходят в свои квартиры через балкон. Мишна указывает, что если одна группа жителей может использовать место путём опускания, а другая — путём бросания, использование места предоставляется тем, кто опускает предметы, согласно мнению Шмуэля и в противоречии с мнением Рава. Гмара отвечает: Рав Хуна сказал, что фраза «балкону» здесь должна пониматься буквально как относящаяся к тем, кто живёт в квартирах, выходящих непосредственно на балкон.

תִּינַח סֶלַע. בּוֹר מַאי אִיכָּא לְמֵימַר?

The Gemara asks: Granted, in the case of a rock, the residents of the balcony can use it conveniently, as its surface is more or less level with the balcony itself. But with regard to a cistern, what can be said? The water in the cistern is lower than the balcony and can be reached only by lowering a bucket down to it. How, then, can it be argued that the cistern is conveniently used by the residents of the balcony but not by the residents of the courtyard?

Гмара спрашивает: Допустим, в случае с камнем жители балкона могут удобно его использовать, так как его поверхность более или менее на одном уровне с балконом. Но что можно сказать о цистерне? Вода в цистерне ниже балкона и до неё можно добраться только опуская ведро вниз. Как тогда можно утверждать, что цистерна удобно используется жителями балкона, а не жителями двора?

אָמַר רַב יִצְחָק בְּרֵיהּ דְּרַב יְהוּדָה: הָכָא בְּבוֹר מְלֵאָה מַיִם עָסְקִינַן. וְהָא חָסְרָא!

Rav Yitzḥak, son of Rav Yehuda, said: We are dealing here with a cistern full of water, as the water can be drawn from the cistern’s upper portion, near the balcony. The Gemara raises an objection: But doesn’t the cistern gradually lose its water as the liquid near the surface is drawn out? Although the water might at first reach the balcony, the water level gradually recedes. Eventually, the only way to reach the water will be by lowering a bucket into the cistern.

Рав Ицхак, сын Рава Йехуды, сказал: Здесь речь идет о колодце, наполненном водой, так как воду можно черпать из верхней части колодца, рядом с балконом. Гмара возражает: Но разве колодец не теряет постепенно воду, когда жидкость у поверхности вычерпывается? Хотя вода сначала может достигать балкона, уровень воды постепенно понижается. В конце концов, единственный способ достать воду — опустить ведро в колодец.

כֵּיוָן דְּכִי מַלְיָא שַׁרְיָא — כִּי חָסְרָא נָמֵי שַׁרְיָא. אַדְּרַבָּה, כֵּיוָן דְּכִי חָסְרָא אֲסִירָא — כִּי מַלְיָא נָמֵי אֲסִירָא.

The Gemara answers: Since it is permitted to draw water from the cistern when it is full, it is likewise permitted even when it is lacking. The Gemara counters this argument: On the contrary, you should say that since the cistern is prohibited when it is lacking, it should likewise be prohibited even when it is full.

Гмара отвечает: Поскольку разрешено черпать воду из колодца, когда он полон, так же разрешено и когда он неполон. Гмара возражает на это: Напротив, следует сказать, что поскольку колодец запрещен, когда он неполон, он должен быть запрещен и когда полон.

אֶלָּא אָמַר אַבָּיֵי: הָכָא בְּבוֹר מְלֵיאָה פֵּירוֹת עָסְקִינַן. וְהָא חָסְרִי.

Rather, Abaye said: Here we are dealing with a cistern full of produce, as the upper produce is near the balcony. The Gemara raises an objection: But doesn’t the amount of produce also diminish, as the produce is removed, increasing the distance between the pile and the balcony?

Скорее, сказал Абая: Здесь речь идет о колодце, наполненном урожаем, так как верхний урожай находится рядом с балконом. Гмара возражает: Но разве количество урожая не уменьшается, когда его убирают, увеличивая расстояние между кучей и балконом?

בְּטִיבְלָא.

The Gemara answers: This teaching is referring to untithed produce, which one may not tithe on Shabbat. Since this produce may not be used, the height of the pile will remain constant for the duration of Shabbat.

Гмара отвечает: Это учение относится к неотделенному урожаю, на который нельзя накладывать маасер в Шаббат. Поскольку этот урожай нельзя использовать, высота кучи остается постоянной в течение всего Шаббата.

דַּיְקָא נָמֵי דְּקָתָנֵי דּוּמְיָא דְּסֶלַע. שְׁמַע מִינַּהּ.

The Gemara comments: The language of the mishna is also precise, as it teaches the halakha of an embankment of a cistern together with that of a rock. Just as in the case of the rock only the upper surface is used, so too, in the case of the embankment of the cistern, the mishna is referring to the use of the surface of the cistern and not its contents. The Gemara concludes: Indeed, learn from this that this is the correct explanation.

Гмара комментирует: Язык Мишны также точен, так как она учит галаху об насыпях колодца вместе с галахой о камне. Так же, как в случае с камнем используется только верхняя поверхность, так и в случае насыпи колодца Мишна говорит об использовании поверхности колодца, а не его содержимого. Гмара заключает: Действительно, учитесь на этом, что это правильное объяснение.

וּלְמָה לִי לְמִיתְנֵא בּוֹר וּלְמָה לִי לְמִיתְנֵא סֶלַע? צְרִיכָא, דְּאִי אַשְׁמְעִינַן סֶלַע — דְּלֵיכָּא לְמִיגְזַר, אֲבָל בּוֹר — לִיגְזוֹר זִמְנִין דְּמַלְיָא פֵּירוֹת מְתוּקָּנִין, צְרִיכָא.

