Group None
Eruvin 91a
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
קַרְפֵּיפוֹת רְשׁוּת לְעַצְמָן. לְדִבְרֵי חֲכָמִים: גַּגִּין וַחֲצֵירוֹת רְשׁוּת אַחַת, קַרְפֵּיפוֹת רְשׁוּת אַחַת הֵן. לְדִבְרֵי רַבִּי שִׁמְעוֹן: כּוּלָּן רְשׁוּת אַחַת הֵן.
Similarly, enclosures are a domain in and of themselves, and one is therefore permitted to carry from one enclosure to another. According to the statement of the Rabbis, roofs and courtyards constitute one domain, and therefore, one may carry even from a roof to a courtyard; however, enclosures are one discrete domain. According to the statement of Rabbi Shimon, all of them, roofs, courtyards, and enclosures, are one domain, and therefore it is permitted to carry between any of them.
Аналогично, ограждения являются самостоятельным пространством, и поэтому разрешено переносить с одного ограждения на другое. Согласно заявлению Хахамим крыши и дворы составляют одно пространство, и поэтому разрешено переносить даже с крыши во двор; однако ограждения — отдельное пространство. Согласно заявлению Рабби Шимона все они — крыши, дворы и ограждения — одно пространство, и поэтому разрешено переносить между любыми из них.
תַּנְיָא כְּווֹתֵיהּ דְּרַב, תַּנְיָא כְּווֹתֵיהּ דְּרַב יְהוּדָה. תַּנְיָא כְּווֹתֵיהּ דְּרַב: כׇּל גַּגּוֹת הָעִיר רְשׁוּת אַחַת הֵן, וְאָסוּר לְהַעֲלוֹת וּלְהוֹרִיד מִן הַגַּגִּין לֶחָצֵר וּמִן הֶחָצֵר לְגַגִּין. וְכֵלִים שֶׁשָּׁבְתוּ בֶּחָצֵר — מוּתָּר לְטַלְטְלָן בֶּחָצֵר, בַּגַּגִּין — מוּתָּר לְטַלְטְלָן בַּגַּגִּין, וּבִלְבַד שֶׁלֹּא יְהֵא גַּג גָּבוֹהַּ עֲשָׂרָה אוֹ נָמוּךְ עֲשָׂרָה, דִּבְרֵי רַבִּי מֵאִיר. וַחֲכָמִים אוֹמְרִים: כׇּל אֶחָד וְאֶחָד רְשׁוּת לְעַצְמוֹ, וְאֵין מְטַלְטְלִין בּוֹ אֶלָּא בְּאַרְבַּע.
The Gemara comments: A baraita was taught in accordance with the opinion of Rav, and a baraita was taught in accordance with the opinion of Rav Yehuda. The Gemara elaborates. A baraita was taught in accordance with the opinion of Rav, that according to the Rabbis one may carry only four cubits on each roof: All the roofs of a city are one domain, and it is prohibited to carry objects up or carry them down, from the roofs to the courtyard or from the courtyard to the roofs. And with regard to vessels that were inside a courtyard when Shabbat began, it is permitted to carry them in the courtyard even if an eiruv was not established, and it is likewise permitted to carry them from that courtyard to other courtyards. With regard to vessels that were on the roofs when Shabbat began, it is permitted to carry them on the roofs, provided that one roof is neither ten handbreadths higher nor ten handbreadths lower than the other. This is the statement of Rabbi Meir. And the Rabbis say: Each and every one of the roofs is a domain in and of itself, and one may move objects on each roof only within four cubits.
Гмара комментирует: была изучена барайта согласно мнению Рава, и была изучена барайта согласно мнению Рав Йехуды. Гмара разъясняет. Барайта была изучена согласно мнению Рава, что согласно Хахамим разрешено переносить только четыре амы на каждой крыше: все крыши города — одно пространство, и запрещено переносить предметы вверх или вниз, с крыш во двор или из двора на крыши. Что касается сосудов, которые находились во дворе на начало Шаббата, разрешено переносить их во дворе, даже если эйрув не установлен, и также разрешено переносить их из этого двора в другие дворы. Что касается сосудов, которые находились на крышах на начало Шаббата, разрешено переносить их на крышах, при условии, что одна крыша не выше и не ниже другой на десять тефахов. Это заявление Рабби Меира. А Хахамим говорят: каждая крыша является самостоятельным пространством, и разрешено переносить предметы на каждой крыше только в пределах четырёх амах.