The Gemara asks: But if this is indeed correct, and the cistern and rock are similar in all respects, why do I need the tanna to state the case of a cistern, and why do I need him to state the case of a rock as well? The Gemara answers: It was necessary to teach both cases. As had the mishna taught us only about a rock, one might have said that only a rock may be used by the residents of the balcony, as there is no need to decree in case its height is diminished. But with regard to a cistern, perhaps we should decree and prohibit its use, as at times it might be filled with tithed produce, which may be removed and eaten, thereby diminishing its height. It was therefore necessary to teach us that this is not a concern, and a cistern, as well as a rock, may be used by the residents of the balcony.

Гмара спрашивает: Но если это действительно так, и колодец и камень во всех отношениях похожи, зачем мне нужно, чтобы Тана упомянул случай колодца, и зачем мне нужно, чтобы он упомянул случай камня? Гмара отвечает: Было необходимо научить обоим случаям. Если бы Мишна учила только о камне, можно было бы сказать, что только камень могут использовать жители балкона, так как нет необходимости запрещать, если его высота уменьшается. Но в отношении колодца, возможно, следует запретить его использование, так как иногда он может быть наполнен отделенным урожаем, который можно убирать и есть, тем самым уменьшая его высоту. Поэтому было необходимо научить, что это не является проблемой, и колодец, как и камень, может использоваться жителями балкона.

תָּא שְׁמַע: אַנְשֵׁי חָצֵר וְאַנְשֵׁי עֲלִיָּיה שֶׁשָּׁכְחוּ וְלֹא עֵירְבוּ — אַנְשֵׁי חָצֵר מִשְׁתַּמְּשִׁין בָּעֲשָׂרָה הַתַּחְתּוֹנִים, וְאַנְשֵׁי עֲלִיָּיה מִשְׁתַּמְּשִׁין בָּעֲשָׂרָה הָעֶלְיוֹנִים. כֵּיצַד? זִיז יוֹצֵא מִן הַכּוֹתֶל לְמַטָּה מֵעֲשָׂרָה — לֶחָצֵר, לְמַעְלָה מֵעֲשָׂרָה — לָעֲלִיָּיה.

Returning to the dispute between Rav and Shmuel, the Gemara suggests a different proof: Come and hear a baraita: If the residents of houses opening directly into a courtyard and the residents of apartments in an upper story forgot and did not establish an eiruv together, the residents of the courtyard may use the lower ten handbreadths of the wall near them, and the residents of the upper story may use the upper ten handbreadths adjacent to them. How so? If a ledge protrudes from the wall below ten handbreadths from the ground, its use is for the residents of the courtyard; but if it protrudes above ten handbreadths, its use is for the residents of the upper story.

Возвращаясь к спору между Равом и Шмуэлем, Гмара предлагает другое доказательство: Слушайте Барайту: Если жители домов, выходящих прямо во двор, и жители квартир на верхнем этаже забыли и не установили эйрув вместе, жители двора могут использовать нижние десять тефах стены рядом с ними, а жители верхнего этажа могут использовать верхние десять тефах рядом с ними. Как это? Если выступ стены выступает ниже десяти тефах от земли, его используют жители двора; если выше десяти тефах — жители верхнего этажа.

הָא דְּבֵינֵי בֵּינֵי — אָסוּר!

The Gemara infers: Consequently, a ledge situated between this and between the other, i.e., in-between the courtyard and the upper story, is prohibited. This middle area has the status of a place that can be used by one set of residents by lowering and by another set of residents by throwing, and yet they are both prohibited, in accordance with the opinion of Rav and in opposition to the opinion of Shmuel.

Гмара делает вывод: Следовательно, выступ, расположенный между этими двумя, то есть между двором и верхним этажом, запрещен. Эта средняя зона имеет статус места, которое может использоваться одним набором жителей опусканием, а другим — бросанием, и тем не менее оба запрещены, согласно мнению Рава и в оппозиции мнению Шмуэля.

אָמַר רַב נַחְמָן: הָכָא בְּכוֹתֶל תִּשְׁעָה עָשָׂר עָסְקִינַן, וְזִיז יוֹצֵא מִמֶּנּוּ. לְמַטָּה מֵעֲשָׂרָה — לָזֶה בְּפֶתַח, וְלָזֶה בְּשִׁלְשׁוּל. לְמַעְלָה מֵעֲשָׂרָה — לָזֶה בְּפֶתַח, וְלָזֶה בִּזְרִיקָה.

Rav Naḥman said: No proof can be adduced from this teaching, as here we are dealing with a wall of nineteen handbreadths that has a protruding ledge. If the ledge protrudes below ten handbreadths from the ground, for this set of residents, those of the courtyard, it can be used as an entrance, and for that set of residents, those of the upper story, it can be used only by lowering. If the ledge protrudes above ten handbreadths, for this set of residents, those in the balcony, it can be accessed as an entrance, and for that set of residents, those of the courtyard, it can be used only by throwing. In this case, there is no middle area between the ten-handbreadths available to each set of residents. Consequently, this case cannot serve as a proof with regard to the dispute between Rav and Shmuel.

Рав Нахман сказал: Из этого учения нельзя привести доказательство, так как здесь речь идет о стене высотой девятнадцать тефах с выступающим выступом. Если выступ выступает ниже десяти тефах от земли, для жителей двора он может служить входом, а для жителей верхнего этажа — только для опускания. Если выступ выступает выше десяти тефах, для жителей балкона он доступен как вход, а для жителей двора — только для бросания. В этом случае нет средней зоны между десятью тефах, доступными каждому набору жителей. Следовательно, этот случай не может служить доказательством в споре между Равом и Шмуэлем.

Group None

Display Settings

Bookmarks