תַּנְיָא כְּווֹתֵיהּ דְּרַב יְהוּדָה: אָמַר רַבִּי, כְּשֶׁהָיִינוּ לוֹמְדִים תּוֹרָה אֵצֶל רַבִּי שִׁמְעוֹן בִּתְקוֹעַ, הָיִינוּ מַעֲלִין שֶׁמֶן וַאֲלוּנְטִית מִגַּג לְגַג, וּמִגַּג לְחָצֵר, וּמֵחָצֵר לְחָצֵר, וּמֵחָצֵר לְקַרְפֵּף, וּמִקַּרְפֵּף לְקַרְפֵּף אַחֵר, עַד שֶׁהָיִינוּ מַגִּיעִין אֵצֶל הַמַּעְיָין שֶׁהָיִינוּ רוֹחֲצִין בּוֹ.
Likewise, a baraita was taught in accordance with Rav Yehuda’s interpretation of the opinion of Rabbi Shimon. Rabbi Yehuda HaNasi said: When we were studying Torah with Rabbi Shimon in Tekoa, we would carry oil for smearing and a towel for drying from roof to roof, and from roof to courtyard, and from courtyard to courtyard, and from courtyard to enclosure, and from enclosure to enclosure, to refrain from carrying in a prohibited place, until we reached the spring in which we would bathe.
Аналогично, была изучена барайта согласно толкованию Рав Йехуды мнения Рабби Шимона. Рабби Йехуда ха-Наси сказал: когда мы изучали Тору с Рабби Шимоном в Текое, мы переносили масло для помазания и полотенце для вытирания с крыши на крышу, и с крыши во двор, и из двора в двор, и из двора в ограждение, и из ограждения в ограждение, чтобы избегать переносов в запрещённом месте, пока не доходили до источника, в котором мы купались.
אָמַר רַבִּי יְהוּדָה: מַעֲשֶׂה בִּשְׁעַת הַסַּכָּנָה וְהָיִינוּ מַעֲלִין תּוֹרָה מֵחָצֵר לְגַג, וּמִגַּג לְחָצֵר, וּמֵחָצֵר לְקַרְפֵּף לִקְרוֹת בּוֹ.
And similarly, Rabbi Yehuda said: There was an incident during a time of danger, when decrees were issued that banned religious observance, and we would carry a Torah scroll from courtyard to roof, and from roof to courtyard, and from courtyard to enclosure, to read from it.
И аналогично, сказал Рабби Йехуда: был случай во время опасности, когда были изданы указы, запрещающие религиозное соблюдение, и мы переносили свиток Торы из двора на крышу, и с крыши во двор, и из двора в ограждение, чтобы читать из него.
אָמְרוּ לוֹ: אֵין שְׁעַת הַסַּכָּנָה רְאָיָה.
The Sages said to him: The halakha cannot be determined from that incident, as an incident occurring during a time of danger is no proof. At a time of danger it is permitted to carry even in places where carrying is ordinarily prohibited by rabbinic law.
Мудрецы сказали ему: Галаха не может быть определена на основании этого случая, поскольку случай, произошедший во время опасности, не является доказательством. Во время опасности разрешено переносить даже в местах, где перенос обычно запрещён раввинским законом.
רַבִּי שִׁמְעוֹן אוֹמֵר: אֶחָד גַּגִּין וְכוּ׳.
Rabbi Shimon says: Roofs, courtyards, and enclosures are all one domain with regard to vessels that were inside them when Shabbat began, and one may therefore carry from one of these areas to the other. However, they are not one domain with regard to vessels that were inside the house when Shabbat began.
Рабби Шимон говорит: Крыши, дворы и ограждения считаются одним домэном в отношении сосудов, которые находились внутри них, когда начался Шаббат, и поэтому разрешено переносить из одной из этих зон в другую. Однако они не считаются одним домэном в отношении сосудов, которые находились в доме, когда начался Шаббат.
אָמַר רַב: הֲלָכָה כְּרַבִּי שִׁמְעוֹן, וְהוּא שֶׁלֹּא עֵירְבוּ. אֲבָל עֵירְבוּ — לָא, דְּגָזְרִינַן דִּילְמָא אָתֵי לְאַפּוֹקֵי מָאנֵי דְבָתִּים לֶחָצֵר.
Rav said: The halakha is in accordance with the opinion of Rabbi Shimon, provided that the residents of each courtyard did not establish a separate eiruv for themselves, as in that case they may not move objects from their houses into the courtyard. However, if they established a separate eiruv for each courtyard, without establishing an eiruv between the various courtyards, no, that is not the halakha, as we issue a decree lest one come to take out vessels from one of the houses to the courtyard, an action that is fundamentally permitted, and subsequently proceed to carry them out to a different courtyard with which an eiruv had not been established, which everyone agrees is prohibited.
Рав сказал: Галаха соответствует мнению Рабби Шимона, при условии, что жители каждого двора не установили для себя отдельный эйрув, поскольку в таком случае им запрещено переносить предметы из своих домов во двор. Однако, если они установили отдельный эйрув для каждого двора, не установив эйрув между разными дворами, то нет, это не галаха, поскольку мы издаём указ, чтобы никто не взял сосуды из одного из домов во двор — действие, которое в принципе разрешено, а затем не перенёс их в другой двор, с которым эйрув не был установлен, что все согласны считать запрещённым.
וּשְׁמוּאֵל אָמַר: בֵּין עֵירְבוּ בֵּין שֶׁלֹּא עֵירְבוּ. וְכֵן אָמַר רַבִּי יוֹחָנָן: מִי לְחָשְׁךָ, בֵּין עֵירְבוּ וּבֵין שֶׁלֹּא עֵירְבוּ?
And Shmuel said: The halakha is in accordance with Rabbi Shimon, whether they established an eiruv or whether they did not establish an eiruv. And similarly, Rabbi Yoḥanan said: Who whispered to you, who told you that there is a difference whether they established an eiruv or whether they did not establish an eiruv?
А Шмуэль сказал: Галаха соответствует Рабби Шимону, независимо от того, установили ли они эйрув или нет. Аналогично, Рабби Йоханан сказал: Кто тебе шепнул, кто сказал тебе, что есть разница — установили они эйрув или не установили?
מַתְקֵיף לַהּ רַב חִסְדָּא: לִשְׁמוּאֵל וּלְרַבִּי יוֹחָנָן, יֹאמְרוּ: שְׁנֵי כֵלִים בְּחָצֵר אַחַת, זֶה מוּתָּר וְזֶה אָסוּר!
Rav Ḥisda strongly objects to this ruling. According to Shmuel and according to Rabbi Yoḥanan, people will say with regard to two vessels located in the same courtyard, one of which was in the courtyard when Shabbat began while the other was in the house, that moving this one, which was in the courtyard at the start of Shabbat, to another courtyard is permitted, while moving that one, which was in the house at the start of Shabbat, to another courtyard, is prohibited.
Рав Хисда решительно возражает против этого постановления. По мнению Шмуэля и Рабби Йоханана, люди скажут относительно двух сосудов, находящихся в одном дворе, один из которых был во дворе при начале Шаббата, а другой — в доме, что перенос первого, который был во дворе в начале Шаббата, в другой двор разрешён, а перенос второго, который был в доме в начале Шаббата, в другой двор запрещён.
רַבִּי שִׁמְעוֹן לְטַעְמֵיהּ, דְּלָא גָּזַר. דִּתְנַן, אָמַר רַבִּי שִׁמְעוֹן: לְמָה הַדָּבָר דּוֹמֶה, לְשָׁלֹשׁ חֲצֵירוֹת הַפְּתוּחוֹת זוֹ לָזוֹ וּפְתוּחוֹת לִרְשׁוּת הָרַבִּים, וְעֵירְבוּ שְׁתֵּי הַחִיצוֹנוֹת עִם הָאֶמְצָעִית — הִיא מוּתֶּרֶת עִמָּהֶן, וְהֵן מוּתָּרוֹת עִמָּהּ, וּשְׁתֵּי הַחִיצוֹנוֹת אֲסוּרִין זוֹ עִם זוֹ.
The Gemara answers: In this regard, Rabbi Shimon conforms to his standard reasoning, as he did not issue a decree due to these concerns. As we learned in a mishna, Rabbi Shimon said: To what is this matter comparable? It is comparable to three courtyards that are open into each other, and that are also open into a public domain. If the two outer courtyards each established an eiruv with the middle one, it is permitted for the residents of the middle one to carry into the two outer ones, and they, the residents of the two outer ones, are permitted to carry into it, but for the residents of the two outer courtyards it is prohibited to carry into each other, as they did not establish an eiruv together.
Гмара отвечает: В этом отношении Рабби Шимон следует своему обычному рассуждению, так как он не издал указ из-за этих опасений. Как мы изучили в мишне, Рабби Шимон сказал: С чем сравним этот случай? Его можно сравнить с тремя дворами, которые открыты друг в друга и также открыты в общественный домэн. Если два внешних двора каждый установил эйрув с средним, разрешено жителям среднего двора переносить в два внешних, и они, жители двух внешних дворов, могут переносить в средний, но жителям двух внешних дворов запрещено переносить друг в друга, так как они не установили совместный эйрув.
וְלָא גָּזַר דִּילְמָא אָתֵי לְאַפּוֹקֵי מָאנֵי דְּהָא חָצֵר לְהָא חָצֵר, הָכִי נָמֵי לָא גָּזְרִינַן דִּילְמָא אָתֵי לְאַפּוֹקֵי מָאנֵי דְבָתִּים לְחָצֵר.
And in that case Rabbi Shimon did not issue a decree prohibiting one to carry objects from the middle courtyard to one of the outer ones lest one come to take out vessels from this outer courtyard to that outer courtyard, despite the fact that both sets of vessels are located in the middle courtyard. Here too, we do not issue a decree lest one come to take out utensils from one of the houses to the courtyard, and carry them to a different courtyard.
И в этом случае Рабби Шимон не издал указ, запрещающий переносить предметы из среднего двора в один из внешних, чтобы никто не взял сосуды из этого внешнего двора в другой внешний двор, несмотря на то, что оба набора сосудов находятся в среднем дворе. Здесь тоже мы не издаём указ, чтобы никто не взял сосуды из одного из домов во двор и не перенёс их в другой двор.
מֵתִיב רַב שֵׁשֶׁת: רַבִּי שִׁמְעוֹן אוֹמֵר, אֶחָד גַּגּוֹת אֶחָד חֲצֵירוֹת וְאֶחָד קַרְפֵּיפוֹת רְשׁוּת אַחַת הֵן לְכֵלִים שֶׁשָּׁבְתוּ בְּתוֹכָן, וְלֹא לְכֵלִים שֶׁשָּׁבְתוּ בְּתוֹךְ הַבַּיִת. אִי אָמְרַתְּ בִּשְׁלָמָא דְּעֵירְבוּ — הַיְינוּ דְּמַשְׁכַּחַתְּ לַהּ מָאנֵי דְבָתִּים בְּחָצֵר.
Rav Sheshet raised an objection. We learned in the mishna that Rabbi Shimon says: Roofs, courtyards, and enclosures are all one domain with regard to vessels that were inside them when Shabbat began. But they are not one domain with regard to vessels that were inside the house when Shabbat began. Granted, if you say that it is dealing with a case where the residents of the courtyards established an eiruv, that is how you find vessels that were taken from the house in the courtyard. Because those vessels were in the house at the beginning of Shabbat, they may not be moved to a different courtyard.
Рав Шешет возразил. Мы изучили в мишне, что Рабби Шимон говорит: Крыши, дворы и ограждения считаются одним домэном в отношении сосудов, которые находились внутри них при начале Шаббата. Но они не считаются одним домэном в отношении сосудов, которые находились в доме при начале Шаббата. Предположим, что речь идёт о случае, когда жители дворов установили эйрув — так можно найти сосуды, которые были взяты из дома во двор. Поскольку эти сосуды были в доме в начале Шаббата, их нельзя переносить в другой двор.
אֶלָּא אִי אָמְרַתְּ בְּשֶׁלֹּא עֵירְבוּ — הֵיכִי מַשְׁכַּחַתְּ לַהּ מָאנֵי דְבָתִּים בְּחָצֵר? הוּא מוֹתֵיב לַהּ וְהוּא מְפָרֵק לַהּ: בְּכוּמְתָּא וְסוּדָרָא.
However, if you say it is referring to a case where they did not establish an eiruv, under what circumstances can the case of vessels from the house in the courtyard be found? This poses a difficulty for Rav. Rav Sheshet raised the objection, and he resolved it: It refers to the case of a hat or a shawl, which one wore in the house and subsequently went out to the courtyard and placed it there. In this manner, it is possible that objects taken from the house can be found in the courtyard, even if an eiruv was not established.
Однако, если речь идёт о случае, когда эйрув не был установлен, при каких обстоятельствах можно найти сосуды из дома во дворе? Это создаёт затруднение для Рава. Рав Шешет возразил и разрешил это: речь идёт о шляпе или шали, которые носили в доме, а затем вышли во двор и оставили там. Таким образом, возможно, что предметы, взятые из дома, окажутся во дворе, даже если эйрув не был установлен.